home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 9

Фриман Уиллс Крофтс

Ночная гостья

На следующее утро инспектор Ридж проснулся со смутным чувством тревоги, что день предстоит необычный и его ждут важные дела. Потом он вспомнил. Ему выпал великий шанс! Он рывком выпрыгнул из постели.

За завтраком Ридж спланировал день. Сначала совещание с начальством. Во время совершения убийства старший инспектор полиции Хоксуорт находился в отпуске, и хотя Ридж лично уведомил его телеграммой, назад его не ждали раньше сегодняшнего утра. Начальник полиции графства майор Твайфитт также находился в отъезде, однако вернулся накануне вечером, и он также захочет выслушать известия. Затем предстоял разговор со следователем насчет дознания, после чего, как предполагал Ридж, он немного освободится и займется одной или несколькими версиями, над какими размышлял накануне вечером.

Его беспокоил факт, что он так и не сумел организовать должного опознания останков. Сам Ридж не сомневался, что покойный и есть адмирал, но это еще не было официально подтверждено, и его работа заключалась в том, чтобы оформить все в нужном виде. Старший инспектор обязательно начнет с вопроса об опознании, и на данном этапе этот вопрос, возможно, станет единственным, которым заинтересуется следователь.

Ридж дошел пешком до «Лорда Маршала», надеясь, что Дейкерс находится там. Он должен стать главной фигурой на опознании. Ридж принял это как доброе предзнаменование на весь день, когда в дверях столкнулся с выходившим на улицу Дейкерсом.

– Доброе утро, сэр, – приветливо произнес Ридж. – Вот ведь удача. Я как раз думал, как бы мне с вами повидаться.

Встреча с инспектором не вызвала у Дейкерса радости.

– В чем дело? – отрывисто спросил он.

– Нужно опознать останки. Позвольте спросить: как давно вы знали адмирала?

– Как давно? Примерно двадцать два или двадцать три года.

– Прекрасно, сэр. И за этот период вы виделись с ним иногда?

– Да.

– В таком случае, сэр, вы меня премного обяжете, если в удобное для вас время вместе со мной подъедете в Лингхем, где находится тело, и решите, сможете ли вы официально опознать его.

– Я хотел бы сначала позавтракать.

– Я же сказал, сэр, в удобное для вас время. В десять часов вас устроит?

Дейкерс кивнул, и Ридж продолжил:

– Я хочу вас спросить относительно согласия покойного адмирала на замужество своей племянницы. Оно имеется в вашем распоряжении?

– Напечатанное на машинке заявление?

– Да, сэр.

Дейкерс помолчал.

– С какой стати оно вас интересует? – произнес он.

– С той же стати, сэр, с которой, полагаю, оно интересует и вас. Мы оба хотим убедиться в том, что оно действительно выдано адмиралом.

– Вы считаете, что мистер Холланд лжец или фальсификатор?

– Нет, сэр, – невозмутимо ответил Ридж. – Миссис Холланд не говорила, что получила его от адмирала. Это сказал мистер Холланд. Мой вопрос на самом деле касается личных интересов миссис Холланд. Насколько мне известно, придется подтверждать подлинность документа до того, как она вступит в права наследования, и чем быстрее будет установлена его аутентичность, тем лучше.

– Благодарю вас, инспектор, но я постараюсь соблюсти интересы своей клиентки без помощи полиции, – ледяным тоном промолвил Дейкерс.

Ридж пожал плечами:

– Как вам угодно, сэр. Однако вы должны сознавать, что полиции придется изучить этот документ, и вы могли бы сотрудничать с нами в этом деле ради экономии времени и нервов. Но, разумеется, все остается на ваше усмотрение. Тогда до десяти часов, сэр.

Старший инспектор Хоксуорт уже ждал Риджа в участке, и через несколько минут прибыл начальник полиции Твайфитт. Ридж озвучил обстоятельства случившегося и доложил о том, что им сделано и какие шаги он предлагает предпринять. Оба начальника выслушали его, не перебивая, а Хоксуорт время от времени что-то записывал.

– Кажется, все хорошо, Ридж, что касается проделанной вами работы, – сказал старший инспектор, взглянув на своего начальника.

– Да, – кивнул майор Твайфитт. – Думаю, Ридж прекрасно справляется. А его предложения по дальнейшему ведению дела кажутся разумными.

