home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



* * *

— Владыки Предвечной Тьмы, взываю к вам! — гремел под теряющимися во мраке сводами храма мой голос. — Услышьте меня! Я, великий князь Аллирана, скрепляю Договор кровью братьев и сестёр моих и дарую вам их души!

На жертвенник брызнули красные капли, лишившийся сердца брат захрипел и затих, с ужасом глядя на фигуры трёх Владык, восседающих на растрескавшихся от древности тронах из чёрного камня. Упавшие на идолов капли крови исчезли — подношение принято божествами.

В глубинах под храмом громыхнул священный гонг, отдаваясь в покрытых запретными знаками стенах долгим гулом. Договор заключён, ритуал закончен. Отныне я повелеваю тёмными духами, обитающими в Предвечной Тьме, и её боги явятся по моему зову на пиршество, устроенное в их честь. Видят предки, это немало для аллира, окружённого врагами.

Братья и сёстры, дожившие до сегодняшней ночи, останутся в храме навеки, пополнив ряды бесплотных служителей. Таково условие Владык. Я должен был чем-то жертвовать, обретая Силу. Не ради меня — ради народа, которым я правлю. Ради победы над ордами лоа и веры пошедших за мной разумных. Ради будущих поколений.

Прощайте. Я никогда не забуду вас, родичи.


Очнувшись, я коснулся чёрного копья, и по телу прокатилась волна приятной энергии, словно в меня перетёк дух живого существа, имеющего сродство со стихией Воды. Маркарт делился со мной айгатой, прорастая в мою ауру, подобно корням дерева, пробивающим твёрдую неподатливую землю. Я становился сильнее, быстрее, восприятие обострялось, чего и близко не было при контакте с трезубцем. Восстановление организма почти завершилось, запасы энергий у меня близятся к максимуму, чего не скажешь о запасах копья, изрядно оскудевших с момента победы над Проклятыми и проведённой над сосудом Полночной Плеяды операции.

Мир расширился за пределы пещеры, в которой я сегодня спал. Он включал в себя мириады существ, включая скопление синекожих на далёком берегу Зеркального озера. Несколько тысяч воинов, значительно больше, чем штурмовавших Веспаркаст, расположились у воды, ничуть не опасаясь магии морлоков, дремлющих под толщей вод и льда. Защита тролльих колдунов крепка, их и воинов охраняют сотни лоа, кружащих над лагерем. Подобраться незамеченными к синекожим трудно, поэтому мы нападём на них открыто.

Горцы и оборотни уже ушли охотиться, Клеймёные разбились на группы и ожидают приказа Смуглянки к началу атаки. У пещеры дриады, древни и верные белые волки. Со мной они составят отряд, который ударит по дозорным постам. Дело бойцов — вывести из строя как можно больше воинов и уйти. Я прикрою отход, вырезая шаманов с учениками. Горцы и оборотни займутся патрулями, разведчики Клеймёных во главе со Смуглянкой нанесут визит вежливости синекожим непосредственно в лагере. Маги на фаэрнилах наш резерв, они примчатся, если выплывет крупная рыбина вроде Болотного Отшельника.

Я встал, опираясь о Маркарта. Дневные сны окончательно отпустили меня из цепких лапок, вернув ясность сознания.

Два последних дня показались мне вечностью. Забытые воспоминания заполняли сознание, угрожая прорвать плотину человеческого рассудка. Деяния аллирского князя отдавались болезненным эхом в памяти — ритуальные убийства тысяч разумных, в том числе родичей, ради достижения Силы, истребление кланов и племён. Величайший правитель древности не останавливался ни перед чем на пути к власти и могуществу, и вместе с тем стремился обеспечить безопасность и процветание собственному народу.

Я вновь изменился за минувшие два дня. Вчера Смуглянка сказала, у меня потемнела аура, и в неё вернулось тепло, присущее живым, а вот глаза остались похожими на моря адской смолы. Волки больше не рычали в моём присутствии, и приближение дня не приносило столько неудобств, как раньше. Я перестал быть немощным. Однако, стоило выпустить копьё из рук, через минуту-две наваливалась усталость, и ноги подгибались в дрожащих коленях, точь-в-точь у дряхлого старика. Я стал ночным существом, охотником на духов.

«Не уходи в Предвечную Тьму. Станет тяжело, помни, мы придём на помощь», — попросила вчера Смуглянка.

Не уйду. И к Владыкам стану взывать только в крайнем случае.

