home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА 31

Путь на поезде был долгим, но адмирал Того, наконец, добрался до порта Куре, желая новостей. Экипаж ждал его на вокзале, немедленно доставив в штаб, где он с удивлением обнаружил Саито, все еще ожидавшего его. Видимо, вице-адмиралу и министру по морским делам также было любопытно, что происходит, раз уже он преодолел весь путь из Токио, чтобы встретиться с адмиралом и обсудить этот вопрос.

— Вы говорите, это русский корабль? — Спросил Того. — Вы в этом уверены?

— Таков был доклад. Корабль даже назывался в радиограмме, которую мы получили: «Киров». Он перехватил пароход «Тацу Мару» и мы видели, что они сделали. В атаке погибло тридцать два человека. Все было бы еще хуже, если бы «Канто Мару» не оказался поблизости и не подобрал выживших. Капитан Кавасэ был на маневрах у Амори с несколькими миноносцами и разумно сообщил мне в Токио прежде, чем предпринять какие-либо действия. Он доложил, что это был очень большой военный корабль. Очень большой. Должно быть, мы никогда не видели его раньше. Поэтому я передаю этот вопрос вам. Что вы намерены делать?

— «Киров»… Да, я не знаю такого корабля. Вице-адмирал Камимура вышел из Миадзуру со своей эскадрой броненосных крейсеров и двумя броненосцами, которые мы захватили у русских. Я полагал, что это напомнит им, что случилось в прошлый раз, когда они бросили нам вызов на море. — Того сделал глоток зеленого чая. — Мне только что сообщили, что от него поступил рапорт по беспроводному телеграфу, так что я решил, что чай будет не лишним, пока мы ожидаем дешифровки.

Ждать пришлось недолго. Словно по команде раздался аккуратный стук в дверь и Саито выжидающе повернул голову.

— Что же, они не стали ждать, пока ваш чай остынет. Будем надеяться, что это хорошие новости.

Вошел адъютант, вручив Того распечатку. Саито с интересом посмотрел на него. Того некоторое время читал донесение, и что-то на его невозмутимом лице выдавало беспокойство.

— Камимура доложил о столкновении, — сказал он, наконец. — Они заметили русский корабль и были обстреляны им с большой дистанции. Поврежден флагман Камимуры и два других корабля. Затем русские оторвались от них прежде, чем эскадра смогла сблизиться. В последний раз корабль направлялся на юг в Японское море.

— Значит, возможно, они идут прежним курсом, — сказал Саито. — Хорошо! Русские идут прямо на нас. Они еще что-нибудь сообщили?

— Многое… Крейсер «Идзумо» адмирала Камимуры получил восемь попаданий и был вынужден покинуть строй в самом начале боя. Тем не менее, оценка повреждений говорит о том, что снаряды были малого калибра, возможно, 6 дюймов.

— И сколько раз наши канониры сумели попасть в русский корабль?

— Судя по всему, наши корабли не смогли подойти на дальность стрельбы. Это наиболее необычно.

— Но наши крейсера быстроходнее российского броненосца! Намного быстрее.

— Судя по докладу Камимуры, это не так. Он сообщает, что русский корабль помимо новых дальнобойных орудий развивал огромную скорость. Орудия такого калибра имеют дальность до 15 000 метров, но на такой дистанции вряд ли могут попасть, если только удача не одарит корабль своим вниманием. Нет. 6-дюймовые орудия наиболее эффективны на дальности не более 8 000 метров, и только тогда могут показывать какую-либо точность стрельбы. Но «Идзумо» получил восемь попаданий, находясь вне пределов досягаемости своих более крупных 8-дюймовых орудий. Этот корабль также смог уйти от наших крейсеров, несмотря на все попытки его догнать. Да, барон, это должен быть какой-то новый корабль. В этом нет сомнений, учитывая все обстоятельства.

— Вы уверены, что Камимура не преувеличивает, чтобы скрыть свой позор? Какие силы имелись в его распоряжении?

— Шесть броненосных крейсеров и два броненосца.

— И он не смог найти и потопить единственный русский броненосец? Это позор. Неудивительно, что он сообщает подобное.

Того поставил свой чай, продолжая мрачно просматривать отчет Камимуры.

— Нет, господин министр, — решительно сказал он. — Камимура считает, что это корабль нового типа, как и я. Он надежный офицер, не теряющийся в бою. И он не станет преувеличивать ради сокрытия личного промаха. Должно быть, этот корабль прошел мимо наших постов в Цусимском проливе и прибыл в Урайдзё в последние недели. Мы были не так бдительны, как должны были бы, и он ускользнул от нас. — Урайдзё было японским названием Владивостока.

— Что вы хотите этим сказать, адмирал Того?