– Да, но для одного человека они слишком масштабны, – решил Хоксуорт. – Нам придется распределить их. Давайте решим, кто чем станет заниматься, а затем вы, Ридж, можете приступать к опознанию. Так, давайте-ка посмотрим. – Несколько секунд он что-то быстро писал. – Я займусь Китаем и тем, что с ним связано. Свяжусь с Адмиралтейством, министерством иностранных дел, с тем газетчиком или еще с чем-то или кем-то, если понадобится. Затем я вычислю Денни: сдается мне, что между ним и китайскими делами есть какая-то связь. Сержанту Эпплтону мы поручим Холланда, а именно – его деяния здесь. Холландом в Китае займусь я. Если потребуется, Эпплтон сможет обратиться за помощью в Скотленд-Ярд. В то же время он сумеет выяснить, действительно ли эта парочка поженилась в Лондоне. Похоже, констебль Хемпстед неплохо справился?

– Разумеется, сэр. Он парень с головой, этот Хемпстед.

– Дадим ему возможность отличиться. Пусть прочешет реку, оба берега, на всем ее протяжении, которое могла одолеть лодка. Прежде всего он должен искать любые следы, особенно отпечатки подошв на берегу, следы борьбы, места, где тело могли погрузить в лодку, и пропавший кусок носового фалиня. В общем, работы ему хватит. Вы сами, Ридж, берите на себя Рэндел-Крофт и его обитателей, исключая покойного, который, думаю, пойдет по моему департаменту. Ну что, все?

– Да, сэр.

– Ну вот и занимайтесь этим делом. Дальше у вас встреча со следователем? Официальное опознание и отсрочка дела?

– Конечно, сэр.

Через пятнадцать минут Ридж с Дейкерсом доехали до паба, где лежало тело покойного. К Дейкерсу вернулось хорошее настроение, и он весело болтал всю дорогу.

– Итак, сэр? – спросил инспектор после того, как адвокат несколько секунд пристально вглядывался в лицо покойного.

– О да, – без колебаний заявил Дейкерс. – Это действительно адмирал Пинестон. Без малейшего сомнения. Вот бедняга, – продолжил он. – Прискорбно созерцать его в таком виде. Мы с ним не всегда сходились во взглядах, но все же… если судить о людях по собственному разумению, я не мог бы сказать о нем ничего, кроме хорошего. – Дейкерс со вздохом отвернулся. – Вы хотите, чтобы я официально засвидетельствовал опознание на следствии?

– Это избавит миссис Холланд от излишних переживаний, – заметил Ридж.

– Когда состоится дознание?

– Завтра в десять часов, сэр.

– Непременно буду.

– Благодарю вас. Полагаю, сэр… – Ридж улыбнулся, словно заранее оправдываясь за то, что сказал глупость. – Миссис Холланд действительно является племянницей покойного адмирала? Видите ли, здесь никто толком не знаком с этой семьей. Как вам известно, они переехали сюда месяц назад.

– Разумеется, является! – раздраженно ответил Дейкерс. – Боюсь, такими методами вы далеко не продвинетесь, инспектор.

– Нам приходится все ставить под сомнение, сэр. Ну что же, премного вам обязан, что вы произвели опознание. Вас куда-нибудь отвезти?

Они вернулись к гостинице, и Дейкерс вышел из машины. Ридж собрался уезжать, но адвокат жестом остановил его.

– Насчет согласия, инспектор. Я все обдумал и не вижу причин, почему вам не следует показывать документ. В данный момент у меня его нет, но как только он окажется у меня с собой, я извещу вас.

Ридж снова поблагодарил его, после чего они расстались. Пока инспектор был доволен тем, как начался день. Он явно продвигался вперед. Некоторые из его версий уже отпали, и из вороха размышлений и предположений, окружавших данное дело, начали выкристаллизовываться неопровержимые факты.

Вскоре Ридж разрешил свои проблемы со следователем. Мистер Скипуорт согласился, что теперь необходимо продвинуться в расследовании, чтобы выдать разрешение на похороны. Процедуру уже предварительно согласовали по телефону, так что встреча свелась фактически к тому, чтобы пройтись по необходимым свидетельствам и убедиться, что не возникло никаких непредвиденных факторов.

Все остальное время Ридж занимался тем, что пытался собрать информацию о Рэндел-Крофте. Надо признать, что много он не разузнал, однако разослал запросы касательно каждого из его обитателей, ответы на которые после их получения могут оказаться ценными. Среди бумаг адмирала инспектор обнаружил адрес в Корнуолле, откуда приехал покойный, и позвонил старшему инспектору полиции той местности с просьбой предоставить все имеющиеся подробности о жизни этой семьи. Он беседовал с миссис Холланд, однако без особого успеха. Выяснил, где раньше работали слуги – дворецкий, его жена и теперешняя горничная Эльмы – и написал их бывшим нанимателям с просьбой об отзывах. Наконец, произвел общий осмотр дома, но безрезультатно.

