home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 14




Передвигались ходко, молча, посматривая по сторонам и вслушиваясь в кажущийся безопасным лес вокруг, впереди и по бокам, опережая нас минут на двадцать, шли разведчики, в случае опасности успевшие бы всех предупредить. В начале похода полученные от Астара инструкции четко дали понять - мы в запасе, вступаем в бой только по его приказу и никак иначе, а пока должны просто прикрывать тыл и не терять бдительности. Обидно? Нисколько. Все правильно, кто мы, и кто они, поэтому и идем сзади, постоянно оглядываясь и держа наготове арбалеты. До обеда протопали прилично и довольно спокойно, если не учитывать редких проклятий при падениях моих не привыкших к лесу бойцов, на нас оглядывались с усмешками, мол, неуклюжие городские увальни. Ребят это порядком злило, но брошенный на меня взгляд вмиг усмирял вспыхивающую в них ярость, заставляя покорно принимать заслуженное отношение. И это было еще одной монетой в копилку того, что я задумывал предпринять в дальнейшем. Наскоро пообедав сухими лепешками и запив разбавленным вином, двинулись дальше. К завтрашнему обеду планировалось выйти к первой деревне, Дремучке, примерно так я воспринимал ее название, довольно необычное, должен заметить, неужели там такая глушь и непролазные чащи, что не нашли как еще обозвать деревеньку. На ночь остановились на небольшой поляне, выставив дозорных и готовя ужин: чай на травах, все те же лепешки и кусочки сушеного мяса, от которых я просто отказался, полностью отдав свою порцию ребятам, те были только рады. Почему-то мясо не вызывало аппетита и есть его совсем не хотелось, лепешек и чая вполне хватило. Пора на боковую, прислонился к дереву, прикрыл глаза.

Вот она, единственная и неповторимая, вся сверкает, переливаясь десятками огней - совершенная, невероятная, заполненная лишь на одну сотую, она была моим мучителем и моим величайшим сокровищем, я ждал с ней встреч и одновременно страшился их. Сегодня придется быть более осторожным, и не торопиться. Единственный неприступный бастион внутри меня, подвергающийся штурму каждую ночь и сдающий позиции пядь за пядью, доставляя поистине адские мучения и постоянно ввергая меня в пучину небытия, без исключений лишая меня сознания - что это, как не пытка? Но по-другому никак, месяцами топтаться на месте я не намерен, а потому терплю, мысленно сжав зубы и стараясь не обращать внимания ни на что, кроме ее плавных линий и изгибов совершенного тела. Я просто грежу увидеть ее всю заполненной, цельной, законченной - она единственное, что держит меня на плаву, заставляя испытывать такие мучения, по сравнению с которыми все вокруг и наяву является лишь жалкой тенью, подобием и не заслуживают внимания. Иногда мне кажется, что это какой-то психоз, болезнь сродни мазохизму, что я потерялся в ощущениях и запутался, что же мне нужно. Но очередной взгляд на нее, а потом и на себя рассеивает все сомнения. Я следую изначальному, как могу, через боль, через страдания, отмеченные кровью, но следую. А пока по мне лишь изредка пробегают конвульсии, руки до судорог сжимаются в кулаки, сминая травинки и землю, неполное погружение тем и неудобно, что отвлекает, разрывает сознание на две части, когда ощущаешь себя в реальности и, одновременно, живешь внутри себя, воспринимая себя как бестелесное нечто внутри своего я.

Кто-то подходит к дереву с другой стороны, тихо, медленно - крадется, возможно враг, а может и свой, потом разберемся. Тело молнией облетает дерево, сбивает с ног и, чуть не завязывая руки узлом, вминает противника лицом в землю, гася начинающийся в горле крик - да, больно, так и должно быть. Открываю глаза. Подо мной пытается корчиться некто, чуть ли не в два раза шире и головы на две выше, но я удерживаю его, словно ребенка, еще чуть-чуть силы, и руки хрустнут подобно пересохшим ветвям, сломаются, рождая волну боли, гасящую сознание и любое сопротивление.

