home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



5

Месье Легран походил на добродушного кудесника. Сегодня он был возбужден больше обычного, и в душе приведенного из тюремной камеры перебежчика затеплилась надежда.

— Поздравляю вас, месье, вы теперь свободный человек, — услышал Райму долгожданные слова.

Их значение пока имело самый прямой смысл: кончилось его нелепое пребывание в тюрьме.

Сладкая улыбка так и не сходила с лица месье Леграна:

— Теперь мы вам поможем. Вот вам сто франков на первое время.

Он отвез Райму в один из дешевых отелей, и новоявленный «человек без подданства» побежал в ближайший кинотеатр смотреть фильм «Вестсайдская история». И хотя на экране развертывались трагические события, душа у перебежчика ликовала, ему казалось, что жизнь повернулась к нему заманчивой стороной. Герои фильма говорили по-французски, и хотя он почти ничего не понял, но стал улавливать значение отдельных слов.

Возвращаясь в отель, у входа в метро он увидел спящих прямо на панели бездомных людей, вскоре он увидит и безработных, и бродяг, и проституток, но это его не трогало, он был занят только собою.

Месье Легран, к удивлению Райму, хорошо говорил по-русски. Лет ему было около пятидесяти, в молодости, во время второй мировой войны, он где-то был вместе с русскими военнослужащими и с их помощью быстро выучился говорить на русском языке. Так это или не так, Райму не очень занимало, главное — месье Легран вручил ему новые документы с правом на жительство и устройство на работу, обещал уладить все финансовые вопросы.

И он держал слово, ежедневно навещал своего подопечного, заводил нескончаемые беседы о сложности дел в мире. Но начинал всегда с личных вопросов — где Райму жил и работал до поездки во Францию, интересовался оставшейся в Пярну семьей и всегда возвращался, видимо, к излюбленной теме: как живут люди в Советском Союзе, много ли русских в Таллинне и как к ним относятся эстонцы.

— Скажите, дорогой месье Райму — вы ведь служили в Красной Армии, — на территории Эстонии дислоцируются крупные воинские части? Морской флот, авиация, ракетные установки? Не видели?

Райму устроили на маленький химический заводик в пригороде французской столицы — разнорабочим и нашли для него отдельную комнатку. И хотя месье Легран навещал его, жить стало трудно. Рабочий день на заводике длился до 10 часов, а платили не так уж много. После многочисленных вычетов чистыми оставалось у него 650 франков, но из них 250 он отдавал хозяйке квартиры — старушке-пенсионерке. Много уходило на оплату транспорта — автобуса, метро. А еще надо было и питаться, и обновлять гардероб. В душе нарастало недовольство: мечтал о безбедной шикарной жизни, а сам еле сводил концы с концами. Изнурительные, тяжелые дни работы на заводе складывались в недели и месяцы, и хоть месье Легран постоянно помнил о своем подопечном, ему от этого легче не становилось. Да и беседы с французом стали его раздражать.

Но однажды месье Легран пришел к нему с интересной новостью.

— Так, так, месье Райму, я думаю, что ваша карьера на химзаводе завершается. Вас ждут дела поважней!

У Райму загорелись глаза. Он сообразил, что кончился кем-то назначенный ему испытательный срок.

— Ваши друзья из американского посольства хотят предложить вам более интересную работу. Они вас не забыли.

Последнюю фразу месье Легран произнес подчеркнуто, почти торжественно. И Райму возликовал. Значит, кончились его страдания на этом проклятом заводишке, уже завтра он не пойдет на смену. Только это стало для него важным в тот момент, он даже не подумал, какой характер может носить работа, предложенная сотрудниками американского посольства. Главное — он заживет хорошо, в свое удовольствие. Войдет в ту обстановку блеска и роскоши, которую видел в телефильмах, в кино, на рекламных щитах, украшающих парижские улицы. Он перестанет завидовать блестящим молодым повесам, улыбавшимся ему с экранов.

И он сделал еще один роковой шаг по скользкому пути предательства, добровольно, по первому зову бросился в объятия заокеанских благодетелей.


предыдущая глава | Агент зарубежного центра | cледующая глава