На следующее утро около десяти часов Ридж вошел в зал, где должно было состояться дознание. Вопросы следователя представляли собой формальности, которые наводили на него страшную скуку. Он считал их пустой тратой времени, даже хуже того, поскольку придерживался мнения, что это время можно более продуктивно использовать для проведения обычного расследования.

Как Ридж и предвидел, процедура оказалась малоинтересной. Одиннадцать присяжных решили не осматривать тело, и как только их привели к присяге, началось снятие показаний.

Недди Уэр в деталях рассказал о том, как обнаружил труп. Затем мистер Дейкерс под присягой заявил, что видел тело и опознал его как тело контр-адмирала Хью Лоренса Пинестона. Он вкратце изложил биографию адмирала, объяснив, каким образом с ним познакомился, после чего покинул свидетельское место. Доктор Грайс заявил причину смерти: ножевое ранение в сердце в результате удара ножом или кинжалом с длинным тонким лезвием. Вскрытие показало, что для своих лет адмирал был относительно здоров.

Вскоре процедура завершилась заявлением следователя, что он переносит заседание на три недели, чтобы дать возможность полиции произвести дальнейшее расследование.

И снова Ридж был потрясен настырностью своего приятеля-репортера из «Вечерней газеты». Тот буквально преследовал его в погоне за новостями. Возраставшая резкость в поведении инспектора не дала никаких результатов, и газетчик немного образумился, когда Ридж пригрозил выдать всю имевшуюся у него информацию конкурирующему изданию.

Другим человеком, проявившим любопытство, оказался мистер Маунт. Он стал первым, кого Ридж увидел, приехав на дознание. Это не выглядело удивительным, поскольку инспектор сам сказал викарию, что тому надо присутствовать на следствии. Однако из-за решения снимать в то утро показания, связанные исключительно с опознанием тела, Маунту ни выслали повестку, ни официально не уведомили его о месте и времени проведения дознания. Но он все-таки появился там и проявлял исключительное любопытство вместе с плохо скрываемой тревогой.

Выйдя из зала, Ридж увидел, что там его поджидает викарий. Под неумело завуалированным предлогом естественного интереса священнослужителя к судьбам прихожан Маунт предпринял откровенную попытку выведать, насколько далеко полиция продвинулась в своем расследовании. Однако Маунт оказался дилетантом в опытных руках инспектора. Ридж с готовностью отвечал на его вопросы, взяв убедительно доверительный тон и предупреждая викария не повторять поверенную ему конфиденциальную информацию. Однако Ридж знал, что, как только Маунт задумается над услышанным, его едва ли можно будет удержать от того, чтобы не разузнать, что же это за конфиденциальная информация.

Ридж размышлял, достаточно ли он уделил внимания Маунту. Сев за стол у себя в кабинете, он просмотрел свои записи и перенес на бумагу все, что он о нем выяснил.

Прежде всего Маунт был на дружеской ноге с обитателями Рэндел-Крофта. Именно в его лодке обнаружили труп, и там же лежала шляпа Маунта. Затем случился его внезапный отъезд в Лондон, была еще поливка сада, а теперь добавилась глубокая обеспокоенность ходом дела. Чем дольше Ридж размышлял над этим, тем больше склонялся к выводу, что Маунт как-то замешан в преступлении.

Он проанализировал каждый пункт, но единственным, что могло пролить свет на ситуацию, казалась его поездка в Лондон. Ридж припомнил подробности.

Между полуднем и часом дня Маунт послал ему записку, где говорилось, что в тот день ему необходимо отправиться в Лондон по срочному делу, связанному с его обязанностями священника. Вот это скорее всего стало внезапным решением. Он, Ридж, разговаривал с Маунтом чуть раньше тем же утром, и тогда пастор ни словом не обмолвился о поездке. Инспектор смутно представлял дела церковные, однако сомневался, что они вершились с подобной скоростью. Большинство поездок в Лондон предполагало участие в неких собраниях клириков, которые организовывались заранее, или же беседах с высокопоставленными сановными лицами. Ридж склонялся к мысли, что в данном случае обязанности клирика имели отдаленное отношение к церкви.

