home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 5

Оказавшись внизу, Джоанна торопливо задернула тяжелую полотняную штору, отделяющую «ее часть» кают-компании. Изначально «Нарина» предназначалась для далеких морских плаваний, и после недолгих поисков Ник обнаружил эту штору. Джек Уитни был очень предусмотрительным человеком и решил, что если какая-нибудь семейная пара отправится с ними в круиз, то она нашла бы себе убежище за этой занавеской. А сейчас там расположилась Джоанна. Двигатель тоже, к счастью, находился на другом конце, а не под боком, как на моторных яхтах. Джоанна вряд ли заснула бы рядом с таким шумным соседом.

В мгновение ока Джоанна скинула с себя джинсы и рубашку и облачилась в нежно-голубые шорты и полосатый топ, завязав длинные концы на спине. Теннисные туфли она оставила. Ничего страшного, если и промокнут, когда придется вытаскивать на берег надувную лодку. Под полуденным солнцем ткань высохнет — и моргнуть не успеешь.

К тому времени как она снова поднялась на палубу, «Нарина» величаво входила в узкую, блаженно тихую бухточку. На глубине 30 футов бросили якорь.

Открывшееся побережье было усыпано маленькими чистыми пляжиками с живописными пальмами по краям. Деревца трогательно клонили кудрявые головки вслед налетевшему ветру, а их угольно-черные силуэты отчетливо вырисовывались на фоне ослепительно яркого света.

Ник стоял у руля, коротко переговариваясь о чем-то с Брайаном. Тот высунулся из окна рубки и в бинокль рассматривал берег. Под ними Мэтт и Бинди осторожно спускали в лодку переносной мотор, а Джеки уже тянул руки, чтобы принять его.

Джоанна направилась к ним, так, из чистого любопытства. Мэтт заметил ее и расплылся в широкой улыбке. Как она хороша! Плывет, словно лебедушка, и сама того не замечает.

Лодка сонно покачивалась на волнах под самым бортом белоснежной «Нарины». Джеки прикрепил мотор на место и победоносно поднял руки — мол, все в порядке. Под смуглой кожей, перекатываясь, заиграли мышцы. Мальчик весело смеялся своей нехитрой победе и развеселился еще больше, когда Бинди крикнул ему что-то на ломаном английском. Джоанна не поняла ни слова, а Мэтт, очевидно, понял, расхохотался и лукаво глянул через плечо на девушку. Она беспомощно пожала плечами. Действительно, ситуация ничуть не прояснилась. Лучше смотреть на море, неописуемо красивое под палящим солнцем, переливающееся всеми цветами радуги, с тонкой каемкой чистого белого песка.

На палубе стало слишком жарко, и, прикрывая рукой глаза, Джоанна заторопилась к рубке. Ей навстречу из дверей вышел Ник.

— Почему ты нас не предупредила? — как с цепи сорвавшись, набросился он на девушку.

— Я лишь следую вашим указаниям, капитан, — на этот раз не растерялась она.

— Длинные загорелые ноги. Я думаю, Мэтт тоже заметил. Что-нибудь еще в запасе?

— По-видимому, нет.

— Ты не поверишь, но в глазах Джеки и Бинди ты выглядишь чертовски нелепо, даже более нелепо, чем кенгуру в штанах.

Джоанна сокрушенно всплеснула руками:

— Если ты будешь продолжать в том же духе, к концу поездки у меня выработается комплекс неполноценности. И потом, у меня нет ни малейшего желания лезть в воду в джинсах. Я решила, что шорты — разумный выбор.

— «Разумный» — последнее, что пришло бы мне в голову, — прищурился Ник.

— Как говорится, из двух зол выбирают меньшее, — мрачно буркнула девушка.

Ник стоял очень близко, почти касаясь ее плечом. Чувства обострились до предела, не давая ей свободно дышать. Джоанна готова была поклясться, что между ней и Ником проскочила электрическая искра. Что бы он ни говорил, что бы ни делал, сейчас этот человек привлекал ее сильнее, чем когда-либо. Неведомая сила словно заставляла ее смотреть на него. Взгляд таинственно туманился. Непрошеные, постыдные мысли назойливо лезли в голову.

Ник приподнял ее подбородок, лениво приговаривая:

— Ой, не стреляй в меня убийственными взглядами. Я слишком хорошо знаю, как быстро женщины меняют свои планы.

Джоанна неуклюже попятилась назад — она, которая никогда не была неуклюжей!

— Ты предубежденно относишься к женщинам. И между прочим, твоя Тесса вовсе не показалась мне образцом совершенства и добродетели.

