home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Пространство сна

«…Большой солончак, простирающийся от Портленда на западе до самого горного массива Доггер на северо-востоке напротив Гулля, является наследием более теплого периода в истории Земли, когда меньше воды было заключено в ледниках и ледяных шапках. Хотя Солончак до сих пор остается непроходимым, если не считать насыпей, проходящих в восточной и западной его частях, разработаны планы осушения, которые уже в следующем столетии должны будут превратить эту территорию в столь нужные сельскохозяйственные угодья…»

«Альбионский полуостров», Роджер Вангард

– Я так понимаю, поездка завершилась успешно, – сказала Джонси, смазывавшая переднюю ведущую звездочку своего Снегохода из масленки размером с ее руку.

– Мое обаяние помогло нам одержать верх, – подтвердил Фоддер. – Оно, а также несколько Долгов, Услуг и пятьдесят килограммов бананового «Несквика» – плюс косвенная угроза применить «Голгофу».

– Боевая «Голгофа» у нас всего одна, в музее, – заметила Джонси. – Ты что, взял учебную?

– Щедрые обещания – секрет любой кампании, – пожал плечами Фоддер.

Он отправился в Консульство, чтобы доложить обо всем Токкате, а я задержался с Джонси.

– Успех сделки правда решили Долги и «Несквик»? – спросила та.

– Ага, – подтвердил я. – Долги и «Несквик». Фоддер великолепный переговорщик. Где обнаружили тело Неда?

– Недалеко от того места, где нашли его одежду. Он был погребен под снегом, и если не считать выражения удивления, застывшего у него на лице, мы так и не смогли понять, отчего он умер. О, и твоя теория насчет того, что к этому причастна Грымза, похоже, верна – у Неда отсутствовал мизинец. Если только ты сам его не отрезал. Но ты ведь этого не делал?

– Нет, не делал. Значит, ты действительно веришь в Грымзу?

Джонси задумалась.

– Я считаю, что в воздухе витает нечто призрачное и необъяснимое, и если для описания подобного больше всего подходит Грымза – значит, пусть будет Грымза. Послушай, – добавила она, – Токката будет пребывать не в самом лучшем настроении, так почему бы тебе не раствориться на часок?

Воспользовавшись ее советом, я, погруженный в размышления, направился к «Уинкарнису». У двери гостиницы намело снег. Наружные двери всегда вешаются на двусторонних петлях: на случай пожара они открываются наружу, на случай снежных наносов – внутрь. Когда я жил в Святой Гренете, как-то раз первый снег выпал очень рано, и когда мы попытались выйти на улицу, то лишь увидели перед собой стену снега – с отпечатавшейся на ней в мельчайших деталях входной дверью. Подобные вещи запоминаются надолго.

Зимсонники только что пообедали спагетти, похожими на проволоку, и готовились к оживленному вечеру, всецело посвященному тонкому искусству ничегонеделанья. Поскольку мои сновидения имели яркий характер, мне хотелось пространно побеседовать с Шаманом Бобом, и я нашел его читающим книгу у незажженного камина. В очаге лежали щепки, бумага и поленья, однако пока что им не удалось собраться в нечто полезное. Присев на корточки, я начал разводить огонь.

– Так, отлично, – сказал Шаман Боб, увидев меня, – ты уже составил себе репутацию. Прикончил Счастливчика Неда, завел шашни с Авророй. Ого! Просто… ого. Никогда бы не подумал. Только не ты. Слушай, постарайся не дать ей заснуть в самый разгар – а то она проснется Токкатой. И тебе придется долго оправдываться.

– Да уж, проблема мирового класса, – согласился я. – Но только я не убивал Счастливчика Неда и не заводил никаких шашней с Авророй.

– На самом деле неважно, правда это или нет, – заметил Шаман Боб. – Важно то, во что все верят. Не желаешь к нам присоединиться?

– Как-нибудь в другой раз.

