home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 1

Я растерялся, как кастрированный кролик, главным образом потому, что никак не мог решить, куда смотреть. Блондинка, которую все здесь называли Дот, исполняла импровизированный канкан, и хотя ее одежда не соответствовала характеру танца, все остальное у нее было в полном порядке. А в дальнем углу гостиной пребывало в задумчивости длинноногое симпатичное создание с роскошными формами, из тех, что рождаются в грезах сексуального маньяка. Итак, я никак не мог решить, какому зрелищу отдать предпочтение, а потому без конца переводил взгляд с одного объекта на другой. Для глаз это было тяжелым испытанием, и временами мне казалось, что они вот-вот выскочат из орбит и разобьются, столкнувшись друг с другом. Дот закончила танец и плюхнулась на диван. Она была очень миниатюрна, не более пяти футов, с округлыми формами и чистой белой кожей.

Я отпил глоток своего водянистого коктейля, чтобы промочить пересохшее горло. Не помогло. Переведя взгляд в дальний угол гостиной и выждав минуту, я встал и направился по ковру к длинноногой красотке.

На ней было белое платье без бретелек. Прислонившись к стене, она смотрела в огромное, от пола до потолка и от стены до стены, окно. Гладкие серебристые волосы спускались до плеч. У меня у самого и волосы, и брови почти совершенно белые, но она была одной из тех редких женщин, у которых волосы даже светлее моих. Не считая, конечно, седовласых старух. А она не была старухой. Ей было на несколько лет меньше моих тридцати.

Радио было запущено на полную мощь, и она не слышала моих шагов. Я остановился перед ней и вежливо представился:

— Привет, меня зовут Шелл Скотт. — Я замолчал, решив подождать ее реакции.

Она медленно повернула голову и посмотрела на меня своими глубокими темно-карими глазами с ресницами как автомобильные «дворники». Ее длинные выгоревшие волосы когда-то золотистой блондинки эффектно контрастировали с шоколадным загаром лица и плеч. Белоснежные ровные зубы блеснули за сочными красными губами, округлившимися в улыбке. Она взмахнула пару раз ресницами и тихо ответила:

— И вам привет, меня зовут Элен.

Кажется, вечеринка, удалась.

Не могу сказать, что это была типичная голливудская вечеринка, скорее — типичная разухабистая, безудержная в разврате вечеринка, какие бывают не только в Голливуде. Как частный детектив, воплощающий в себе весь персонал детективного агентства «Шелдон Скотт. Расследования», я оказался единственным чужаком здесь, в доме Рауля Эванса на Голливудских холмах, остальные девять человек были актерами и сотрудниками «Луи Дженова продакшн», независимой кинокомпании, снимавшей как раз в то время опус под названием «Девушка из джунглей»: продюсер Луи Дженова, режиссер фильма, сценарист, а также исполнители главных мужских и женских ролей. В вечеринке участвовали также четыре девицы, которым, в соответствии со сценарием, предстояло сначала с визгом бегать по джунглям, а потом быть заживо сожженными на костре. У меня было такое ощущение, что они вот-вот начнут бегать и визжать, хотя был поздний воскресный вечер и съемки не начнутся раньше завтрашнего утра. Собравшиеся здесь мужчины не вызывали у меня особого восторга, за исключением хозяина, Рауля Эванса, но, честно говоря, восхищение мужчинами и не входило в мои обязанности.

Элен дружелюбно разглядывала меня.

— Элен, а как дальше? — спросил я.

— Маршал.

— Значит, вы та самая Элен — девушка из джунглей?

— Верно. Кажется, нам не доводилось встречаться прежде?

— Я появился здесь десять минут назад. Это мой первый коктейль. Приятная вечеринка.

— Похоже, да.

И Элен мне тоже нравилась. Высокая, стройная и улыбчивая, ну просто очарование! Я прямо так и сказал ей, добавив при этом:

— Пока вы ищете в моих словах скрытый смысл, я, пожалуй, принесу вам еще один коктейль.

— Виски с содовой, если можно.

