home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 13

Она идёт невесомой поступью, высвечивая и отражая в пробуждающемся мире все смутные закоулки, и всё становится чистым и светящимся.

Темным остается лишь то, чья природа и есть тьма.

Но она проходит мимо, как бы не различая. Всему существующему она дарит своё благоухание и свою улыбку.

И тогда темное объединяется, становясь видимым и будто бы облачённым в плоть.

Вот и он, герой вечного мифа, красный дракон, коварный демон, одинокий и потерявший своё пристанище.

Хищно озирается вокруг и готовится к бою. Но её явление сделало его уязвимым, и ничто не спасет его теперь.

Тщетно он мечется, напрасно протягивает свои когтистые лапы. Ибо слепнет он от яркого дневного светила, изнемогает от мучительной жажды и не находит больше себе пищи в этих землях…

И тогда следом за ней появляется то, чему надлежит замкнуть цепь, положить конец течению старого времени и дать начало новой эпохе.

Его путь также лежит сквозь огонь, тьму и возрождение.

Его славный подвиг есть карающий меч и священный символ, возрождающий новый закон.

За ним неотступно следуют его верные слуги – до самого великого перехода.

Близится час…

Вселенная замирает и внемлет…

И вот свершилось…

И демон исчезает. Теперь его пристанищем будет память. Но его сон не вечен. Там, в темных глубинах памяти, пребудет он до скончания века. А затем все начнется заново. Ибо все начинается тьмой и оканчивается тьмой, разделяющей бесконечности…

Прерывание цепи есть переход к небытию. Но исчезновение бытия невозможно.

Эта часть пути становления лежит через Тьму, сокровенную богиню мертвых, лелеющую свои живые чада, и не доступен для миров. Пройти по нему может лишь ступивший на путь богов…


Милена открыла глаза.

Все компаньоны поблизости. Виктор по-прежнему держал её за руку.

Видимо, остальные были ошарашены не меньше: вытаращив глаза, все пялились друг на друга и по сторонам.

– Будто после наркоза, – пробормотала Лана.

Пещера, в которой они находились, была просторна и тускло мерцала желтовато-розовым рассеянным светом.

Округлые стены, пол, сводчатый потолок состояли из гладкого перламутрового вещества, сквозь который свет проникал извне, и Милена не могла понять, что ей больше напоминает этот материал – шёлк или фарфор.

Воздух был насыщен ароматом, от которого начинала кружиться голова.

Макс подпрыгнул на месте, и пол под ногами заходил ходуном.

– Знаете на что это похоже? – спросила Лана. Она прошла немного вперед – туда, где пещера расширялась, и стены ее, совершая плавные изгибы, расслаивались, уходя вверх и в стороны.

Придерживаясь руками за один из гибких желтых прутьев, торчащих вдоль стен, Лана прошла ещё дальше – туда, где было больше света.

Друзья последовали за ней. Этот путь явно вёл к выходу.

Взойдя на вздыбившийся под ногами холмик, они увидели, как тонкие слои стен, крыльями взмывают в небо.

Нет, это лепестки!

Тут на Милену нашло озарение.

– Цветок! – воскликнула она.

– Чёрт возьми! – Виктор тоже догадался. – Так и есть! Вот это размеры! А эти желтые штуки – тычинки!

– Надо выбираться, – предупредил Заро. – Чувствуете запах?

– Пьянит, – сказала Милена.

– Не вдыхайте. Может убить! Я видал нечто подобное на земле Бессмертных Святых. Из отряда Сраоша не выжил ни один ратник после того, как все переночевали в таких цветах…

– Да, но вы забыли, что это только наше воображение, – сказала Милена.

– С чего ты взяла? – хмыкнул Заро.

– Эй, сюда! – позвала Лана. – Только под ноги смотрите. Тут скользко.

Перебирая руками прутья исполинских тычинок, они сошли вниз и остановились на краю гигантского лепестка.

Под ногами, в нескольких метрах от края, располагался отполированный до зеркального блеска наклонный желоб. Он круто спускался вниз, затем, изгибаясь, плавно уходил вправо и скрывался в зарослях высокой тропической растительности.

Откуда рос цветок, было неясно. То ли он свисал на стебле с горы, то ли его возносил в небо исполинский цветонос.

Посмотрев вниз, компаньоны переглянулись. Единственной дорогой, по которой можно было двигаться дальше, был этот скользкий желоб.

– Ну! И долго будем тут стоять? – спросила Лана.