— Ты опять говоришь как взбунтовавшийся подросток. — Ник снисходительно ухмыльнулся, глядя на ее дрожащие в беспомощном гневе губы. — Хотя роль маленькой язвы — это не твое амплуа.

— Помогите, умираю со смеху, — сквозь зубы процедила Джоанна.

— Хохочи сколько душе угодно, куколка, — ехидно подбодрил ее Ник. — На корабле нет нужды блистать воспитанностью. — Он глянул в сторону и изменился в лице. — Забудь. Вон идет твой дружок.

Радушно улыбаясь, к ним шагал Мэтт.

— Джоанна, в этом наряде ты выглядишь бесподобно! Обязательно надо сфотографировать.

— Да, да, обязательно! — кривляясь, передразнил Ник.

Мэтт, казалось, не заметил иронии и вопросительно поднял глаза. Ник был на полголовы выше.

— А что, если рискнуть и искупаться в лагуне? Сразу побьем все ничтожные плескания в тазу.

— Пожалуй, нет ничего опасного. — Ник задумчиво прикусил губу. — К тому же старики быстро научат нас уму-разуму, если что не так.

— На всякий случай сбегай-ка за купальником. — Мэтт искоса глянул на Джоанну и, к своему удовлетворению, отметил, что к Нику повернут лишь ее холодный, отрешенный профиль.

— Но у меня нет купальника, я не взяла. — Джоанна в отчаянии всплеснула руками. — Вы же только и говорили, что о стингерах и морских дьяволах.

— А тебе он нужен? — дрожащим от смеха голосом поинтересовался Ник.

— Я не такая! — Кровь так и бросилась девушке в лицо.

— А я и не говорил, что такая. Стрельни глазами пару раз туда-сюда — и стриптиз отдыхает!

— Грубиян! — выпалила Джоанна.

— В какой-то мере ты права.

Их взгляды встретились, и Мэтту показалось, что в воздухе раздался звон мечей.

— Джоанна, он просто дразнит тебя, разве не понимаешь? — пытаясь разрядить обстановку, примирительно улыбнулся он. — Ты не должна попадаться на удочку, как маленькая девочка.

— Пожалуй, да, — с притворной небрежностью согласилась она. — Наш Ник чертовски ценное приобретение. С ним я быстро научусь.

— Ой ли? — Ник нагло смотрел перед собой, ни капельки не чувствуя себя виноватым. — А мне кажется, ты никогда не научишься.

— Держу пари, вы оба не очень-то ладите. — Мэтт раздосадованно почесал затылок, с тревогой наблюдая за тем, как щеки Джоанны покрывались пунцовыми пятнами.

— Жаль, но так оно и есть. — Кто-кто, а Ник ничуть не был раздосадован. — Если ты и впрямь хочешь искупаться, — обратился он к девушке, — загляни в шкаф для одеял. Там на верхней полке в самом углу лежит черная пластмассовая коробка. Джек понавез с Таити местных нарядов. Там было что-то наподобие бикини. Не думаю, что он успел раздать их все. Одно я точно отдал Тессе, голубое в великолепных красочных цветах. Тебе тоже пошло бы и для купания вполне подходит.

А пять минут спустя она уже сидела на корме спасательной шлюпки напротив Ника и опасливо озиралась по сторонам. Держа одной рукой румпель, другой Ник несколько раз резко дернул заводной шнур, и мотор загудел, плавно набирая обороты. Крохотный пропеллер, жалобно повизгивая на холостых оборотах, принялся рассекать горячий неподвижный воздух. Джоанна помахала на прощание Мэтту с Брайаном и крепко вцепилась в деревянную обшивку борта, в надежде побороть внезапный приступ первобытного страха.

Как только «Нарина» бросила якорь, добрая треть туземной деревушки побросала свои дела и высыпала на берег. Кое-кто уже бродил по отмели, готовясь вытащить шлюпку на берег. Над водой неожиданно пронесся взрыв смеха, спугнув стаю диких гусей. На лицо посыпались соленые брызги, и Джоанна весело зажмурилась.

Издалека казалось, что деревушка вырезана из огромного куска малахита, а над ней чьей-то искусной рукой сплетен зеленый кружевной шатер. Джоанна мечтательно склонила голову. Горбатые волны с грозным шипением разбегались от носа шлюпки и исчезали, оставляя за кормой бурлящую белую дорожку.