Мы встретимся на рассвете в пяти километрах отсюда, в овраге. Туда же подойдут горцы с оборотнями, чтобы получить от меня ЦУ и рассеяться по аранье до следующей ночи либо залечь под землёй, если я осуществлю всё задуманное на сегодня.

У выхода из пещеры дежурили дриады. Акела, бывший со мной в пещере, пробежал чуть вперёд, принюхиваясь, к нему присоединились остальные волки.

Я понёсся меж деревьями, за мной, отстав на полсотни шагов, спешили волки, позади них широким фронтом дриады и древни. Попавшийся сторожевик в виде нароста на стволе я сбил на ходу копьём, разом лишив следящего за участком араньи колдуна магического «глаза» и ослепив его вспышкой боли от обрыва соединяющего его с амулетом астрального канала. Обо мне узнают, о тех, кто со мной — нет.

Приличный шаман пожелает выяснить, в чём дело — то ли нарушитель появился, то ли какой злой дух проказничает — и вышлет соглядатаев. С ними разберусь, обычно для таких целей используют младших лоа. Послать группу быстрого реагирования, считай, одержимых с троллями, колдун не успеет, я до него доберусь быстрее. Он сидит неподалёку от озера, обложился амулетами, вот-вот со страху активирует барьеры, трусишка. Ему невдомёк, что его защиту, имея в руках божественный артефакт, я взломаю играючи. Он не верховный, так, рядовой клановый шаман из Чёрного Копья. Таких в армии у озера мало, всего около полудюжины. Видимо, Болотный Отшельник надеется прежде всего на себя. И правильно, ему шаманы родного племени в пояс дышат.

На холме у реки раньше стояла деревня Каменных Клешней, малого племени, входящего в союз озёрников. Нынче в ней обитает смерть. Холм затянут паутиной чар, стягивающихся в тугой узел в центре селения. Там, в вырытом троллями подземелье, склеп и жертвенник, на жертвенном камне приносили в дар предкам птиц, животных, а бывало, и разумных. Там жил шаман. И сейчас там тоже колдун. Чужого, правда, племени. Охрана — восемь дюжих троллей, одержимых старшими лоа. Прячутся на поверхности, под слоем пепла и снега. Не очень живые и не совсем мёртвые, напитанные жизненной энергией убитых здесь Водяных Крыс.

За холмом дозорные посты нормальных, живых синекожих. По дюжине охотников в каждом, как всегда. Учеников шамана не брали, ибо рядом цельный, можно сказать, дипломированный, колдун, предупредит в случае чего вождя и Болотного Отшельника. За постами озеро, в тысяче шагов юго-западнее начинается огромный лагерь осаждающей озёрников орды.

Дриады и древни разделились на два равных отряда и направились к дозорным пунктам, волки со мной. Разглядеть нас издали сложно, белый мех неплохая маскировка. Плащ у меня тоже светлый и тоже из меха, благодаря ему моя аура сливается с природной аурой леса. Кожаный костюм — куртка да штаны, покрытые вязью магических знаков, — блокируют эманации, исходящие из моего духовного тела. Спасибо Смуглянке, без её подарков меня бы засекли за лигу до холма. У Клеймёных вся одежда камуфлированная. Закончим у Зеркального озера, и попрошу для дриад такую же. Девчата обходятся природными способностями к слиянию с лесом, зато в империи одёжка спасёт от ненужных вопросов.

Вход в склеп под холмом охраняют помимо одержимых бесплотные духи явно элементального происхождения. Я обнаружил их, подойдя вплотную к холму. Специфических лоа колдун поставил себе на службу. Ветряную Деву призвал со свитой. Ну, чем сложнее, тем интереснее. Подскочив к затаившемуся в сугробе одержимому, заколол его сквозь снег копьём, ощутил прилив айгаты и жизненной энергии, мгновенно вырванной из синекожего. Волков оставил стеречь подход с тыла, несмотря на желание лохматых вырваться вперёд и кого-нибудь погрызть. Осторожность — залог здоровья в нашем предприятии, пускать вас в бой с оравой врагов означает погубить, а вы мне нужны живые и здоровые.

Снежный покров разлетелся с хрустом и треском. Второй одержимый, получив сквозную рану в грудь, осел в яму, откуда эффектно выпрыгнул мгновением ранее, а я пяткой копья зарядил третьему в рожу, поубавив ему прыть, и, крутанувшись, перерубил горло синекожего наконечником. Три — ноль.

