home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



4

– Разумеется, это самоубийство, – пробурчал старший инспектор. – Доктор говорит, что нажатие на кинжал произошло еще при жизни, на нем только ее отпечатки. Холланды находились в нескольких метрах от комнаты, когда она это сделала, и действительно слышали, как она упала. Ридж держал под контролем входную дверь, а задняя оставалась закрытой на засов изнутри. Когда он осматривал дом, там никого не было. Что же это еще, если не самоубийство?

Ридж промолчал, но его щеки покраснели.

– Вы не согласны? – обратился к нему начальник полиции.

– Нет, сэр. Станет ли женщина, собирающаяся покончить с собой, заниматься перед этим поеданием слив? Как-то это неестественно.

– Значит, вы утверждаете, что ее убил Холланд? – резко бросил старший инспектор. – Больше ведь некому.

– Нет, сэр.

Разговор происходил на следующее утро во время проводившегося в полицейском участке Уинмута совещания. Вероятность смерти миссис Маунт вследствие самоубийства или убийства обсуждали уже, по крайней мере, полчаса, но к решению пока не пришли. Старший инспектор всецело выступал за самоубийство, и начальнику полиции пришлось признать, что логика на его стороне. Инспектор Ридж упрямо держался версии об убийстве, и когда от него требовали предъявить доказательства, отвечал что-то насчет «естественности» или «неестественности» действий, напирая при этом на «чутье». Неудивительно, что старший инспектор недовольно ворчал. Майор Твайфитт благородно придерживался первейшей обязанности начальника полиции, а именно – сохранению равновесия между двумя конфликтующими подчиненными, однако не знал, как долго сумеет поддерживать его.

Наконец он решил сменить тему обсуждения:

– Ну, разумеется, Ридж, если уверены в своей правоте, то вам остается лишь собрать доказательства в пользу вашей версии. В противном случае можем это оставить на усмотрение следователя. Теперь к убийству адмирала Пинестона. Вчера вечером вы сказали, что покойная опознана как Сели Бланк, горничная, что четко связывает дом викария с трагедией, как вы изначально и предполагали. Вы также рассказали нам о находке Хемпстеда в ванной в Рэндел-Крофте. Итак, у вас есть какие-нибудь мысли относительно того, куда все это нас приведет?

– Да, сэр, – мрачно ответил инспектор. – У меня есть прекрасная мысль.

– Какая же?

– Если не возражаете, сэр, я бы ее не высказывал, пока не соберу дополнительные доказательства, – ответил Ридж, поглядывая на старшего инспектора.

– Да-да, конечно. Пока вы работаете по четким версиям. Ну а старший инспектор получил подробности из Адмиралтейства касательно того происшествия в Гонконге. Инспектор, изложите Риджу факты.

Старший инспектор Хоксуорт вынул из нагрудного кармана свернутый лист бумаги, развернул его и лишенным эмоций голосом зачитал:

– «Капитан Пинестон был замешан в позорном происшествии в Гонконге в 1911 году. По его собственному признанию, он последовал за девушкой, с которой плохо обошелся китаец, в притон, пользовавшийся дурной репутацией. После этого заявил, что больше ничего не помнит. Его, однако, видели в сильной степени опьянения поющим и танцующим в компании матросов как британского, так и иного происхождения, а также китайских кули. На следующее утро Пинестона, все еще находившегося под влиянием алкоголя и опиума, перенесли на борт подчиненные, опознавшие его предыдущим вечером. Принимая во внимание его послужной список, капитану Пинестону разрешили добровольно подать в отставку вместо того, чтобы предстать перед военным трибуналом. В начале боевых действий с Германией Пинестон добровольно вызвался служить в любой должности и ввиду чрезвычайных обстоятельств был временно восстановлен в чине капитана. На войне он неоднократно отличался в боевых действиях, и поэтому со стороны Адмиралтейства заслуживающий сожаления инцидент в Гонконге был исключен из его послужного списка. Однако Пинестон в присутствии нескольких старших офицеров высказывал свое неудовольствие разрешением этого дела и подозрения касательно того, что за ним кроется нечто большее, что когда-либо предавалось огласке. Он также заявлял о намерении посвятить свое время в отставке раскрытию истинных причин и обстоятельств дела. Однако Адмиралтейству неизвестно, имелись ли на сей счет основания, свидетельства или доказательства».

– Понятно, – кивнул Ридж. – Последовал за девушкой? Это разъясняет один пункт, не так ли, сэр? Папка «Х»!

– Вы хотите сказать, что в папке «Х» содержались собранные им свидетельства в пользу того, что инцидент был подстроен? – уточнил начальник полиции. – Да, мы приходим к подобному выводу.

– И это дает вам кое-что еще, Ридж, – добавил Хоксуорт. – Мотив. Бумаги исчезли из папки, так ведь? Очевидно, их забрал сам убийца после преступления. Иными словами, адмирал оказался прав. Он собрал доказательства, которые означали втягивание в дело кого-то, кто не хотел быть втянутым. Значит, адмирала убрали, чтобы он не проболтался. Убийца тот, кто находился в Гонконге в 1911 году.

– Да, – произнес Ридж. – Тут все сходится. Должно сходиться. Но есть кое-что, что я не могу взять в толк, а именно – рассказ Холланда о том, что он видел адмирала в кабинете с разбросанными по столу бумагами, сразу после полуночи. Согласно заявлению врача, именно в то время убийца должен был искать папку «Х».

– Возможно, тем он и занимался, – мрачно заметил старший инспектор.