Мы находились в огромной гостиной в доме Рауля, расположенном на холме Дюран-Драйв в предместье Голливуда. Одна из стен была фактически стеклянной, благодаря чему из гостиной открывался широкий обзор местности: петляющая по холмам дорога, ведущая к городу, раскинувшемуся внизу, в пятидесяти ярдах от дома — плавательный бассейн, на сотню ярдов вокруг окаймленный зеленой лужайкой на склоне холма. Размеренный шум голосов и позвякивание льда в стаканах заглушала громкая музыка из радиоприемника. Гости с бокалами в руках расположились на бархатных диванах или в массивных мягких креслах. Я прошел в дальний конец гостиной, где размещался бар с тремя табуретами, приготовил хайбол для Элен и бурбон с водой для себя.

Смешивая коктейли, я рассматривал гостей Рауля. Приглашение на сегодняшнюю вечеринку показалось мне интересным, но я не представлял себе, что меня ждет. Он позвонил в мою голливудскую квартиру примерно в три тридцать и, поболтав о том о сем, сказал:

— Все гоняешься за убийцами, Шелл?

— Ни за убийцами и ни за кем другим.

— Тогда приезжай ко мне. Будет довольно интересно. А потом искупаемся.

— У тебя вечеринка?

— Да. Пара незанятых девушек — вполне на уровне. Сможешь с ними управиться?

— Какие могут быть сомнения?

— Так ты приедешь?

— Уже еду. Готовь мне коктейль. Возьму с собой самые стильные плавки.

— Возьми, если хочешь, дурачок.

Вот такое приглашение. Я знаком с Раулем уже шесть лет, ровно столько, сколько существует мое детективное агентство в центре Лос-Анджелеса, и он один из немногих в мире кино, с кем у меня сложились добрые отношения. Последнее время он так часто устраивал сомнительные вечеринки, что об этом стали поговаривать всерьез и даже несколько раз упоминали в желтой прессе. Но, в отличие от желтой прессы, я считал, что это его личное дело.

Вот почему, не имея отношения к киноиндустрии, я оказался здесь. Как только я появился, Рауль вручил мне бокал и скороговоркой представил меня присутствующим, как это принято в таких случаях, но я не запомнил большинство имен, которые он выпалил со скоростью пулеметной очереди.

Рауль был режиссером фильма Дженовы «Девушка из джунглей» и сейчас вместе с Дженовой, смуглым человеком небольшого роста, явно чем-то озабоченным, углубился в какие-то бумаги, разложенные на рояле. Оскар Своллоу, написавший сценарий «Девушки из джунглей» для Дженовы, заглядывал им через плечо. Своллоу, как и я, был холостяком и одевался щеголевато, очевидно считая себя лакомым кусочком для женщин.

Мужскую часть компании замыкал Дуглас Кинг, и именно он, как мне показалось, был наиболее приметной фигурой. Будучи исполнителем главной мужской роли в «Девушке из джунглей», он служил олицетворением мужества. В отличие от других, он уже облачился в плавки и впрямь выглядел как два греческих бога, соединенных в одном естестве. Как я понял, в фильме он играл Бруту, парня, который перелетал с дерева на дерево и спасал всех подряд от горилл и других животных. Я сказал, что он был наиболее заметной фигурой, потому, что крошка Дот сидела у него на коленях и что-то шептала ему на ухо. Нетрудно догадаться, что именно она шептала. Может, она еще и кое-что делала при этом.

Еще три девушки судачили о чем-то, весело хихикая. Я навострил уши, стараясь понять, над чем они потешаются.

Одна из них, рыженькая, говорила:

— …Настоящий воротила — у него два кордебалета. Он отбирает девочек так же, как это прежде делал Цигфельд, — вы же знаете, нужно одновременно зажать три десятицентовые монетки — между бедрами, коленями и щиколотками, и суметь их удержать…

— Сильвия может это сделать только с рулонами туалетной бумаги. Черт возьми, ей ничего не нужно делать. Она зарабатывает не тем, что держит монетки между…

— Ох уж эта Сильвия! Стоит ей открыть ротик, и роль у нее в кармане. Если бы я…

— Милая, она раскрывает не ротик, а совсем другое, когда она…

Я весело улыбнулся и с двумя бокалами направился к Элен. Вручая ей коктейль, я сказал:

— Я не заметил вас, когда вошел. Со мной такое редко случается.