– Справедливо подмечено, – весело произнес Шаман Боб. – К тому же у нас все равно перебои с поставками, но скоро все будет улажено. Итак, чем могу тебе помочь?

Я чиркнул спичкой, и вспыхнула газета.

– В прошлый раз ты сказал, что изначально Дон Гектор стремился не к тому, чтобы видеть меньше снов, а к тому, чтобы сны были лучше. И я ломаю голову, что ты имел в виду.

Посмотрев на меня, Шаман Боб прищурился.

– Новенький, тебе снились сны?

– Никаких.

– Честно?

– Ну немного.

Усмехнувшись, Шаман Боб облизнул губы.

– Я имел в виду то, что сказал. Первоначально исследования Гектора были направлены не на то, чтобы остановить сны, а на то, чтобы они были лучшего качества – и более продуктивными.

Я ничего не сказал, ожидая, что он продолжит. Заговорщически подмигнув мне, Шаман Боб оглянулся по сторонам, убеждаясь в том, что никто не подслушивает – а это действительно было так, поскольку гостиная была полна неспящих. С трудом усевшись прямо, Шаман Боб знаком предложил мне придвинуться ближе.

– Об этом мало кто знает, однако первым прорывом в «Гибер-техе» стал мощный усилитель сна под названием Е-28. Препарат был синтезирован в ходе ранних попыток Дона Гектора сделать зимнюю спячку более полезной за счет некоего «Активного управления сновидениями».

– Никогда о таком не слышал, – заметил я, внезапно проникаясь еще более сильным интересом. Когда мне в последний раз снился сон про Бригитту и «Бьюик», я управлял сновидениями – сам принимал решения, направляя развитие сюжета.

– Повторяю, об этом мало кто знает. «Гибер-тех» бдительно охраняет свои секреты. «Активное управление» разрабатывалось для того, чтобы человек продолжал жить Зимой. Но не здесь, сжигая жир и становясь жертвой голода, холода и хищных грызунов, а здесь. – Шаман Боб постучал себя по виску. – Уютно, безопасно, весело – в подстроенном под личные запросы пространстве сна, где человек становился полновластным правителем, где мог делать то, что хочет, оставаясь в полном сознании, полностью контролируя свои действия – и в то же время крепко спя.

– Ну хорошо, – сказал я, – но разве это «Активное управление» не было бы равносильно одиночеству зимовки? Или даже еще хуже?

Шаман Боб усмехнулся.

– Вот где начинается самое интересное. Идея заключалась в том, чтобы дать человеку возможность делиться своим Пространством сна. Оно должно было стать местом встреч, местом общения, местом продуктивного творчества. Были планы основать первый Гиберверситет. Обучение любой специальности по желанию – пока человек спит, провалившись в бездну гибернации. Образование для широких масс. Ходили даже разговоры о том, – со смехом добавил он, по-видимому, веселясь от дерзости этой мысли, – чтобы имплантировать в спящий рассудок Аватары сна, чтобы установить связь с внешним миром. Новости и картинки во сне, быть может, даже развлечения в реальном времени – а также потенциальный канал рекламирования товаров и услуг спящим.

– Серьезно?

– Ага. – Шаман Боб усмехнулся. – Состояние сна собирались поставить на коммерческую основу за счет продажи площадей для рекламы и развлечений. Нет ничего святого? И что с того? У тебя такой вид, будто ты… в шоке.

– Пустяки, – заверил я, однако на самом деле это было не так.

Если то, о чем говорили Шаман Боб и Заза, правда, это объясняет, каким образом попала в мои сны миссис Несбит. Но меня не развлекали, мне не пытались продать термозащитные носки или двойное остекление; от меня требовали информацию. Мне пришла в голову другая мысль, еще более неприятная – про агента Хука и его методы проведения допросов во сне.

– Эта мысль насчет Пространства сна, – спросил я, – из нее что-нибудь вышло?