Здесь, на лепестке, пьянящий аромат ощущался так же сильно, как внутри.

Милене вдруг показалось, что она слышит далекую музыку, льющуюся сверху, и на веки стала опускаться тяжесть.

– ещё сорок секунд – и вы останетесь здесь навсегда, – предупредил Заро.

– А ты что же стоишь на месте? – язвительно спросил Макс.

– У меня есть причина не спешить.

– Какая же? Может, наш герой забоялся прыгать с высоты? – Макс нервно ухмыльнулся. – Хочешь, помогу?

– Какого чёрта ты к нему придираешься?! – вспылила Лана. – Десять минут назад благодаря Заро все мы благополучно добрались до портала. А ты, кретин, ещё собирался его связать. Если бы не он, сейчас бы нас, может быть, уже доедали те лохматые твари!

– Нет уж… Он сказал, что может не спешить… Как же это так: не спешить? Пускай объяснит, какая у него причина так болтать. Знаете, что я думаю? Я думаю, он задумал нас кинуть.

Макс говорил всё медленней.

– Твоя избыточная агрессивность просто удивляет, – задумчиво сказал Заро.

Лана фыркнула.

– Да ну вас!

Она прыгнула и через секунду скрылась в зарослях.

– Уууххх!.. – выдохнул Виктор, отправляясь за ней.

Милена поняла, что больше не может удерживаться за скользкий прут. Она зажмурилась.

Жёлоб изменил угол падения, но не уменьшил скорости. Воздух засвистел в ушах.

Ощущение было знакомо, но на сей раз желоб то и дело поворачивал туда-сюда.

Милену кидало то на одну стенку, то на другую. Открыв на секунду глаза, она увидела мелькающие ветви, листья, лианы, стволы, гроздья… И вдруг разом стало сумрачно: она не сразу поняла, что это кроны деревьев сомкнулись над головой. Её вновь стало бросать из стороны в сторону, пронесло сквозь дупло огромного дерева, и тут впереди блеснул свет. Ещё миг – и Милена вылетела из полумрака леса на залитую солнцем поляну.

Жёлоб оборвался, и она кувырком покатилась по пологому склону вниз. Чтобы замедлить скорость, Милена расставила руки, попыталась схватиться за кустарники, но они ломались и царапали. На миге удалось увидеть заросли высокой – в человеческий рост – травы, за ними что-то блеснуло…

Ей удалось остановиться до зарослей. Она поднялась на четвереньки и тут же свалилась: перед глазами плыло.

Наконец, ей удалось подняться. Она осмотрела себя. Правая рука была вся исцарапана.

В зарослях травы Милена разглядела ступеньки и край перил небольшого мостика: он пересекал болото. Чуть поодаль Лана с Виктором, поддерживая друг друга, пытались встать на ноги.

– Ты как, Милена? – спросил Виктор, подходя к ней.

– Если Макс с Заро прикончат друг друга, втроём нам будет дойти куда трудней. Вик сделай что-нибудь.

– Да, я знаю…

Она указала на заросли:

– Там мостик.

К ним ковыляли Лана с Максом.

– Змеи! – вскрикнула Лана.

Заросли зашуршали. Алые извивающиеся змеи заскользили по сочной зелёной траве.

Компаньоны бросились вверх по склону.

– Гады! Мерзкие твари! – заорала Лана. Она подобрала с земли сук и приготовилась обороняться.

– Их тут сотни, – мрачно сказал Виктор.

Лана швырнула сук в гущу змей.

Милена, стала хватать с земли камни и швырять в змей.

– Ашаонэ-ашахэ! Ратхавэ! – Звучный голос стремительно приближался.

Отскочить они всё равно бы не успели. Милена закрыла голову руками, а Лана просто упала поверх Макса.

Тело Заро просвистело в воздухе, и рядом тяжело толкнулась земля.

Координатор стоял на ногах и, как ни в чем не бывало, разглядывал окрестности.

– Начинаю привыкать к телу хомуна, – сказал он. – Похоже, у нас кое-какие проблемы?

Перешагнув через Макса, он пошёл навстречу надвигающемуся скопищу.

Прошептав что-то себе под нос, координатор выкрикнул неизменное «Ашам-Ху!»

Змейки тотчас перевернулись навзничь и замерли.

– У нас сто секунд! – громко сообщил Заро.

Вчетвером ухватив Макса за руки и ноги, компаньоны потащили его к мостику.

Милена старалась не наступать на красных змеек, но все же одна ей попалась под ногу. Брызнула фиолетовая кровь.

