home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА 30

— Боюсь, что, возможно, вы неверно меня поняли ранее, — сказал сэр Роджер. Он лежал на капитанской кровати. Иэн Томас сидел за столом рядом с их багажом. — Я надеюсь, вы хорошо рассмотрели этот корабль, пока мы ждали?

— Очень эффектно, — сказал Томас. — Я и не подозревал, что такие корабли еще есть, и должен вам сказать, что есть в них что-то такое. Он новый?

— Новый? Нет, мистер Томас. Он очень старый. Это британское торговое судно 1801-го года постройки.

— Очень аутентичная репродукция, сэр.

— Все не так. Это не репродукция вообще. Это действительно корабль, построенный в 1801 году в Ротерхите корабелом по имени Джон Рэндалл. Он построил более пятидесяти судов, включая такие известные корабли как HMS «Дефайенс». Сразу после этого, незадолго до своей смерти, он построил 74-пушечный линейные корабль «Илластриес». Это был очень трудолюбивый человек. Так что смею сообщить вас, что это действительно «Энн», небольшой бриг, использовавшийся Ост-Индийской компанией до 1817 года. Мы находимся именно на этом судне, а не на его реплике.

— Понятно… Поразительно, что его смогли сделать мореходным, не перестроив полностью.

— Восстановление не требовалось. Этот корабль еще свое послужит. Он будет продан через несколько лет, но пока что на дворе все еще 1815 год. С ними экипаж из 60 человек. В настоящее время они участвуют в транспортировке грузов для британской армии в Бельгии.

— Да, сэр. Я уже достаточно проникся и полагаю, что смогу сыграть свою роль. Мы одеты не по этому периоду, но я постараюсь не привлекать к себе внимания.

Герцог бросил на Томаса долгий взгляд и поджал губы.

— Это не театр, мистер Томас, не развлекательный круиз и не мои причуды. Через двадцать четыре часа мы прибудем в Остенде. Полагаю, если к тому времени я не смогу убедить вас в реальности происходящего, вы все увидите сами. Как только мы прибудем на континент, у нас будет всего несколько дней, чтобы добраться до пункта нашего назначения.

Томас не знал, что ответить, но решил быть осторожным в плане любых разногласий с герцогом в самом начале весьма долгого, судя по всему, пути. Он решил взять линию подыгрывания и попытаться понять происходящее.

— Раньше я из уважения не спрашивал о нашем маршруте, сэр.

— Разумеется, но думаю, что пора. Я собираюсь прибыть в Остенде, добраться в экипаже до Брюсселя и посмотреть, смогу ли я влезть в дело, наводку на которое дала мне герцогиня Ричмонд. Заметьте, я действую без приглашения. Это может быть немного рискованно, но я посвятил несколько дней вхождению в образ. Просто действуйте, как исполнительный лакей и я не думаю, что у нас возникнут проблемы.

— Так точно, сэр.

— Затем все примет очень интересный оборот.

— Могу ли я спросить, какой именно?

— Что же, в ту ночь придет немало новостей. Герцог будет там, вместе с принцами Оранским и Нассау, и множеством других, главным образом, армейских офицеров. Мы найдем квартиру в городе и оставим багаж там. Затем направимся на поле боя.

— Поле боя, сэр?

— Конечно. Зачем же еще мы здесь? 1815 год, десятый день июня, если быть точным. Герцог, о котором я говорю — фельдмаршал Артур Уэллсли, первый герцог Веллингтон, а поле боя, дорогой мой человек, вам очень хорошо известно — ни что иное, как Ватерлоо. — Он внимательно посмотрел на Томаса, пристально изучая его реакцию.

— Ватерлоо? Всегда хотел побывать там, хотя у меня никогда не было времени. Очередная реконструкция, сэр? Правда, я думал, что это должен будет быть июнь, а не конец лета, хотя очень многое зависит от погоды.

— Это не реконструкция, мистер Томас, не большая, чем корабль, на котором мы находимся. Я говорю о реальной битве при Ватерлоо, о которой вы должны хоть что-то знать.

Томас почесал голову, испытывая некоторую неловкость. Герцог держался весьма странно, явно желая полностью погрузиться в эту странную игру. Ну и хорошо, подумал он. Будем подыгрывать. В конце концов, ему было обещано несколько миллионов фунтов в качестве компенсации и полная оплата оперативных расходов. Так что если сэру Роджеру хотелось поиграть в игры, он, разумеется, не будет кочевряжиться и протестовать.

— А теперь нам предстоит поужинать с капитаном и офицерами, — сказал Эймс. — Помните о том, что я вам говорил. Вероятно, будут какие-то разговоры. Следите за мной, насколько сможете, и не поднимайте темы спорта или чего-то еще.

