home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава пятая

Леонора и Фелипе сообщили о том, что приедут в гости к Новому году. Впервые за два года семья Мейер-Вайнбреннер собралась вместе. Дом в Белграно вновь наполнился жизнью. Там, где еще вчера царила тишина и спокойствие, сейчас бурлила жизнь, слышались громкие голоса, смех и граммофонная музыка. Родственники сидели в саду и говорили, говорили, говорили… А еще совершали прогулки, бродили по постоянно меняющемуся городу: целые кварталы исчезали почти каждый месяц, на их месте появлялись цветочные клумбы и пальмы. Потом снова болтали до поздней ночи. И конечно же, готовили разные блюда, иногда пели и танцевали.

Ленхен закрыла ателье на несколько дней и расспрашивала племянницу о новой моде Парижа. Юлиус и Анна на время приезда гостей тоже оставили работу на помощников. Все сделки были отложены до отъезда семьи Рольдан, но это никого не волновало. Анна знала, что вполне может положиться на Мину и Франка Блюм. Женщина вздохнула. Она все еще радовалась, когда наблюдала за этой парочкой. Никто, знавший их, не мог и представить, что Мина и Франк, которых развели превратности судьбы, снова увидятся.

Аврора особенно ждала приезда тетки и даже в больнице попросила отпуск на это время. Ей его любезно предоставили. Леонора, поздний ребенок, была всего на шесть лет старше Авроры. Они проводили много времени вместе в Буэнос-Айресе. Если Аврора и могла кого-то назвать подругой, то, несомненно, Леонору. Сейчас тетка жила в Париже, где она с мужем Фелипе возглавляла модную школу танцев, так что Авроре теперь от тесной дружбы остались лишь регулярные письма. Втайне Аврора надеялась, что дела у Рольданов в Париже не пойдут и им придется вернуться в Буэнос-Айрес. От таких мыслей девушку даже мучила совесть. Но казалось, Париж только и ждал приезда Леоноры и Фелипе.

– Невероятно, но там нас просто разрывают на части, – сказала Леонора, когда они с племянницей впервые спокойно уселись поболтать. Авроре это очень нравилось.

– При этом танго у нас в Аргентине считается безнравственным, танцем из подворотни. – Леонора рассмеялась глухим, низким смехом, как привыкла во Франции. – И знаешь, что в конце концов будет, Аврора? Парижане привьют любовь к танго и Буэнос-Айресу, и тогда мы сможем танцевать здесь, и на нас не будут смотреть косо. Я этому буду очень рада.

Она снова рассмеялась. Девушки, хихикая, договорились совершить прогулку в аррабаль – неблагополучное предместье Буэнос-Айреса.

Аврора поправила платок с бахромой, который недавно украсила вышивкой. Она охотно рукодельничала, хотя большинство родственников считали ее слишком неусидчивой для такой работы. Но Аврора только успокаивалась от вышивания, было в этом что-то убаюкивающее, когда стежок за стежком медленно проявляется рисунок. Ее вышивка всегда выглядела безупречно и была так красива, что бабушкина сестра Ленхен даже сказала, что такие вещи можно продавать в магазине. Но в тот день Аврора просто не могла сконцентрироваться. Слишком волнительно было говорить с теткой, да к тому же ей не терпелось задать вопрос.

– Леонора, – наконец решилась спросить Аврора, – а как это, когда влюбляешься по-настоящему?

Леонора ошарашенно посмотрела на племянницу. Потом перевела взгляд на мужа, который в тот момент стоял с ее отцом Юлиусом в патио. Мужчины разговаривали. И после свадьбы, и после пережитых тяжелых времен Фелипе носил ее на руках. При этом он был симпатичным мужчиной, за которым, как любили говорить, могли бегать толпы поклонниц. Он зачесывал темные волосы назад, гладко брился, оставляя узкие усики. Фелипе был стройным и двигался с природной легкостью танцора. Леоноре нравилось, что муж был немного выше ее: можно было удобно прильнуть к его груди. Она знала, что Фелипе получал множество недвусмысленных предложений от партнерш по танцам, но муж оставался ей верен. Леонору особенно радовало, что Фелипе был неглуп. С ним можно было чудесно поспорить. Они оба это любили. Он был ее второй половинкой, без которой Леонора уже не смогла бы обойтись.