Шлюпка неслась по направлению к залитой солнцем бухте, оставляя кеч далеко позади. Трепеща каждой клеточкой, Джоанна чувствовала, как с приближением берега в ней нарастает радостное волнение. Непривычная к морской жизни, она любую глубину тропических вод считала опасной, даже по щиколотку.

Ник уже давно не отрываясь наблюдал за ней, и, почувствовав его пристальный взгляд, девушка залилась румянцем. Жаркая волна медленно прокатилась от шеи к подбородку и остановилась на щеках, добавляя в бледную палитру стыдливый красный.

— Вот они — Романтика и Приключение с большой буквы, — протяжно заговорил Ник. — Сейчас ты очень похожа на маленького ребенка с широко открытыми глазами, буквально дрожащего от нетерпения.

Лишь однажды Ник был так же ласков с ней, и тем не менее Джоанна ощутила внутренний протест. Она уже не была ребенком. По крайней мере, не рядом с ним. Он разбудил в ней женщину, ту неудержимую первородную силу, что толкала ее к нему. Ник Бэннон, с его волнующей кошачьей походкой, живыми проницательными глазами и неизменной страстью к точным определениям, перевернул всю ее жизнь. Джоанна натянуто улыбнулась.

Не доплывая до берега несколько футов, Ник заглушил мотор. Шлюпка дрогнула и выскочила на мель. Навстречу с радостными криками уже бежали туземцы, лихо выбрасывая из воды голые шоколадные ноги. Солнце золотило их мокрую от брызг кожу, скрывая малейшие природные изъяны, и юноши казались идеально стройными и гладкими.

Джоанна глянула на берег и скосилась на Ника. Если он не прочь промочить ноги, то и она тоже.

Молодые крепкие ребята уже подтаскивали шлюпку к ближайшей к берегу отмели, и девушка решительно встала. Да не тут-то было! По инерции ее бросило назад, и Джоанна очутилась в крепких мужских объятиях.

— Мадемуазель, позвольте мне, — сдерживая неприличный гогот, пробасил Ник и подхватил Джоанну на руки. — О, вообще-то я привык к более пышным формам, но твои жеребячьи ножки… Очарован, право же, очарован, — одними глазами смеялся он.

— Отпусти меня! — запаниковала Джоанна, чувствуя, как возбуждение туманит взгляд.

— Как вам угодно, миледи. Только потом не жалуйтесь. — Он не слишком учтиво водрузил Джоанну на мокрый песок, с озорным видом наблюдая за тем, как набежавшая волна вспенилась вокруг ее лодыжек и насквозь промочила обувь.

Обернувшись, Джоанна заметила, что от деревни к ним приближается весьма живописная делегация. Из-за спины почтенного старца, возглавлявшего процессию, застенчиво выглядывали черные полуголые женщины. Те, что помоложе, держали на руках таких же черных младенцев, а на ногах у них гроздьями висели дети постарше.

Без Ника Джоанна и шагу не решалась ступить навстречу. Бинди давно убежал вперед, сгорая от нетерпения набрать для себя с братом побольше кокосовых орехов, и теперь его голые пятки мелькали где-то среди пальм.

Ник почтительно поклонился старцу, протягивая в подарок ящичек роскошных дорогих сигар. Серое морщинистое лицо расплылось в довольной улыбке.

Старик поклонился в ответ и, спрятав ящичек под мышку, жестом пригласил гостей в деревню. Его соплеменницы тут же загалдели и плотным кольцом окружили девушку. Она пыталась спрятаться за широкую спину Ника, но ее вертели, как невиданное чудо, дергали за волосы, удивленно вскрикивали, тыкая пальцами в светлую, почти прозрачную кожу. Продолжая доверительно шептаться со старцем, Ник сам притянул ее к себе, бессознательно поглаживая нежную впадинку над ключицей, и девушка вздохнула свободней.

Молодые любопытные женщины так и толпились рядом. Вдруг одна подбежала и сунула ей в руки ребенка. Чувствуя себя немного глупо, Джоанна прижала к груди маленький черный комочек, и губы сами собой расплылись в улыбке. Тепленький, весь в ямочках, полугодовалый грудничок засучил ножками и удивленно вытаращил на Джоанну круглые блестящие глазенки. От него приятно пахло сладким молоком. Волосики были мягкими, шелковистыми, иссиня-черными и абсолютно прямыми, а кожа — цвета спелых кофейных ягод.

Джоанна осторожно протянула палец и тронула карапуза за сплющенный носик. Малыш тут же развеселился и засунул в рот два маленьких сморщенных кулачка. Джоанна замерла как зачарованная, а его мать что-то быстро сказала подругам, и все засмеялись громким смехом.