Мостик оказался узким. С трудом протискиваясь между перил, компаньоны протащили Макса ещё несколько шагов, прежде чем змейки вновь задвигали хвостами.

Доски под ногами угрожающе скрипели. От болота разило запахом сырости и грязи. Местами трава пробивалась сквозь мостик, маскируя прорехи в досках и кое-где застилая путь.

Всё же удача оказалась на их стороне, и они без потерь добрались до конца мостика.

Тотчас у ступенек начиналась гравийная дорожка. Усадив на неё травмированного Макса, друзья принялись изучать местность. Тут же выяснилось, что дорожка пробегает по широкой поляне. Дальняя часть поляны расширялась, оттуда открывался вид на долину.

– Туда, – махнул рукой Заро.

Виктор достал помятую карту.

– А ну-ка, дай попробую, – сказал Заро. – С некоторого времени все эзотерические письмена открывают мне свой сакральный смысл.

Виктор протянул ему карту. Заро повертел фотографию в руках и покачал головой.

– Похоже, это самый запутанный мир из тех, в которых я бывал, – вздохнул он. – Я не совсем уверен в правильности моей трактовки. Но, судя по этим знакам, а теперь они мне кажутся намного информативнее, – мы находимся в каком-то дальнем кармане васты времени. Признаться, я вами восхищен.

– Я не понимаю, – сказала Лана. – Чем тут восхищаться?

– Вы творите свою реальность, – сказал Заро. – Посмотрите вокруг. Что это? Ничего подобного здесь никогда не было. Я уж не говорю о предыдущем мире, который вы заполонили ландшафтами и населили чудищами. Тот мир грубее, этот тоньше.

– Мы все равно не понимаем, – сказала Милена.

– Неважно, – сказал Заро. – Поймете позже.

Он вновь взглянул на карту.

– Это уровень неопределённого времени. Так говорят символы.

– Какого времени? – переспросила Лана.

– Неопредённого. – Виктор пожал плечами. – Если я не ошибаюсь в переводе, это мир неясных сущностей, которые находят здесь то, что они считают временем, даже если сами того не сознают. Врата, через которые мы проникли сюда, именуются цветком времени. Где-то впереди нас ждет храм, в котором обитают местные божества. Письмена называют его храмом обратного времени.

В эту минуту Макс поднял голову и принялся яростно ею трясти, пытаясь привести себя в чувства.

– Что со мной? – спросил он обиженно.

– Интоксикация, дружок, – пояснил Заро. – Ты надышался терпенами, миристицином, гиосциамином и всякой другой ерундой. Моя плоть для подобной дури неуязвима, но для тебя эти вещества крайне опасны. Галлюцинации, паралич нервной системы, смерть – вот, что могло тебя ожидать, если бы ты ещё некоторое время продолжал со мной спорить там, на краю лепестка. К счастью, я разгадал твою боязнь высоты и задержался, чтобы помочь тебе справиться со страхом. Ты начал засыпать, и мне осталось лишь слегка тебя подтолкнуть. И вот ты жив и практически здоров. Теперь подымайся! Нам надо идти.

Макс хотел что-то возразить, но не нашел слов и отвернулся, чтобы скрыть румянец.

Тем временем Лана уже уверенно шагала по дорожке. Вдруг она запрыгала на месте и, повернувшись к компаньонам, замахала руками.

– Сюда! – закричала она.

На краю леса, на склоне уходящего вверх холма, стояло многоярусное здание.

Милена подумала, что зодчие, создававшие его, не принадлежали ни к цивилизации калахая, ни к культуре Беару, равно как не были приверженцами других известных ей стилей. Скорее, это была архитектура в стиле рококо-тек конца двадцать первого века, либо фаншок, либо нью-джеланд-авангард, либо все стили, вместе взятые.

Разноцветные колонны, располагавшиеся в беспорядке, поддерживали лекалообразный свод, украшенный несколькими цветными полупрозрачными куполами. Стены здания выложены желтым камнем, сверкающим на солнце, как янтарь.

Десятки легких ажурных лестниц вели с прилегающей площади прямо к окнам, имевшим различные размеры – от крохотных амбразур до громадных проемов, в беспорядке решетившим фронтальную стену.

– Храм времени? – предположил Виктор.

– Для храма времени он выглядит как-то нелепо, – сказал Макс.

– А как, по-твоему, должен выглядеть храм времени? – бросила Милена. – В виде гимнастического снаряда?