— Это вполне поправимо. — Она окинула меня оценивающим взглядом. — Вы, наверное, здесь самый крупный мужчина. Какой у вас рост?

— Шесть футов два дюйма. Может, чуть меньше. И около двухсот пяти фунтов. Вас это устраивает?

— Вполне. — Она небрежно вскинула руку с ярко накрашенными ногтями и провела пальцем линию вдоль моего слегка искривленного носа. — Как это случилось?

— Перелом, схлопотал во время службы в морской пехоте. Очередная большая война во имя обеспечения мира и покоя для мертвых.

Она перевела взгляд на мое левое, слегка подпорченное пулей ухо, и я тут же пояснил:

— Результат небольшой разборки. — Мне показалось, что все складывается удачно, поэтому я добавил: — Раз уж мы занимаемся статистикой… — и повел взглядом вниз по ее фигуре.

Она улыбнулась и тихо сказала:

— Немного больше тридцати пяти дюймов.

Я опустил глаза ниже.

— Двадцать три.

Я опустил глаза еще ниже.

Она промолчала, поэтому, выждав минуту, я посмотрел ей в глаза. Она улыбнулась, и я спросил:

— Никаких данных?

— Сделайте еще одну попытку. Я не поняла, куда вы смотрите?

— Ах вот в чем дело! Ну, знаете…

Она прервала мои логические построения, сказав:

— Тоже тридцать пять. Ну как?

Я улыбнулся в ответ:

— В норме.

Кто-то хлопнул меня, по плечу как раз вовремя, прежде чем я окончательно запутался. Я повернулся.

Это был Рауль.

— Привет еще раз, Шелл, — сказал он. — Доволен, что пришел?

Я кивнул, а он добавил:

— Я вижу, ты уже добрался до нашей звезды?

— С такими звездами фильму гарантирован успех.

— Благодарю вас, сэр, — сказала Элен.

Между тем Дженова и Своллоу продолжали колдовать над бумагами у рояля. Своллоу возвышался над коротышкой продюсером, и они отличались не только ростом. Своллоу был голливудским сценаристом, который явно старался выглядеть и действовать, как подобает голливудскому сценаристу. А выглядел он рядом с Дженовой, одетым в темный однобортный костюм, сущим попугаем. Своллоу был медлителен в разговоре и движениях; сорокапятилетний же Дженова, напротив, был живчиком, трещавшим как пулемет; он двигался быстро и импульсивно, люди такого типа обычно бегают по эскалатору. В данный момент он размахивал листком бумаги, зажатым в левой руке, и нервно прищелкивал пальцами правой, страдая от избытка энергии. Его наиболее приметной чертой были гигантские черные брови, то и дело взлетавшие вверх во время словесных извержений. Я слышал, что он поклонялся только одному богу — деньгам. Как и для многих других, деньги и связанная с ними власть были его всепоглощающей страстью. Готов поспорить, он жил на лекарствах.

Я кивнул в сторону двух мужчин у рояля и спросил Рауля:

— Бизнес?

— Да. Он пришел, когда все уже были в сборе. Конечно, в такой непринужденной атмосфере Дженова чувствует себя не в своей тарелке. Он позвонил по поводу каких-то срочных изменений в сценарии, и мне пришлось пригласить его сюда. — Рауль ухмыльнулся. — Не стану же я покидать своих гостей!

Улыбка осветила его довольно невыразительное лицо, и, как всегда, мне захотелось улыбнуться ему в ответ. Он был почти одного роста со мной, но более худощав, с густыми аккуратно подстриженными усами над длинной верхней губой. Мы с Раулем никогда не обменивались любезностями, хлопая друг друга по спине, но симпатия явно была взаимной.

— Опять изменения в сценарии, Рауль? — спросила Элен.

— Боюсь, что да. — Он повернулся ко мне: — Мы перерасходовали бюджет. Лучше бы Луи утрясал все вопросы в рабочее время. — Он снова усмехнулся и передернул худыми плечами. — Так или иначе, выход найден, ну и черт с ним. Давай выпьем по двойной.