— Что она сказала? — Джоанна обратилась к Нику, не зная, обижаться или нет.

— Говорит, что кое-что написано у тебя на лице.

— И что же? — с вызовом спросила Джоанна.

— Что ты никогда не была матерью.

Джоанна покраснела:

— Дай только время.

— И мужчину, — с дьявольской улыбочкой промурлыкал он. — И тогда дело в шляпе. Ты у нас — прелесть.

Мать младенца неожиданно грубо выхватила свое чадо и, хлопнув Джоанну по спине, скрипуче захохотала.

— Что теперь? — кисло осведомилась девушка. Смех вовсе не показался ей лестным.

— Лучше не спрашивай, — Ник с притворным стыдом прикрыл глаза, — иначе наши щечки запылают ярче волос.

— О боже! — Джоанна совсем смутилась. — Неужели так плохо?

Ник не ответил. Пригнув голову, он снова зашептался со стариком. Кивая и улыбаясь, тот гостеприимно указывал в сторону селения. Джоанну наконец оставили в покое, и она поплелась следом за остальными.

Проходя мимо пожилых женщин, Ник нагнулся и заговорил с одной из них. Старуха отложила работу, энергично кивнула и потянулась за новой порцией прутьев. Остальные даже не подняли головы.

Бинди уже набрал полный мешок орехов и спешил к шлюпке. Брайан и Мэтт, должно быть, уже заждались. Ник оживленно замахал ему рукой, и Джоанне показалось, что она присутствует на съемках видового фильма. Белый режиссер, черные туземцы, полные сознания собственной значимости. На краю полукруга белого искрящегося песка — группа стройных живописных пальм. Их стволы густо увиты диким широколистым виноградом, а чуть поодаль — бесконечные непролазные заросли кустов, щедро выставляющих напоказ огромные, благоухающие, точно вощеные цветы. А за ними уже деревня. Зеленые руки столетних смоковниц надежно прятали ее от лютых бурь, да, пожалуй, и от посторонних глаз тоже.

Джоанна ни на шаг не отходила от Ника, рассеянно прислушиваясь к тому, как старый лис расхваливал своих подопечных, их прямо-таки сверхъестественные способности. Впрочем, Ника на мякине не проведешь. Улыбаться-то он улыбался, из вежливости, а сам скептически щурил глаза. Наверняка мальчишки даже не нюхали морского воздуха, а пиратский дух — дань возрасту да традиции.

За ними сквозь пальмы маняще поблескивала лагуна. Джоанна с тоской оглянулась на воду.

— Иди искупайся, если хочешь. — Словно читая ее мысли, Ник подтолкнул девушку к берегу. — Здесь абсолютно безопасно, как в бассейне. Никто тебя не тронет. Надеюсь, ты умеешь плавать?

— Господи! За кого ты меня принимаешь? — обиделась она. — Ты считаешь, что я ни на что не способна, да?

— Не заплывай далеко, ясно? — строго предупредил он, закрывая тему, и уже мягче добавил: — Я буду присматривать за тобой время от времени. А через несколько минут здесь будут Брайан и Мэтт. Бинди уже должен вернуться.

— А где мне переодеться? — Теребя в руках маленькую плетеную сумочку, Джоанна беспомощно озиралась по сторонам.

— Солнышко мое, — .Ник смотрел на нее с терпеливым упреком, — к сожалению, личную раздевалку предложить не могу, здесь их нет. И в их хижины ходить не советую. — Он кивнул в сторону селения. — Придется тебе переодеваться в кустах. Выбери заросли погуще — и вперед. Вокруг никого нет, и я покараулю, пока ты выйдешь. Ну же, развлекайся. А у меня важные дела.

Ему не пришлось повторять дважды. Джоанна молнией понеслась к воде, оставляя на песке следы миниатюрных ножек.

Выскочив из тени пальм, изумрудным кольцом опоясывающих деревню, девушка завертелась волчком. Раскаленный добела песок жег, как угли. Джоанна быстро наклонилась, и тенниски полетели в сторону, а песок горячими струйками побежал меж пальцев.

В лагуне свет снова встречался с тенью, и всюду царила тихая, безмятежная красота, древняя и таинственная, как сам мир. Высокие, величественные пальмы, красуясь, заглядывали в воду, темно-синюю на глубине и почти зеленую у берега, где, источая непривычно острый аромат, сохли на солнце водоросли.

Скрытая от любопытных глаз широкими глянцевыми листьями, Джоанна переоделась в импровизированное бикини. Концы пришлось туго завязать под грудью. В целом наряд ее устроил, и девушка задорно прищелкнула языком, представляя, как она выглядит в белом лоскутке материи, сплошь покрытом розовыми и оранжевыми гиацинтами.

