home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА 35

Федоров сел перед двумя мужчинами. Радист по фамилии Ченко сел рядом с ними в качестве переводчика. Старшина Трояк стоял за их спинами, пристально следя за всеми.

— Капитан второго ранга Федоров, — начал он. — Кто вы такие?

— Дэвид Сазерленд, лейтенант Его Величества специальных сил. Это сержант Джек Терри.

— Что вы здесь делаете?

Сазерленд знал правила — фамилия, звание, личный номер. Он назвал первые два, но это были русские, предположительно союзники, а не враги, хотя они и были вынуждены рассматривать их как таковых в силу обстоятельств операции[66]. И все же он был настолько потрясен тем, что увидел, что сомневался в здравости собственного рассудка и вообще ощущал себя рыбой, выброшенной на берег. Поэтому он решил поговорить с этими людьми и попытаться хотя бы что-то узнать о них.

- Нас отправили найти человека — того, что был с нами, когда нас взяли ваши морпехи.

Это дало Федорову отправную точку. Значит, их отправили на поиски Орлова? Что бы это могло значит? Значить это могло то, что британцы знали о нем. Что же они могли узнать, чтобы предпринять подобную операцию?

— Значит, вас отправили на поиски Орлова. Кто?

— Какое это имеет значение? Мы получили приказ найти его, и мы его нашли прежде, чем вы не появились.

— Здесь, на Каспии? Что заставило вас полагать, что он находится здесь?

— Я не вправе обсуждать это, сэр, — Сазерленд сложил руки, все еще ощущая сильное расстройство и необъяснимое чувство того, что здесь происходило что-то очень странное. Когда-то он называл себя «везучим скорпионом» и «вечным шотландском искателем приключений», но это было нечто гораздо большее, чем он рассчитывал.

— Ясно… — Федоров обдумал ситуацию. — С вами был третий член группы?

На этом моменте Сазерленд показался очень подавленным. Порядок напоминал ему, что он должен ничего говорить о Хаселдене. В конце концов, нашептывал ему внутренний голос, возможно, он все же просто упал за борт, пока мы не видели? Нет! — Заявил другой голос. Ты хорошо знаешь, что ты видел!

— Он… Он просто исчез! — Выпалил Сазерленд, посмотрев на сержанта Терри, словно все еще пытался убедить его в чем-то. — Я говорю, как есть — Хаселден стоял рядом со мной, а потом просто исчез. — Сказав это, он понял, что русские, вероятно, решат, что он им зубы заговаривает, чтобы не раскрыть каких-то важных сведений. Поэтому он очень удивился, когда молодой офицер подался вперед с очень серьезным взглядом.

— Исчез? Прямо у вас на глазах?

— Именно, — упрямо ответил Сазерленд, хотя сержант Терри посмотрел на него хмуро и неодобрительно.

— Значит, вы трое были на лодке, а потом увидели, как один из вас исчез?

— Вот такие дела, — Сазерленд ощущал себя полным идиотом, но решил, что сказал «А», говори и «Б».

— Вы уверены, что он не просто упал за борт? Наши люди искали его несколько часов, но никого не нашли.

— Что же… Мне хотелось бы в это верить, сэр. Да, это что-то бы объяснило, за исключением того, что я видел собственными глазами. Я… Я смотрел прямо на него, а он… Он просто исчез!

Сержант Терри удивленно поднял брови, решив, что лейтенант все же сломался под давлением всего, что они прошли. И все же Сазерленд был в «Черном дозоре» в Дюнкерке. Он прошел через множество гораздо более сложных операций. Как он мог дать слабину сейчас?

— Вы тоже это видели? — Спросил Федоров сержанта.

Переводчик перевел, и сержант Терри покачал головой.

— Я был в рубке и следил за Орловым, так что ничего не видел.

— Понятно… — Федоров предельно серьезно посмотрел ему в глаза. Британский лейтенант заговаривал зубы, или был серьезен? Он казался совершено подавленным, хотя держался. Но было понятно, что он испытал нечто, что его сильно надломило. Говорил ли он правду о третьем человеке? Затем он вспомнил то, что сломало запруду в его мышлении. Хаселден! Он назвал третьего Хаселденом!

Когда они впервые вернулись во Владивосток, Федоров провел некоторое время над изучением того, что могло измениться в ходе Второй Мировой войны в результате их действий. Он уже слышал эту фамилию, пытался вспомнить где… Вот! Он изучал операции, сравнивая с теми, что были описаны в его книгах, оставшихся на борту «Кирова». Они несли историю мира, из которого они пришли, хотя те же тома, изданные в мире, в который они прибыли, отличались. Он вспомнил. Операция «Согласие»! Да, операция в статье из журнала «Россия Сегодня». Он даже вспомнил название статьи «Британцы вспоминают павших в не достигнутом «Согласии».