– Есть один способ узнать, что это за учреждение, – сказала Лана.

Гравийная дорожка давно бы заросла травой, но, похоже, временами по ней все-таки кто-то проходил.

– Не одни мы ищем счастья в этом мире, – пошутил Виктор.

Через десять минут добрались до храма. Тут отовсюду веяло запустением. Между широких плит, лежащих в подножии, пробивалась нетоптаная зелень. Ветер нанёс пыль, на которой не было следов.

Не найдя центрального входа, друзья начали подниматься по лестнице к самому большому из окон, оно было ниже всех остальных.

Поднявшись и заглянув внутрь, компаньоны убедились, что архитектор, сотворивший этот шедевр, явно имел нестандартное мышление.

От каждого из окон к центру огромного помещения сбегал все тот же привычный уже жёлоб.

Один за другим, все ступили на гладкую поверхность и по очереди съехали вниз.

Оказавшись на небольшой площадке, они отряхнулись и стали изучать помещение.

Площадка находилась в подножии большого сооружения и также была несколько приподнята по отношению к длинному залу, вдоль стен которого шло множество дверей с надписями.

Виктор подошел к одной из них и радостно объявил:

– Древнеарсийский!

Словно на выставке произведений искусства все стали расхаживать по зале, рассматривая интерьер.

Над каждой дверью в алькове стояло изваяние.

– Божества времени, – сказал Виктор. – А теперь вон туда посмотрите.

Все обернулись и увидели, что сооружение, под которым они только что стояли, на самом деле представляет собой громадину-пьедестал. На нём три изваяния, каждое не менее пяти метров в высоту.

– Вот это да! – ахнула Лана.

– Это алтарь храма неопределенного времени, – равнодушно сказал Заро.

– А кто эти трое?

– Да так… Местные божества.

Скульптуры были исполнены настолько искусно, что, казалось, стоит громко крикнуть, они тут же очнутся ото сна и сойдут с алтаря.

С замиранием сердца Милена подошла к одному из божеств.

Это был молодой, атлетически сложенный красавец. На губах замерла легкомысленная улыбка. В правой руке огромный меч, левой он небрежно опирался на щит, инкрустированный акцадом и усыпанный камнями.

– Это Ри, – сказал Запро. – Он заведует прошлым. А в руках у него не что иное, как меч перехода.

Виктор подошел к изваянию женщины с загадочной улыбкой на лице, стоящей с другого края.

– Божество будущего Аги, – прочитал он.

Волнистые волосы обнаженной богини струились до самого пола. Одной рукой прекрасная Аги стыдливо прикрывалась полупрозрачной накидкой, в другой держала плеть.

– А эта девица мне нравится, – признался Макс.

– О! Наш мальчик ожил! – хмыкнула Лана.

Они подошли к центральному изваянию, и Заро объявил:

– Знакомьтесь! Это сам Уру. Бог настоящего. В правой руке у него ведро с нектаром забвения, в левой – кубок причастия.

Уру был тучным пожилым человеком. Под густой бородой просматривалась вполне добродушная улыбка. В кубке причастия, который Уру щедро им протягивал, мог бы поместиться человек.

– Всё это здорово, – сказал Макс, – но как нам понять, где искать следующий вход?

– У меня есть только смутные предположения, – сказал Виктор и взглянул на Заро. – Но мне кажется, наш уважаемый создатель Весты знает гораздо больше.

Координатор сделал скучную гримасу.

– Не люблю торопить события, – сказал он. – Но, если вы очень настаиваете…

Макс заскрипел зубами, но ничего не сказал.

– Дорогой Заро, – вздохнула Лана. – Разве вы не понимаете, что чем больше команда готова к дальнейшим действиям, тем выше её шансы на выживание и больше вероятности благополучно достичь цели.

– Есть цели идеальные, и есть конкретные, сестричка, – раздумчиво произнес координатор. – Достижение и тех и других зависит скорее от удачи, чем от знаний. Впрочем, все вы в этом сами скоро убедитесь.

Он взял у Виктора карту.

– Врата в иную вселенную находятся в Озерной долине. Однако надписи на карте предостерегают: тот, кто войдет в долину, никогда её не покинет – привлекательность этого места столь велика, что любой мгновенно растратит в ней всё свое время.

– Как это? – удивилась Лана.

– Узнаем. Как бы там ни было, сначала нужно выйти из храма обратного времени.

– Это мы уже без тебя уже поняли, – поморщился Макс.

