home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 27

Внезапно меня пронзила мысль, от которой я тотчас напряглась и вырвалась из объятий Дэмьена. Мои мечты могли воплотиться в реальность, и гораздо быстрее, чем я ожидала.

— Ты не надел презерватив! — воскликнула я.

Дэмьен и глазом не моргнул. Не чертыхнулся, не стал причитать, не убежал, не сделал ничего из того, что в таких случаях обычно делают мужчины.

— Знаю.

— Знаешь? — Я села в постели. — И как, черт побери, это следует понимать? Ты ведь мог сделать мне ребенка, болван ты несчастный.

— Нет, — вздохнул он. — Не мог. Вернее, не могу. И не смогу.

На этот раз он выругался и, взъерошив волосы, поднялся с кровати.

— Прости. Сейчас, вероятно, не самый удачный момент для таких откровений, но от меня ты не забеременеешь.

— Почему?

— Мне сказали, что с точки зрения медицины это невозможно.

Мне хотелось спросить: «Кто сказал? Когда? Ты показывался специалисту? В чем конкретно проблема?»

Но Дэмьен стоял, понурив голову, точно ожидал града вопросов, на которые не хотел отвечать, поэтому я промолчала. Я и сама не любила рассказывать о своем шраме, а Дэмьен, вероятно, не горит желанием обсуждать свои. И я принимала такую позицию.

— Что ж, прощайте мечты о заборе из белого штакетника, — горько усмехнулась я.

Все равно это были глупые мечты.

Встрепенувшись, Дэмьен прищурил глаза. Он был чертовски проницательным. Но не успел он и рта раскрыть, как я выпалила:

— Зачем же ты надевал презерватив в наш первый раз и потом?

— Беременность — не единственное, от чего он защищает.

Понятное дело. Теперь уже чертыхнулась я.

— Насчет меня не беспокойся, — поспешно заверил Дэмьен. — Я чист, клянусь.

— Я тоже, — шепнула я.

Повисло молчание. Разговоры на медицинские темы сгубили всю романтику. Кто бы мог подумать?

— Ли?

— М-м-м?

— Я люблю тебя.

Я опешила и несколько мгновений просто смотрела на Дэмьена.

— Ты... ты не можешь меня любить. Мы ведь едва знакомы.

— Я всю жизнь тебя ждал, — произнес он с печальной улыбкой.

— Глупость какая-то.

— Знаю.

— Ты ослеплен классным сексом.

— Нет, Ли. Я ослеплен тобой.

Я не знала, что на это ответить, поэтому промолчала. Дэмьен опустился на кровать и провел ладонью по кончикам моих коротко стриженых волос.

— Я всегда был уверен, что когда повстречаю ту единственную, что предназначена мне судьбой, то узнаю ее с первого взгляда. И оказался прав.

— Ты ничего обо мне не знаешь.

— Ошибаешься. Я знаю, что ты храбрая, сильная и преданная.

— Как будто лабрадора описываешь.

Дэмьен пропустил мое ворчание мимо ушей.

— Ты сексуальная, милая и неравнодушная. Красивая и немного печальная. Я хочу, чтобы ты доверилась мне и рассказала, о чем украдкой вздыхаешь.

Неужели вздыхаю? Возможно. Мне бы тоже хотелось довериться Дэмьену. Но если я раскрою ему свои тайны, то придется его убить.

Ха-ха.

— У тебя есть свои секреты, Дэмьен.

— Да, есть.

— Собираешься доверить их мне?

— Не могу.

Получается, мы с ним в одной лодке. Фигурально выражаясь.

Я взяла его за руку и, дотронувшись пальцем до серебряного кольца, вспомнила слова Джесси о пожирателе силы. Но разве я могла спросить у Дэмьена, не оборотень ли он? Ведь это совсем не то же самое, что поинтересоваться, женат ли он, разведен или в настоящее время свободен.

