home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


7

Исабель лежала на постели и пыталась вспомнить лицо Фернандо. Однако убогие стены рыбацкой хижины и непонятное бормотание Хосинды мешали молодой женщине сосредоточиться. Вот уже много недель сеньора Салинос находилась на этом безлюдном острове. У нее и в мыслях не было показаться в Буэнос-Айресе с таким уродливым лицом. К тому же Исабель еще не окрепла и даже по хижине передвигалась с трудом.

«Хорошо, что старуха спрятала зеркало, и я не могу видеть себя во время перевязок», — вздохнула Исабель, вспомнив, как впервые узнала, что ее красота канула в никуда…

Это произошло месяц назад. Тогда Исабель впервые ощутила прилив сил и, воспользовавшись этим, попыталась встать с постели. Хосинды не было в хижине, и сеньора Салинос решила посмотреть, что у нее с лицом. Как только Исабель пришла в себя, она все время чувствовала на лбу, на щеках неприятное жжение, а иногда на бинтах проступала кровь.

Взяв зеркало и заглянув под повязку, Исабель закричала от ужаса…

Молодая женщина вздрогнула, вновь вспомнив об этом, и тихо заплакала.

«Почему Хосинда не утешает меня?» — удивилась сеньора Салинос и сквозь узкие щелочки в бинтах попыталась разглядеть, чем занимается старуха.

Та сидела за столом и двумя руками что-то помешивала в большом деревянном чане. Лицо Хосинды было озабоченным и каким-то отчужденным.

«Опять какое-нибудь снадобье», — Исабель равнодушно посмотрела на свою спасительницу и задумчиво проговорила:

— Я все думаю, что сейчас делает Фернандо…

Старуха хмыкнула и, не отрываясь от своего занятия, проскрежетала:

— Ты этого не узнаешь, пока не вернешься.

Слова знахарки вывели молодую женщину из состояния апатии.

— С таким лицом? — громко всхлипнула она и с болью в голосе добавила: — Я же просто чудовище…

Хозяйка хижины обернулась и тяжело вздохнула.

— Хосинда тебе поможет, — уверенно заявила она и, кивнув на чан, продолжила: — Не надо спешить, пока все это не затвердело.

— Что это? — Исабель приподнялась на локте и попыталась разглядеть, из чего сделано новое лекарство.

Хосинда, заметив любопытство подопечной, успокоила:

— Не волнуйся, с тобой ничего не случится.

Сквозь бинты Исабель удалось увидеть вязкую коричневую массу, которую руки Хосинды непрерывно перемешивали.

— Не беспокойся, все будет хорошо, все будет прекрасно, — вновь повторила старуха и наклонилась к своей пациентке.

Сеньора Салинос вздрогнула, когда заскорузлые подвижные пальцы пробежались по ее лицу.

— Ничего плохого не будет. Все будет хорошо, — голос Хосинды заставил Исабель расслабиться и закрыть глаза.

Старуха подняла повыше подушку и принялась накладывать на лицо женщины смесь из чана.

— Это больно? — вздрогнула Исабель, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Это вроде холодной глины, вот и все, — успокоила старуха и принялась объяснять: — Ты почувствуешь прохладу и больше ничего.

Через несколько минут сеньора Салинос ощутила, что ей и вправду сделалось легче. Особенно успокаивал ее голос знахарки, казалось, проникавший во все клеточки тела.

— Руки Хосинды совершат чудо… Совершат чудо… Ты станешь другой, Исабель… Совсем другой… А потом я сниму бинты… Руки Хосинды сотворят чудо… Чудо… Это поможет…

— Я не могу понять, что ты делаешь, — вдруг встрепенулась сеньора Салинос, почувствовав, что ей трудно дышать.

— Потерпи, пока я не закончила, — в очередной раз успокоила Хосинда.

Однако молодая женщина шевельнулась и попыталась дотронуться рукой до лица.

— И когда это произойдет? — спросила она, решив, что грязевая маска излечит страшные шрамы.

— Может, завтра… Кто знает?.. — туманно ответила старуха и нравоучительно добавила: — Надо, чтобы это хорошо высохло. Все, что делается с помощью Всевышнего, требует времени.

Несколько секунд Исабель лежала неподвижно.

— Все равно я не могу понять, что ты задумала, — с досадой бросила она.

— Разве я хоть раз причинила тебе вред? — в голосе знахарки послышались нотки обиды.

— Нет, никогда, — согласилась сеньора Салинос.

— Тогда почему ты мне не доверяешь?

— Не в этом дело…

Хосинда слегка хихикнула и отняла уже немного затвердевшую массу с лица подопечной. Ощутив, что ей ничто больше не мешает, Исабель села на кровати.