На гладкой поверхности листьев в ее убежище заплясали веселые солнечные зайчики. Джоанна заторопилась. Аккуратно сложила одежду на земле и придавила камнем.

В футе над ее головой между гирляндой ядовито-желтых цветов и тонюсенькими, змееподобными ветками каучукового дерева растянулась причудливая, восхитительно красивая паутина. Под золотистыми солнечными лучами она походила на волшебное колесо фортуны с шелковыми спицами, унизанными медовыми каплями. В центре сидел гигантский паук с крошечной изумрудной головкой и коричнево-красными ободками на волосатом теле. В некотором роде, хозяин паутины не уступал в изяществе своему творению.

Джоанна долго любовалась восьминогим охотником, но близко не подходила. Паук есть паук, и именно этот может оказаться опасным.

Выйдя наконец на солнце, Джоанна заметила, что Мэтт, Брайан и Ник о чем-то оживленно беседуют в тени деревьев. На груди у Брайана в кожаном чехле болталась переносная видеокамера. Ее неугомонный братишка явно задумал потратить здесь пленку.

Мэтт увидел Джоанну и замахал руками, а через минуту уже несся к ней вприпрыжку с полотенцем через плечо. Подбегая, он недвусмысленно присвистнул, выражая свое восхищение ее необычным красочным нарядом.

— У Ника появилась замечательная идея! Через минутку вернусь, хорошо? Здесь просто божественно!

Джоанна полностью разделяла его радостное возбуждение. Она уже стояла в воде по пояс, тщательно подбирая и закалывая на макушке волосы, затем медленно погрузилась в воду и поплыла. Лагуна с материнской нежностью приняла ее в голубые объятия, чуть более теплые, чем она ожидала, но тем не менее приятно освежающие.

Джоанна перевернулась на спину и блаженно раскинула руки. Когда рядом такая прелестная лагуна, затененная молчаливыми гордыми деревьями, можно жить и на природе!

Через пару минут ее догнал Мэтт. На его лице и теле поблескивали капельки воды.

— Эх, жил бы здесь, как в раю! — хрипловато протянул он с еле уловимой ноткой сожаления, которую Джоанна замечала и раньше.

Теперь они вместе шлепали по воде ногами, наслаждаясь окружающей их идиллией.

— Ох, Мэтт, ну и мечтатель же ты! — Джоанна задиристо улыбнулась, и ее лицо стало еще моложе и красивее.

— А почему бы и нет? — капризно отозвался он. — Что в наши дни стоят все гуманистические устремления, вместе взятые? Вот возьми таких, как Ник и Брайан. Они бросают вызов судьбе, у них неутолимая жажда приключений. И они процветают. Я выбираю такую жизнь.

— А я, пожалуй, нет, — серьезно возразила Джоанна, неожиданно сильно ударив по воде узкой ступней. — Подобные моменты — это непредвиденная роскошь, ну, как бокал шампанского. Если пить его каждый день — привыкнешь, перестанешь замечать аромат. Так и в жизни: конец перемен — конец всему. Один день будет плавно перетекать в другой, третий… А я хочу жить полной жизнью. Я не боюсь неумолимого бега времени, человек может меняться, расти, приспосабливаться и перестраиваться. За что я и обожаю бабушку. Веришь, в свои семьдесят шесть она полна сил и энергии.

Мэтт с живым интересом посмотрел на девушку. Юное, чистое, нежное создание, еще не попадавшее в мясорубку времени, под тяжелые жернова жизни. Вот она — их милая Джоанна.

— Так что же, ты с радостью позволишь ловушке захлопнуться?

— Ты имеешь в виду жизнь? Неужели ты действительно считаешь ее ловушкой?

— А разве нет?

— Надеюсь, что нет. Я привыкла думать о жизни как о чуде… и быборе, как о бесценном сокровище. Хотя я знаю, для кого-то жизнь — трагедия, крушение всех надежд, кого-то она гнет, калечит. И все же я не хочу растрачивать ее попусту.

— Да ты настоящий философ. Не ожидал, не ожидал.

Прежде Джоанна не замечала в его голосе горьких ноток и насторожилась. Большие карие глаза внимательно следили за собеседником.

— Мэтт, когда же ты стал циником?

— Имей терпение. Когда-нибудь темной звездной ночью я тебе расскажу.

— Надеюсь, я достойно приму новость, — преодолевая неловкость, пошутила она. — В свое время меня уже втягивали в весьма неожиданные беседы.