Фелипе заметил, что жена смотрит на него, и в ответ широко улыбнулся девушкам, поблескивая белоснежными зубами.

– Значит, ты спрашиваешь: как это, когда влюбляешься? – задумчиво повторила Леонора вопрос. – Хм… Я бы сказала, что ты начинаешь постоянно думать о другом человеке. Хочется все время быть с ним рядом… Вначале, когда еще не поняла, что влюбилась по-настоящему, чувствуешь неуверенность, тебя обижают любые мелочи. Совершенно безобидные вещи вызывают страшную ревность. Иногда случаются перепады настроения. – Она хихикнула. – Так, во всяком случае, было у меня с Фелипе. Господи, как я иногда ревновала. – Леонора покачала головой.

Аврора кивнула. Она смутно припомнила истерики тетки, до слез, когда та видела во всех женщинах соперниц. Тогда все впервые заметили темперамент Леоноры, о котором раньше никто и не догадывался. Да и о ее любви к этому танцу не знали. В приличном обществе поползли слухи. От Леоноры такого не ожидал никто. Аврора вспомнила также, что только Ленхен проявила понимание. Особенно тяжело это далось ее бабушке Анне. Она вынуждена была признать, что и вторая дочь не желает заниматься извозчичьей фирмой, а хочет посвятить жизнь танцу.

Аврора на миг засомневалась, потом отложила вышивку в сторону, наклонилась, продолжая сидеть в плетеном кресле, и обхватила руками колени.

– А мужчины тоже такое чувствуют? – спросила она.

Леонора снова взглянула на Фелипе и Юлиуса, которые теперь собирались переместиться в дальнее патио, чтобы оттуда, вероятно, выйти в сад. Мужчины с самого начала хорошо понимали друг друга. Не отводя от них глаз, Леонора взяла со стола стакан с лимонадом и отпила глоток.

– Слабо себе это представляю, – ответила она и послала мужу воздушный поцелуй, когда тот еще раз обернулся к ней. Потом Леонора задумчиво посмотрела на Аврору. – Я, конечно, могу спросить Фелипе, – предложила она и подмигнула племяннице.

– Ну, нет, это очень неприлично, – Аврора почувствовала, что краснеет.

– А почему ты задаешь такие вопросы? – Леонора допила лимонад, поставила стакан и пристально посмотрела на Аврору. – Итак, что у тебя случилось, дорогая? Ну-ка, рассказывай! Неужели ты с кем-то познакомилась?

Аврора на миг смутилась, но потом рассказала о Рауле. Она еще никому о нем не говорила и поэтому почувствовала облегчение. Она упомянула о его нежности, внимательности и о том, как он иногда пропадает на недели или даже месяцы. Девушка рассказала, как он ее временами отталкивал, а потом снова давал ощутить свою любовь.

– Теперь я понимаю! – воскликнула Леонора, все внимательно выслушав.

Она наклонилась и взяла со стола свою маленькую сумочку, чтобы достать оттуда портсигар. В светском парижском обществе Леонора начала курить. Она щелкнула серебристым замочком, откинула крышку и взяла сигарету, постучала по ней привычным движением, перед тем как прикурить, потом выпустила в воздух колечко дыма.

– Значит, он иногда бывает холоден с тобой, а иногда нежен? – спросила она наконец.

Аврора кивнула. Хотя она и не говорила этого, но именно так было на самом деле, и это ее очень смущало. Аврора никогда заранее не знала, как поведет себя Рауль. Перед каждой встречей у нее в душе все сжималось. При этом девушка никогда не была уверена, увидит ли она его еще раз.

– И я не знаю точно… – ее голос задрожал.

Леонора внимательно посмотрела на племянницу.

– Любишь ли ты его?

– Что? – глаза Авроры округлились от неожиданности. – Я? Да, конечно!