– Спасибо вам, Заро, – Виктор сложил карту. – Ну, что, ищем выход?.

О том, чтобы подняться тем же путем, по которому пришли, не могло быть и речи. Желоба были слишком скользкими.

Макс снова спустился, подошёл к стене, стукнул кулаком в первую попавшуюся дверь. Заперто. Стукнул сильней, попробовал плечом – безрезультатно. Проходя от одной двери к другой, он бил то рукой, то ногой, но ни одна из дверей не поддалась.

– Там написано, какая возможность ждёт того, кто войдет в дверь, – сказал Виктор. – За каждой она разная.

– Это всё хорошо, – пробурчал Макс. – Только как туда войти?

– Тут тоже надпись! – Милена кивнула на пьедестал.

– Каждому – своя возможность… – прочёл Виктор. – Загадай желание – исполним…

– Десять минут загадываю, – сказал Макс. – Есть хочу! Пить хочу! И что толку?

– Нет, – Виктор покачал головой. – Тут хитрость какая-то.

Он стал ощупывать стену.

– Может, секретная кнопка какая-нибудь? – спросил Макс.

– А это что? – спросила Лана из-за угла пьедестала.

Наверх вели бронзовые ступени. Рядом с ними была дверь, она была сделана из цельную пластины.

– Выход из храма, – сказал Виктор, проведя пальцем по выложенной из камней надписи.

Разумеется, дверь была закрытой.

– Поднимемся наверх, – предложил Виктор. – Может, набредем ещё на какую-нибудь подсказку?

– Как красиво… – прошептала Милена, оказавшись наверху.

Здесь фигуры божеств казались ещё более грандиозными. Прямо перед ногами Уру был выложен круг. Милена без труда расшифровала уже знакомые письмена.

– Круг неопределенного времени.

– Совершенно верно, – сказал Виктор.

– И что, по-вашему, это значит? – спросила Лана. – Заро, просветите нас.

– М-м… это, в общем, игра такая, – сказал координатор. – Не советую играть.

Круг был ограничен рядом желтых пластин, а в самом центре имел углубления в виде стоп.

– Вот ещё маленькая надпись, – сказал Виктор. Он присел. – Следы возможности.

– Как всё запутано, – Лана покачала головой.

– Дальше что? – спросил Макс.

– Взгляните! Ещё дверь! – воскликнула Лана.

За изваяниями божеств темнел глубокий альков, в нём и впрямь просматривалось что-то вроде двери.

– Надо бы проверить! – предложил Макс.

– Постойте. – Виктор выпрямился. – Я хочу попробовать… встать в круг.

– Не советую, – сказал Заро.

Компаньоны переглянулись.

– Если он не советует, попробовать точно стоит? – сказал Макс. – Давай, Вик!

– Подождите, – сказал Заро. – Ладно. Но тольтко первым буду я.

И, подойдя к кругу, он решительно ступил внутрь.

В ту же секунду из-под ступней вырвался сноп искр, и ноги Заро мгновенно прилипли к кругу.

– Кшанаотхраич-пхрасастаяеч! – вскричал координатор. Он попытался оторвать стопы от пола, но те приросли намертво.

– Отпусти, Уру! – заорал Заро. – Я тоже даан!

Он стал повторять заклятия, но всё безуспешно: он не мог сделать ни шага.

И тут статуи ожили. Камень перестал быть камнем: материя изменила свойства. По застывшим волнам одеяний прокатилось движение. Уру медленно повернуло голову, осмотрел зал.

– Здесь гости! – громко сказал он и стал переливатиь жидкость из сосуда в кубок. – Напиток жизни! Нектар забвения!

Он хотел поднести кубок к губам, но Аги, вскинув волосами и бросив на Уру сердитый взгляд, крикнула:

– Нет, Уру! Не пей!

Уру замер и вздохнув, склонилось к Заро.

– Держи вот. Ты должен выпить нектар, а затем сосредоточиться и загадать тайное желание.

– Я, кажется, сказал тебе, что я – даан!

Но Уру как не слышал.

Ри поднял свой меч и стал небрежно им поигрывать.

Красавица-великанша Аги опустила накидку и щёлкнула бичом. С дальних окон, загалдев, слетели стаи птиц.

Заро, с трудом удерживая в руках предложенную посудину, пожал плечами.

– Уважаемые божества! Ну к чему весь этот церемониал? Нельзя ли как-нибудь объясниться в более простой форме?