Этот журнал взял с собой Марков, когда находился в контрольном зале Приморского инженерного центра во время исследования стержня № 25. Он переместился вместе с нам в 1942, и, вероятно был обнаружен, чем ясно поведал об операции, запланированной британцами в следующий месяц. Именно это заставило его поверить в то, что история все еще нестабильна, подвергается тонким изменениям, именно это заставило его искать какие-то следы Орлова в прошлом. Он нашел их, и направился к Карпову. В голову пришли воспоминания о разговоре в флагманской рубке «Кирова»…

«Я давно пытался выяснить, что произошло с ним, и думаю, что, возможно, напал на его след прошлой ночью.

— Вы имеете в виду, в книгах по истории?

— Разумеется. Нельзя прожить в мире, не оставив никаких следов. Опять же, к счастью, мы живем в информационную эпоху, и я нашел некоторые архивные данные. Готовьтесь, вас это удивит. Я нашел следы Орлова в истории и, думаю, что могу понять, куда он направился после того, как спрыгнул с того вертолета.

— И что вы смогли найти?

— Похоже, что он был задержан британцами и доставлен в Гибралтар. Затем он сбежал. Дальше я обнаружил след в этой самой книге. — Он поднял новый экземпляр «Хронологии войны на море».

— Его фамилия фигурировала в описании столкновения советского тральщика и немецкой подводной лодки на Черном море. И я пошел по «хлебным крошкам». Он был подозреваемым в убийстве троих сотрудников НКВД в Поти. Затем стало интереснее — на него начали охоту британцы. Вот… — Он открыл новую закладку и показал Карпову текст: «25 сентября 1942 года, операция «Эскейпед»: небольшая группа коммандос направлена в Каспийский регион на поиск предполагаемого советского агента».

— Но здесь ничего не сказано об Орлове, — возразил Карпов.

— Да, эта книга довольна расплывчата, но я нашел еще два источника, которые дали мне более подробные сведения. Они остались после Орлова. Они были серьезно засекречены, но я смог раскопать…»

Значит, это были те самые люди! Британские коммандос, отправленные на операцию «Эспейпед», чтобы найти Орлова! Теперь он вспомнил и фамилию капитана Хаселдена, командира группы, и именно его судьба заставила его порыться в этой части истории. Предполагалось, что Хаселден погиб по время операции «Согласие», отмененного британского рейда на Тобрук.

Господи, подумал Федоров. Хаселден был зомби, живым мертвецом. Это был замечательный пример человека, который должен был умереть, но жил, и именно ему поручили операцию «Эскейпед» по поиску Орлова. Это изменение истории привело Федорова к нахождению следов Орлова среди «писем мертвецов», позволивших обнаружить его в Кизляре. Его захватывало, как все эти факты накручивались друг на друга, как все эти люди оказывались тесно связаны переплетенными нитями тайны.

Он посмотрел на Сазерленда, понимая, почему тот так мучается по поводу того, что действительно видел, как Хаселден исчез. Но почему так случилось? Потому, что Хаселдену было все это время суждено умереть? Была ли его смерть просто записана в амбарную книгу Времени? Затем в голову пришла другая мысль.

— Третий член вашей группы, которого вы назвали Хаселденом… Я могу спросить, сколько ему лет?

Сержант Терри посмотрел на Федорова со странным выражением.

— Не могу сказать, что я вообще это знаю.

— Что же… Федоров зашел с другой стороны. — Вы все выглядите молодыми, рискну предположить, что вам обоим не намного больше двадцати. — Глаз у него был наметан. Сазерленд родился в 1920 году, и в 1942 ему было всего двадцать два. Сержант Терри, переживший войну и умерший в 2006 в возрасте 85 лет, был всего на год моложе. — Это будет весьма странным вопросом, но было ли Хаселдену примерно столько же?

— Какое это имеет значение? — Ответил Терри, полагая, что русский офицер забрасывает какую-то наживку. Сазерленд должен был держать рот на замке. Что случилось с лейтенантом? Он пристально посмотрел на него, желая подбодрить.

Федорову его ответ сказал все. Хаселден был их командиром. Он уже опросил Орлова, получив от него описания, и Орлов также полагал, что Хаселден был главным. Если он был старше лейтенанта, то должен был быть майором или хотя бы капитаном. Да, он должен быть старше и опытнее, чем эти двое. Им было лет по двадцати, и, соответственно, родились они примерно в 1920 году. Но если Хаселден был намного старше, то он мог родиться… До 1908 года! Что будет с человеком, если он попытается попасть во время, когда уже был хотя бы ребенком? Если Хаселдену было под сорок в 1942 году, когда мы оказались в 1908, он мог быть младенцем или ребенком.