— Какая ты беспокойная, — хмыкнула старуха. — Вечно тебе не терпится.

Хосинда, продолжая что-то бормотать, подошла со слепком к столу.

— Нужно уметь ждать, иначе все можно испортить, — знахарка, заметив настороженный взгляд молодой женщины, кивнула на дверь. — Иди погуляй, тебе это полезно…

— Я вам мешаю?

— Понимай как знаешь…

Хосинда махнула рукой и наклонилась над столом. Исабель, встав с постели, подошла к выходу. Несколько минут постояв у двери и понаблюдав за хозяйкой, она вышла из хижины.

На улице было тепло, даже душно, и если бы не легкий ветерок с моря, сеньора Салинос не смогла бы долго гулять. Обойдя дом несколько раз, женщина присела на гладкий валун и задумалась.

«Почему я так несчастна?.. За что Господь так наказал меня? Ведь когда-то у меня было все: красота, богатство, любовь…»

Не без усилий освободившись от грустных мыслей, сеньора вернулась в хижину и прилегла на постель. Незаметно ее одолел сон, и впервые за последний месяц Исабель спокойно задремала.

Проснулась сеньора от того, что почувствовала запах воска. Открыв глаза, она обнаружила, что за окном глубокая ночь, а за столом, сгорбившись, сидит Хосинда. Старуха что-то старательно скребла, изредка поправляя угасающий фитиль свечки.

— Хосинда, ты давно встала? — негромко спросила Исабель.

— Встала? — расхохоталась старуха. — Да я и не ложилась.

— Неужели? — удивилась сеньора и вдруг ощутила к знахарке нечто похожее на нежность. — Ты всю ночь работала…

Хосинда пожала плечами и, ни на мгновение не отрываясь от своего занятия, устало пробормотала:

— Я и не заметила.

— Ты не хочешь спать?

— Я лягу, когда закончу…

Несколько минут сеньора пролежала молча, прислушиваясь к скрежету дерева о глину и причмокиванию знахарки.

— Еще долго? — не сдержалась Исабель.

— Нет, надо, чтобы это хорошо высохло.

Методичность, с какой старуха выполняла эту работу, умилила сеньору.

— Зачем ты все это делаешь?

Старуха тяжело вздохнула и нравоучительно заметила:

— В жизни надо уметь не только брать, но и отдавать.

Услышав это, сеньора Салинос рассмеялась — она никогда не считалась с чувствами других.

— И кто тебя этому научил? — язвительно поинтересовалась Исабель.

Хосинда впервые подняла глаза на свою подопечную. Так ничего и не увидев сквозь узкие щелочки бинтов, старуха вздохнула.

— Жизнь, дочка… Жизнь…

Знахарка вновь принялась за прерванную работу…


Утром Исабель разбудила Хосинда. Настроение ее было необычайно приподнятым. Знахарка все время посмеивалась и потирала руки, бормоча что-то себе под нос. Усадив молодую женщину за стол, старуха критическим взглядом осмотрела бинты и проскрежетала:

— Ну, девочка, сейчас посмотрим…

Исабель замерла, чувствуя, как знахарка что-то надевает ей на лицо, завязывая сзади тесемки. Сеньора непроизвольно вздрогнула и поморщилась от боли, так как Хосинда случайно потянула локон волос.

— Подожди, дорогая, — успокоила старуха. — Сейчас ты увидишь, что сделала Хосинда.

Видимо, довольная своей работой, знахарка хохотнула и без лишних слов протянула Исабель осколок зеркала.

— Вот, посмотри, — восторженно заявила она.

Молодая женщина приблизила лицо к осколку и закричала от ужаса — вместо привычного отражения мумии на Исабель смотрело чудовище в черной маске.

— Нет! — по хижине разлетелись осколки зеркала. — Нет!.. Мне нужно мое настоящее лицо! Я хочу быть такой же, как прежде! Я не хочу, чтобы Фернандо пришел в ужас, увидев меня.

Исабель упала на кровать, пытаясь сорвать с себя маску. Хосинда, не на шутку испугавшись, бросилась к подопечной.

— Дочка! — старуха попыталась обнять сеньору.

Та, с неизвестно откуда взявшейся силой, оттолкнула знахарку и вновь закричала:

— Мне лучше умереть, чем появиться перед Фернандо в таком виде! Ты понимаешь это или нет?! Умереть!..

Наконец Исабель удалось сорвать с себя маску. Сеньора отшвырнула ее в угол и выбежала из хижины, громко хлопнув дверью. Хосинда упала на колени и, ползком добираясь до своего творения, запричитала:

— Доченька… доченька…


предыдущая глава | Счастье Мануэлы | cледующая глава







Loading...