home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement




Когда на экране появились царские офицеры, шумные тени стали пробираться к выходу.


Человек, проехавший с передвижкой всю Камчатку, на мгновение уставился в потолок, словно это был экран, на котором он увидел весь эпизод.

— Так вот, дело происходило на Охотском побережье где находится крупный поселок Ола. Не стану говорить, каких трудов стоило туда добраться. До меня там кино никто не показывал.

В Оле попы с давних времен конкурировали с шаманами, а туземцы, боящиеся всяких богов, на всякий случай вешали в своих юртах рядом с шаманскими талисманами иконы и кресты. Лишь недавно влияние попов и шаманов стала заглушать открывшаяся изба-читальня, действовавшая скромным арсеналом средств, имевшихся в ее распоряжении.

Избач обрадовался прибытию передвижки и всячески старался мне помочь Он немедленно об'явил местным жителям (в основном это тунгусы), что в избе-читальне будет показано нечто, никогда и никем не виданное.

Небольшой деревянный домик вечером наполнился всеми жителями Олы. Даже женщины, живущие у туземцев затворницами и даже древние старики — и те пришли. Внутри избы завесили окна, на стену натянули экран, погасили свет. Ропот разочарования пронесся по комнате. Тунгусы решили, что все это не больше, чем волшебный фонарь, которым показывают ассортимент давно перевиденных, изрядно надоевших диапозитивов.

— Тумана калтина. Наша видела, наша знает…

Но когда вслед за жужжанием динамо и треском аппарата на полотне раскинулось, переливаясь, настоящее море, пошли пароходы с живыми людьми, размахивающими руками, говорящими друг с другом, когда видно стало, как ветер колышет их одежду, флаги, — тогда воцарилась полная тишина. Сидевшие впереди обитатели Олы отпрянули в сторону, боясь как бы не смыла их волна.

Но вдруг по зрительному залу пронесся крик ужаса. На экране появились царские офицеры с погонами на плечах. Точно такие, как те, что приезжали на пароходах, под трехцветным флагом, привозили «огненную воду», спаивали туземцев, отбирали лучшие шкурки мехов оскорбляли их жен и дочерей и нередко делали тунгусские головы мишенями для стрельбы.

— Эк ден шаман! Что делают эти люди снова здесь? Зачем приехали они? Вновь избивать, мучить и грабить бедных тунгусов?

И туземцы еще дальше отодвинулись от людей, так хорошо знакомых по начинавшему забываться, но все еще не далекому прошлому. Но вот другие лица в бескозырках, с колышущимися на ветру ленточками восстали против произвола и швыряют этих, в погонах, прямо в море.

— Эк ден шаман! Что-то будет! Не достанется ли потом тунгусам от высших начальников за все эти беспорядки?

Бесшумные тени стали пробираться к выходу. Когда же появился шедший прямо на людей командир и сердито обвел взором сидевших, — побег принял откровенный характер.

Уже зажегся свет, и перед глазами зрителей вновь предстало белое пятно, но ужас был слишком велик. Появление царских начальников потрясло неожиданностью тех, кто не забыл еще прелестей колонизации Вместе с избачом пришлось всячески успокаивать наших зрителей, показывать им пленку, позволить вертеть аппарат. Смельчаки подкрадывались к экрану, щупали его пальцами. Более дальновидные, чтобы удостовериться, с опаской заглядывали за экран. Иные протирали глаза, щупали себя, только бы удостовериться, что это не был сон.

Всемирный следопыт, 1930 № 08


Люди и море в железной коробке. Рассказ М. Поляновского. | Всемирный следопыт, 1930 № 08 | Смельчаки подкрадывались к экрану и щупали его руками.