Топот ног по снегу и тишина. Одержимые атакуют молча, как и Ветряная Дева, не подключившаяся к драке. Она парит в вышине, выжидая удобного момента, чтобы не задеть своих и снести меня одним ударом.

Из нижней стойки выпадом дырявлю подбегающего одержимого и, выдернув копьё, описываю им размашистый круг. Пытавшийся напасть сзади тролль падает со вспоротым животом, мне добавляется очередная порция айгаты и жизненной энергии. Хорошо!

Трое последних синекожих попробовали сообща атаковать с разных сторон. Неудачно — я накатился на одного, уходя от его «коллег». Листовидный клинок проткнул ему шею, опустошив физическую оболочку.

Загороженный колючим кустарником вход в склеп захлопнулся прямо передо мной, в лицо шарахнуло волной спрессованного морозного воздуха и колючих снежинок. На миг я потерял равновесие. На обычного смертного трюк сработал бы, ослепив и ошеломив. Троллям для завершения боя достаточно было бы метнуть топоры, не сближаясь на расстояние удара копья. Воины так и поступили бы.

Одержимый высоко подпрыгнул. Удумал сверху ударить? Второй бросился змеёй под ноги. Ещё и Ветряная Дева страхует. Грамотно работают. Кто ж их действия координирует, не шаман ли?

Перескакиваю через кинувшегося снизу тролля, на лету втыкая в него копьё, приземляюсь за ним и откатываюсь вправо, дабы не попасть под вероятную атаку Ветряной Девы.

Едва я откатился, раздался громкий хлопок, и меня, приподняв в воздух, бросило на добрых метров пятнадцать. В бок забарабанили мелкие ледяные лезвия, остановленные зачарованной кожей куртки. От удара прочная одёжка не спасла, я отстранённо констатировал перелом левой руки, трещины в рёбрах и серьёзный ушиб.

Два противника не девять, живём! Жизненная энергия, перешедшая от убитых одержимых, переполняет меня. Кости срастаются за секунды, ткани регенерируют почти моментально. Драконья настойка действует медленнее артефактного копья, с ним не страшно и против командующего эльфийскими храмовниками выйти.

Я рванул в тень от деревьев, спасаясь от очереди из снарядов элементальной айгаты. Ветряная Дева, чтоб ей, бомбардировала меня маленькими гранатами из сжатого воздуха, разрывающимися при столкновении о твёрдые и не очень предметы. Несколько прогрохотали в паре метров от меня, обдав древесный ствол, за которым я укрылся, шрапнелью из ледяного крошева.

Отскакивая, я в сознании просчитывал варианты дальнейших действий. Добежать до входа в подземелье, рубануть копьём по ветряной преграде. Причём не попасться под атаки разбушевавшейся владычицы сильфов и одержимого. Прикончить колдуна, готовящего в данный момент энергозатратное заклятие. Под холмом от его стараний горячо становится, до того концентрация айгаты высока.

Удивил старикашка. Вчера при разведке не было Ветряной Девы и в помине. Почуял неладное старый хрыч, призвал подмогу. И судя по всему, днём. Профи, зря его недооценивал. Может, за него напрягся Болотный Отшельник? А, всё равно шаману под холмом не жить.

Направляю жизненную энергию в мышцы и кости. Задуманного мною человеческий организм не выдержит. Мир замирает для меня. Рывок из-за дерева, владычица воздушных элементалей метрах в тридцати передо мной парит в небе, неспешно вздымаются и опускаются тончайшие крылья, порождающие удивительно плотный поток воздуха. Она намерена устроить ураган на отдельно взятом участке араньи? Надо же, разгадала мой замысел. Короткий разбег, длящийся долю секунды, бросок. Копьё пронзает ринувшийся ему навстречу и набирающий скорость ветер, десятки и сотни мельчайших сильфов, окружающих госпожу, умирают. Ветряная Дева распадается угасающими хлопьями айгаты, а я, переместившись к одержимому, ударом руки сношу ему башку и вытаскиваю дух из умирающего тела.

Интересно, как оно всё выглядит? Непривычно ориентироваться без зрения. Эффектно, наверное. По рассказам Гварда, Девы Ксарга красивы, Ветряной вдобавок крылья придают сходства с бабочкой.

Хватаю упавшее копьё, по руке в меня переходит айгата владычицы. Не вся, примерно половина остаётся в оружии.