Я не ощущала в нем оборотня. Понимаю, это странно звучит, но у этих тварей злые сердца. Конечно, они не изначально такие. Начинают они как обычные люди, как вы или я. Но вирус, занесенный укусом, меняет человека как физически, так и духовно. И, несмотря на человеческий облик, внутри у них сидит демон, который так и рвется наружу.

За долгие ночи на службе я бессчетное множество раз в этом убеждалась. Демоны живут повсюду.

Мог ли Дэмьен любить меня, если в сердце его пылала ненависть? Нет, едва ли. Но я угадывала любовь в его глазах. Я уже встречала похожий взгляд. Вот уж не думала, что когда-нибудь мне доведется увидеть его снова.

Я хотела сказать Дэмьену, что тоже его люблю, но не могла. По крайней мере до тех пор, пока живо мое прошлое.

Прикоснувшись пальцами к моим губам, он покачал головой.

— Как насчет обещанного душа?

Улыбнувшись, я поцеловала его руку, сжала ее и повела Дэмьена в душ.

А потом оставила спящим в кровати. В душе мы опять занимались любовью. На плечах у Дэмьена остались царапины, а на шее — след от моих зубов. Полагаю, что теперь я не вправе подтрунивать над Джесси с Уиллом.


* * * * *

Я успела заскочить в свою комнату и переодеться, и когда Уилл на «джипе» подкатил к бару, забралась на заднее сиденье.

— Что, служебного муниципального транспорта Кроу-Вэлли сегодня не будет? — поинтересовалась я.

Уилл покачал головой.

— Коре не понравится, если перед ее домом остановится полицейский автомобиль. Соседи начнут гадать, что она натворила на этот раз.

На этот раз?

С каждой минутой мне все больше хотелось встретиться с Корой Копвэй.

— Чем ты без нас занималась? — спросила Джесси.

— Спала.

Оглянувшись через плечо, Джесси подмигнула:

— Мы тоже.

Я не смогла сдержать улыбки. Давно прошли те времена, когда у меня водились подруги. В той прежней жизни мы с Джесси, возможно, никогда бы не встретились и не подружились. Что стало бы огромной потерей, ведь Джесси нравилась мне больше, чем я могла бы выразить словами.

— Как плечо? — спросила я.

— Жить буду.

— Болит?

— Да, но по крайней мере это не та рука, в которой я держу пистолет.

Да уж, в жизненно важных вопросах на Джесси можно положиться.

Она развернулась спиной к окну и, слегка поморщившись от боли, сказала:

— Я разговаривала с Элвудом.

Ой-ой.

— Он расспросил всех приятелей, поговорил с работниками бензоколонки и агентами по продаже недвижимости, в общем, со всеми, кто мог заприметить в городе нового человека. Гектора никто не видел.

Я нахмурилась. Как-то странно.

— Это вовсе не означает, что ты сумасшедшая, — поспешно заверила меня Джесси. — Просто он старается держаться в тени.

Впервые за долгое время я не чувствовала себя сумасшедшей. Я чувствовала себя... хорошо. И все думала: «Что, если?..»

Что, если я убью Гектора?

Что, если Дэмьен по-настоящему любит меня?

Что, если я люблю его?

Он не подарит мне детей. Если верить его словам. Но медицина не стоит на месте. Что, если его можно вылечить?

Тогда все, о чем я мечтала, может осуществиться.

— Ли?

Я сфокусировала взгляд на Джесси. Она казалась встревоженной.

— Ты здесь? Со мной?

— Прости. Ты что-то сказала?

Она закатила глаза:

— Отвлекись от своих постельных мыслей и послушай меня. Даже если наш белый волк не Гектор, мы все равно должны отыскать и убить эту тварь.

— Полностью с тобой солидарна.

— И если это все-таки не Гектор, мы будем охотиться, пока не отыщем нужного белого волка — где бы он ни был и сколько бы времени нам не/ни потребовалось.

— Хорошо.

Отвернувшись к ветровому стеклу, Джесси покачала головой:

— А еще меня называла гусыней!

Услышь я раньше такие слова, непременно бы разозлилась. А сейчас мне всего лишь хотелось смеяться.