Она любила Рауля. После того как тетка рассказала, что чувствует человек, когда влюбляется, Аврора больше в этом не сомневалась. Она полюбила его с их первой встречи. Аврора наблюдала за тем, как Леонора глубоко затянулась сигаретой, и подумала, что приличное общество это должно привести в ужас. Бабушка Анна недавно сказала, что дети и внуки, очевидно, решили усложнить себе жизнь.

– Не волнуйся, это был всего лишь вопрос. – Леонора снова подмигнула племяннице. – Мне просто интересно узнать, пойдут ли на пользу мои советы или рано или поздно ты его бросишь, потому что сочтешь парня скучным.

– Скучным? Этого точно никогда не будет, – выпалила Аврора, но потом с сомнением добавила: – А с тобой Фелипе никогда себя так не вел?

– Нет! – Леонора сбила пепел с сигареты в пепельницу. – Если бы так, я бы ему сразу все высказала… Мне и без этого было в чем его упрекнуть – иногда заслуженно, иногда нет. Но такого он никогда не делал.

Аврора склонила голову и начала заплетать косу. Это немного успокаивало. Когда она была совсем маленькой, то даже пожевывала концы косичек, но потом отучилась.

– У тебя красивые волосы, – словно прочитала ее мысли Леонора. – Ты вообще красивая девчонка. Знаешь, ты должна этим пользоваться.

Аврора с сомнением взглянула на тетку: «Красивая? Она это серьезно?» Конечно, иногда Аврора смотрелась в зеркало, но при всем желании не могла сказать, нравилось ей отражение или нет…

– Я думала, мужчины все такие, – ответила она.

Леонора рассмеялась:

– Нет, есть мужчины, которые действительно такие. Но встречаются и другие. Мы не должны мириться с тем, что они капризны или плохо обращаются с нами.

– Разве?

Неужели только что ее тетка назвала Рауля капризным? Леонора почти смеялась над этим, но у Авроры были слишком взвинчены нервы.

– Нет, дорогая, обезопась себя. Если он тебя любит, то будет за тебя бороться.

Аврора вздрогнула:

– А если нет?

«Вдруг я из-за этого его потеряю», – стучало у нее в голове. Она не могла и не хотела себе этого представить. Это пугало ее.

Но у Леоноры было другое мнение.

– Тогда он этого не достоин, и отношения рано или поздно все равно расстроились бы. Ты найдешь еще сотню получше, если этот тебе не подойдет.

Аврора молчала. Она сомневалась в словах Леоноры. В один миг она ощутила нечто вроде разочарования. Такого ответа она не ожидала. Девушка все же рассчитывала на какое-то легкое решение, а так все только усложняется. Она вздохнула.

Леонора затушила окурок сигареты в пепельнице и с блестящими от любопытства глазами наклонилась к племяннице.

– Итак, как я уже говорила, заставь его хоть раз поволноваться! К этому он не привык. Ты из семьи Мейер-Вайнбреннер, Аврора. Не забывай этого. Мы всегда были независимыми. Покажи ему, что он тебе не нужен, и он изменит отношение к тебе.

– Как же мне это сделать? – беспомощно вымолвила Аврора.

– Заставить его понервничать. Точно. Это вправит ему мозги. – Леонора откинулась на спинку кресла. – Разве у тебя нет запасного варианта? Нет мечты или целей? Надеюсь, что ты не сидишь вечерами дома, занимаясь вышивкой и изводя себя из-за него.

Аврора почувствовала, что побледнела. Она колебалась, думая, что ей сделать: молча уйти в свою комнату и поплакать в подушку или ответить на вопрос тетки. И она решилась пойти ва-банк. Если не Леонора, то кто будет воспринимать ее серьезно? Аврора решила рассказать ей о большой цели, которую она обдумывала уже очень давно.

– Ты знаешь, о чем я мечтаю. Я хочу стать врачом.

– Все еще хочешь? Но это же чудесно. Хотя это нас и вымотает. Я очень внимательно и с большим интересом слежу за тем, как ты учишься на медсестру.

– Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что это вымотает? – Аврора нахмурилась, недоверчиво глядя на нее.

