home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 20

Вот брон, какие еще схроны? Ничего не понимаю. И судя по дружному сопению, не я одна. Похоже, кое-кого огневолосого скоро завалят вопросами. У меня к декану имелось множество.

Вот только поднимусь с травки, так сразу и задам. Пока же не разбуженный организм отказывался повиноваться: руки-ноги онемели, голова гудела, словно колокол, вдобавок ко всему во рту было сухо, как в пустыне, и безумно хотелось пить.

– Пить! – озвучила я свое желание. – Помираю!!!

Спустя короткое время в пределах видимости показалась рука с фляжкой. Схватив подношение, сразу же отвинтила крышку и кое-как влила воду в рот. В положении лежа пить было трудновато.

– Спасибо! – от души поблагодарила спасителя, которым был не кто иной, как Светлик Палиано. Элементаль ходил вдоль рядов валявшихся студентов и одаривал всех желающих спасительными бутылями.

Утолив первую жажду, смогла-таки сесть. Смена положения, разумеется, отозвалась в голове: в висок будто прутом ткнули. Зажмурившись, переждала боль. Когда неприятные ощущения сошли на нет, вновь открыла глаза.

Народ, а именно моя группа, находившийся в той или иной степени помятости, постепенно приходил в себя. Пока я опустошала фляжку, пыталась осмотреться. Очутились мы на поляне, со всех сторон окруженной черными стволами деревьев. Их кроны терялись где-то высоко, сливаясь с не менее черным небом. Увидеть больше не позволяло ночное время суток. Даже несмотря на костры, разведенные заботливым Палиано, темнота отступала плохо.

Чуть поодаль от студентов были привязаны животные. Нераспряженные лошади нервно прядали ушами и нюхали воздух, периодически косились в сторону деревьев. Пегасы жались к бокам друг друга, пофыркивали, неспокойно переступая с ноги на ногу, да иногда подергивали крыльями. Только броны невозмутимо поедали траву. Этих бронированных великанов не смущали ни темнота, ни звуки леса.

– Груш, ты как? – Альдамир обнаружился рядом.

Такой же всклокоченный, как и все остальные. Он уже успел сесть и теперь ошалело хлопал глазами.

– Пока не поняла, – проговорила я. – Но, честно сказать, бывало и лучше.

– Согласен, – поморщился он, потирая виски. – Интересно, чем это нас так приложило?

Пожала плечами. Ответа на этот вопрос у меня не было. Но я знала, у кого его можно потребовать.

Тем временем большая часть одногруппников приняла вертикальное положение или была на полпути к этому. Сонор что-то едва слышно говорил на ухо Дайане, Максимильяно обнимал непривычно тихую Лиопольдину. Гнома Дара еле слышно хныкала в руках своего близнеца. Остальные приводили себя в порядок, попутно осматриваясь.

Проследив, как Диниос поднял с травы Лауру, решила тоже встать. Близнец успел первым, а потом подал мне руку. От помощи я, конечно же, не отказалась.

Проконтролировав, чтобы каждый из студентов попил воды, Палиано принялся раздавать толстенькие серые хлебцы, этакие маленькие колобки, густо посыпанные желтоватыми семенами. Закончив с процедурой, велел обязательно съесть кусок полностью. Я с удовольствием принялась за свой, потому что кушать хотелось сильно.

На вкус хлебец напоминал зерновой хлеб, такой же духмяный и кисловатый. Внутри тоже обнаружились зерна, которые приятно хрустели на зубах.

Когда с очередным подношением декана было покончено, элементаль устало уселся на травку.

– Надеюсь, всем полегчало? – спросил он. – Если нет, пожалуйста, дайте мне знать.

Я прислушалась к себе. И вправду, мышцы налились силой, в голове прояснилось, исчезла боль. Даже настроение немного улучшилось. Но как оказалось, некоторым все еще было плохо.

– Господин Палиано, – подала голос Кора. – Изольда что-то совсем себя неважно чувствует.

Только сейчас я заметила, что близнец валькирии тоже была на поляне. Бледная, в свете костров почти желтая Изи то и дело подносила руку ко рту. Судя по ее гримасам, элементаль тошнило. Пришлось декану подниматься и одаривать девушку еще одной порцией волшебного хлебца.