Маунт обладал репутацией безукоризненно честного человека, и если спросить его обо всем прямо, то он, вероятно, предоставит объяснения. Ридж понял, что никогда не сделает ничего подобного. Он не обладал вопросами, на какие можно было бы потребовать ответов.

Маунт отправился в Лондон в спешке. Но так же поступили Эльма, Холланд и Денни. Возможно ли предположить, что между этими поездками не существовало никакой связи? Риджу вдруг показалось, что лучше всего попытаться отследить передвижения Маунта в столице. Много времени это не займет, а вот результаты могут оказаться важными.

Ридж отправился в полицейский участок и изложил свои доводы старшему инспектору Хоксуорту. Они произвели на него благоприятное впечатление, и он согласился отпустить Риджа на пару дней.

– Вам лучше поставить Скотленд-Ярд в известность о том, что вы предлагаете сделать, – посоветовал Хоксуорт. – Я позвоню туда и сообщу, что вы зайдете.

Какой транспорт использовал Маунт? У него есть машина, однако большинство людей со скромными доходами ездят поездом, так дешевле. В час дня Маунт находился у себя дома, а в девять вечера звонил Риджу из отеля «Чаринг-Кросс». Было всего два поезда, которыми он мог уехать: в два пятьдесят дня из Уинмута, прибывающий на вокзал «Ватерлоо» в пять сорок пять, и в четыре двадцать пять, прибывающий в восемь тридцать пять.

Ридж начал с того, что зашел в редакцию местной газеты и получил фотографию Маунта. Затем отправился на станцию и принялся расспрашивать служащих. Он сразу выяснил, что Маунта видели там в тот день. Особенно хорошо его запомнили кассир и кондуктор, и по одной и той же причине. Оказалось, что Маунт купил билет до Лондона, но лондонским поездом не поехал. Сел в поезд, отправлявшийся в час тридцать и стыковавшийся на узловой станции Пассфилд с одиннадцатичасовым экспрессом с вокзала «Ватерлоо», идущим на запад. Он объяснил, что хотел «разбить» поездку и добраться до Лондона более поздним поездом.

Пока Ридж трясся в ближайшем поезде до Пассфилда, он вспоминал географию железнодорожных сетей. Главная ветка западного направления Южной железной дороги тянулась от вокзала «Ватерлоо» до Девона за Уинмут. Через сам Уинмут она, однако, не проходила, а пролегала в этом месте километрах в десяти от моря. Уинмут являлся конечной станцией ответвления, отходившего от главной ветки на узловой станции Пассфилд, небольшого разъезда примерно в пятнадцати километрах в сторону Лондона. Ближайшим к Уинмуту городом по главной ветке являлся Драйчестер. Он располагался в двенадцати километрах от Уинмута в сторону города Эксетера. Между двумя городами не существовало прямого сообщения, а путь пролегал через Пассфилд.

На каждой небольшой станции между Уинмутом и Пассфилдом Ридж сходил с поезда и расспрашивал, не видели ли там викария в тот день. Но лишь какую-то информацию он получил, когда доехал до узловой станции.

Начальник станции немного знал Маунта и полагал, что видел, как тот садился в вагон третьего класса направляющегося из Лондона экспресса. Инспектор тотчас отправился в кассу, где выяснил, что в тот день на экспресс продали только три билета третьего класса – один до Эксетера и два обратных до Драйчестера. Из этого следовало, что Маунт взял билет до Драйчестера.

В общем Ридж добрался до Драйчестера. Но там ему не повезло. На вокзале царила суета, не свойственная небольшой узловой станции. Там никто Маунта не опознал и не приметил священника, похожего на него.

Однако по всему выходило, что Маунт прибыл в Драйчестер в два сорок. Если так, он бы наверняка опоздал на первый из двух поездов до Лондона и поэтому уехал вторым, отправлявшимся в четыре пятьдесят. Таким образом, в Драйчестере он пробыл два часа и десять минут. Что бы он сумел сделать за это время?

Ридж не мог собраться с мыслями. Сначала он хотел пойти в собор и расспросить служителей, однако не горел желанием распространяться о том, что ведет расследование. В конце концов, он решился почти на безнадежный шаг: опросить таксистов на привокзальной площади, сделав ставку на ничтожную вероятность того, что Маунт мог уехать на машине.

Достав фотографию пастора, он обошел водителей. На удачу он особенно не надеялся и поэтому удивился, обнаружив, что удача повернулась к нему лицом. Но он не осознавал, причем довольно долго, насколько широко она ему улыбнулась.