– Я считаю, что в нашей семье женщины всегда ставили перед собой, казалось бы, недостижимые цели. Это всегда действует на нервы нашим родителям. И твое желание стать врачом – одна из таких целей. А твоего Рауля мы вразумим. Что ты думаешь насчет какого-нибудь совместного вечера? Мы вдвоем и наши мужчины? Рауль наверняка не будет против. Я почти уверена, что парень тебя любит. А как может быть иначе? Невозможно не полюбить такую красотку, как ты.

– Моя дорогая Аврора! – Ленхен тепло рассмеялась, обнимая внучатую племянницу. – Ты и вправду стала настоящей женщиной! – Она взяла Леонору за руку. – На празднике в честь приезда твоей тетки я хотела бы сказать, как ты изменилась, Аврора. – Ленхен со значением подняла вверх указательный палец. – Но ты уже давно не появлялась здесь, в моем ателье!

Аврора склонила голову. Ленхен права, она на самом деле в последнее время редко заходила к ней, было очень много работы в больнице. Свободного времени почти не оставалось. А ведь Ленхен была отличной собеседницей. Аврора поняла это тогда, когда стала превращаться из девочки в женщину и у нее возникло множество вопросов.

Ленхен исчезла в боковой комнате и вернулась с сине-зеленым платьем из тафты с небольшими вышитыми рюшами из шифона на подоле. Геометрическая вышивка украшала горловину, лиф платья был закрытым, а рукава тоже сделаны из шифона.

Аврора восхитилась.

Леоноре платье тоже понравилось.

– Аврора, какое же оно красивое! – воскликнула она. – Ленхен, ты в очередной раз превзошла себя! Но как ты его так быстро пошила? – растерянно покачала она головой.

Ленхен снова рассмеялась:

– Моя помощница и я шили его всю ночь.

Леонора округлила глаза от удивления.

– Я собиралась подарить платье на день рождения Авроры. Но после того как ты, Леонора, доходчиво объяснила, что Авроре платье нужно сейчас, я… – Она не стала договаривать фразу.

– Спасибо, любимая тетушка! – Аврора бросилась обнимать Ленхен, не желая ее отпускать.

– Ну, будет, будет, – пробормотала та, – ты же знаешь, что я для тебя всегда готова стараться.

Аврора и Ленхен тепло обнялись. Аврора думала о том дне, когда впервые пришла в ателье к Ленхен. Мама тогда сказала, что Ленхен увлечена только работой и ничто другое, в том числе дети, ее не интересует. Но Аврора узнала Ленхен с другой стороны. Да, тетя Ленхен любила свою работу, да, сначала она как-то неумело общалась с внучатой племянницей, но это быстро прошло. Вскоре Аврора поняла, что Ленхен очень независимая женщина, которая никогда не выходила замуж, но это не значит, что она не интересовалась отношениями с другими людьми.

У тетки всегда находились какие-нибудь полезные жизненные советы.

– Давай примерь, – произнесла она. – Думаю, платье будет сидеть отлично, но небольшие изменения, возможно, все же придется сделать.

Леонора всплеснула руками от восторга, когда Аврора примерила наряд.

– Дорогая моя, этот цвет просто создан для тебя!

Аврора тоже с удовольствием любовалась своим отражением в большом зеркале ателье. Ленхен и ее помощница деловито разглядывали платье со всех сторон, решая, что еще следует подправить. Но это были мелочи. Теперь ничто не мешало ей провести вечер с Фелипе, Леонорой и Раулем.

Леоноре удалось-таки организовать поход в ресторанчик с танцевальной площадкой. По словам Авроры, Рауля не пришлось долго уговаривать. Леонора заметила, что парень действительно очень симпатичный и ведет себя безупречно. Он весьма вежливо поздоровался с Фелипе и Леонорой, но был довольно замкнутым. Аврора рассказывала, что у Рауля волосы до плеч, но сейчас его светлые волосы были подстрижены. Значит, парень явно готовился к встрече. Больше всего бросались в глаза бездонные темно-серые глаза Рауля, по которым собеседник не мог понять, что у парня на душе.

«А если человек что-то не хочет открывать, значит, ему есть что скрывать», – подумала Леонора.