— Это означает, что в уравнении войны на море появилась новая переменная. Скорости и дальность… Корабль, по этому отчету, полагался именно на них. Разумно, если один корабль сталкивается с превосходящими силами.

— И все равно, я не могу представить себе, чего хотят добиться русские, совершая это — атаки на невооруженные торговые корабли и обстрелы наших крейсеров! Это оскорбление!

— Возможно, вам следует спросить то у них, господин министр.

— Я сделал многое. Не думайте, что я забыл об этом деле, когда проинформировал вас о случившемся с «Тацу-Мару». Я принял телеграмму от русской службы, но они утверждают, что ничего не знают ни об инциденте, ни о любом корабле, соответствующем описанию противника. Разумеется, это ложь, потому что наши шпионы в Урайдзё сообщили, что на прошлой неделе в город прибыл большой русский военный корабль, и был встречен мэром города на берегу. Вскоре он снова направился в море. На следующий день произошло нападение на «Тацу-Мару».

— Понятно… Я не имел этих сведений. Корабль, должно быть, направился прямо к проливу Цугару.

— Почему же, по-вашему, я все-таки прибыл из Токио? Вы же знаете, что в этот самый момент американский флот идет на Гавайи.

— Разумеется. Только не говорите мне, что еще есть офицеры, утверждающие, что мы должны заманить его в засаду и утвердить господство над всем Тихим океаном. Я очень устал от тушения этих пожаров.

— Слухи все еще циркулируют, несмотря на все ваши приказания, некоторые полагают, что приближение американского флота, безусловно, представляет угрозу.

— Теперь вы начинаете говорить, как репортеры из лондонской «Таймс», барон. Разве не вы сами заявлял, что расположение вашего флота не несет угрозы американцам?

— Действительно, но ситуация изменилась. Предположим, что это новейший русский корабль, отправленный сюда с их верфей на Балтике. Вы хорошо знаете, что в последние годы англичане создали новейший грозный тип линкора. Их «Дредноут» — грозный корабль с десятью 12-дюймовыми орудиями. У наших броненосцев их всего по четыре, и у нас не будет ничего, способного соперничать с этим кораблем еще не менее четырех лет. Предположим, что русские также создали новейший корабль и хотят проверить нас в бою.

— Тогда это было очень глупое решение. Один корабль? Такой корабль должен иметь поддержку. Он должен стать сильным флагманским кораблем, но, разумеется, не действовать в одиночку. Мне все равно, насколько он быстр. Столкнувшись со всей мощью нашего флота, он сможет использовать эту скорость, только чтобы сбежать от нас. Какая польза от корабля, который не сможет вести бой? Помимо того, рисковать новейшим кораблем, а также провоцировать международный инцидент… Скажем так, это был бы поступок очень глупого человека. Возможно, русская миссия говорит правду. Возможно, они не знают об этом корабле. Возможно, имеют место действия недовольного капитана.

— Значит, вы верите в заявления русских?

— На данный момент. Было бы очень невежливо предполагать, что они нагло врут нам.

— Но что, если это все же обман?

— Это будет установлено тем или иным образом, и очень скоро. Это будет определено в море, где мы будем иметь дело с любым врагом, угрожающим нашей стране. Как только я потоплю этот русский корабль, они смогут отрицать что угодно. Это уже ничего не изменит.

Раздался аккуратный стук в дверь, и в кабинет вошел адъютант, низко поклонившись и попросив прощения. На этот раз телеграмма предназначалась для морского министра. Саито быстро просмотрел ее, и глаза его расширились от удивления.

— Вот мы и добрались до сути, адмирал. Только что было получено сообщение по беспроводному телеграфу от некоего человека по фамилии Карпов, с того самого корабля, который мы обсуждали. Он заявляет, что вводит морскую блокаду, направленную на недопущение прохода наших кораблей в Желтое море. Он угрожает атаковать и потопить любой корабль под японским флагом, который попытается это сделать. Что за наглость! Кто он такой? Я никогда не слышал его имени!

— Как и я, барон.

— Я поручу своим людям это выяснить. В то же время, что намереваетесь делать вы? Такое заявление является прямым нарушением Портсмутского договора. Его намерения состоят в том, чтобы изгнать наши гарнизоны из Порт-Артура и Маньчжурии, отрезав их от снабжения по морю, и заставив их получать припасы по суше из Кореи. Это, разумеется, невозможно и недопустимо.

Того некоторое время молчал. Затем спокойно посмотрел на барона Саито и сказал:

— Этот человек либо очень глуп, либо очень смел, если думает, что сможет требовать этого, имея в распоряжении один корабль. Это совершенно невозможно. Поэтому я подозреваю, что где-то там могут быть больше российских кораблей, вероятно, планирующих застать нас врасплох. Как я уже говорил, такой корабль нуждается в поддержке флота.

— Мы бы совершенно точно знали, если бы какие-либо российские корабли направлялись сюда.

