home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 22

Альдамир Скай дэ Роушен, бывший наследник Владыки мономорфов, с трудом заглушил в себе желание разорвать Палиано в клочья. Декан вовремя убрался восвояси, видимо, почуял неладное. И даже задернул за собой полог, закрывая их от остального мира. Вот только им и вправду следовало остановиться, но, Предопределение, как же ему этого не хотелось.

Что это – полное сумасшествие, временное помешательство или действие связи, – уже не было важно. Только шальной взгляд Агриппины, ее губы, алые, припухшие, манящие. То, как она доверительно льнула к нему, цеплялась тонкими пальчиками за рубаху, звала его по имени, срываясь на стон.

Ради этого можно и умереть.

Но мир ждал. Звал голосами однокурсников, требовал вернуться беспокойными птичьими криками. Альдамир медленно оторвался от Груши, ощущая, как болезненно сжалось сердце, чувствуя, что комок встал в горле. Близнец протестующе захныкала, потянулась следом, и принц не смог сдержаться. Ответил, растворяясь в невыносимой нежности.

И когда он успел превратиться в тряпку? Впрочем, неважно. Неважно! Пусть все идут к Непроизносимой! Он больше не может сопротивляться.

Вот только что это за тонкий писк над ухом? Кто-то зудит, словно мелкий кровосос.

Как ни пытался Альдамир отстраниться от досадной помехи, но не сумел. Писк становился сильнее с каждой секундой, а потом и вовсе превратился в возмущенное чириканье. Пришлось принцу вновь отвлечься от Агриппины.

Оказалось, возле плеча зависла в воздухе посланница матери. Кивинка едва держалась, видно было, что истратила почти всю энергию и оказалась на грани развоплощения. Пришлось взять ее на руки и влить немного силы. Скорее всего, ей еще лететь обратно.

– Что случилось? – Груша тоже заметила гостью и теперь с любопытством на нее глядела.

– Не знаю, – ответил Альдамир, поглаживая птичку, заодно нашаривая сообщение. – Но скоро узнаю.

В том, что послание от матери и оно важное, принц не сомневался. Не зря же кивинка пролетела неведомое расстояние, нашла его непонятно где, едва не умерев по дороге.

Прямоугольник письма обнаружился там, куда обычно его прикрепляла матушка, между крыльями. Вестница зачирикала громче, повернулась спинкой, чтобы Альдамиру было удобнее его снять.

Едва прямоугольник оказался у него в руках, принц отдал кивинку Груше и, пока близнец, сюсюкая, гладила птичку, быстро проколол мгновенно отросшим когтем палец и приложил ранку к деревянной поверхности. Прямоугольник вспыхнул белым и расправился бумажным листом. Строчки, написанные почерком матери, скакали. Некоторые буквы размазались, будто на них капнули водой или слезами.


Здравствуй, сын. Прости, что отрываю тебя от учебы, но мне больше не к кому обратиться. К сожалению, мне придется тебя расстроить.

Твой отец внезапно очень сильно заболел. Буквально сгорел за день. Лекари только разводят руками. Они впервые видят подобный недуг и не знают, как помочь Владыке. Ни магия, ни заговоры, ни травы не помогают. Дер ду Милош постоянно с ним, вливает силу, но этого мало.

Сошелиар перестал ходить, почти не ест и не пьет, только бредит. И постоянно зовет тебя.

Родной, прости. Я знаю, что нельзя прерывать учебу, но мне очень страшно. Прошу, умоляю тебя, прибудьте с Грушенькой хоть бы на день, на час. Навестите отца. Боюсь, ему осталось страдать совсем недолго.

Любящая тебя мама


Альдамир несколько раз прочитал послание, прежде чем передать его нетерпеливо ерзавшей Агриппине.

Отец при смерти. Пусть матушка прямо не сказала об этом, последняя фраза говорила сама за себя. Как ни готовился принц к такой новости, как ни крепился, но все равно не смог отрешиться. В глаза будто песком кинули, а дыхание никак не выравнивалось.

Альдамир знал, отец сам признался в том, что умирает, но он обещал полгода. Полгода! А не каких-то несколько дней. Что же произошло, из-за чего болезнь резко стала прогрессировать? Что повлияло?

– Боже! – воскликнула Груша, дочитав сообщение до конца. – Мне очень жаль!

Посадив кивинку на плечо, она обняла принца. Он невольно прикрыл глаза, позволяя себе хотя бы на мгновение забыться.