– Если вы имеете в виду Холланда, сэр, – продолжил Ридж, возвращаясь к старой нестыковке, – зачем ему вообще выступать с этой историей, когда не было доказательств того, что он спал крепким сном в «Лорде Маршале»?

– Я не имею в виду Холланда, – возразил старший инспектор. – Я говорю о человеке, которого он видел и принял за адмирала. Человека, выдававшего себя за адмирала – в третий раз.

– В третий раз?

– Да. В первый раз – в кабинете, во второй – в «Лорде Маршале», а в третий – в Гонконге!

– Ух ты! – Ридж с искренним восхищением отметил, что старший инспектор простил ему его глупость относительно миссис Маунт. – Вот это работа, сэр!

– Уверен, он и есть убийца, – самодовольно добавил старший инспектор.

– Но подождите! – запальчиво воскликнул Ридж. – Это значит, что миссис Холланд замешана в данном деле. Холланд же выдал, что она также находилась в кабинете.

– А вы разве все это время не считали, что миссис Холланд знает гораздо больше, чем говорит?

– Я никогда не думал, что она замешана в убийстве, – признался Ридж.

С ликующим выражением лица старший инспектор поднялся и отпер шкаф. Оттуда он достал сверток, а из свертка – белое шифоновое платье. Его огромные руки выглядели совершенно неуместно на фоне изысканного одеяния, когда он расправлял платье на спинке стула перед инспектором. Причина тому была простой. Ему не было необходимости указывать на ржавого цвета пятно, расползшееся в области бедер.

– Пропавшее белое платье. Я получил ордер на обыск ее номера в «Лорде Маршале» и обнаружил его в самом нижнем ящике, – объяснил он.

– Я чувствовал, что ей что-то известно! – воскликнул Ридж.

– Почему люди сохраняют улики против себя? – поинтересовался майор Твайфитт.

– К счастью для нас – сохраняют, сэр, – промолвил Хоксуорт. Повернувшись к Риджу, он добавил: – Заметьте, я не считал, что она участвовала в этом с самого начала. Но потом она сделалась сообщницей. И это указывает нам еще на одного персонажа. Догадываетесь, кто он?

– Да, – кивнул Ридж. – Ее братец Уолтер. Я думал о нем с самого начала.

– Думали? – раздраженно бросил старший инспектор. – А что же тогда молчали?

– Нет доказательств, – пожал плечами Ридж.

– В любом случае, сейчас все прояснилось, – вмешался начальник полиции. – Мы с уверенностью можем заключить, что если кто-то выдавал себя за адмирала, в Гонконге или здесь, то наиболее вероятно, что это тот самый Уолтер Фицджеральд. Между ними, очевидно, есть сильное сходство. Тому у нас тоже есть доказательства, Ридж. Двое свидетелей, видевших в день убийства в Уинмуте человека, которого они издали приняли за адмирала, и только приблизившись, поняли, что перед ними человек гораздо моложе его.

– Вот это наводит меня еще на одну мысль. Вы позволите мне позвонить в Лондон?

– Конечно.

Ридж полистал свой блокнот, после чего назвал телефонистке номер в гостинице «Фридландер». Соединили его через две минуты. Ридж объяснил, кто он такой, и спросил:

– Вы помните, как говорили мне, что к миссис Аркрайт регулярно заходил только один посетитель, мужчина с загорелым лбом? У него была борода? Была? Благодарю вас.

Он повесил трубку. Оба начальника вопросительно глядели на него.

– Это стыкуется еще кое с чем. – Ридж не мог скрыть того, как он доволен. – Мужчина, сбежавший с миссис Маунт, чьего имени викарий так и не узнал, – это тоже Уолтер Фицджеральд.

– Ух ты! – воскликнули оба начальника.

– Версия начинает работать.

Старший инспектор откашлялся.

– Так вот, моя версия случившегося той ночью состоит в следующем. Этот человек, Уолтер Фицджеральд, приехал… Да? В чем дело? Да, заходите. – Громкий стук в дверь оборвал его на полуслове.

Вошел констебль Хемпстед. Лицо его светилось от радости. В руке он держал короткий кусок манильской веревки, связанный с другим коротким куском.

– Надеюсь, я вам не помешал, сэр, – обратился он к майору Твайфитту, – но, полагаю, что следует доложить немедленно. Сегодня утром я тщательно обследовал оба берега реки от Рэндел-Крофта до моря и не нашел ничего, кроме вот этого.

– Пропавший кусок носового фалиня! – воскликнул Ридж. – Где вы его нашли? Прошу прощения, сэр, – добавил он, обратившись к начальнику полиции, который снисходительно кивнул.

– Зацепился за кусты примерно на полпути, на стороне дома викария.

– Молодец! – похвалил его начальник полиции, беря в руки веревку, и даже Хоксуорт одобрительно буркнул.

– Вы расспрашивали кого-нибудь в близлежащих домах? – спросил Ридж.

– Всех, сэр. Никто ничего не видел и не слышал. Но я выяснил кое-что еще.

– Что именно?

– Ну, вы помните, сэр, комплект фотографий, что вы дали мне? Фотографий отпечатков пальцев на веслах в лодке адмирала? Похоже, я его вычислил.

Хемпстед вытащил листок бумаги, который старший инспектор буквально вырвал у него из рук. Он выхватил из кармана второй комплект фотографий и принялся внимательно рассматривать их. Затем поднял голову.

– Тот самый. Кто это, Хемпстед?

Констебль расплылся в довольной улыбке:

– Недди Уэр, сэр.


предыдущая глава | Последнее плавание адмирала | cледующая глава