Подействовало «лекарство» не сразу. Лишь умяв еще парочку колобков, Изольда перестала чувствовать позывы и успокоилась. Счастливо улыбнулась, а потом начала благодарить мужчину. Выслушав слова признательности, Палиано вернулся на облюбованное место в центре поляны.

– Спрашиваю еще раз, все ли в порядке?

Народ дружно закивал, замычал и задакал. В общем, стал уверять, что у всех все в порядке.

– Рад. – Декан растянул губы в подобие улыбки. – Раз уж вы проснулись немного раньше, чем я рассчитывал, давайте поговорим о том, что случилось. Уверен, у каждого из вас появились вопросы.

Кивание, мычание и даканье повторилось.

– Но прежде чем начать говорить, спрошу у вас: есть ли у кого мысли по поводу того, почему мы оказались вне стен академии?

– Думаю, это связано с нападением фениксов? – как всегда, первой нашлась Кора.

– Не совсем так, студентка Тир. Хотя и огненные твари поспособствовали тому, что нам пришлось бежать из академии.

Произнеся фразу, вечно улыбчивый и уверенный в себе Палиано помрачнел. Народ же стал взволнованно переговариваться.

– Что произошло? Что произошло? – слышалось отовсюду. – Господин Палиано, расскажите!

Элементаль глубоко вздохнул и произнес:

– Первый курс вместе с куратором, то есть мной, отправлен за пределы академии и проследует в направлении схронов, специально оборудованных убежищ. Нам предстоит добраться до них, не используя магии, дабы не привлекать чрезмерного внимания. Почему, спросите вы? Отвечу. Потому что академия перестала быть безопасной.

– Опасно, опасно, опасно, – пронеслось от существа к существу. – Опасно!

– После нападения фениксов вначале ничего не происходило, – тем временем продолжал Палиано. – Как вы, наверное, знаете, из Материи прибыла группа, дабы расследовать это происшествие. И ничего не нашла. След обрывался буквально в воздухе. Едва группа убыла восвояси, начались странности: стационарные порталы одновременно вышли из строя. Последнее прибывшее существо чудом уцелело, избежав участи быть раздробленным. Его близнец не успел войти и остался с другой стороны. Благодаря их связи мы знаем о случившемся. Остальные способы передачи информации также не действуют. Но и это еще не все.

Однокурсники замерли, напряженно глядя на преподавателя. Признаюсь, и мне было как-то не по себе. В воздухе витало напряжение, мешавшее дышать.

– Все вы знаете, что перемещаться в пространстве можно с помощью личных способностей или же специальных приспособлений. Так вот, любой портал, открываемый на территории академии, вместо того чтобы перенести желающего в нужное место, переносит это существо к разнообразным тварям. И скажу вам, пустынные волки и дикие тироны – это наименее опасные из перечня. Мы потеряли многих, пока это стало известно, еще больше пропало. Но главное – академия окружена непроницаемым барьером неизвестной природы, который не поддается нашей магии. Академия оказалась отрезана от остального мира. Вместе со студентами, преподавателями и прибывшими на помощь магическими близнецами.

– Но как?! Как?! – всплеснув руками, воскликнула Лаура. – Почему?! Так не может быть!

– Я не могу пока ответить на этот вопрос, студентка Сильвана. Слишком мало данных для анализа. Могу сказать одно: если не удастся найти способ убрать барьер, оставшиеся в заточении умрут от голода. Потому что передать продукты извне им никто не может. Те, кто все-таки успел выбраться, разбросаны по миру, разобщены, я не уверен, живы ли. Слишком много выпускников откликнулось на призыв ректора, тем самым угодив в ловушку. В портах и крепостях, конечно, остались дежурные существа, но без руководства, не имея безопасного тыла, в случае крупномасштабного нападения…

Декан не договорил, но и без того всем стало страшно. Лаура испуганно прижалась к Диниосу. А я задумалась: кое-что в объяснениях декана не сходилось.

– То есть через этот самый барьер не перейти и не переместиться? – опередил меня Альдамир. – Я правильно вас понимаю, господин Палиано?

– Совершенно верно, студент Скай дэ Роушен, – подтвердил элементаль. – Переместиться магическим образом или же перейти собственными силами сквозь барьер в данный момент невозможно. Ни с той, ни с другой стороны.