В ответ Ри яростно стукнул мечом о щит, от этого звука заложило уши, а Аги ещё раз щелкнула бичом.

Видимо, удовлетворившись ответом, Заро, поднёс посудину к губам и стал пить. Часть напитка пролилась и потекла по подбородку, закапала на живот.

Компаньоны в молчании следили за ним. Милена гадала, чем все это закончится, но ничего в голову не приходило. Неожиданная вспышка света заставила всех зажмуриться. Когда они открыли глаза, яркое сияние, окутавшее координатора, уже угасало. Наступила тишина. Ни люди, ни боги не нарушали ее. Спустя минуту Уру выхватил кубок из рук Заро и крикнул:

– Хомун! Ты пытался обмануть божеств! Ты задумал вовсе не то, чего желаешь на самом деле! Ибо вовеки тебе не стать владыкой вселенной, жалкий червяк!

Тут же Аги несильно ударила Заро хлыстом по ногам.

Координатор вздрогнул и вновь попытался освободиться, но круг не отпускал.

Уру плеснул новую порцию нектара и снова подал Заро.

– Даю тебе, хомун, ещё одну попытку.

Координатор резко выдохнул, что-то проворчал и припал губами к посудине.

Опять вспышка, минута безмолвия. Затем Уру и Аги отступили на полшага.

Ри взмахнул мечом, и молниеносным движением снёс координатору голову.

Божества захохотали.


Голова Заро подкатилась к ногам Милены. Чтоб не закричать, она закрыла рот руками. Безголовое тело зашаталось, но не рухнуло. Руки поднялис вверх, хватаясь за воздух, и струя крови, бьющая из горла, облила их.

Круг перестал удерживать его стопы. Нога координатора оторвалась от пола и неуклюже шагнула к голове. Вторая нога, опасливо нащупывая дорогу, сделала то же самое.

Безголовый Заро, раскинув руки в стороны, шёл прямо на Милену. Высота кровавой струи с каждым выбросом снижалась.

Милена нечаянно глянула на голову и с ужасом поняла, что координатор смотрит ей в глаза. Милена подумала, что хорошо бы подтолкнуть ногой голову её хозяину, но тут голова ей лукаво подмигнула, и она отпрянула назад.

Шатаясь, тело добралось до своей головы, нескоординировано согнулось, подобрало её и рывком водрузило на плечи.

– Я же говорила: он крутой парень, – прошептала Лана.

Координатор что-то пробубнил. Кровь тут же перестала струиться по шее. У всех на глазах голова приросла к туловищу и заняла правильное положение.

Божества изумленно переглянулись.

– Таких чудес нам ещё не приходилось видеть, – признался Уру.

Ри сделал шаг вперед и вновь занёс свой меч, но Аги остановила его, преградив дорогу хлыстом.

– Должно быть, это опасный хомун, – сказала она. – Мы не знаем, какие силы ему помогают. Будет лучше, если мы просто дадим ему возможность покинуть храм.

Ри отступил.

– Иди, хомун, – приказал Уру.

Заро не заставил себя упрашивать. Он быстро спустился по бронзовой лестнице вниз и толкнул дверь. Та легко поддалась, и через миг координатор, бросив фразу, что он не хомун, а даан, скрылся из виду.

– Кажется, вы тоже немало удивлены, – заметил Уру. – Нет, меня не интересует, что на самом деле за фрукт – этот ваш спутник. Но сейчас ваша очередь. Каждая сущность, вошедшая в храм, должна получить свою долю неопределенного времени, иначе выход из храма для нее будет закрыт.

Словно в подтверждение его слов раздался грохот, и в стене пьедестала сама собой захлопнулась дверь.

– Итак, – продолжал Ри, – становитесь по очереди в круг неопределенного времени, и божества сами поймут, чего вы хотите больше всего, и исполнят это пожелание.

– Но помните, хомуны, – заговорила Аги, и в её мелодичном голосе зазвучал смешок, – если неосознанное желание не совпадет с тем, о котором вы подумаете, стоя в круге неопределенного времени, то вас ждет такая же кара приведения в соответствие, что и вашего спутника.

Божество прошлого опять громыхнул мечом.

– Хорошенько подумайте, – сказала Аги, – чего вы действительно хотите сейчас более всего, и только тогда вступайте в круг неопределенного времени.


Милена нащупала руку Виктора и крепко в нее вцепилась. Ей казалось, что она вот-вот сойдет с ума. Желания? У нее не было желаний!

Лана шагнула вперед, но её остановил Макс.