— Согласен… Я обсуждал это с адмиралом Камимурой, и он придерживается того же мнения.

Саито нахмурился, на его лице появилось нехорошее выражение.

— Американский флот, — сказал он с сомнением в голосе. — Он направляется сюда в этот самый момент. Рузвельт сделал многое своим вмешательством в Портсмутский договор. Мы получили гораздо меньше, чем заслужили своей победой. Многие даже говорили, что к нам отнеслись, как к побежденным. Вы видели демонстрации и протесты в Токио. И теперь мы заняты оформлением приглашений и подготовкой церемоний для будущего визита их «Великого Белого флота» в конце этого года, но что, если он прибудет раньше, адмирал? Что, если американцы достигли какого-то секретного соглашения с Россией? Вы знаете, что царское правительство стоит непрочно, и наша победа только ухудшила его положение. В Европе назревает крупная буря. Англичане начали искать подходы к царю, ища его поддержки на случай войны. Они также могли обратиться к американцам. Все это очень подозрительно.

— Разбираться во всех этих паутинах и дипломатических тонкостях — ваша задача, барон. Я ограничусь военной составляющей ситуации. Если корабль направляется на юг и намеревается создать крупный инцидент, то военное решение напрашивается само собой.

— Что вы предлагаете?

— Корабль не может занять какую-то одну позицию для обеспечения блокады Японского моря. Это просто слишком большая площадь для патрулирования одним кораблем. Нет, он должен занять позицию в районе Вэйхайвэя и Инчхона в Корее. Это узкий проход, который мы должны постоянно держать открытым — и, следовательно, стратегический район. Вот почему англичане оказались достаточно умны, чтобы разместить свою Китайскую Станцию там, в Вэйхайвэе. А чтобы добраться до этих вод, корабль должен будет сначала пройти Цусимский пролив. Мы выведем Императорский флот из Куре и Сасебо, и направимся в Порт-Артур с большим конвоем транспортных кораблей. Двигаясь достаточно быстро, мы сможем перекрыть Цусимский пролив и поймать этот корабль в стальную сеть, как поймали российский Балтийский флот в 1905.

— Согласен… Еще одна победа стала бы идеальным исходом этого дела.

— Верно. Если этот Карпов захочет прервать наше сообщение с Порт-Артуром, ему придется показаться и вступить в бой. Обстрел нескольких крейсеров и бегство ему не поможет. Ему придется остановится и использовать нечто большее, чем 6-дюймовые орудия, когда он увидит Японский Императорский флот, затмевающий собой горизонт. И если он сбежит, это только усилит позор и унижение, которые мы уже навязали русским, и сделает нас только сильнее.

— Хорошо, адмирал. Я совершенно согласен. Возможно, вы правы, и это лишь мятежный капитан с манией величия или жаждой мести. С точки зрения дипломатии, такая линия, действительно, является наилучшей. Это позволило бы избежать нарушений договора, а затем, когда все закончится, мы сможем сделать наше недовольство известным и потребовать возмещения ущерба за потопление «Тацу-Мару» и повреждения, нанесенные нашим военным кораблям. Я уверен, что с вашим планом, вопрос будет решен очень легко.

— Рад слышать это, барон. Но на вашем месте я бы связался с Порт-Артуром и убедился, что они не окажутся застигнуты врасплох какими-либо действиями на суше. Если корабль действует по указаниям российского правительства, его действия, безусловно, будут поддержаны на суше.

— Да, я сделаю это. Но что насчет американцев, адмирал Того? Что, если мои предположения верны?

— Тогда мы подготовим им очень холодную встречу, когда они прибудут, — тихо сказал Того. — Вместо Императорского дворца и Чайных садов, мы устроим им встречу силами Императорского флота в открытом море. Я не сторонник этого и даже не считаю это необходимым, но вы должны понимать, что мы способны защититься. Наш флот стал еще больше после победы над Россией. Никакая сила не способна противостоять нам на Тихом океане, даже англичане. Если мир не извлек этого урока из войны в 1905 году, мы готовы преподать его снова.

— И, тем не менее, мы должны внимательно следить за «Великим белым флотом». Кстати, об англичанах — они ведь наши союзники? Их Китайская эскадра в Вэйхайвэе могла бы оказаться очень для нас полезна.

— Возможно… Но я не считаю, что это будет необходимо. На самом деле, все это может оказаться не необходимым. Камимура вернулся в Миадзуру для устранения повреждений, но полон решимости снова выйти в море, чтобы прикрыть район у югу. Возможно, он снова найдет этот корабль и справится с ним прежде, чем это сделаем мы. Все это может оказаться не более чем бурей в стакане, барон.


ЧАСТЬ ОДИННАДЦАТАЯ УРОКИ ВОЙНЫ | Сад Дьявола | ГЛАВА 32