Мышцы в целости, несмотря на рывок на запредельной для человека скорости, кости на месте, нигде ничего не вывихнуто. Быстрая противница попалась, еле успел её убить. Промедлил бы, и пришлось сбегать в теневое измерение от ураганного ветра, приправленного ледяными лезвиями.

Вход в троллий склеп наглухо перекрыт барьером. Сильфы, поддерживающие преграду, носятся головастиками по её поверхности, образуя собой дополнительную защиту. Взмахом копья я разорвал воздвигнутую Девой стену, точно плёнку, и шагнул в извилистый коридор.

Уютно тут. Темно, это я кожей чувствую, шаман не зажёг даже факела, сухо, пахнет курящимся третьеглазом и веет холодком Серых Пределов. А ещё витает аромат свежей крови. Недавно приносили в жертву разумного, в астрале следы чётко ощущаются.

Шаман загундосил заклинание над горой изуродованных трупов в центре склепа. У покатых стен разложил черепа и головы убитых Водяных Крыс, под потолком подвесил тлеющие пучки третьеглаза. Меня он, кажется, не заметил, продолжая ритуал призыва. Покровителя клана зовёт, вон, под фрагментами тел источает незнакомую мне айгату переносной жертвенник.

Наконечник копья пробил сердце колдуна, когда тот повысил голос, произнося имя Пожирателя Мертвецов. Этому старшему лоа поклоняется клан Рвачей племени Чёрного Копья. Знал шаман, кого звать на помощь, его покровитель в таких местах как раз любит появляться.

Следующим ударом я разбил каменный жертвенник на куски. Высвободившуюся при уничтожении колдовского предмета жизненную энергию и айгату исправно поглотило оружие.

Диверсия совершена, пора наружу, прикрывать девчат.

Дриады с древнями к моему выходу из подземелья достигли дозорных постов и активно сражались с синекожими, успешно отправляя их к праотцам.

Ауры троллей угасли, знаменуя конец скоротечного боя. Древесники отошли от постов, рассеялись, зарываясь под землю. Выследить их без специальных чар не выйдет, да и вряд ли прямо сейчас за ними погонятся, у синекожих без нас хлопот полно. На другом конце озера режут осаждающих клеймёные и рвут оборотни, горцы утоляют жажду кровопролития на соседнем участке араньи возле лагеря. Смертоноснее всех эльфы, они около сотни воинов Болотного Отшельника накрошили и поспешно отступают, за ними несётся несколько обладающих ужасающе холодной айгатой тварей покруче Ветряной Девы, издали не определишь, кто именно. Клубки обжигающе морозной энергии. Смуглянка заманит чудовищ подальше в аранью и убьёт, в ней я уверен.

Древесники потихоньку продвигаются под землёй, почти незаметные в астрале. Ауры у них копии аур спящих зимой растений, не всякий шаман отличит. Учуяв ищеек-духов, девчонки остановятся, выдавая себя за корни деревьев, древни прикинутся корягами. В аранье в плане маскировки им нет равных.

Я летел сквозь чащобы, петлял, точно лис, уходящий от своры собак. Проще уйти по теневому измерению, но обещал Смуглянке не использовать магию теней по пустякам. Ран-Джакал, чьи знания я перенял, выдающийся следопыт и охотник, так что запутывать следы умею и без колдовства.

Овраг нашёлся легко. Длинный, узкий, напоминающий резаную рану в земле. Берега протекающего по дну ручья поросли кустарником, ныне спящим под снежным покрывалом, в растениях едва теплится жизнь. Я прошёлся по ледяной дорожке, в которую обратился ручей, и встал напротив неприметного сугроба у склона оврага.

Отменная маскировка, в астрале никаких признаков подземных пустот. Они есть, обширные, тянущиеся на километры. Хм, живых разумных поблизости не чувствую. Умеют же ушастые коротышки прятаться. Верно, их и Чёрное Копьё с союзниками не обнаружили.

Тут бы лопата пригодилась. Снегу намело по пояс, а то и по шею взрослого человека, копаться в сугробе никакого удовольствия, тем более, внутри колючий куст. Расшвыряв гребками рук снежную массу сбоку от сугроба, я запустил руку в снег по плечо. О, нащупал. Сохранился всё-таки лаз. Честно говоря, думал, завалили его с началом осады озера.