– Надоело, – буркнул он.

Макс решительно подошел к кругу, зачем-то вытер ноги о каменный пол, словно там лежал невидимый коврик, и ступил на следы.

Искры вылетели из-под его подошв, и ноги намертво прилипли к поверхности круга.

Уру дружелюбно улыбнулся. Он вновь плеснул в кубок из своего сосуда и протянул Максу.

– Испей-ка чудесного нектара! И не забудь загадать своё истинное желание!

Макс залпом выпил содержимое, отстранил кубок, и в эту минуту его на миг объял сноп яркого света. Макс словно не заметил этого. Он задумался, затем вперился взглядом в Аги.

– Эй, крошка, – сказал он тоном волокиты. – Чувствуешь, о чём я сейчас думаю?

От неожиданности Аги вздрогнула и попыталась укрыться своей накидкой. Ри нахмурил брови, но Уру подал знак, и тот отступил, открывая проход к алькову. Врата в алькове распахнулись и на пьедестал взошла группа обнаженных девушек.

– Жрицы обратного времени! – объявил бородач. – Это значит, приятель, что ты загадал правильное желание, и тебе не мешает немного расслабиться!

Аги рассмеялась. Жрицы, весело щебеча, подхватили Макса под руки, и повели к бронзовой лестнице. Спустившись вниз, процессия подошла к одной из дверей в боковой стене храма.

Рядом с дверью в неглубокой нише стояло изваяние.

– Чиргак, – сказала жрица, – Властелин Мгновения.

Макс шагнул внутрь.


Помещение представляло собой огромный амфитеатр.

На трибунах сидела толпа существ-отродий, похожих на двуногих крыс с клешнями вместо рук. Толпа бесновалась и ревела.

– Ну, а это кто? – спросил Макс, демонстрируя своим видом отвращение.

– Поедатели прошлого. – Жрицы мягко подтолкнули его в спину. – А теперь иди в круг.

В центре амфитеатра находилось подобие ринга, огражденного колючей проволокой. В кругу было двое мужчин. Один из них – в длинной тунике и высоком головном уборе – жестом подозвал Макса к себе. Это был явно Чиргак. А рядом с ним стоял…

– Эй! Какого черта ты тут делаешь?

Это был мерзавец Канцедал, давний знакомый Макса. Он хлопал глазами и озирался по сторонам.

– Этот ублюдок кинул тебя три года назад? – спросил Чиргак.

– А?… – Одновременно со всплывшим воспоминанием Макс почувствовал прилив ненависти.

Кинул! Ещё как кинул! На целых пять штук!

У Макса невольно сжались кулаки. Странный туман опутал сознание.

Канцедал… сволочь! Макс ни за что бы не поддался его хитрости, если бы не обстоятельства.

– Ну, вот и встретились! – процадил Макс.

– Где?.. где мы? – Канцедал побледнел.

Макс шагнул к нему и пихнул в грудь.

– Эй! Ты ведь знал, что я тебе не откажу при друзьях, да?

– Откровенно говоря, расчет был больше на твою подружку… – пробормотал он. – Думаю, перед ней ты вряд ли хотел выглядеть жмотом.

– Сукин ты сын! Ты же тогда о каких-то похоронах бубнил!

– Похороны? Ну, знаешь… – Канцедал оглянулся, оценивая ситуацию, и вдруг встал в стойку.

Чиргак поднял руку.

– Бой без правил! Но только до первой крови!

Он дал отмашку, и где-то сзади зазвучал гонг.

Канцедал отскочил в сторону, сделал разворот и, если бы не реакция Макса, его пятка так и влипла бы ему в челюсть.

Уйдя от удара, Макс ринулся на соперника, но тот отпрянул и начал маневрировать, увёртываясь и нанося обманные удары.

Макс схватился за меч, но раздумал.

– Жалкий буффон… – процедил Макс.

Выждав, когда противник окажется открытым, Макс легко выбросил ногу вперёд. Пробив защиту, его пятка встретилась с подбородком Канцедала.

Оторвавшись от пола, Канцедал два раза обернулся вокруг оси и упал лицом вниз. Вокруг головы растеклась тёмная лужа.

Чиргак махнул жезлом и объявил конец поединка.

Вслед за звуком гонга твари, сидевшие на трибунах, сорвались с мест, и бросились к Канцедалу, который пытался подняться на четвереньки.

Они чуть не сбили Макса с ног. Он отскочил назад, к проволоке, и ему пришлось увёртываться, чтоб не попасться в растопыренные клешни тварей.