— Как сейчас? — Мэтт резко вскинул голову и с вызовом уставился на Джоанну. — Спорим, я обгоню тебя! — И он рванул вперед, мощными взмахами разрубая голубую гладь.

Джоанна поплыла было следом, но вскоре сильно отстала и сдалась. Махнув рукой — мол, твоя взяла, — она с наслаждением отдалась ласкам тропических вод. Над головой величественно и неторопливо пролетала стая журавлей.

«Волшебная красота, — в который раз восхищалась девушка. — Аж дух захватывает». К счастью, у нее хорошая зрительная память, и воспоминания будут радовать ее всю жизнь.

Солнце огненным факелом горело на безоблачном небе. Поднялся легкий ветерок, и поверхность воды тут же покрылась мелкой рябью. Зыбкие отражения с радостью приняли приглашение зефира и пустились в пляс, принарядившись в золотисто-красные одеяния. Из кустов с пронзительным писком вылетела, стайка маленьких зеленых попугайчиков и стрелой промчалась по небу, словно косяк экзотических рыбок.

Джоанна неподвижно лежала на воде, ощущая идеальную гармонию души и тела. Она не заметила, как подплыл Мэтт, и едва не захлебнулась, когда парень легонько тронул ее за голое плечо.

— Мэтт, ты меня напугал! — отплевываясь и откашливаясь, воскликнула она. — Я замечталась и чуть не заснула.

Мэтт пригладил ладонями мокрые, потемневшие волосы. На солнце его светло-карие глаза казались почти зелеными, таинственно поблескивая на совершенно бледном лице.

— В засуху всегда как сейчас, — заулыбался он как ни в чем не бывало, — а это большая часть года. Даже там, где совсем нет воды, на горизонте искрятся миражи, отбрасывая отблески, как настоящие озера. Они многих сбивают с толку, а внутри континента могут даже загубить. В таких же местах, как это, все тревоги и заботы отходят на задний план, в них есть какое-то неотразимое очарование.

Джоанна не отрываясь смотрела на Мэтта и не узнавала старого приятеля. Перед ней было другое, более строгое и угрюмое лицо. «Что за дьявольская перемена?» — недоумевала она, а Мэтт поразил ее новой выходкой.

— Ты очень красивая, — пугающе серьезно выдохнул он.

Если бы не его болезненно пылкий взгляд, Джоанна не сдержала бы нервного смешка. Вместо того, выигрывая время, она смахнула с ресниц капельки воды.

— Это, должно быть, из-за бикини, — предположила она, стараясь оставаться как можно спокойней.

— Да… соблазнительная вещичка. Ник молодец.

Еще секунда, и он хохотал как ни в чем не бывало.

Опасное настроение улетучилось, словно дым.

Вдоволь наплававшись, они выбрались на берег и зашагали по пляжу. Недалеко на песке грелись на солнце маленькие ящерки, и Джоанна остановилась полюбоваться изысканным узором на их спинках. Мэтт пошел дальше, наклонился за полотенцами и бросил одно Джоанне. Она промокнула тело, а горячие лучи уже принялись за дело, на глазах высушивая ее разноцветный саронг.

— Переодевайся первая, — предложил Мэтт. — Вон идет Ник со стариком, я задержу их разговором, пока ты не будешь готова.

Он уселся на песок, нагнулся вперед и далеко вытянул руки.

— Хорошо, посиди на шухере, — улыбнулась Джоанна и побежала к темно-зеленым кустам, где она оставила одежду.

Вдруг среди безобидного шелеста и потрескивания раздался новый глухой стук. Девушка резко остановилась. В зарослях кто-то ожесточенно ворочался, и Джоанна не на шутку испугалась. Тут кусты раздвинулись, и прямо перед ней появился дикий кабан. Он неуклюже шагнул вперед и замер, настороженно втягивая воздух. Маленькие безобразно-отталкивающие глазки планомерно зондировали местность.

— Мэтт! — только и смогла выкрикнуть Джоанна и, спотыкаясь, попятилась назад.

Мэтт полулежал, повернувшись к ней спиной, но, услышав панический крик, вмиг оказался на ногах и присвистнул:

— Что за черт!

На фоне зелени кабан выделялся огромной черной кляксой. Клыки угрожающе выдавались вперед, а под шкурой, как жернова, ходили массивные лопатки.

Мэтт схватил девушку за руку и потащил к воде.

— Что-то его спугнуло. Обычно они не нарушают границ.