— Так точно, сэр.

Было уже поздно, а они оба давно не спали. Герцог расположился на капитанской кровати, а Иэн натянул гамак, который оказался весьма удобной штукой, особенно, когда корабль качался на волнах. После полудня они вышли на верхнюю палубу, где их встретил капитан Кэмерон и любезно пригласил на ужин в офицерскую кают-кампанию, как и предсказывал Эймс. Разумеется, ведь се делалось для развлечения герцога, подумал Томас. Что же, хоть поем на халяву.

У них самих не было ничего, кроме мюслей и энергетических батончиков, упакованных в багаже, так что оба были рады каплуну, поданному коком корабля, с картошкой, морковью, сельдереем и густым приятным соусом.

— Да, наш мистер Доусон — замечательный повар, — сказал капитан. Они сидели за длинным столом. К ним присоединились старший помощник лейтенант Эдвард Джонс и корабельный хирург мистер Джон М.Беннетт. Как и предполагал герцог, речь зашла о морских делах и войне 1812 года с Соединенными Штатами, по-видимому, ставшей частью истории корабля.

— Жаль, что война закончилась так плохо после фиаско в Новом Орлеане, — сказал Эймс.

— Ну, мы им показали, где раки зимуют, когда генерал Росс подпалил Вашингтон! — капитан налил себе еще вина, а затем наполнил бокалы гостей. — Ну и наглость! В королевском флоте в 1812 году было 600 кораблей, а когда началась война, у США было не более восьми фрегатов и еще четырнадцать шлюпов и бригов. Как я слышал, у нас в американских водах действовало 85 кораблей. Как американцам удалось продержаться — выше моего понимания.

— Да, — ответил Эймс. — Но что-то говорит мне что теперь Англия и Соединенные Штаты отложили свои разногласия и стали хорошими друзьями. На континенте снова встала срочная проблема с Бонапартом. Дьявол снова вырвался на волю.

— Действительно, сэр. Мы так и не узнали никаких новостей, только постоянно осуществляем поставки припасов и продовольствия.

Томас посмотрел на «капитана», понимая, что человек должен играть свою линию, развлекая герцога. Сэр Роджер продолжал:

— Как мне известно, вскоре произойдут некоторые достаточно значимые события, в которых будет фигурировать старина Бони и люди, марширующие под триколорами.

— Велли справиться, — сказал капитан.

— Не сомневаюсь. Хотя говорят, что французы собрали значительные силы и, несомненно, движутся на север, — Эймс явно развлекался по полной.

По мере наблюдения за этими людьми, отмечая их выражения, одежду и подлинность во всех отношениях, которые они представляли, Ян Томас все больше и больше поражался. Он подумал, что этот Эймс должен быть богатым. Боже мой, он потратился и устроил все это маленькое шоу, нанял актеров такого уровня, и теперь он играет свою роль с таким, ничего не выражающим лицом, что ты думаешь, что это действительно 1815!

— Бони скоро сунет нос в Бельгию, если уже не пересек границу, — сказал сэр Роджер.

— Веллингтону особо нечего ему противопоставить, учитывая, что его армия являет собой сборище голландцев, — капитан Кэмерон заканчивал свой капон. — Большинство дивизий, имеющих боевой опыт, все еще не вернулись после фиаско в Америке. — Он сделал глоток вина.

Это также привлекло внимание Иэна Томаса. Вино было старинным, по крайней мере, этикетки содержали четкую дату — 1810-й год. Должно быть, реквизит, подумал он, поскольку в 2021 году такое старое вино не может быть таким приятным. Однако внимание к деталям у этих реконструкторов было просто поразительным.

— Я бы не переживал за Веллингтона, — ответил сэр Роджер. — У него крепкие и суровые люди под командованием. Ребята Мэйтленда чего стоят! То же самое можно сказать о частях Хилла и Пиктона. И не стоит забывать о пруссках! У старого Блюхера более ста тысяч под командованием, по крайней мере, так говорят.

— А вы неплохо проинформированы, — сказал капитан Кэмерон. — Но никто на самом деле не знает, чему сейчас верить. Французы могут действовать очень сдержанно. Мы были в Остенде три дня назад, и никакой серьезной почты в Великобританию не было. Похоже, вся французская пограничная зона перекрыта. Никто не переходил ее с другой стороны. Местные говорят, что они стреляют даже в птиц, летающих через реку. Так что, боюсь, господа, что этот тупик в водовороте европейских дел лучше всего можно назвать затишьем перед бурей.