– Тогда позвольте узнать, как же нам удалось оказаться за пределами академии? И почему остальные не могут воспользоваться тем же способом? – принц задал вопрос, который зрел у меня в голове.

Декан обвел всех внимательным взглядом и только после этого произнес:

– Мне запрещено открывать правду. Но вы ведь не успокоитесь, пока не узнаете?

Говорил он это всем, но мне почему-то казалось, что обращался именно к моему близнецу.

– Вы правы, господин Палиано, – как я и думала, Альдамир ответил за всех.

– Хорошо. Степень доверия в нашем случае важна, поэтому я расскажу то, что мне известно. – Он отхлебнул из собственной фляжки воды и, проглотив, начал рассказ: – Когда стены академии только воздвигались, главным архитектором вкупе с первым ректором был разработан способ, благодаря которому можно оказаться за пределами академии без использования магии. На всякий случай. Применялся метод крайне редко, но устройство поддерживалось в образцовом порядке. И не зря. – Он снова сделал глоток. – Под землей вырыли туннель. Достаточно длинный, чтобы без труда попасть далеко за ее территорию. Где его начало, не знаю. Этими сведениями владеют лишь несколько существ, я не в их числе. Рядом с концом туннеля мы изволим отдыхать. По туннелю передвигается специальная платформа. Как происходит процесс перемещения, мне, опять же, неизвестно. Знаю одно, скорость передвижения платформы из академии очень велика, потому желающих приходится усыплять, лучше не магическим способом, чтобы не нанести ощутимого вреда организму. Назад платформа, наоборот, движется очень медленно. Обратный путь занимает несколько дней. Именно на одной из двух таких платформ мы с вами и переместились, на другой – вторая половина вашего курса…

– Я знаю, что это за платформа, – звонкий голос Дары вклинился в объяснения Палиано. – Вернее, мне кажется, я знаю. Слышала о подобной. Папа рассказывал.

Студенты дружно обернулись к говорившей. Гнома немного смутилась, о чем намекали заалевшие щеки, но все равно продолжила:

– Я из Крокской общины. Ну, вы знаете, где это?

– Знаем, Дара, рассказывайте дальше, – подбодрил ее декан.

– Так вот, мой отец – помощник главы рудокопов. Шахта – его дом родной. О ней он может говорить часами. Раньше, до того как я оказалась в академии, мы по вечерам вместе с братьями слушали его рассказы. Думала, небылицы, а оказалось…

– Ну и! – поторопил ее Сонор. – Давай к сути, Дарушка!

– Хорошо, – быстро закивала Дара. – Так вот, в прошлом, чтобы ускорить процесс подъема добытых материалов, в шахте использовалось приспособление. Названия уже не помню. Суть его работы вот в чем: на специальную перекладину наматывался трос, превращаясь в пружину. Затем трос закреплялся. Когда партия руды была уложена в корзину, соединявшуюся с этим тросом, нажимался рычаг, приводивший приспособление в действие. Корзина на большой скорости вылетала вверх, останавливаясь в точно выверенном месте. Чтобы вернуть корзину обратно, требовалось вновь намотать трос на перекладину. Дело достаточно трудоемкое и долгое. Конечно, не несколько дней, но и расстояние, на которое она спускалась, было несоизмеримо меньше. Возможно, подобный принцип использовался и в платформе.

– Может быть, – согласился с ней Палиано. – Очень похоже. Как и то, что в платформу, как и в корзину, помещается ограниченное количество пассажиров.

– Почему выбрали именно нас? – полюбопытствовал со своего места Максимильяно. – Почему не выпускников, которые могут передать знания другим?

– Есть причина: вы пока ничего не умеете и в случае нужды не сможете эффективно противостоять опасности, однако вас необходимо кормить. Что в условиях экономии, как вы понимаете, нецелесообразно. Выпускники, по тем соображениям, которые вы нам озвучили, студент Жар, отправятся следующим рейсом.

Закончив фразу, Палиано замолчал. Тем громче в тишине прозвучал голос Лауры:

– А как же остальные?! Что будет с остальными?