– Твой отец, – эмоционально шептала близнец. – Как же так, ведь он был здоров, когда мы уезжали! Бедная Катарина! Ребенок! Как же она там справляется?! Нам нужно обязательно попасть к тебе домой!

Ребенок!

Альдамира будто током ударило. Только сейчас он понял, что смерть отца – это еще не все. Ведь если он не успеет провести брачную церемонию с Агриппиной, ее потянет к Сердцу Торгона, и автоматически вступит в действие приказ Владыки. Тогда старик Дэр ду Милош в компании его же брата Альфреда приступят к плану «Уничтожь ненужного наследника». И даже он не сможет этому помешать.

Вернее, не так, он готов пойти против всех, защищать Грушу до конца жизни. Вот только силы не равны, чтобы хотя бы мечтать жить долго и счастливо.

И самое ужасное, брачную церемонию они могут провести лишь во дворце, получив благословение не только его отца, но и самого Драгонидума.

– Ты права, родная. – Альдамир нехотя отстранился.

Посмотрел на Агриппину, с нежностью отмечая, как покраснели ее щеки на этом слове.

Родная. Любимая. Желанная. Ненаглядная.

Сколько слов он мог сказать ей, но придется помолчать, или они точно никуда сегодня отсюда не сдвинутся.

– Нам обязательно нужно ехать домой.

– Что же мы скажем Палиано? Ведь он не может нас отпустить просто так. Отвечает, как-никак.

– Правду.

Всю-всю. Иначе и быть не может. Покровительство такого существа, как их декан, могло помочь в осуществлении плана.

– Тогда давай поспешим! – всплеснула она руками. – Нельзя терять и минуты!

– Подожди, нужно написать ответ. Мама волнуется.

Едва Альдамир успел черкнуть пару предложений, прикрепить деревянный прямоугольник к кивинке и выпустить ее обратно, как Грушу выдуло из палатки. Ему оставалось лишь глубоко вздохнуть и выбраться наружу вслед за ней.

Палиано нашелся возле привязи с животными. Он успевал раздавать указания зевавшим студентам и кормить своего пегаса. Заметила его и близнец, быстрым шагом преодолев разделявшее их расстояние.

– Господин Палиано, – начала Агриппина без промедления. – Нам нужно срочно поменять маршрут.

– Что, простите? – опешив от ее прямолинейности, переспросил декан.

– Я прошу вас изменить путь следования нашей группы, – пояснила та. – Срочно!

Палиано подозрительно на нее покосился, но все-таки сказал:

– Не могли бы вы, студентка Полайкина, объяснить причину, по которой я должен удовлетворить ваше желание?

– Понимаете, мне… нам нужно… – Близнец замялась, нервно теребя рубаху. – Быстрее…

Пришлось Альдамиру срочно вмешаться, пока декан чего-нибудь не то не подумал.

– Господин Палиано, я сейчас вам все объясню. Родная, не могла бы ты собрать мои вещи? Да и твой Вася явно проголодался.

– Эээ, – протянула Агриппина. – Я хотела помочь тебе.

– Вот и поможешь, – улыбнулся принц. – Чем скорее отправимся, тем быстрее доберемся.

Груша нахмурилась, но все-таки кивнула и отошла к брону. Альдамир мысленно выдохнул. Палиано он расскажет всю правду, а вот близнецу знать некоторые моменты точно не нужно.

Пусть спит спокойно. Хватит и его нервов.

– Господин Палиано, давайте отойдем немного.

Декан прищурил глаза.

– Прошу.

– Ну, раз вы настаиваете, – усмехнулся элементаль. – Так и быть.

Недалеко от стоянки росли низкорослые колючие кусты криники. Именно туда Альдамир и пригласил декана.

– Что вы хотели мне сказать? – едва они скрылись с глаз остальных студентов, поинтересовался Палиано.

– Нам с Агриппиной нужно срочно прибыть во дворец Владыки.

Декан нахмурился.

– И зачем, я могу узнать?

– Конечно, – кивнул принц. – Мой отец при смерти, я обязан попасть домой до того, как его дух отправится на покой.

Проговорив фразу на одном дыхании, он замер, ожидая решения Палиано. Тот еще больше помрачнел.

– Ясненько, – себе под нос сказал декан. – Значит, это к вам прибыл магический вестник?

– Да.

Декан некоторое время помолчал, потом внимательно посмотрел на Альдамира и спросил:

– Чем вам и всем нам грозит ваше непопадание домой вовремя?

Принц вдохнул и решительно заявил:

– Сердце Торгона может остановиться.


Глава 21 | Отражение | * * *







Loading...