Прорыв в сугробе дыру, полез в узкий проход. В астрале на этом месте скальная порода, насыщенная элементальной айгатой. Я сперва предположил, ход камнями заложили и «пробку» зачаровали для надёжности. Ох и тесно. Специально задел растянутую поперёк хода сигнальную нить, впереди раздался приглушённый рокот. Снаружи его не расслышишь, а вот живущим в пустотах пещерным гоблинам — нашим союзникам — он сообщит о визите чужака.

— Эй, коричневые! Кан-Джай к вам в гости! — крикнул я.

Подземный посёлок на военном положении, могут нарушителя задавить, не разобравшись, кто и что.

В лазе разлеглась тяжёлым зверем тишина. Отвечать мне не торопились, оно и понятно, голоса для опознания недостаточно, и выдать себя здешние обитатели не хотят до срока. Ползу дальше. С копьём в руке извиваться по усложнившемуся с последнего моего посещения лабиринту тяжело, да не бросать же оружие. От обвала оно не убережёт, однако, пережить поможет, поделившись энергией для укрепления организма.

Шуршит одежда, трущаяся о свисающие сверху коренья и землю, еле слышно бьётся сердце. Вокруг течёт айгата земли, в ней толком не разберёшь аур разумных и не скажешь, есть ли они вообще поблизости. Обвалится всё, и не откопает ведь никто, потому что не найдёт из-за астральной «заглушки». Надо темп повысить, а то вправду обрушат лаз. Придётся погружаться в Предвечную Тьму.

Впереди заскрежетало, и над ухом гаркнули:

— Лежать-бояться!

Проклятье, не понимаю, что происходит. В астрале гнетущее однообразие энергий, ни намёка на живых существ. Я застыл, перестав дышать и остановив на минуту сердце. Так, на всякий, чтоб не мешало вслушиваться в окружающий кусочек мира.

— Кан-Джай?! — произнесли удивлённо. — Странный гость к нам пожаловал. Вроде Кан-Джай, а вроде и не он. Ты себя в зеркале видел, дружище?

И вы меня мурыжить будете? Надоело.

— С Владыками Предвечной Тьмы повстречался. Свидание не прошло без последствий.

— Ох, Кан-Джай, умеешь ты в историю вляпаться с этими самыми последствиями.

Знакомый голос. Гродак, родной сын предводителя племени пещерных гоблинов Гхаз-Бага. По счёту… седьмой? Ага, он самый, седьмой сын восьмого сына. Не обделён способностями к колдовству, передавшимися ему по наследству от батюшки. Ауру мою узнает. Может быть. Если повезёт.

— В прошлый раз старшего лоа угнал, теперь вот с Владыками встретился. Уникальный ты человек. Вылезай давай, не морозь задницу на пороге.

Нахватался умных словечек от батюшки своего, понимаешь.

В лицо пахнуло теплом. За вывалившимся из лаза мной заскрежетал задвигаемый каменный люк. Действие «заглушки» не прекратилось, и живых я чувствовал лишь по звукам дыхания и сердцебиению. Трое взволнованных караульных в «прихожей».

— Не орать, руки держать на виду, не дёргаться. Веди себя спокойно, и мы себя так же вести будем, — предупредил Гродак. — Оружие оставь, никто не украдёт. Мы тебе не то, чтобы совсем не доверяли, просто так удобнее. Я проведу тебя к бельбену[16].

Естественно, вам удобнее. Ладно, в случае чего и без копья есть чем удивить. Приняв мой арсенал режуще-колющего, Гродак провёл меня по кишке коридора в… стоп, тут-то я никогда не был. Просторное помещение, от стен эхом отдаются шаги. Сын бельбена окриком приказал остановиться. За мной опять заскрежетало, щёлкнул механизм замка.

Гоблин зацокал языком. Я кожей почувствовал на себе чужой изучающий взгляд.

— Ай-яй-яй, что ж ты с собой сотворил, Кан-Джай, — вместо приветствия сказал Гхаз-Баг. — Вечно от вас, ловцов духов, хлопоты. Поймает какое-нибудь иномировое чудище, изменится под влиянием чужеродной айгаты, и не знаешь, убить, чтоб не мучился, или грибным отваром отпаивать.

Предводитель наших пещерных гоблинов много чего повидал за свою долгую, длящуюся более столетия, жизнь. Верно, и нашего брата, раз так говорит.

— Грибным отваром желательно, и мясным бульоном, уважаемый Гхаз-Баг.

— Рад, что Великий Дух не дал тебе растерять желаний смертного, Кан-Джай. Хочешь — сядь, разговор предстоит долгий. Поговорим, и покушаешь. Откуда в тебе Предвечная Тьма?