Когда инспектор показал фотографию остроносому человеку с сухим, морщинистым лицом, тот живо отреагировал.

– Ну да, – ответил таксист. – Видел я его, только не здесь, а в Лингхеме.

– Правда? – отозвался Ридж. – В Лингхеме, говорите? Это совсем не то. Я ищу его следы тут.

– Здесь я его не видел, начальник. Встречал его только раз – в Лингхеме.

Судьба Риджа, Маунта и нескольких других людей, казалось, повисла на волоске. Инспектор было шагнул к другому водителю, но, к счастью для себя, остановился. И задал судьбоносный вопрос:

– А когда вы его видели?

– В прошлый вторник ночью, – произнес таксист, – у дома рядом с Лингхемом, примерно в полукилометре от деревни и рядом с речкой.

– У церкви?

– Точно, начальник.

– А в котором часу?

– Примерно в полночь или чуть позднее.

Сердце вдруг подпрыгнуло у Риджа в груди. Полночь и чуть позднее в ночь убийства – самое важное время. Очевидно, в полночь произошла трагедия, приведшая к гибели адмирала Пинестона. Что же в полночь делал викарий?

– Расскажите мне все, что знаете, – попросил Ридж, скрывая нетерпение.

Однако таксист вместо того, чтобы прояснить ситуацию, запутал ее еще больше. Оказалось, что в ту ночь он находился на смене, когда прибыл последний поезд из Лондона, отправлявшийся с вокзала «Ватерлоо» в семь вечера. Прибыл он в десять двадцать, и таксист получил оттуда пассажирку. Ею оказалась дама, небольшого роста, средних лет с веселым и живым характером. Насколько таксист смог разглядеть при тусклом свете фонарей, она была очень хороша собой и элегантно одета. Прямо-таки красотка, подумал он. Дама попросила отвезти ее к дому в Лингхеме, который она покажет, подождать ее там несколько минут, а потом снова доставить в Драйчестер, в гостиницу «Рыбацкая хижина».

Это показалось Риджу обычным, за исключением того, что для визита было поздновато. Он знал расписание и маршрут поездов из Лондона. Последний поезд, как-то связанный с Уинмутом, отправлялся с вокзала «Ватерлоо» в половине шестого вечера. Семичасовой из Лондона на узловой в Пассфилде не останавливался, так что единственным способом пассажира того поезда добраться до Уинмута было проехать на машине двенадцать километров из Драйчестера.

– Я вас внимательно слушаю, – произнес Ридж. – Продолжайте.

Таксист довез пассажирку до Лингхема, и она указала ему дом у церкви, который он уже упоминал. Попросила подождать на дороге, чтобы, по ее словам, не разбудить детей шумом мотора. Сказала, что ненадолго. Потом она скрылась из виду по направлению к дому. Было это примерно около одиннадцати часов.

Ждать таксисту пришлось долго. Он начал нервничать и, выйдя из машины, прошел по короткой дорожке, пока не увидел дом, скрытый за небольшим садовым участком. В доме не светилось ни одно окно, а вокруг не было ни души. Таксист разозлился, что лишится заработка, двинулся вперед и постучал в первую попавшуюся дверь. Ридж понял, что это была боковая дверь. Какое-то время никто не реагировал, и таксист принялся стучать все громче и громче. Наконец наверху открылось окно, и этот самый пастор высунул голову. В чем дело: зовут к больному? Таксист ясно дал ему понять, что это не вызов к больному, а пастор ответил, что сейчас спустится. Спустился и спросил, что случилось. Таксист поинтересовался, скоро ли выйдет пассажирка, потому что смена у него только началась и он не собирается всю ночь ждать у ворот. Пастор ничего не знал о даме, однако поинтересовался, как она выглядит. Потом ему вдруг показалось, будто он ее знает. Он вроде бы растерялся, а затем сказал, что все в порядке, что это, наверное, подруга его экономки, и если таксист подождет еще чуть-чуть, он выяснит, когда она уедет. Пастор исчез минуты на три-четыре и вскоре вернулся, сообщив, что с дамой случился обморочный припадок и в суматохе все забыли о такси. Дама не совсем пришла в себя, чтобы сейчас возвращаться в Драйчестер, она останется у экономки, а он, пастор, заплатит за такси. Так он и сделал, а таксист вернулся в Драйчестер.

Только этого не хватало! Ситуация запутывалась пуще прежнего.

