home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 20

Ребенок Телмы появился на свет холодным дождливым утром в конце сентября в клинике Гинекологического колледжа. Телма приехала в клинику на такси одна среди ночи, не поставив в известность ни друзей, ни соседей.

Не считая больничного персонала, Ральф Тьюри узнал эту новость первым. Врач Телмы позвонил ему, когда он собирался идти на девятичасовой урок, и сообщил, что Телма родила чудесного, здорового восьмифунтового мальчика. После двух переливаний крови состояние Телмы было лишь "удовлетворительным", посетителей к ней пока что не допускали, но на ребёнка можно было посмотреть сквозь стеклянную стену палаты для новорожденных.

Полагая, что это событие надо бы как-то отпраздновать, Тьюри пригласил Билла Уинслоу и Джо Хепберна на ленч в кафе "Плаза". После мартини и запеченных в тесте бифштексов Тьюри поднял вопрос о том, что надо сообщить новость Гарри.

— Я думаю, мы должны послать ему телеграмму.

— Зачем? — спросил Джо Хепберн. — Поздравить?

— Нет, конечно. Но ему нужно знать, что с Телмой и ребенком все в порядке.

— Не знаю, мне представляется, что при сложившихся обстоятельствах посылать такую телеграмму бестактно.

— Гарри не стал бы делать различия между своим и чужим ребенком, а если бы и стал, ему на это наплевать. Его интересует только Телма. Бедняга, наверное, сидит сиднем и грызет ногти.

В разговор впервые вступил Билл Уинслоу. Скверная погода, мартини и утренняя размолвка с женой настроили его на сердитый лад.

— Черта с два он сидит и грызет ногти. Ничего себе бедняга!

— Что ты хочешь сказать?

— А, неважно.

— Для меня важно, — резко сказал Тьюри. — Продолжай, что там еще за тайна? Что тебе известно?

— Много.

— А именно?

— А именно: Гарри не сидит сиднем и не грызет ногти, переживая за Телму. Давно уже не переживает.

— Что-то уж больно уверенно ты говоришь об этом.

— А почему бы и нет? Я вчера получил от него письмо. Вообще мы с ним не часто пишем друг другу. Не понимаю, почему он разоткровенничался со мной, а не с кем-нибудь из вас.

— Ну, и что же он пишет?

— Прочтите сами. Я таскаю письмо с собой. Для меня оно было своего рода ударом.

Уинслоу передал друзьям письмо через стол, и они оба стали читать его. Содержание письма было довольно простое: Гарри встретил удивительную, чудесную женщину по имени Энн Фармер. Она разведенная, разрыв с мужем произошел не по ее вине, муж был грубой скотиной, настоящим хамом и так далее, но несмотря на это, она оставалась нежной, доброй, надежным другом и тому подобное. Гарри намерен получить развод и взять в жены этот образец добродетели как можно скорей, и надеется, что парни пожелают ему счастья. Не то чтобы в этом была какая-то необходимость, потому что Энн такая понятливая, такая изумительная и прочая и прочая. С наилучшими пожеланиями — Гарри.

— Господи Иисусе! — воскликнул Тьюри и бросил письмо на стол.

Уинслоу подобрал его и засунул обратно в карман.

— Удобный момент выбрал, а?

— Я просто не могу поверить.

— Покрути мозгой получше.

— Ни в одном из своих писем ко мне он не упоминал о другой женщине. Я-то думал, он с утра до ночи работает.

— По твоему, это похоже на Гарри? Я так не думаю.

— Его подцепили на крючок, — мрачно сказал Хепберн. — Снова подцепили, а нас там не было, чтобы защитить его. Муж этой женщины, видите ли, был грубой скотиной. Естественно. Все бывшие мужья — грубые скоты. А все будущие — ангелы. Потом в какой-то момент совершается переход.

— Помолчи, — сказал Тьюри. — Я думаю.

— Время для раздумий миновало.

— Послушайте. Лучше все-таки послать телеграмму Гарри. Представьте себе, вдруг он решит написать Телме письмо вроде этого. Потрясение может убить ее. Врач сказал, что ее состояние "лишь удовлетворительное". На больничном жаргоне это означает, что всякое может случиться. Мы должны предупредить Гарри.

Текст телеграммы составили втроем, и Тьюри отправил ее по телефону из своего рабочего кабинета:

«Телма родила здорового мальчика. Состояние ее очень серьезное. Ты ни в коем случае не должен ничем тревожить ее. Жди письма. Ральф».

Под вечер того же дня Нэнси явилась в больницу с букетом роз для Телмы и подошла к стеклянной стене взглянуть на новорожденного. Сестра в марлевой маске подкатила плетеную колыбель с верхом и отвела покрывало, открыв личико младенца. Тот лежал спокойно, хотя и не спал, — прелестный мальчик, черноволосый и с ясными голубыми глазками.

Нэнси постучала пальцем по стеклу, улыбнулась и поворковала. Она не знала, что и на нее смотрят, пока рядом вдруг не раздался голос:

— Привет, Нэнси.

Нэнси обернулась, слегка вздрогнув от неожиданности.

— Бог ты мой — Эстер!

— Я тоже зашла. Хотела увидеть собственными глазами. — С ее водонепроницаемого плаща и шляпки стекали дождевые капли. — Боюсь, после меня на полу останется лужа.

— Вы тут ни при чем, погода виновата.

— Славный малыш, правда?

— Да, очень.

— Похож на отца. Вы не находите? Вылитый Рон. Нэнси молча кивнула.

— Да, я должна была увидеть его собственными глазами, — повторила Эстер и, бросив на ребенка прощальный взгляд сквозь стеклянную стену, повернулась и быстро пошла по коридору, полы плаща шелестели, как опавшие листья.


* * * | Стены слушают. Сборник | * * *