- Черт, Алистер, отпусти его! - Астар кидается к нам и переворачивает мужика на спину, у того на глазах слезы, все лицо в земле, нос сочится красным, - Ингур, что у вас произошло?

- Хотел п-проверить этих ребят, - через силу выдавил из себя тот, - вот, проверил, годятся, - он попытался улыбнуться, но лишь скривился, я присел рядом.

- Тебе повезло, что я со сна успел вспомнить, что мы не враги, не делай так больше, - он судорожно кивнул.

- Я досыпать, - и, развернувшись, обошел облюбованное дерево, черт, вот тупой идиот, проверить он решил.

- Ингур, ты идиот, - я улыбнулся, - пошли, пусть тебя Саррин посмотрит.

Послышались удаляющиеся шаги, Астар уводил чрезмерно любопытного вояку, попутно закатив ему нагоняй, вот, теперь можно и продолжить.

- Командир? - это седой.

- Все в порядке, спи.

Наутро к нам подошел Астар с ночным гостем, Ингур выглядел почти нормально, лишь изредка кривился, пережал я, видать, вчера. Кивнув нам, присели рядом, мы же молча ждали продолжения.

- В общем, хотели извиниться за вчерашнее, у нас у некоторых своего рода недоверие к незнакомым людям, с которыми возможно придется биться плечом к плечу, вот и послали одного выяснить, как и что. В общем, выяснили, - и Астар выжидающе уставился на Ингура.

- Да, ребят, без обид, сами понимаете, дело такое, в общем, просим прощения, а то до сих пор прийти в себя не могу, - он улыбнулся и тут же скривился, охнув, да, таки пережал я его.

Мои в непонятке уставились на меня.

- Все нормально, мы без претензий, будем считать, что знакомство состоялось.

- Отлично, - Астар кивнул, - тогда завтракаем и выдвигаемся, часа через три будем на месте.

Стали собираться, но кто-то не выдержал.

- Так что произошло то?

Уннар молча взглянул на меня и промолчал.

- Они что, напали на командира? - все разом повернулись ко мне, это уже было серьезно, в глазах не шутки, это уже требование. Я кивнул седому.

- Ночью, пока вы дрыхли, пришел знакомиться тот бугай, ну, командир его и поломал немного, - Уннар рассказывал, продолжая собираться, - и нечего пялиться, скоро выходить!

Окрик подействовал, и бойцы наскоро скатали подстилки, надели перевязи и полностью готовые отправились завтракать. Мы с седым последовали за ними. А минут через пятнадцать уже топали в хвосте отряда, вновь взяв на себя тыл и контролируя остающуюся позади часть леса. Время бежало неспешно, наш отряд продвигался все дальше и дальше, и в какой-то момент поблескивающее через листву солнце своим расположением сообщило о скором обеде, но деревни все не было и не было. И это было странно, это тревожило, высланные в стороны разведчики тоже молчали, Астар стал беспокоиться. Я прямо чувствовал волнение его и его людей, значит, явно что-то было не так. Кивнул Уннару, тот передал - "приготовиться", и мы стали растягиваться цепочкой, охватывая тыл отряда. Шедшие впереди заметили это и сами частично рассредоточились, что-то назревало. Вдруг справа выскочил один из разведчиков и бегом направился к Астару, две минуты разговора и мы уже скорым ходом спешим за проводником, пока густая зелень перед нами не раздвигается и нашим глазам не предстает печальная картина - Дремучки больше нет.

Поселение в несколько десятков дворов, мелкие изгороди, вокруг раскинулись огороды, есть даже лужок под выпас - вроде бы все красиво, все на месте, но это лишь иллюзия, деревня мертва. Вон, выломана, прямо выворочена с косяком дверь, а там зияет дыра в крыше аккуратного, ухоженного дома, изгородь справа просто вмята в ровные ряды посадок и, главное, не видно никого, ни души, даже живность не слышно, будто исчезли все.

- Не успели, - Астар мрачно оглядывал потерянную деревню, - найдите спуск.