Ясно, без тщательного допроса мне не доверятся и не выпустят. А бельбен, кстати, в заглушке отлично распознаёт ауру разумного, и его не пугают произошедшие со мной изменения. Смогу уйти отсюда в измерение теней? Комнату наверняка оградили астральным барьером.

— На озере слухи о тебе ходили нехорошие, — не дождавшись ответа, произнёс Гхаз-Баг. — Хвала милосердному Великому Духу, они не оказались правдивыми. Начни с рассказа о путешествии по империи людей, Кан-Джай. Где-то там, в Пограничье, тебя и убили, по словам уважаемого Гварда.

— Когда-нибудь я расскажу о моих злоключениях, почтенный Гхаз-Баг. К сожалению, сейчас дорог каждый вздох. А о том, откуда во мне Предвечная Тьма, тебе лучше расспросить уважаемого Трон-Ка.

Немного слукавил, но в целом обрисовал всё чётко, дабы не возникло лишних вопросов. Таинственный мастер-теневик Трон-Ка возглавляет отряд убийц-скрытников у Водяных Крыс, являясь третьим лицом у Водяных Крыс. Он может объяснить причины произошедших во мне изменений. Вопрос в том, станет ли колдун распространяться о секретах собственной специализации с посторонним гоблином, пусть и главой дружественного клана? Думаю, пошлёт Трон-Ка бельбена лесом. В худшем случае спросит, с какой целью интересуется подземный житель, затем чикнет ножом по горлышку, и в колодец, рыбам на прокорм да одержимым всяким. Родичам покойного соврёт о несчастном случае или происках врагов, с него станется.

Бельбен умом не обделён и, зная репутацию нашего шамана, с расспросами к нему не полезет. Здоровье дороже.

— Спрошу непременно, — представляю сдвинувшиеся брови бельбена, для него тема моих изменений закрыта. — Если встречу. — Зачем гоблину видеться с самым эффективным убийцей в племени? От командира озёрного спецназа предпочитают держаться подальше, справедливо рассуждая, что чем меньше внимания скрытника вызываешь, тем лучше. — Досточтимый Трон-Ка нечастый гость в нашем благословенном Великим Духом доме.

Поводов наведаться к вам у шаманюги нет, чему, безусловно, гоблины должны радоваться.

— Верно, ты явился к нам не ради беседы? — подтолкнул меня к озвучиванию цели визита гоблин.

— Идёт война, ненужная озёрникам. Я хочу поскорее завершить её нашей победой, почтенный Гхаз-Баг. Могу ли рассчитывать на гоблинов в борьбе с захватчиками?

Тишина. Бельбен молчал, явно ожидая продолжения. Сердце его забилось чуточку быстрее, забеспокоился старый. Не бойся, бойцов не попрошу.

— Мне и моим воинам нужны прокопанные вами подземные ходы.

Снова продолжительная пауза. Предводитель гоблинов обдумывал требование, отлично осознавая, чем грозит ему отказ от «сотрудничества». Запрети он мне пользоваться тоннелями, и его племя автоматически выйдет из союза озёрников. Чёрному Копью гоблины не сдались, равно и ограм. А, нет, ошибочка. Коротышек тролли иногда используют в качестве рабов и угул-джас. С гоблинами не заключают договоров, они — низшая раса рабов и жертв. Ну, и мясо у них, говорят, вкусное.

Выбирай, бельбен, с кем ты. Наверняка до сего дня на поверхности никто из твоих подчинённых не был, и о расположении подземного городка враги понятия не имеют. Ты думал переждать, чем кончится война, и потихоньку слинять из араньи, и тут я ставлю тебя в неудобное положение. Мои ребята ведь в случае отказа разозлятся, и о пещерных гоблинах узнает Болотный Отшельник, коли он до сих пор не в курсе, где обитают маленькие землекопы. Кто бы ни победил в войне, ты будешь проигравшим, и с тобой твоё племя.

— Сколько вас? — спросил Гхаз-Баг.

— Довольно, чтобы создать неприятности троллям наверху.

Подумав с минуту, бельбен принял решение:

— Мы ушли со старого места. Можете ходить по нашим тоннелям вдали от нового поселения. Я дам проводников, пока не освоитесь под землёй. Помнишь о сокровищах древних эльфов, которые просил помочь достать из-под земли? Три четверти драгоценностей, считая артефакты, письмена, свитки — наши.



* * * | Ночной охотник | Интерлюдия шестая