– Вы ведь проезжали через Лингхем? – спросил инспектор.

– Верно, начальник.

– Вы там останавливались?

– На пару минут. Я тормознул, а дама показала мне, куда ехать.

Вот это уже кое-что. Наверное, эту машину и видел констебль Хемпстед. Пока его рапорт подтверждался фактами. Ридж направился в гостиницу «Рыбацкая хижина», расположенную рядом с вокзалом. И там узнал новости, которые полностью подтвердили его подозрения. Оказалось, что тем вечером, примерно часов в семь, с вокзала «Ватерлоо» пришла телеграмма. В ней сообщалось, что ее отправительница, миссис Марш, прибывает в Драйчестер следующим поездом и желает зарезервировать номер до утра. Она также хотела бы, чтобы дверь не запирали, поскольку по приезде собирается нанести визит и не сможет добраться до гостиницы раньше полуночи. Номер сразу приготовили, и портье ждал почти до двух часов ночи, однако дама так и не появилась, и с тех пор от нее не поступало никаких известий.

Это подтверждало версию, что дама намеревалась вернуться от дома викария в Лингхеме обратно в Драйчестер. Пока все вполне стыковалось. Будет просто узнать подробности в доме викария. Тем временем Риджу нельзя забывать о главном вопросе: что Маунт делал в Драйчестере?

Он достал фотографию и спросил управляющего гостиницы, видел ли тот когда-нибудь изображенного на фото человека? И тут открылось такое, что мгновенно вернуло все подозрения, касавшиеся Маунта, а Ридж поздравил себя с тем, что продолжил разрабатывать данную версию.

Маунт появился в гостинице на следующий после получения телеграммы день, и Ридж убедился, что тот направился туда сразу после прибытия в Драйчестер. Он заявил, что проводит негласное расследование от имени одного из своих прихожан. Оно касалось несчастливого брака, и он полагал, что управляющий не станет расспрашивать о подробностях. Жена его прихожанина намеревалась встретиться с мужем накануне вечером с надеждой на возможное примирение, после чего думала вернуться в «Рыбачью хижину» и заночевать там. Она так и не появилась, и его друг очень переживал за нее. Он, его друг, желая не выставлять напоказ семейные распри, не пришел в гостиницу, чтобы все выяснить, однако уполномочил викария сделать это за него. Может ли управляющий дать ему какую-то информацию об этой даме? Викарий не знал, под каким именем она зарегистрировалась.

Управляющий видел Маунта на службах в соборе и поверил ему. Он передал викарию находившуюся в его распоряжении информацию. Мистер Маунт поблагодарил его и ушел.

Ридж полагал, что этот разговор скорее всего и являлся целью Маунта в Драйчестере, но чтобы довести все до конца, он отправился в собор и под видом прежнего прихожанина спросил служителя, слышал ли тот когда-нибудь о его старом пасторе, преподобном Филиппе Маунте, у которого приход где-то поблизости. С самого начала оказалось легко повернуть беседу в нужное русло, и вскоре Ридж убедился, что викария в тот день в соборе не видели.

Вечером Ридж сел в последний лондонский поезд. На следующее утро он приехал в Скотленд-Ярд и объяснил, что хочет навести справки в отеле «Чаринг-Кросс» и, возможно, где-нибудь еще. Его спросили, нужна ли ему помощь, и после получения отрицательного ответа сказали, что можно продолжать, и просили звонить, если возникнут трудности.

Ридж отправился в отель. Там он с помощью фотографии установил факт, что Маунт явился туда около девяти часов вечера, когда он звонил, и, очевидно, приехал поездом, прибывающим на вокзал «Ватерлоо» в восемь тридцать пять вечера. Насколько известно, из отеля он не выходил. На следующее утро после завтрака Маунт расплатился по счету и уехал.

Пока инспектору везло. Из расспросов у стойки администратора, официантов и горничных он быстро узнал все, что нужно. Но теперь столкнулся с трудностями. Напрасно он мучал вопросами швейцаров и рассыльных. Швейцар на входе вспомнил, что видел викария, но не сумел сказать, как он уехал. Он или кто-то еще могли вызвать ему такси, но они вызывали так много такси…

Ридж проявил настойчивость, но все его усилия не увенчались успехом. Маунт уехал, но никто не знал, каким образом.