Проезжая в экипаже по Пласа-де-ла-Виктория, они подобрали Рауля, немного прокатились вместе, а остаток пути прошли по улице. Там, куда они хотели попасть, такому роскошному экипажу делать было нечего. Леонора улыбалась в душе, когда Фелипе во время прогулки пешком обнял ее, как бы защищая. Она посматривала на то, как Рауль и Аврора идут, взявшись за руки. Фелипе отыскал небольшой ресторанчик, находящийся недалеко от того места, где он вырос. Еще в молодости он совершенствовал там танцевальные навыки, и в этот вечер он снова хотел взять инициативу в свои руки.

Когда они вошли в заведение – маленький зал с простыми стульями и танцевальной площадкой, половые доски которой скрипели от па танцоров, – Леонора сразу позаботилась о том, чтобы сидеть рядом с Раулем. От ее внимания не укрылось, что парень ведет себя с ней особенно обходительно, чтобы, не дай бог, не произвести на нее плохое впечатление.

Леонора заранее договорилась с Фелипе, что он первым выведет Аврору на танцплощадку. Тот сразу же согласился. Фелипе нравилась племянница, и он был исполнен решимости помочь ей. Леонора помогла девушке надеть платье. Аврора сделала новую прическу: теперь ее затылок украшал тяжелый, искусно уложенный узел волос.

«В новом платье она действительно выглядит симпатично», – подумала Леонора, подзывая официанта и заказывая Раулю чего-нибудь выпить. Вскоре Руаль недовольно смотрел на рюмку ядовито-зеленого абсента, который ему заказала Леонора, не спросив согласия парня. Аврора упоминала, что Рауль избегает употреблять алкогольные напитки. Но Леонора решила, что парень так просто не отделается. Она предполагала, что он не сможет отказаться от напитка, если действительно хочет понравиться Леоноре.

Леонора с довольным видом пригубила свой напиток. В Париже ей понравился абсент. Как говорили, после двух бокалов совершенно меняется мир.

– Моя племянница столько о вас рассказывала, – весело начала она праздный разговор.

Рауль подозрительно взглянул в ответ. «О господи, – невольно подумала Леонора, – может ли он смотреть еще мрачнее? Что в нем нашла Аврора? Почему он сразу так скептически реагирует на все? Может, он думает, что Аврора дома вообще о нем не рассказывала? Может быть, он даже настаивал на этом? Тогда он точно что-то скрывает».

– Неужели? – осторожно спросил он и улыбнулся Леоноре. В этот момент он пригубил «зеленой феи», как в Париже называли абсент.

Леонора заметила, что Рауль старался говорить как можно спокойнее. Но в его голосе чувствовалось напряжение. Он цепко следил за Леонорой серыми глазами, не желая упустить никаких эмоций на ее лице.

Но этим ее нельзя было испугать. «Я все равно сильнее тебя, – подумала она и чуть не улыбнулась от удовольствия. – Ты сейчас сам бы задавал вопросы, но ты этого себе не позволяешь по какой-то причине либо просто не доверяешь. Ха, многое ты дал бы за то, чтобы узнать, что рассказывала о тебе Аврора, не правда ли?» Леонора была очень довольна.

– Ну, послушайте, разве вы думаете, что Аврора ничего не рассказала о своем ухажере любимой тетке? – Она задумчиво смотрела на него.

Рауль расслабился, открыл было рот, но передумал, скрестил руки на груди, делая вид, что все его внимание поглощено танцорами. Леонора проследила за его взглядом. Она должна была признать, что у Авроры был прирожденный талант к танцам. Фелипе очень нравилось танцевать с племянницей. С танцплощадки он молча приветливо кивнул сидящим в зале.

В тринадцать лет Леонора впервые увидела, как танцуют танго. Она сразу влюбилась в эти движения. «Сначала я совсем ничего не понимала, – подумала она. – Я ничего не знала о жизни на окраинах города, я не знала, какие там живут люди. Я была тогда девочкой из хорошей семьи и не могла осознать горького разочарования, которое чувствовалось в песнях, не понимала одиночества и тоски по утерянной родине, не ощущала ритма, где грубая сила сплеталась с красотой. Танго – музыка людей, лишенных родины, в ней выражался бунт, упрек, любовь, ненависть и печаль».