На противоположном берегу лагуны Ник и старый туземец с тревогой следили за происходящим. Низко припав к земле, они бесшумно двигались к незваному гостю, на ходу вынимая дротики. Солнце тускло поблескивало на смертоносных стальных наконечниках, добрых десяти дюймов длиной.

Когда мужчины оказались совсем близко, кабан взрыл копытами землю и, несмотря на тучную комплекцию, молниеносно обернулся к противнику.

От страха Джоанна затаила дыхание. Острая боль судорогой скрутила желудок. Она хотела и не могла отвести немигающего, полного животного ужаса взгляда от разворачивающейся перед ней сцены.

Следуя древним инстинктам, старый туземец выбрал подходящий момент и с жутким гиканьем бросился на кабана. Метясь в холку, он изо всех сил бросил свой дротик. Впрочем, слишком много воды утекло с тех пор, как старик считался первым охотником. Оружие не нанесло смертельной раны, а только раздразнило зверя. Кабан дико заверещал и заметался по кругу, забрызгивая белый песок алыми каплями крови. Дротик беспомощно болтался у него в спине.

К счастью, Ник быстро сориентировался в обстановке, метнул копье, и на этот раз оно с убийственной точностью поразило цель, вонзившись по самое древко. Кабан замертво повалился на песок.

Только сейчас Джоанна смогла закрыть глаза. Правда, страшные кровавые образы так и не покидали сознание. Они кружили и вертели ее в душном жарком мареве, и, чтобы не упасть, девушка до боли стиснула зубы. Рот наполнился горькой тягучей слюной. Желудок, протестуя, выворачивался наизнанку.

Мэтт крепко прижал ее к себе, но не отрывал взгляда от берега.

— Отличная работа! Ник может показывать чудеса, если захочет. Ты должна признать — он настоящий профи!

По-братски хлопнув девушку по плечу, Мэтт заспешил к берегу, туда, где старый воин уже бесновался в ликующем танце.

Кусты в очередной раз раздвинулись, и на сцене появились виновники столь странного поведения дикого животного. Несколько молодых охотников, подталкивая друг друга, выбрались из зарослей и с раскрытыми ртами замерли перед тушей.

Старик злобно осклабился. Пища добыта без их помощи. Он хлопнул в ладоши, и неудачники наперегонки бросились в деревню. Теперь будет пир!

Джоанна стояла в воде совсем одна. Ее точно парализовало, ноги не слушались, и девушка едва помнила, как выбралась на берег. В ушах до сих пор звучал леденящий душу вой раненого зверя. Она глубоко, прерывисто вдохнула и медленно выдохнула. Хотелось броситься на песок и рыдать, рыдать, рыдать. Все это выше ее сил! Представить только, они еще собираются его есть! Да она лучше умрет с голоду! Проведя дрожащей рукой по лицу, Джоанна почувствовала, что оно покрылось липкой, холодной испариной.

Ник незаметно подошел сзади и развернул девушку к себе. В глазах мелькнуло плохо скрываемое нетерпение. Джоанна не успела и глазом моргнуть, как его пальцы обняли тонкую шею. Девушка вздрогнула и отшатнулась. Ник нахмурился, напрягая руку.

— Только не падай в обморок, — отрывисто и грубо предупредил он. — Не поможет.

— Я в порядке. — Неумело обороняясь, Джоанна выставила перед собой руку. Странно, что она еще может говорить.

— Нет, не в порядке. Стой спокойно и не пытайся со мной бороться. — Он решительно отвел ее руку в сторону. — Знаю, зрелище вышло не из приятных, но могло быть и в сто раз хуже. Как еще у вас хватило здравого ума не запустить в него какой-нибудь пустяковиной. Дикие звери страшно опасны, если их загнать в угол. — Ник нежно поглаживал ее по шелковистому затылку. На губах играло подобие улыбки. — Успокойся. Ты же жаждала приключений, так не трусь при первой же опасности.

Легко сказать — не трусь. По лбу у девушки струился холодный пот, а мысли то и дело возвращались в недалекое прошлое. Она бы все отдала, чтобы избавиться от этого кошмара хоть ненадолго. Джоанна капризно тряхнула головой, но Ник удержал ее, и не напрасно. В ту же секунду девушка покачнулась. Уверенным жестом законного собственника Ник притянул ее к себе, казалось не замечая того, что бикини все еще влажное.

— Расслабься, — раздраженно потребовал он, обнимая ее за талию.

Джоанна, дрожа всем телом, податливо прильнула к его груди. Ник никогда не будет вежлив, пока он считает ее глупенькой, однако именно эту черту она уважала больше всего. Джоанна подняла глаза и встретилась с его немигающим взглядом.