Разведчики мигом сориентировались и отряд, рассредоточившись, стал продвигаться вперед, проверяя один дом за другим, осматривая сараи и другие пристройки - людей не было. И лишь в одном на веранде в луже собственной крови остывало тело с выеденными внутренностями и обглоданным лицом, правая рука так же было съедена начисто - аррсы, хреново.

- Так, - Астар поднял руку, привлекая внимание, - шутки закончились, противник идет в сторону Колосистой, обремененный пленными сельчанами, наша задача догнать и уничтожить, деревенских освободить, двигаемся боевым порядком, Алистер, тыл по прежнему ваш, удвойте бдительность, - я кивнул.

Из покидаемой нами деревни вели всего две дороги и одна как раз в сторону Колосистой, но было бы верхом глупости продвигаться по открытой местности и мы опять шли лесом, теперь уже целеустремленно, без разговоров, сберегая дыхание и сосредоточенно рыская взглядом по округе. Разведчики исчезли где-то впереди, Астар приказал им идти парами, не рискуя. А вокруг шелестела листва, заигрывающая с залетавшим ветерком, доносились звонкие трели птиц, царило неестественное умиротворение - лесу не было никакого дела ни до нас, ни до наших врагов, он жил сам по себе, игнорируя пустые людские проблемы. По дороге успели перекусить, жуя на ходу по одному, и страхуя друг друга. Мой отряд, полукольцом охватив тыл Астара, с взведенными арбалетами и обнаженным оружием отставал буквально метров на десять, стараясь не теряться в густой листве и поменьше шуметь. Идти по лесу оказалось не так уж и трудно, нужна была всего лишь практика, но до мелькающих впереди рейнджеров нам было, конечно, еще далеко, то, как скользили они, обтекая торчащие ветви, обходя и пригибаясь, мои ребята повторить явно не смогли бы, но шуму уже все равно делали меньше, впрочем, как и я. Внезапно головной отряд замер, присев и слившись со стелившейся по земле растительностью, впереди наметилось движение, а спустя пару мгновений появились высланные вперед разведчики, подошли к Астару. Через мгновение он махнул рукой, созывая всех поближе.

- Враг обнаружен, около десятка обычных солдат, может больше, два погонщика аррсов, а это, напоминаю, до шести особей на одного, будем исходить из худшего - двенадцать арсов, и трое воинов-стали, - он обвел всех взглядом, - дальше разведчики нашли связанных деревенских.

- Теперь тактика: первый залп всем по стальным и погонщикам, далее разделяемся и действуем следующим образом - Алистер, твой отряд должен добить этих ублюдков, если выживут, потом двигаетесь к пленникам и прикрываете их, если позову - вмешаетесь и поможете, а так зря деревенскими не рискуйте, Кунт, твой десяток на солдатах, остальные разбираются с аррсами. Все понятно? - и не дождавшись вопросов, бросил, - Тогда начнем, господа.

Медленно, почти не дыша, преодолели последние метры и замерли, ожидая, пока стрелки разберут цели, а через мгновение Астар дал отмашку, и больше десятка арбалетов выпустило свои смертоносные гостинцы, отправляя их прямо к целям. Слева упали двое необычно одетых каттонисийцев, получив по стреле в грудь, а предназначенная нам троица успела потерять лишь одного, как они вывернулись, можно было только гадать, но с двадцати метров только в одного попали четыре болта, остальные были или отбиты, или прошили лишь воздух. А мы уже летели вперед, я в центре, на острие, ребята по бокам, на ходу перезаряжавшие свои арбалеты и прикрываемые остальными. За три метра бросил:

- К деревенским, - и уже в прыжке, доставая ривскрет, отбил брошенный одним из воинов нож, дзынькнуло, а затем пространство вокруг меня взорвалось стальным вихрем, полосуя и уродуя воздух низким гудением. Вражеские клинки появлялись и исчезали, пробуя то с разных боков, то в едином порыве добраться до горла, глаз, живота, сухожилий, все увеличивая и увеличивая натиск, очередной выпад чуть не лишил меня уха, скользнув плашмя по самому виску, а брошенный очередной нож отбил в последний момент - тяжеловат все-таки ривскрет, тяжеловат, надо приноровиться, иногда буквально доли секунды не хватает, сожранной непривычным весом в движении, и пока что приходиться быть в сплошной защите, отбиваясь и пытаясь увернуться, словно сумасшедший. А затем резкий, неожиданный взмах и сталь врывается в левый локоть противника, доходит до кости и, не останавливаясь, уродует податливое тело дальше, вырывая из его уст утробное, еле сдерживаемое мычание - рука падает буквально в шаге. А клинок проносится дальше и взрезает грудную клетку, сминая ребра, внутренности, вырывается наружу и стремительно отходит назад. А кровь хлыщет уже фонтаном, на меня, на его напарника, на землю, он понимает, что не жилец, но все еще каким-то чудом стоит, сжимая в правой только теперь окрасившийся красным клинок, но нам уже не до него.

Пляска смерти идет своим чередом, ривскрет с каждым взмахом уже не кажется таким чужеродным и тяжелым, еще неделю таких тренировок, и он будет просто порхать, неся боль и смерть, а пока же, встречаясь с клинком врага, вгрызается в него подобно изголодавшемуся аллигатору, оставляя зазубрины и заставляя буквально отлетать при столкновениях. В глазах противника недоумение, но меня это не интересует, ривскрет мелькает все быстрее и быстрее, полосуя уже не только подставляемую сталь, но и взрезая кожу на животе, руках, груди. Воин все больше уходит в защиту, уже не атакуя, только отскакивая и стараясь увернуться, и в какой-то момент ловит шеей удар справа, и падает, забрызгивая округу фонтанирующим обрубком. Оборачиваюсь и буквально расчленяю, сместившись в сторону, бросившегося ко мне аррса - здоровый, в холке мне почти по грудь, был. Тварь еще визжит и дергается, но уже не опасна, наклоняюсь и добиваю, снося ей уродливый отросток-щупальце. А чувств никаких, что после человека, что после твари, будто насекомое раздавил, полная отрешенность, будто и не я устроил здесь эту бойню. Оглядываюсь, вражеские солдаты почти перебиты, еще двое сопротивляются, но уже обречены - вскидываются два арбалета и они падают, чуть дальше кучей лежат нашпигованные болтами аррсы, битва постепенно затихает. Парни Астара ходят парами и уже просто проверяют, всех ли добили, а мои окружили деревенских и, ощетинившись стальными жалами, добивают еще одного аррса, рядом изрубленным валяется еще один. Подхожу к ним, Уннар кивает:

- Командир.

- Молодцы.

- Ну что же, неплохо сработали, - Астар стоит над моими противниками и слегка морщится, - только кроваво слишком, ладно, ведите сюда деревенских.

Развязав и указав в сторону Астара, отправили к нему бывших пленников, а сами сели в сторонке и занялись кто оружием, кто болтовней, а кто и просто решил подремать. Разведчики уже стояли в дозоре, так что можно было расслабиться. Но отдохнуть нам толком не дали, подорвавшись как сумасшедшие, парни Астара стали быстро собираться.

- Алистер, выходим!

- Поднимайтесь, - я встал, - отдых закончен.

И опять спешка, опять бежим, вминая траву и хрустя опавшими ветками, не беспокоясь о скрытности и не боясь привлечь чьего-либо внимания, проносимся через кустарники, буквально сминая их лавиной человеческих тел, перепрыгивая овраги и распугивая лесную живность, несемся как оголтелые, следя лишь за мелькающими впереди спинами проводников и попадающимися на пути деревьями. Как объяснил Астар, каттонисийцы пришли сюда двумя отрядами, решившими начать с крайних деревенек и встретиться по середине, замкнув Колосистую в клещи, и теперь мы неслись именно к ней. Об этом поведали освобожденные пленники, направляющиеся теперь обратно в покинутые дома, им предстояло заново разживаться скотиной и налаживать привычное течение жизни. Или же, забрав все мало-мальски ценное, перебираться в другое место, подальше от границы и ее ужасов, чуть не стоивших почти сотне людей их жизней.