Он отошел, а я несколько минут разглядывал гостиную. Странная мысль снова пришла мне в голову. Я повернулся к Элен:

— Вы не замечаете ничего необычного?

— Необычного?

— Да, нечто странное, экстраординарное, непривычное.

— В Рауле?

— Не только в Рауле. Во всей атмосфере сегодняшней вечеринки.

Едва войдя в гостиную, я сразу же почувствовал какую-то натянутость и неестественность. И это чувство не покидало меня, несмотря на взрывы хохота и веселое настроение всех присутствующих, включая меня самого. Казалось, гости смеются нарочито громко и нарочито весело хлопают друг друга по спине. За этой нарочитостью скрывалась напряженность, которая обволакивала гостиную, пробуждая тревогу в сердцах собравшейся в ней праздной публики.

— Не знаю, возможно. А в чем это выражается? — медленно проговорила Элен.

— Как вам сказать… Вроде бы все нормально, но похоже… — Я пытался подыскать подходящее слово. — Похоже на поминки, понимаете? Нужно напиться, чтобы повеселеть. Как будто все притворяются.

Она отхлебнула глоток коктейля.

— Ну это уж слишком. Но народ, действительно, подобрался странный. У каждого свои проблемы. Взять, к примеру, Рауля. Вы, наверное, знаете, что его жена сейчас в Тахо.

Я знал, что Рауль открыто и беззастенчиво гонялся за юбками, и в конце концов его жена Эвелин не выдержала и четыре или пять недель назад отправилась в Тахо. Тахо последнее время заменило собой Лас-Вегас и Рино для многих голливудских пар, которые хотели быстро покончить с формальностями. Я достаточно хорошо знал Рауля и понимал, что это вовсе не входило в его планы, но с тех пор как Эвелин уехала, он стал еще пуще гоняться за юбками, а его пирушки становились все более частыми и продолжительными.

— У Дженовы проблемы с деньгами, — продолжала Элен. — Жена Кинга судится с ним из-за их двоих детей. И даже у Своллоу есть проблемы. — Она помедлила секунду и добавила: — Так, по крайней мере, мне кажется.

— Ну а у вас? — спросил я. — Есть какие-нибудь проблемы?

— Да, — решительно заявила она. — Мы прекрасно проводили время, пока вы внезапно не сделались серьезным. Вы догадываетесь, что испортили мне удовольствие от беседы?

Я усмехнулся.

— Извините, Элен. Можно мне начать сначала? Как вы поживаете, мисс? Я собираюсь основать тут нудистскую колонию, требуются нудисты. У вас есть предложения?

— Вот так-то лучше, — живо отозвалась она. — Записывайте меня. Где она будет находиться?

— Учредительное собрание состоится в отеле «Спартан», Голливуд. Как раз напротив загородного клуба «Уилшир», лучшего места не придумаешь.

— Только слишком уж многолюдное. Вы, наверное, живете в «Спартане»?

— Верно. Вы станете королевой нудистской колонии Шелла Скотта.

Она рассмеялась:

— А кто будет королем? — И, взмахнув ресницами, добавила: — Можете не отвечать. Но, кажется, вон тот Кинг-Конг захочет вступить в нашу колонию.

— Дуглас? Не выйдет. Я принимаю заявления только от человеческих существ. — Я взглянул в его сторону и с удивлением обнаружил, что он свирепо сверлит меня глазами. С чего бы это?

Она тоже посмотрела на Дугласа Кинга и помахала ему рукой, тихо пояснив:

— Я ему нравлюсь. Мы провели вместе пару вечеров, приняв, конечно, необходимые меры предосторожности из-за его тяжбы с женой. Между нами нет ничего серьезного, хотя он и пытался. И даже очень пытался. Наверное, он опасается, что вы займете его место.

— У него есть для этого основания?

Она улыбнулась, но ничего не ответила.

— Черт возьми, — сказал я, — у него на коленях наша исполнительница канкана.

— Ну и что? — возразила она. — Он же мужчина. — Видимо, в ее глазах это было достаточным основанием.

Я взял Элен за руку и притянул ее к себе.

— Послушайте, солнышко, — сказал я. — Надеюсь, вы не из тех кровожадных созданий, которым нравится, когда мужчины из-за них устраивают гладиаторские бои.