Мы подъехали к жилищу Коры. Маленький бревенчатый домик, окруженный высокими хвойными деревьями, словно сошел со страниц сказки о Гензеле и Гретель. Надеюсь, что Кора не ведьма.

Не успели мы постучать, как дверь распахнулась. Кора Копвэй не была похожа на ведьму. Не то чтобы я знала хоть одну.

Она оказалась высокой, стройной, с гладкими черными волосами, в которых едва проглядывала седина, и лицом, наделенным неподвластной возрасту красотой. Этой женщине пришлось многое повидать — и хорошее, и плохое, и нечто среднее между тем и другим, — и все это наложило на нее отпечаток.

На Коре была белоснежная футболка, заправленная в длинную пеструю юбку. Руки были унизаны кольцами, а еще два серебряных украшения блестели на пальцах ног. В одном ухе покачивались три, а в другом две серьги; на тонких запястьях позвякивали браслеты.

Без тени улыбки знахарка окинула нас серьезным взглядом темных глаз, а затем развернулась и исчезла в глубине дома, оставив дверь открытой.

— Я думала, она старая, — прошептала Джесси.

— Так и есть, — зашептал ей в ответ Уилл. — Просто мой народ стареет красиво, в отличие от вашего.

Пнув Уилла в лодыжку, Джесси вошла за ним в дом, который оказался настоящим музеем.

Произведения индейского искусства висели на стенах, стояли на полках и столах. Я не знала авторов этих работ, но большинство картин и скульптур изображали животных: медведей, лосей, птиц, койотов и, разумеется, волков.

На одной из полок я заметила фигурку качина-куклы[17], которая, насколько мне известно, не является традиционной для оджибве. Видимо, в коллекции Коры представлены все североамериканские племена. Я бы с удовольствием всё здесь внимательно рассмотрела, но время поджимало.

Тут и там горели свечи, что-то курилось в глиняной чаше. В комнате пахло свежескошенной травой и морозной свежестью зимней ночи. Разве такое возможно?

Жестом Кора пригласила нас сесть. В предметах мебели сочетались цвета земли и закатного неба: красно-коричневый, песчаный, лазоревый, ярко-оранжевый. Эта комната и успокаивала, и заряжала энергией.

Кора села на стул с прямой спинкой напротив дубового кофейного столика, на котором стояла одинокая дымящаяся чаша лососевого цвета. Теперь, с близкого расстояния, я рассмотрела, что в центре чаши теплится крошечное пламя, вокруг которого разложено что-то вроде травы. Так и пожар устроить недолго.

Кора продолжала изучать нас с тем же бесстрастным выражением лица. Мне казалось, что она видит меня насквозь и читает мои мысли. Я отчаянно старалась облечь их в приличную форму. Но чем больше старалась, тем более неприличными они становились.

А что я хотела после того, как провела этот день?

— Слышала, вы знаете все о всяких там сверхъестественных штуках? — выпалила Джесси.

Уилл издал многострадальный вздох.

— Джесс, — предостерег он, — молчи, пока тебя не спросят.

Джесси посмотрела на него исподлобья:

— Ты что, смеешься надо мной?

Уилл прищурил глаза, и — что удивительно — Джесси тут же села на диван, скрестила руки на груди, закинула ногу на ногу и замолчала.

— Простите, накомис[18]. Она не ведает, что творит.

Коротким кивком Кора приняла извинения. Серьги ее покачнулись, запутавшись в длинных черных волосах. В комнате снова воцарилась тишина.

— У тебя есть отметина, — тихо сказала Кора, обратив взгляд ко мне.

Я вздрогнула, и мой шрам вновь заныл, а ведь с самого утра он пребывал в блаженном покое.

— Отметина демона. Ты принадлежишь ему. Он пришел за тобой.

Джесси бросила на меня встревоженный взгляд. А я как зачарованная смотрела в глаза Коры. Как она узнала?

— Ты не говорил, что она телепат, Ловкач.

— Я то, что я есть, — произнесла Кора, не сводя с меня глаз. — Тебе лучше послушать.