Да! Очевидно, человек не мог появиться в том времени, когда уже существовал. Он часто задумывался об этом. Что будет, если они переместятся в ближайшее прошлое, уже после того, как должны были родиться? Что будет с ними в момент собственного рождения? Могли ли две версии одного и того же человека, существовать в один момент времени? Это был сводящий с ума парадокс, но сейчас, он, возможно, получил ответ — решительное НЕТ! Время не допустит такого. Хаселден не переместился вместе с ними, потому что он уже родился в 1908 году. Сазерленд говорил правду. Он просто исчез в момент перехода, будучи стерт в забвение парадоксом.

Время подводило собственный баланс, однако теперь ему предстояло решить, что делать с ними. Он не мог сказать им, где они находятся, а оставив их здесь, он в скором времени получит тот же самый парадокс, поскольку через несколько лет они должны будут родиться. Но как ему вернуть их в 1942? Они готовились снова запустить процедуру со стержнем № 25. Если они случайно вернутся в 1942, останется просто отвести их подальше от «Анатолия Александрова». Если же они переместятся куда-то еще… Он понял, что их судьба оказалась каким-то образом связанной с его собственной, с Орловым, со всеми остальными.

— Хорошо, господа, — тихо сказал он. — Мы должны будем задержать вас на некоторое время. На самом деле, возможно, нам придется задержать вас на достаточно длительное время. Я не могу объяснить вам все сейчас, но со временем, когда мы закончим наши дела, я попытаюсь. Тем временем, старшина Трояк обеспечит вас всем необходимым.

Он вышел из помещения и направился в оперативный центр к Добрынину, готовящемуся снова выполнить процедуру. Он изучал показания за время прошлой процедуры, и решал сложную задачу — попытаться отменить последствия и вернуть их домой.

— Мы сделаем это?

— Не могу знать, товарищ капитан. Можем только попытаться. Готовы начинать.

— Хорошо. Мы и так здесь слишком долго. Я потратил это время, пытаясь найти пропавшего британского офицера, потом мы ждали связи с Карповым, но теперь, похоже, я все понял относительно него. Корабль в боевом положении. Радары не фиксируют ничего в радиусе пяти километров, так что, надеюсь, мы никогда с собой не прихватим. Давайте начинать.

Отдав этот приказ, он внезапно ощутил холод в груди. Что будет, если Карпов радикально изменит историю, в результате чего окажется, что относительно 2021 года мы даже никогда не родились? Если мы попытаемся вернуться туда, как можно будет объяснить наше появление в 2021? Мы исчезнем, как Хаселден? Он понял, что они могут переместиться прямо в небытие. Затем другой голос словно успокоил его. Карпова бы просто здесь не было, если бы они не выжили на «Кирове» и пропали бы во время их странной одиссеи. Каким-то образом он был неотъемлемой частью всего этого, и парадокс не мог протянуть свою руку, чтобы украсть его.

В голову пришла более мрачная мысль… Что, если Карпов сделает что-то, что приведет мир к катастрофе? Что, если стержень № 25 благополучно доставит нас в 2021 год, но от мира не останется ничего — только те опустошенные города, которые мы видели всякий раз, когда перемещались вперед. Это означало, что Последняя война случалась до 2021 года! Вот почему мы видели разрушения! Но у нас был «Киров», чтобы вернуться в прошлое и повторить попытку. Но что мне делать с теми средствами, что есть на «Анатолии Александрове»? Голова шла кругом. Однако времени думать об этом не было.

Добрынин кивнул, посмотрел на техника за пультом, и поднял палец, словно дирижер, дающий команду оркестру начинать.

— Стержень номер восемь готов. Можем начинать.

Техники начали работу над пультами, и Федоров уже мог слышать изменения звука работы реактора, когда сервомоторы и другие системы включились для обеспечения процедуры вывода стержня из активной зоны реактора. Стержень № 25 уже замер над активной зоной, ожидая погружения в ядерный суп.

Добрынин закрыл глаза и прислушался. Он помнил звук, сопровождавший их падение в этом время, и теперь он словно звучал наоборот. Он вслушивался в тонкую увертюру звуков и едва заметных вибраций, которые, казалось, не замечал никто, кроме него. Затем он мягко поднял руку.

— Начать вывод стержня. Время на второй интервал.

Вот она, подумал он, песнь ангелов. Он слышал это, ощущал это, с каждой дрожью понимая, что произойдет дальше. Он произвел несколько корректировок, то тонко увеличивая скорость вывода, то наоборот замедляя. И все это время стержень № 25 вел свою арию, голосом, выбивавшийся из хора в 48 других голосов, обеспечивающих контроль ядерной реакции, солист, предвосхищающий набирающий силу хор нейтронного потока.

Прошло немного времени прежде, чем начались все те же странные эффекты. В воздухе запахло озоном, появилось внезапное ощущение холода. Во все стороны от «Анатолия Александрова» пошли странные люминисцирующие волны. Затем воздух вокруг корабля словно сгустился, окутав его густым туманом.

И он исчез.


* * * | Сад Дьявола | ГЛАВА 36