— Вы верно говорите, капитан, — согласился сэр Роджер. — Французские агенты тем временем проникают в Бельгию. Там сильны симпатии к французам. Веллингтон будет на мероприятии, которое я намереваюсь посетить в Брюсселе и ему нужно будет ходить осторожно, и внимательно следить за Бонапартом. Я расскажу вам все, джентльмены, если вернусь в ближайшие дни.

— Как вы оцениваете перспективу, если все же будет война, сэр Роджер?

— Разумеется, придется болеть за Веллингтона…

Так все и продолжалось. Томас слушал, пока вино не притупило чувства и снова вызвало сонливость.

Вскоре они вернулись в капитанскую каюту на ночь. Герцог лег на кровать, закрыв глаза. Каюта освещалась масляной лампой, а мягкое покачивание корабля только усиливало тягу в сон.

— Вы замечательно держались, мистер Томас. Довольно странно принимать пищу без телевизора на фоне, радио, мобильного телефона или сенсорной панели за столом. Наверное, вы думаете, что все это грандиозное представление для одного глупого старика, у которого слишком много денег и свободного времени?

Томас улыбнулся, радуясь тому, что герцог был честен с ним сейчас, или это так казалось.

— Да, — продолжил Эймс. — Чтобы устроить такую реконструкцию, понадобилось бы очень много денег. Целый корабль и его экипаж, впечатляет, да? Так вот, вы еще ничего не видели, дорогой мой человек. Вино было недурным, верно?

— Да, сэр, хотя, возможно, его было слишком много. Эти люди наполовину заставили меня поверить в то, что я нахожусь на британском корабле из другой эпохи. Очень убедительно, сэр.

— Да, вполне. Ну что же, тогда спите, а когда вы проснетесь утром, хорошенько осмотрите Остенде, когда мы будем входить в порт. Полагаю, вам все станет ясно.

Томас явно нуждался в отдыхе в эту ночь, последнюю ночь пресловутого затишья перед бурей, как капитан выразился за ужином. К середине следующего дня они заметили землю и направились к небольшой гавани, и то, что он там увидел, невозможно было организовать ни за какие деньги.

Это никак не был Остенде 2021 года. Город отличался настолько поразительно, что сперва он подумал, что они вышли к какому-то меньшему населенному пункту на побережье. У причалов не было никаких высотных зданий или гостиниц, никаких кранов для разгрузки контейнеров. Он не видел никаких машин на прибрежной дороге к северу, никаких признаков присутствия значительных морских судов или круизных лайнеров… Только парусные корабли. Двух- и трехмачтовые парусные корабли, в таком количестве, которого он в жизни не видел. Это должно было быть нечто совершенно особенное, подумал он. Однако когда «Энн» подошла к узкому входу в залив, он вдруг понял, что это был совершенно иной город. Из иного времени.

Сэр Роджер оперся на фальшборт и улыбнулся.

— Бывали когда-нибудь в Остенде?

— Пару раз, сэр…

— И все изменилось, не так ли? Я пытался намекать вам, где мы находимся, мистер Томас, но теперь позвольте теперь сказать прямо. Вы не увидите здесь автомобилей, автобусов и пароходов. Не увидите самолетов, уродливых линий электропередач или высотных зданий со стеклянными фасадами. Они остались в том мире, который мы покинули.

Томас бросил взгляд на гавань, увидев людей, каждый из которых был одет в одежду этой эпохи. Затем он повернулся к Эймсу с выражением не верящего изумления на лице.

— Да, — сказал Эймс. — Поход по той лестнице, по которой мы спустились в замке Линдисфарн, и был тем путешествием. С каждым шагом мы уходили все дальше во времени и пространстве. Годы проходили мимо, и как бы то ни было, мы достигли давно ушедшей эпохи. Как я уже говорил, это не игра и не театральная постановка. Это действительно 1815 год, и после того, как я пообщаюсь с герцогиней Ричмонд, мы отправимся на битву при Ватерлоо.

Томас не мог поверить в то, что слышал, но факты были более чем убедительны. Это была явно не современная Европа. Он или еще спал, или был сильно с бодуна, или герцог говорил правду!

— Ватерлоо? — Только и смог сказать он. — Как такое возможно? Как…

— Как это возможно, я расскажу вам позже. Более подробно. Что же касается зачем… Я надеюсь, вы упаковали военное снаряжение в наш багаж. Хорошая винтовка с приличной дальностью пригодится нам очень скоро. Нужно кое-кого убить.


ГЛАВА 29 | Сад Дьявола | ЧАСТЬ ОДИННАДЦАТАЯ УРОКИ ВОЙНЫ