Долгое время она была хорошей девочкой, умной не по годам, никогда не создававшей проблем родителям, в отличие от старшей сестры Марлены. «Все не длится вечно» – так сказала мать, когда Леонора спросила ее, как она справлялась с такими своенравными дочерьми.

Ах, танго… Музыка, которая всегда берет за душу. Но танцевать танго Леонора научилась только тогда, когда познакомилась с Фелипе. Музыканты импровизировали на скрипке, флейте и арфе, как во времена зарождения танго, еще до того, как появился бандонеон. Мелодии различного происхождения смешивались воедино: милонга метисов гаучо, африканское кандомбе бывших рабов, народные песни переселенцев из Южной Италии, андалузийское канте хондо и афро-кубинская хабанера.

Фелипе раскрыл ей тогда тайны этого музыкального мира. Он познакомил ее с Росендо Мендисабалем – первым композитором, который начал писать танго. Как для Фелипе, так и для Леоноры это была любовь с первого взгляда. Они, люди из разных миров, говорили друг с другом на языке танца.

Взгляд Леоноры опять скользнул по кружащимся парам, которые совершали на танцплощадке волшебные меланхоличные движения. В каждом жесте была тоска, непременное желание и одновременно невозможность сойтись ближе. Леонора снова приложилась к абсенту, а потом внимательно посмотрела на Рауля Эррера. Что-то в молодом парне казалось ей странным, было в нем нечто, чего она никак не могла уловить. Леонора решила детальнее исследовать это ощущение, так сказать, оформить его, но в тот момент за стол вернулись Фелипе и Аврора.

– Господи, я еще никогда не чувствовала себя такой развратной, – рассмеялась Аврора. – Жаль, что такие вечера случаются нечасто, и я ими точно не смогу наслаждаться, если вы снова отправитесь в Париж. К сожалению, бабушка и мама не любят танцы.

Леонора нахмурилась:

– Так было не всегда. Моя сестра когда-то хорошо танцевала.

– Правда? – Аврора, онемев, взглянула на тетку.

– Правда, – ответила та. – Расспроси ее как-нибудь об этом.

Рауль тоже немного повеселел. Момент, чтобы расспросить его, был упущен. Леоноре нужно найти другой путь, чтобы побольше о нем разузнать.

Аврора, взяв Рауля под руку, прильнула к нему. Она была счастлива. Леонора, Фелипе, Рауль и Аврора были в сердце аррабаля. Девушка уже давно мечтала так погулять с Раулем. Она теперь знала его мир, он должен это признать. Они ели и пили, говорили немного, больше танцевали. Аврора чувствовала себя очень неприличной. Но она больше не была маленькой девочкой – она превратилась в женщину. Фелипе даже назвал ее танцовщицей от природы. И… что бы ни делала Леонора, Рауль старался произвести на нее впечатление.

– Пойдем еще как-нибудь танцевать? – ворковала Аврора, поцеловав его в щеку. Она любила прикасаться к нему. Она на самом деле была уверена, что повзрослела за последние недели. – Вдвоем, конечно, только ты и я?

Рауль молчал, лишь провел пальцами по ее спине вдоль позвоночника, отчего у девушки побежали мурашки. Она даже не заметила, как закрыла глаза, но тут Рауль вдруг заговорил:

– Я скоро снова уеду.

– Уедешь? – пробормотала Аврора, все еще погруженная в приятные мысли. – Что? – произнесла девушка, полностью осознав смысл его слов. Она так резко дернулась, что сильно оттолкнула Рауля в сторону.

В этот раз они встретились в парке Трес-де-Фебреро в тени дерева жакаранды, избегая возможной встречи с блюстителями порядка. Был чудесный погожий летний день. До этого момента.

– Разве я недавно не говорил тебе об этом? – Рауль внимательно посмотрел на Аврору.

– Нет, не говорил.

Девушка отрицательно помотала головой. Она чувствовала, как ее поочередно бросает то в жар, то в холод. Он не может так поступить с ней еще раз! Это просто невозможно. Он не может бросить ее снова, только не сейчас, когда они наконец так сблизились. В первый миг ей хотелось неистово закричать на Рауля. Но Аврора сдержалась. Она ведь больше не ребенок.