— Ты неисправимый грубиян. — Голос прозвучал не громче шепота.

— Глупости! — возразил он и самодовольно добавил: — Вот теперь ты выглядишь намного лучше.

В ответ Джоанна лишь пожала плечами. Шелковый наряд ожил и заструился вдоль ее стройного тела, столь же совершенного, как древнегреческие статуи. Миниатюрная головка с тонко очерченным подбородком и широко открытыми карими глазами слегка приподнята. Волосы туго стянуты на макушке золотисто-янтарной короной. Пухлые губки нераскрывшимся алым бутончиком так и напрашивались на поцелуй.

— Иди, цветочек, переодевайся. Нам надо торопиться. — Ник нехотя отпустил ее. — Брайан решил поснимать здесь что-то, а я хочу засветло пройти устье. Ночью в темноте слишком рискованно.

Из сверкающего нимба волос выбилось несколько длинных волнистых прядей. Ник задумчиво накрутил одну на палец, поражаясь ее упругости, и в тот же миг пучок распался и его руку окутало мягкое пушистое облако.

— Ты прелестный маленький ребенок, — неожиданно ласково проговорил он.

Джоанна судорожно сглотнула. Как иначе могла она реагировать на звенящие страстью, нежностью и заботой нотки?

— Ник, ты ошибаешься, я не ребенок.

— Ха! Расскажи кому-нибудь другому! — Ник снова был самим собой — грубовато-насмешливым, самоуверенным, великолепным… — А теперь одевайся. У тебя есть шанс перещеголять Тессу.

— Никогда! — заупрямилась Джоанна, оживая. — А ты где будешь?

Ник задиристо улыбнулся и взъерошил девушке волосы.

— Да вот здесь. По-моему, ты еще нервничаешь, да? Не бойся, я покараулю. — Потягиваясь, он заложил руки за голову. — Счастливая случайность, что старик вздумал упомянуть об охотниках, и я помчался вас предупредить. Иначе беды не миновать. Да, когда рядом женщина — скучать не приходится.

Джоанна слушала вполуха. Ее давно мучил один вопрос, и теперь, скрывая нервное напряжение, она решилась наконец его задать:

— Ник, скажи мне, тебе не приходило в голову прожить остаток дней в каком-нибудь безлюдном отдаленном месте?

— Лапочка, — удивленно хмыкнул он, — ну подумай. У меня работа, огромное хозяйство, множество планов. Я не могу все бросить. А почему ты вдруг заговорила об отшельничестве? Уверяю тебя, через три месяца ты взвоешь от тоски, это не твой стиль. У тебя настоящая страсть к жизни.

— Ты так думаешь? — открыто обрадовалась девушка.

Он кивнул:

— У меня нюх на такие дела.

Джоанна довольно заулыбалась и смело взглянула ему в лицо. Над бронзовыми, словно точеными скулами двумя кристалликами хрусталя сверкали глаза. Они буравили ее насквозь, поднимая высоко над землей и унося от реальности. Были только он и она, и солнце, щедро золотящее угловатые, чуть впалые грани его лица. Ни слова не было сказано между ними, а Джоанна чувствовала, что происходит что-то страшное, что связывает их, сближает…

Он был безупречен с головы до ног. Даже простые джинсы и рубашка, надетые по случаю рабочего дня, выглядели на нем элегантно.

— Поторопись, хорошо? — Ник резко отвернулся и принялся швырять в воду камешки.

В глазах Джоанны вспыхнул недобрый огонек. Он такой холодный и непредсказуемый! И вместе с тем внушает доверие. Она встряхнула одежду и начала переодеваться. Правда, несложными механическими операциями руководила только часть ее сознания, в целом же оно было занято Ником, его высокой худой фигурой, мелькающей сквозь резные, танцующие на ветру листья. Глупо, что от одной мысли о нем ее сердце колотится и замирает. Эдак очень скоро он превратится в навязчивую идею.

Джоанна криво улыбнулась. Нет, Ник Бэннон никогда не станет отшельником. Большое будущее написано у него на лбу. Он ловец счастья. Искатель счастья… Джоанне вдруг пришло в голову, что женщине, которой он достанется, невероятно, бесконечно повезет. Открытие настолько глубоко потрясло ее, что девушка не смела думать ни о чем другом. Видела бы она сейчас свое лицо — бледное, перекошенное, почти безумное. Запретная черта осталась позади, обратной дороги нет!


Глава 4 | Медная луна | Глава 6