Ридж вышел на площадь перед вокзалом, подумав, что Маунт мог отправиться туда, куда хотел, или пешком, или на автобусе, или же спустился в метро. Как проследить его передвижения? Придется вернуться в Уинмут и надеяться на то, что удастся получить объяснение. Маунт может отказаться дать его, и Ридж не видел способа, каким можно заставить викария это сделать. Но, если он, Ридж, сумеет выяснить, что Маунт делал в Лондоне, это будет отлично.

А если Маунт взял такси? Швейцары этого не помнили, или же викарий мог сам выйти на площадь и поймать такси. Ридж решил расспросить водителей, обычно дежуривших у отеля.

Он сразу приступил к делу, и дело это растянулось надолго. Одному за другим инспектор показывал фотографию, спрашивая, не подсаживали ли они викария. И водители качали головами, говоря, что никогда не видели этого джентльмена. Однако Ридж не терял надежды. Расспросы оставались его единственной ниточкой. И вот, наконец, упорство дало свои плоды. Один водитель только что вернулся из поездки и встал в самом конце вереницы автомобилей. Ридж подошел к нему с фотографией.

Водитель отвечал осторожно. Он видел Маунта, но не знал, какое Риджу до этого дело. Однако после небольшой «подмазки» язык у него развязался, и он кое-что рассказал. В общем, Маунт сел в его машину на привокзальной площади и велел ехать на Джадд-стрит в гостиницу. Номера дома таксист не помнил, но мог показать это место.

– Так покажите мне его, – сказал Ридж, садясь в автомобиль.

Вскоре они добрались до гостиницы «Фридландер», и через пару минут Ридж уже беседовал с хозяйкой. Да, изображенный на фотографии священник заходил в то самое утро. Спросил, может ли он видеть миссис Аркрайт, которая проживает тут около трех недель. Однако миссис Аркрайт неожиданно уехала накануне вечером и еще не возвращалась, и пастор был обескуражен. Он оставил имя и адрес: преподобный Филипп Маунт, приход в Лингхеме, город Уинмут, графство Дорсетшир. Потом попросил передать миссис Аркрайт, чтобы та позвонила ему, когда вернется. После этого он уехал.

Ридж перевел разговор на миссис Аркрайт. Хозяйка оказалась скупой на слова, но все же ему удалось выведать у нее довольно много. Миссис Аркрайт была дамой средних лет, небольшого роста, подвижной и живой. Хороша собой и всегда прекрасно одевалась. Хоть и не богачка, но особа явно не бедная. Хозяйка подумывала, уж не француженка ли она. У них в гостинице останавливалась молоденькая француженка, и миссис Аркрайт говорила с ней по-французски так же свободно, как по-английски со всеми остальными.

Ридж почувствовал, что он на верном пути. Значит, миссис Аркрайт неожиданно отправилась из Лондона в Драйчестер вечером перед самым убийством. Волшебным образом во время поездки превратившись в миссис Марш, она доехала до дома викария и там исчезла.

Риджу хотелось обыскать номер дамы и ее вещи, но у него не было ордера. Однако, немного поднажав, он выведал еще кое-что. Миссис Аркрайт обладала приветливым характером и являлась любимицей всех постояльцев. У нее было много друзей, под которыми хозяйка подразумевала гостей. На самом же деле она могла говорить лишь об одном госте, мужчине, который появлялся через разные промежутки времени. Он был высоким и отличался характерной внешностью, лоб у него был загорелый, словно он жил в жарких странах. По правде сказать, хозяйка редко видела таких красивых мужчин. Звали его мистер Джеллетт.

Ридж вышел из гостиницы в глубокой задумчивости и машинально повернул к ближайшей станции метро. Кое-что его смущало во всем этом деле. Можно было не сомневаться, что эта миссис Аркрайт, или Марш, поехала к дому викария в ночь убийства. Но не было уверенности в том, что она виделась с Маунтом. Из того, что он сказал таксисту, было трудно заключить, что Маунт вообще знал, что она там. В то же время Ридж понял, что столь же трудно было поверить в историю с визитом к экономке и с обморочным припадком. В любом случае, куда исчезла эта женщина? Получалось так, что Маунт сам ничего не знал, и все его поездки в Драйчестер и в Лондон представляли собой попытки что-то выяснить.