Астар планировал добраться до деревни к утру и спрятать селян в лесу, а самим устроить засаду и дождаться каттонисийцев, преподнеся им вместо беззащитной деревни кровавую баню. И чем раньше мы туда доберемся, тем больше времени будет на отдых, лучше сможем подготовить встречу, меньше будет просчетов. И мы неслись, как могли, взмыленные, уставшие, голодные, а уж когда стало темнеть, нашей радости просто не было предела, прелесть путешествия по ночному лесу в полной мере смогли ощутить все. Прихваченные с собой небольшие лампадки лишь немногим помогали, освещая путь всего на три-четыре шага вперед, и со всех сторон то и дело доносились чертыхания, ругань, слышались падения, затем следовал еще более отборный мат и, в конце концов, все перешли на быстрый шаг, темень вокруг была хоть глаз выколи. Как здесь ориентировались проводники - ума не приложу, ладно мне мрак не был помехой, но они умудрялись не только выбирать наиболее удобный путь для отряда, а еще и вести в нужную нам сторону.

До утра оставался еще какой-то час, а мы уже стояли на кромке леса, замерев перед простиравшимся впереди полем, встречающим нас волнами пригибающихся колосков и пением насекомых, будто решивших дать в нашу честь свой лучший концерт - скрип и скрежет стоял просто умопомрачительный. Уннар даже поморщился:

- Вот разошлись.

- Тихо всем, - Астар ждал вестей от ушедших вперед разведчиков, - соблюдаем тишину.

И те не заставили себя ждать.

- Деревня цела, каттонисийцев еще нет, в некоторых домах уже встали, - отрапортовал один из вернувшихся.

- Тогда так, разбиваемся на пары и от дома к дому, селяне должны в течение получаса выдвинуться на это место, налегке, все, пошли.

И отряд вломился в колосья, проделывая неширокие просеки и втаптывая все в землю - время дорого, некогда церемониться. В первом же попавшемся нам с Уннаром доме нас встретили вилы и заливистый лай:

- Кто такие, чего надо?

- Армия Даггура. К деревне движется отряд каттонисийцев, соберите домочадцев и укройтесь в лесу, вон там, - и указал рукой через поле, - все ясно?

- Но, но как же...

- Мужик, - я перебил седого, - если я не услышу, как вы уходите до того, как мы дойдем до очередного двора, вернусь и пересчитаю тебе все ребра, усек?

Он кивнул.

- Вот и хорошо, лишнего не брать, главное - спрячьтесь, - и, развернувшись, пошли дальше.

- И так с каждым - что, почему, зачем, - Уннар покачал головой.

Следующий дом встретил темными окнами и полной тишиной. Уннар перелез через ограду, прошел двор и заколотил в дверь, та затряслась.

- Кому там не спиться, Минс, если это ты, пошел вон, нету у меня больше! - и опять тишина.

Уннар снова заколотил.

- А, что б вас! - послышались шаги, кто-то подошел к двери и сдвинул засов, дверь приоткрылась, явив в щель заспанное, всклокоченное лицо с жутко недовольной гримасой.

- А вы кто такие? - лицо приобрело удивленное выражение, силясь рассмотреть нас в предутренней мгле.

- Уважаемый, мы представляем армию Даггура, вам стоит немедля покинуть дом и укрыться в лесу вместе с вашими односельчанами в той стороне, к деревне приближаются каттонисийцы, я понятно выражаюсь? - седой с сомнением уставился в заспанные глаза.

- Что, каттонисийцы, как? Куда вы сказали? - Уннар еще раз махнул рукой.

- Я понял, ага, сейчас же ухожу.

- Ну, хоть один нормальный, - направились к следующему двору.

Там хозяева уже не спали и, приметив чужаков, ходящих по дворам, высыпали всей семьей, впереди всех стоял глава семейства, сжимая в руках опять таки вилы, у них тут что, они за оружие считаются?