Она встряхнула своей серебристой головкой.

— Нет, совершенно определенно, нет. — Подавшись всем корпусом вперед, она коснулась моего правого уха. — А что, вы его боитесь?

Я снова взглянул на Кинга и ответил:

— Совсем чуть-чуть.

Я встречал его несколько раз в городе, но мы не были знакомы, и видел один из его фильмов, в котором он убивал крокодилов, подвешивая их за хвосты или что-то в этом роде. Его угрюмая, свирепая физиономия была по-своему красива, и еще он был отвратительно чванлив. В нем было шесть футов сплошных мускулов. И он был явно не прочь поиграть ими. Вот и все, что я знал о нем, помимо полученной от Элен информации о судебном процессе из-за детей. Мне всегда казалось, что его дети должны обитать в зоопарке, но, видимо, они были вполне человеческими существами. И он, стало быть, не хотел отдавать их жене.

Элен наконец отпустила мое ухо.

— А вы не похожи на человека, которого легко напугать.

Я ухмыльнулся.

— Думайте что хотите. Но если ему захочется поглумиться надо мной, я спущу с него шкуру.

Она залилась смехом в ответ на мое хвастовство, а я допил свой коктейль и сказал:

— Я, кажется, недобираю по части выпивки. Когда начался этот бал?

— Примерно в два. Так что вы не так уж и отстали.

— Я, конечно, наверстаю, но не странно ли устраивать роскошную пирушку до завершения съемок?

— Да. Но поэтому-то мы и начали так рано. Чтобы пораньше разойтись по домам и завтра снова за работу. В отличие от студий «МГМ» или «XX век», у нас меньше формальностей. Мы собирались здесь и в четверг вечером, но тогда это была сугубо деловая встреча.

Кажется, она что-то вспомнила, потому что слегка насупила брови.

— Знаете, — сказала она, — лучше бы вы не упоминали о странностях и поминках. Вы навели меня на мысль, что все присутствующие здесь не могут прийти в себя после беседы с полицией. Может быть, в этом причина?

— Полиция? При чем здесь полиция? С кем она беседовала?

Она медленно обвела глазами комнату.

— Думаю, почти со всеми.

— Когда же это происходило?

— Вчера. Но я так и не поняла, в чем дело. Кажется, Зоя исчезла. Полицейские расспрашивали, не знаем ли мы, где она может быть.

— Зоя?

Она указала пальцем на Своллоу, который блистал великолепием в пиджаке горчичного цвета, с бежевым шейным платком на шее и в коричневых брюках.

— Его секретарша. По крайней мере, до прошлого четверга.

Теперь уже нахмурился я.

— Что это значит? Таинственное исчезновение?

— Не думаю. Насколько мне известно, она просто не явилась на студию. Во всяком случае, она отсутствовала и в пятницу, и в субботу.

Я собирался подробнее расспросить Элен об этой Зое, но она внезапно сменила тему заинтересовавшего меня разговора.

— Извините, — сказала она. — Опять мы не туда поехали, но на этот раз по моей вине. Между прочим, вы захватили плавки?

— Плавки? Да, они в машине.

Она улыбнулась, как мне показалось, довольно загадочно и очень чувственно:

— Ну и хорошо, хотя, наверное, они вам не понадобятся.

— Почему? Разве мы не собираемся купаться?

— Все, конечно, будут купаться.

Она продолжала улыбаться, а я, посмотрев на ее ярко-алые губы, ужасно захотел ее поцеловать. И еще я никак не мог решить, действительно ли она имеет в виду то, что я себе представил.

Я уже собирался спросить, не будем ли мы купаться в одежде, но тут Рауль допил свой бокал и закричал, перекрывая шум:

— Переходим к водным процедурам! Всем раздеться! Скромники могут остаться в купальных костюмах.

Улыбка Элен стала шире, а я решил, что получил хотя бы часть ответа. Откашлявшись, я сказал:

— Ну уж нет!

Иначе и не могло быть. Я, как всегда, оказался на высоте.


Ричард С. Пратер Гнездо разврата | Трое под одним саваном. Сборник | Глава 2