Чудовища набросились на Канцедала, повалили его на пол, стали рвать в клочья.

– Чёрт… – Макс отвернулся. Помочь бедняге было нельзя.

Макс слышал, как хрипел и задыхался Канцедал. Он обернулся через минуту. Твари отступили. На перепачканном полу валялись лишь обломки костей.

Неожиданно твари набросились друг на друга.

Чиргак, скрестив руки на груди, задумчиво наблюдал за происходящим.

Твари рвали друг друга на части, и тут же пожирали. С изумлением Макс заметил, что постепенно их становилось всё меньше и меньше.

Не прошло и пяти минут, как на ринге среди кусков кровавого мяса и обломков костей из чудовищ осталось одно-единственное.

Переваливаясь с ноги на ногу, рыча и истекая кровью из многочисленных ран и ссадин, оно подошло к Чиргаку и грузно бухнулрось на колени.

Чиргак резким движением выхватил из-за пояса огромный тесак, с размаха вонзил его в грудь чудовища и тут же выдернул.

Из раны хлынула тёмная кровь. Невесть откуда Чиргак достал кувшин и подставил его под струю. Кровь лилась, а чудовище всё худело и уменьшалось. В его теле появлялась прозрачность, сквозь кожу стали просвечиваться синеватые сосуды, толстые бугристые кости, которые тут же истончаались.

И вот струя иссякла, и демон растаял, как кусок льда на солнце. И в эту минуту туман, опутавший сознание Макса, рассеялся.

Чиргак подал кувшин, сперва в него заглянув.

– А теперь пей.

Во взгляде Чиргака была злоба, и Макс решил не испытывать судьбу. Взяв кувшин в руки, он понюхал.

– Вино?

Чиргак молчал.

Макс стал пить, и на минуту его сознание помутилось. Когда он пришёл в себя, кувшин был пуст. Макс отдышался и сказал:

– Креплёное… Чёрт побери… не может быть!

Чиргак забрал кувшин.

– Хватит! Ты должен себя контролировать!

– Легкость в теле!.. И тут, в груди… тепло. Это был не настоящий Канцедал? Копия?

Чиргак положил ему на плечо руку и сурово сказал:

– Хомун! Ты получил свою возможность. Теперь уходи.

– Но ответь на вопрос, прошу. Это была копия?

Но тут вновь неведомо откуда появились щебечущие жрицы. Они окружили Макса со всех сторон, взяли его под руки и повели обратно к выходу. Поднявшись вместе с ним наверх, они удалились, наградив Макса чарующими улыбками.

Лана, Виктор и Милена ждали его у подножия. У Виктора было непривычно раскрасневшееся лицо.

– Эй, вы что, так и простояли тут? – пробормотал Макс.

– Ну, у тебя и видок, пры… ятель! – пьяно ухмыльнулся Виктор. – Почему ты нас оставил, друг?

– Ты какой-то уставший, Макс, – заметила Лана.

– Ах, Макс, если бы ты знал, где мы были… – Виктор мечтательно закатил глаза. – Кабачок «Дикий кот»! Знаешь, где это? Ха, я сам не знаю. Какое дивное месечко! Городок пьяниц и красивых девиц.

– Нет, город красавцев и дур, – со смехом поправила Лана.

– Чёрт! – Виктор хихикнул. – Наши с Ланой желания совпали. Макс, ты можешь в такое поверить?

Они с Ланой переглянулись и покатились от смеха.

– А Милена… она всё это время в ванной прохлаждалась… В ванной с розовым маслом, – сказала Лана. – Милена, почему ты не придумала что-нибудь повеселее…

– Да очнитесь вы, – рассердилась Милена. – Что с вами со всеми?

– Макс, а ты где был? – спросила Лана.

– Не знаю… я не помню.

– Ну Макс…

– Отстань.

– Да вы все просто спятили! – Милена покрутила у виска.

– А вы забавные, хомуны, – сказал бородатый гингант Уру, который всё это время с любопытством их рассматривал. – Ну, вот и всё. Теперь вы получили свои возможности и можете покинуть храм!

– Тайные желания скрыты, – журчащим голосом сказала Аги. – Они ведомы только богам. Помните об этом, идя по пути становления….

Фигуры окаменели.

– Идёмте, – сказал Макс.

Они, не мешкая, спустились по бронзовой лестнице, толкнули дверь. На этот раз она открылась без усилий.


Глава 12 | Дороги Богов | Глава 14