- Армия Даггура, вам с домочадцами надлежит укрыться в лесу, ваши соседи так же будут предупреждены, все ясно?

- А с чего мне знать, что вы из армии? И что случилось?

- Случились каттонисийцы, и если вы не спрячетесь в лесу, я вернусь и ногами запинаю тебя в него, лучше не зли меня, мне еще вон сколько дворов обходить, - Уннар зло сплюнул и зашагал дальше.

- Какой ты невежливый, - я холодно улыбнулся.

- Да впереди еще дворов сорок, а они уже артачиться.

Скоро рассвет, горизонт постепенно стал наливаться цветом, сгоняя серые тона и просыпаясь от ночного сна, а мы еще даже не обошли половину деревни. Пары распались, бойцы теперь бегали по одиночке и особо не церемонились, обещая и ребра пересчитать, и зубов не оставить, если хозяева промедлят еще хоть чуть-чуть. Астар же в это время разрабатывал план встречи, выбирая место для засады и высчитывая наши шансы. Окопаться решили в трех стоящих рядом домах, занять чердаки и укрепить крыши изнутри, забаррикадировать подступы, прикинуть пути отхода и прочие нюансы. В итоге, когда последний селянин был предупрежден и чуть ли не пинками выгнан из деревни, Астар вкратце ввел всех в курс дела.

Засада сводилась к следующему. Дома в деревне были разбросаны хаотично и как таковых улочек не было, лишь заросшие тропки и одна более-менее вытоптанная дорога, петляющая через всю деревню подобно змее. И с какой бы стороны противник не пошел, через центр ему все равно придется пройти, именно по этой дороге и именно мимо нас. А там уже пойдут в дело арбалеты, перекрестным огнем собирая обильную жатву и заставляя искать укрытия, только все это будет напрасно, почти все пространство вокруг было как на ладони, и простреливалось на добрых полста метров, так что начало обещало быть кровавым. А далее или попытки штурмовать чердаки, что чревато, или отступление под арбалетным градом. А в конце останется только спуститься и добить оставшихся. Звучит неплохо.

Астар обвел всех взглядом:

- Всем все ясно? Вопросы? Предложения?

- Лишь бы чердаки выдержали, взрослому аррсу наши укрытия не помеха.

- Значит, будете первыми снимать именно таких, еще замечания?

Все молчали.

- Что ж, хорошо, тогда по местам, Алистер, ваш дом тот крайний, - Астар указал рукой.

Оглянувшись, увидел добротный белый дом, я бы даже сказал - домина, крыша недавно обновлялась, до чердака метра три, не меньше, хорошо строили, с размахом, кивнул ребятам, пошли обустраиваться. Столы, лавки, доски - все шло в дело, поднималось на чердак и приколачивалось, прижималось, подпиралось, укрепляя крышу и пол у люка. Попортили, в итоге, мебель хозяевам знатно, но своя шкура ближе, так что перебьются как-нибудь. А когда все возможное было сделано - устроились ждать, Астар приказал соблюдать тишину и первыми стрельбу не открывать, только после них, так что мужики разложили съестное и принялись завтракать, желудки давно уже просили еды. Я же прислонился к балке и прикрыл глаза, расслабляя мышцы и постепенно погружая тело в легкую полудрему - отдых не помешает. Не знаю, сколько я так просидел, но когда Уннар поднялся меня растормошить, я открыл глаза и кивнул - не сплю. Затем встал и прошел к самодельным амбразурам - пока никого не видно.

- Соседи заметили движение, объявлена боевая готовность, - седой был уже рядом.

