home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



3

Приходят корабли. Пьетро встречает каждый корабль:

— Эй, синьор капитан, не нужен ли юнга?

— Нет, юнга, не нужен.

— Синьор, я пойду за одни харчи.

— Не надо, дружок…

Летят дни. Уже скоро Первое мая, а работы все нет. В синий морской простор уходят корабли.

— Эй, синьор капитан, не возьмете ли вы меня с собой? Я могу все делать.

— У нас скверные дела, парень, обойдемся…

Ничего не остается делать, как ловить в гавани рыбу. Что ж, и это неплохо…

— Сюда, Макрель, сюда, пожалуйста, синьора!..

Домой Пьетро возвращается вечером. Варит уху для себя и Джованни. После ужина Пьетро садится к окну и, улыбаясь, глядит на вечернее небо Катании. Там много звезд.

— Завтра — Первое мая, — говорит Джованни.

Он сидит за столом и режет для трубки табак, одобрительно поглядывая на внука.

Сегодня светлей, чем обычно, горит лампа с цветными подвесками из стекла.

На Пьетро чистая рубаха. Джованни надел свой синий хлопчатобумажный костюм с пуговицами из белых ракушек. С его морщинистого лица, до сих пор хранящего на себе следы морских ветров, не сходит улыбка.

Завтра — Первое мая.

«Да здравствует Сталин!»

«Живи сто лет, Пальмиро Тольятти!»

«Долой американскую куклу де Гаспери!»

Так скажет завтра народ Италии. А слово народа тверже стали.

Джованни что-то тихо напевает, заботливо вороша нарезанный тонкими ленточками табак.

— Ты поешь, Джованни?

— Да, мальчик. Отчего бы не петь мне! Когда-то всем нравились песни Джованни. Э, Пьетро, у меня еще крепки руки, и, может быть, я доживу, когда Италия станет счастливой…

Джованни весело щурит на мальчика свои зоркие, немного выпуклые глаза.

Пьетро молчит. Его внимание привлечено какими-то странными фигурами, крадущимися по крыше соседнего дома, напротив портовой башни.

— Эй, Джованни, что там такое?

Джованни подходит к окну и велит Пьетро прикрутить фитиль лампы. Он долго всматривается в сумрак вечера и наконец говорит:

— Солдаты, Пьетро. Их двое. У них ручной пулемет. Что все это значит?

На лбу Пьетро собираются морщинки.

— Джованни, — испуганно произносит он, — завтра здесь соберутся моряки с флагами и цветами! Я слышал — будет митинг. На флагшток башни поднимут красное знамя. Может быть, солдатам приказано стрелять в народ, а, Джованни?

— Похоже, что так.

— Надо сказать Николо.

— Верно! Лети к нему на всех парусах!

Спустя час Пьетро возвращается домой. Он тяжело дышит. Его мокрая от пота рубаха прилипла к телу.

— Джованни, я не нашел Николо. Его нигде нет.

Джованни сердито смотрит на внука:

— Николо — не иголка, он не может пропасть. Ты был у тетушки Сильвии?

— Она ничего не знает.

— Тогда Николо в порту у рабочих дока.

— Я там был, Джованни.

— А на пароходе «Кайспера» был?.. Что же нам делать, мадонна?

Джованни в отчаянии разводит руками и просит Пьетро:

— Набей-ка мне трубку, мальчик.

Джованни с жадностью курит трубку. Курит до конца.

— Хочешь, я позову Антонио и Энрико? — спрашивает его Пьетро.

Джованни не отвечает. Он выбивает о ладоши, пепел из трубки, усмехается и говорит:

— Пьетро, ступай в лавку и купи бутылку вина.

— Вина?

Пьетро удивлен. Он ничего не понимает: какое отношение имеет вино к солдатам на крыше?

— Иди, иди! — торопит его Джованни. — И еще, Пьетро, зайди в аптеку, к толстому Леонардо, и скажи, что вот Джованни не спит уже четвертые сутки. Он даст для меня лекарство.


предыдущая глава | Наш друг Хосе | cледующая глава