Декан пронзил ее взглядом, но все-таки ответил:

– Если Предопределению будет угодно, постепенно вывезут всех. По порядку: второй курс, следом восьмой, третий, седьмой, четвертый, потом шестой, последним отправится малочисленный пятый вместе с оставшимися преподавателями и обслуживающим персоналом. Прибывших на помощь выпускников прошлых лет разделят по группам. Опережая вопрос, те пары, что прибыли с нами, уже, наверное, на своих боевых постах.

– А если они не успеют? – допытывалась Лаура. – Что тогда?

– У меня нет ответа на ваш вопрос, студентка Сильвана.

Опешившие от полученных знаний, однокурсники молчали. Молчал и Палиано, бездумно глядя на светлеющее небо.

– Почему нельзя было вместо животных отправить еще одну группу студентов? – спросила я. – В конце концов, копытных можно использовать в пищу.

– Потому что платформа считывает только количество разумных существ. С чем это связано, не знаю. Кроме того, в целях безопасности вас нельзя было оставить без средств к передвижению. Не говоря о том, что насильственная смерть пегасов может привести к гибели самого убийцы и взрыву.

– Господин Палиано, – не знаю, кто потянул меня за язык. – Госпожа Торони, она отправилась в безопасное место на другой платформе?

– Нет, – глухо ответил элементаль. – Она куратор пятого курса.

И добавил уже намного тише:

– Она не могла оставить подопечных одних.

А я не знала, что сказать в ответ. Да и кто знает, что ответить близнецу, чей партнер последний в очереди на спасение.

Помолчав некоторое время, Палиано поднялся с земли и принялся раздавать указания. Светлело, потому засиживаться дальше здесь не было смысла. Народ согласился. Студенты все еще находились под впечатлением от случившегося и потому шевелились неохотно. Однако декан развил бурную деятельность, дабы подопечные не забыли прицепить седельные сумки, посетить кусты (по надобности), набрать воды из рядом пробегавшего ручья, а потом влезть на животных. Кушать после «волшебных» хлебцев не хотелось.

Когда народ устроился в седлах, Палиано подал сигнал выступать. Ехать предстояло далеко. Пусть декана и снабдили подробнейшей картой, сам он в схронах еще ни разу не был, о чем нам чистосердечно поведал.

Поохав и поахав, однокурсники пообещали не разбредаться, моментально реагировать на приказы и нестройной колонной поехали следом. Замыкали шествие самые приспособленные к переходу Диниос и Васай. Последний в прошлой, доакадемной жизни числился охотником.

Светлело здесь быстро, сумерек практически не было. И если после побудки я мерзла, то теперь, спустя всего три часа пути, умирала от жары. Солнце грело невыносимо, а еще брон был горяч, словно печка. Хотелось стянуть с себя темную рубашку, выпрыгнуть из брюк, подставив сопревшее тело ветру. Вот только я прекрасно понимала, что загни хоть рукава у рубахи, спустя полчаса обгорю до красноты. Приходилось терпеть.

Наконец, Палиано скомандовал привал. Не сдержав радостного вопля, приказала Васе остановиться. Тот, заинтересовавшись молоденькой яблонькой, послушался. Скатившись с его твердого панциря, села на травку. А потом и вовсе легла, растягивая мышцы. Тело жутко устало в неудобной позе. Избавившись от дополнительного веса в моем лице, брон растянулся рядом и принялся за обед.

– Глядите, озеро! – услышала я ликующий возглас Лауры. – Взгляните, прямо за кустами блестит вода!

Живительное слово «вода» подействовало не хуже пинка под зад. Мигом вскочив, я понеслась вперед. Прямо к манящей голубой глади озера. Подбежав к берегу, первым делом разулась, закатала брючины и, пища от удовольствия, вошла.

Большинство студентов, радостно гомоня, последовали за мной. И теперь в разной степени раздетости бродили рядом. И все было бы замечательно, если бы от озера вдруг не пошел странный туман. Вначале практически незаметный, с каждой минутой он все густел и густел, пока не превратился в белесое нечто, которое двинулось к берегу.

– Смотрите, как красиво! Туман переливается! – крикнула Изольда.

И вправду, атмосферное явление стало окрашиваться разными цветами, будто подманивая глупых первокурсников ближе к себе.


Глава 19 | Отражение | Глава 21







Loading...