– Куда ты едешь? – спросила она почти беззвучно. – Я думала, ты любишь меня.

Рауль немного отпрянул от девушки и посмотрел на нее, качая головой.

– При чем тут вообще любовь? – грубо ответил он, от чего обычно она очень пугалась.

Но в этот день все было иначе. Казалось, он это заметил в то же мгновенье.

– Мне нужно как-то жить, – резко продолжил он, – зарабатывать деньги. Мне нужно использовать любую возможность, у меня нет семьи, которая бы…

Аврора подняла руку вверх, заставив его замолчать. Все время родители. Неужели он упрекает ее в том, что у нее есть родители, для которых она что-то значит? Аврора задавалась вопросом, будет ли он любить ее больше, если она откажется от родителей. Потом девушка склонила голову. Сила, которую она только что чувствовала, куда-то исчезла. Аврора заметила, что у нее дрожат руки. Она почувствовала себя несчастной.

– Куда ты едешь? – по крайней мере, хоть голос не дрожал.

– Я опять буду сопровождать одного человека на охоте. Буду некоторое время в разъездах. Может, даже дольше, чем обычно…

Рауль неожиданно напрягся. Он был начеку, Аврора это сразу заметила. Но из-за чего? Почему он не мог ей довериться? Она не спрашивала. Рауль все равно не ответил бы.

– И ты об этом говоришь мне только сейчас? – с упреком произнесла она.

– Я хотел, чтобы мы провели еще несколько хороших деньков. Я же знаю, что ты принимаешь такие новости близко к сердцу.

Казалось, что он говорит эти слова от чистого сердца, и Авроре хотелось ему верить.

– Но я думала… – начала она, пытаясь смотреть ему в глаза.

Парень резко отвернулся.

«Что все это значит? – вдруг подумала Аврора. – То есть он не переживает из-за того, что надолго уезжает, ему просто все равно?» Но она не станет ему показывать, как это ее обижает, она… Однако, несмотря на свое намерение, все же спросила:

– И как давно ты об этом знаешь?

– О господи, какое это имеет отношение к делу?

Рауль вспылил. Наверное, он не ожидал, что Аврора настолько будет против. Девушка обычно вела себя более сдержанно, она подозревала, что парень ждал от нее именно этого. Но Леонора советовала делать немного иначе.

В голове у Авроры роились мысли. Рауль, очевидно, приревновал, когда на второй танец ее снова пригласил дядя Фелипе. Или эти чувства были наиграны? Нет, этого не может быть! Глубоко в душе она знала это. Рауль на самом деле был ревнив, и нежностью их отношений он наслаждался так же, как и она. Но было нечто, что всегда оставалось словно за кадром. Это не поддавалось объяснению. И это разъединяло их, держало на расстоянии.

– Ничего не поделаешь, как говорится. Мне нужно зарабатывать деньги, – коротко продолжил он. – Я уже принял решение.

Аврора сглотнула слюну. Почему он повторяет это? Она ненавидела, когда Рауль на что-то намекал. Девушка ничего не могла поделать с тем, что родилась в зажиточной семье. К тому же и у Мейеров-Вайнбреннеров дела шли не всегда хорошо. Нет на свете людей, у которых всегда все хорошо.

Аврора собрала все свое мужество:

– И ты меня не спросил? Я думала, мы…

– О боже, почему я должен был тебя спрашивать? Ты считаешь, что я не имею права принимать решения сам?

– Нет, но… – Аврора снова сглотнула слюну. Она ненавидела себя за неуверенный голос. Она не была слабой женщиной, которой все помыкают. – Когда ты вернешься?

По крайней мере, Рауль всегда сообщал ей об этом и всегда возвращался вовремя. Тогда бы они смогли начать все заново, и тогда бы Аврора, возможно, наконец узнала, что на самом деле мешает им сблизиться.

Парень замолчал на мгновенье.

– Я не знаю, – ответил он наконец.

– Что? – растерялась Аврора. – Что это значит?

– То и значит. Я не знаю, когда вернусь и вернусь ли вообще. Возможно, так даже будет лучше для нас обоих.


Глава четвертая | Свидание у водопада | Глава шестая