— Я бы с радостью, — откликнулась Джесси, — если бы вы рассказали нам что-нибудь новое. Она помечена дьяволом, он пришел — все это нам известно.

— Уильям, твою женщину следует научить молчанию.

— Удачи, — вздохнул Уилл.

Кора потянулась к карману юбки, а затем сделала неуловимое движение в сторону чаши посреди стола. Пламя взвилось чуть ли не до потолка.

Джесси закашлялась, а когда кашель стих, открыла рот, но не проронила ни звука.

— Ой-ой, — посетовал Уилл.

Кора лишь улыбнулась.

Джесси схватилась за горло, потрясла головой и принялась гримасничать.

— Голос вернется, когда ты покинешь мой дом, а до той поры веди себя тихо по доброй воле, или тебя заставлю я.

Джесси застыла и, снова усевшись на диван, взяла Уилла за руку. Он крепко сжал ее пальцы.

— Что вы хотите узнать? — спросила Кора.

— Вы слышали легенду о пожирателе силы?

— Конечно. Вендиго, который перерождается в нечто большее.

— Что еще?

— Пожиратель жаждет силы, — пожала она плечами. — Он никогда не сможет ею насытиться. Он — высшая форма оборотня.

— Что именно это означает? — спросила я.

— Чем больше силы вбирает в себя вендиго, тем большими способностями обладает. Он может принимать любую форму в любое время в любом месте.

— Звучит невесело, — заметила я.

Уилл жестом призвал меня к молчанию.

— Вы имеете в виду, что пожиратель силы может превращаться не только в волка?

— Конечно.

— В дневное время?

— Несомненно.

Джесси, Уилл и я дружно переглянулись. Так вот почему я видела белого волка при свете дня. Я кое-что вспомнила:

— Может ли пожиратель силы менять цвет своей шерсти?

Склонив голову, Кора задумалась.

— Я о таком не слышала, но почему бы и нет?

Иными словами, два наших оборотня-убийцы на поверку могут оказаться одним и тем же волком.

— На ваш взгляд, накомис, отчего человек превращается в зверя?

— Его проклинает великая тайна.

— А есть иной путь?

— Возможно.

Кора встала и пошла, вернее, поплыла — такую плавную походку нельзя назвать обычной ходьбой — к книжному шкафу, с полки которого сняла увесистый том. Уилл вскочил и, устремившись к Коре, забрал у нее книгу и отнес к столу.

На обложке, сделанной, вероятно, из натуральной кожи, не значилось никакого названия. Кора раскрыла книгу на середине, и ссохшиеся от старости страницы затрещали.

— Если человек хочет стать вендиго, ему следует съесть плоть своего врага.

Я фыркнула. Враги Гектора — хрупкие блондинки?

Внезапно меня осенило. Его мать! Она была блондинкой, и она его бросила. Гектор так и не простил обиды.

— А потом что? — спросила я осипшим голосом.

— Потом ему следует призвать силы тьмы, чтобы они превратили его в зверя.

— Как призываются силы тьмы?

— Есть разные способы, но самый распространенный — пятиконечная звезда.

Я резко выпрямилась.

— Пентаграмма?

— Да.

Джесси вытаращила глаза.

— Как действует пентаграмма?

— Тому, кто хочет превратиться, нужно нанести пентаграмму на свое тело — на важную его часть.

Словно по волшебству, перед глазами предстала грудь Гектора: черная блестящая пентаграмма помещалась строго над его сердцем.

— А потом? — прошептала я.

— Потом он призывает злых маниту сотворить из него вендиго.

— Злых маниту? — вмешался Уилл. — Мачи-овишук?

— Возможно. И в этом мире, и в потустороннем существует множество злых маниту.

— И эти злые маниту, — не отступала я, — превращают его в вендиго? Вот так вот запросто?

— В обмен на жертвоприношение.

— Какое? — спросила я, хотя уже знала ответ.

Гектор превратился в вендиго, пообещав убить мою семью.



Глава 26 | Охотничья луна | Глава 28







Loading...