Я кивнул, давно уже пора, перебьем сволочей, и назад можно будет возвращаться, а то бегаем по лесу как кролики. Парни притихли, прильнув к проделанным отверстиям и держа под руками арбалеты, вот оно, началось. Из леса будто плеснуло красно-черным, разбросав редкой цепочкой прижавшиеся к земле уродливые тела - аррсы. Выставив над землей свои отростки-щупальца, они быстро-быстро засеменили влево, обходя деревню против часовой, я метнулся в другой конец чердака, если они пойдут в атаку оттуда, наш дом первый окажется у них на пути. Семь, восемь, десять, пятнадцать аррсов редкой цепью перекрыли путь в лес, а с другой стороны уже начали выходить каттонисийцы, ого, что-то их многовато. На чердаке воцарилась мертвая тишина, бойцы не то, что дышать, моргать старались шепотом, и не переставали следить за врагом, почти полностью окружившим деревеньку. В окне соседнего чердака мелькнула рука, подав сигнал приготовиться, арбалеты заняли исходные позиции, разобрав сектора обстрела - теперь осталось только дождаться противника и карусель закрутится. Отойдя в сторону и освободив место, сел у люка, без арбалета мне там делать нечего, только мешать буду.

Почему-то вспомнилась Натиль, как она там, чем занимается? Продолжила ли учебу или участвует в стычках с Каттонисом? Странные мысли, наши дороги разошлись навсегда и не на самом удачном моменте, к чему ворошить такое? Отогнал печальные мысли, но какой-то осадок все же остался, а потом, будто вживую, увидел напротив ее потухшие, наполненные болью глаза, перекошенное страданием лицо, превратившееся в мертвую маску, сжатые маленькие кулачки... И ради чего все это, ради того, что бы какие-то ублюдки развлекались, делая ставки на страдания и агонию других людей, развалившись на мягких ложах и запивая все это дорогим вином? Только ради этого?

В груди разливалось незнакомое ранее тепло, будто там зажглось маленькое злое солнце, искрящееся ветвистыми жгутиками молний, периодически пронизывающих то руку, то ногу, то вообще свиваясь тугими канатами, вытягиваясь и доставая до самых пальцев. Опустил взгляд на раскрытую ладонь - рука как рука, но вдруг показалось, что вижу мелкие голубые нити, шевелящиеся, словно живые, их было много, очень много, и вдруг они исчезли. Я моргнул, снова уставился на руку, и снова на мгновение увидел их, а потом они снова исчезли, огонь в груди стал затухать. Что за? Прошелся по ощущениям тела - все органы здоровы, все работает как надо, никакого дискомфорта. В груди теплился уже еле ощутимый огонек, еще чуть-чуть, и погаснет. Куда же ты, как тебя удержать, что ты такое? Как вернуть то ощущение маленького злого солнца?

И замер - вот оно. Злое. Злое солнце. Парни уже пустили в ход арбалеты, а я словно выпал из окружающей реальности, вцепившись за хвост ускользающей догадки. Злое, злое. Маленькое злое солнце. Закрыл глаза, зажмурился - злое, злое солнце. Сбоку раздался грохот проламываемой крыши, предупреждающий окрик и звуки бешеной рубки, мои бойцы уже кого-то кромсали, а я, словно статуя, застыл восковой фигурой без малейшего движения, отрешившись от происходящего вокруг. Болезненно вскрикнул Уннар, арбалеты стали щелкать уже внутри чердака, что-то упало, содрогаясь в конвульсиях, снаружи вовсю шел бой, крики, вопли, визг, стоял звон стали и агония боя. Зло солнце, маленькое злое солнце.

- Командир!!

Глаза, полные боли, сжаты маленькие кулачки...

- Командир! Мы не справляемся!!

Перекошенное страданием лицо Натиль...

- Командир!! Алистер!!

Ненависть...

В груди будто вспыхнул тугой комок яростного солнца, выстрелив тысячами отростков по всему телу, прошив каждый орган, каждую каплю крови, наполнив тело безудержным пламенем пожара, сжигающим мысли, чувства, сомнения, и оставляющим лишь одно - ярость! Слепую, безудержную ярость! И в какой-то момент ее стало так много, что тело, переполнившись, выгнулось дугой, сотрясаемое тысячами маленьких разрядов, рот вытянулся в немом крике, глаза, распахнутые от жуткого перенапряжения, почти вылезали из орбит, все окружающее воспринималось, словно сквозь красноватую дымку, и я не выдержал - отключился.





Глава 13 | Хроники императора. Начало пути | Глава 15