Ридж подозревал, что между викарием и этой женщиной шли какие-то тайные переговоры. Видел ли он ее в ночь убийства или нет, произошло нечто такое, что на следующий деицы «Лорд Маршал» в Уинмуте. В свое время Маунт пережил личную драму. От него с каким-то мужчиной сбежала жена…

Ридж негромко присвистнул. Если миссис Аркрайт-Марш на самом деле являлась миссис Маунт, то это служило частичным объяснением всех этих таинственных передвижений. Например, возникли вопросы о разводе, которые можно разрешить только при личной встрече. Это объясняло посещение дома викария и последовавшую за ним поездку Маунта в Лондон, хотя было не ясно, почему Маунт отрицает то, что знал о ее визите. Ридж понял, что ошибался. В запале спора о разводе про такси вполне могли забыть, а когда Маунт вспомнил, что оно еще ждет, то выдумал байку об экономке, желая избежать скандала.

В целом Ридж рассматривал данную версию как многообещающую, чтобы оправдать ее дальнейшую разработку. Надо признать, что он не видел, каким образом она связана со смертью адмирала Пинестона, но эта связь напрашивалась с учетом лодки, шляпы и особенно с волнением и любопытством викария на дознании.

Вот бы что-нибудь разузнать о неверной жене Маунта! Вернувшись в Скотленд-Ярд, инспектор взял справочник Крокфорда о всех священнослужителях англиканской церкви. Выяснил, что в этом приходе Маунт служит последние десять лет, а раньше он являлся вторым священником в одной из церквей города Гулля. Ридж позвонил в Гулль старшему инспектору полиции с просьбой выслать словесный портрет и, по возможности, фотографию миссис Маунт. Через пару часов пришел ответ, что фотографию и словесный портрет разыскали и отправили в Скотленд-Ярд.

Документы прибыли в понедельник утром. Фотографию раздобыли в редакции одной из местных газет, и дама находилась среди членов комитета по здравоохранению. Словесный портрет заставил Риджа подпрыгнуть от радости. Похоже, он на верном пути.

Через полчаса инспектор снова входил в отель на Джадд-стрит. Он извинился перед хозяйкой, что беспокоит ее, и спросил, не видит ли та миссис Аркрайт на групповой фотографии. Дама замялась, но когда Ридж объяснил, что фотографии десять лет, ответила уверенно. Да, несомненно, четвертая дама слева и есть миссис Аркрайт.

Чрезвычайно довольный результатами, Ридж выехал первым поездом с вокзала «Ватерлоо». Решив выяснить все до мелочей, он отправился в Драйчестер и повидался со своим «приятелем»-таксистом. У него он не получил столь однозначного подтверждения, хотя таксист согласился, что его пассажирка вполне могла быть женщиной с фотографии.

С сознанием выполненного долга Ридж в тот же день вернулся в полицейский участок в Уинмуте, чтобы доложить о проделанной работе старшему инспектору Хоксуорту. Тот, однако, проявил приверженность узким взглядам на достижения в работе, что зачастую свойственно представителям власти.

– Хм, – произнес он, когда Ридж закончил доклад, – а мне вот представляется, что вы съездили впустую. Этот благообразный пастор рассчитывает или помириться с женой, или развестись с ней. Но это не дает нам ответа на вопрос, кто все-таки убил адмирала Пинестона. Что вы предполагаете делать дальше?

– Я думал, сэр, отправиться к Маунту и потребовать объяснений.

Хоксуорт нахмурился:

– Объяснений чего?

– Пусть скажет, куда той ночью отправилась миссис Маунт. Лодка исчезла, она связана с убийством. Кто ее взял? Миссис Маунт? Полагаю, сэр, в сложившихся обстоятельствах мы можем заострить этот вопрос.

Старший инспектор кивнул:

– Ну хорошо, можете попытаться, раз уж вы так далеко зашли.

Ридж возмущался, когда ехал к дому викария. Вот так всегда получается, когда выкладываешься и добиваешься чего-то особенного! О чем думал Хоксуорт? Ведь ясно же, что информация о миссис Маунт очень важна. Ее неожиданный визит в дом викария в ночь убийства, исчезновение по приезде туда, притворное незнание Маунта обо всем этом деле. Лодка, шляпа, внезапная попытка викария разыскать жену, все его ухищрения скрыть реальную причину отъезда… Дела церковные, сказал он Риджу. Несчастный брак прихожанина, объяснил он управляющему гостиницы в Драйчестере. Семейные новости, заявил викарий хозяйке отеля на Джадд-стрит…

На самом деле, все это внушало огромные подозрения, и ему совершенно необходимо добыть у Маунта ценную информацию. Немного приободрившись, Ридж направился к дому викария.


Глава 8 Рональд Нокс Тридцать девять статей сомнения | Последнее плавание адмирала | Глава 10 Эдгар Джепсон Раковина в ванной