– По большому счету ничего. Двадцать два года и тридцать миллиардов евро спустя оставалась все та же огромная и абсолютно непокоренная проблема: ты узнал про Шарлотту Бронте [130] или же тебе только приснилось, что ты что-то узнал? Человек, с которым ты только что встретился в Пространстве сна. Он действительно сказал то, что, как тебе кажется, он сказал, или это лишь плод твоего воображения? У тебя любовная интрижка в Пространстве сна. Это прелюбодеяние? Разврат? А если согласие не было обоюдным, тогда что? Деловые соглашения: имеют ли они юридическую силу? Все дело в том, что не существовало простого способа определить, что из произошедшего в Пространстве сна реальное, а что лишь плод воображения. Десять процентов? Восемьдесят процентов? Ничего?

– Понимаю.

– Правильно, – сказал Шаман Боб, – потому что когда сливаются реальность и фантазия, никогда нельзя четко определить границы того и другого. Концепция Пространства сна была замечательной, однако вследствие причудливой природы спящего сознания, склонного к созданию отвлеченных образов, она изначально оказалась обречена на провал.

Он печально вздохнул, словно для него это явилось глубочайшим разочарованием в жизни. Мир постоянных снов, нескончаемое путешествие по фантастическим мирам собственного творения.

– Сон – единственная истинная свобода, – продолжал Шаман Боб, – место, где человек может быть самим собой, делать что угодно. Освобожденный рассудок.

– До тех пор пока речь идет об «Активном управлении», – заметил я, – или же человек становится просто пассажиром, верно?

– Виновен по всем статьям, – с грустной улыбкой подтвердил Шаман Боб. – Вот та Ночная Чаша Грааля, к которой мы стремимся: сновидение, неотличимое от реальной жизни. Сновидение, в котором можно раствориться, сновидение, в котором можно быть кем угодно, делать что угодно, по своему собственному желанию.

– А можно сделать так, чтобы тебе приснилось, будто ты принципиальный, целеустремленный член «Кампании за истинный сон»? – спросил я. – Глубоко законспирированный, выполняющий опасное задание вместе с девушкой твоей мечты?

– Конечно, – сказал Шаман Боб, – если это то, чего ты хочешь. Что до меня, то я хочу летать. Но не как пилот – как птица. Парить высоко в небе над притихшей страной, ища дух свободы. Или, быть может, играть на саксофоне, – продолжал он, – выступать с Холройдом Уилсоном, во время его последнего турне, перед тем, как Зима взяла его к себе. А может быть, я сделал бы так, чтобы мне приснилось, будто я стал известным, – добавил Боб, – или даже уважаемым. Или нормальным. Это было бы здорово.

Лицо Шамана Боба стало мечтательным, и у него начали смыкаться веки. Я не мог определить, то ли это благоговейное почтение, порожденное нашими разговорами о снах, то ли он просто задремал. С зимсонниками такое случается часто.

– Тебе никогда не снился синий «Бьюик»? – спросил я.

Шаман Боб резко встрепенулся, и через мгновение его костлявые пальцы схватили меня за куртку и притянули к нему.

– Вот почему в Двенадцатом секторе среди нас так много предателей [131], друг мой. Мы слышали, что этот сон кажется более реальным, чем сама реальность, таким живым, как будто ты действительно там, щуришься на солнце, чувствуешь запахи Лета, ощущаешь на зубах хрустящий песок. «Активное управление», Ночная Чаша Грааля, которую мы ищем. Где она? Где-то недалеко? В каком Дормиториуме?

Я ответил не сразу.

– У меня еще один, последний вопрос, – сказал я. – Может ли воспоминание о снах раскрываться в сознании в обратной последовательности, под воздействием более поздних впечатлений?

– Сам я в таких вещах не разбираюсь, – подумав, сказал Шаман Боб, – и не слышал о тех, кто в них разбирается. Но наркоз способен время от времени подбрасывать интересную косточку. Ты точно не хочешь присоединиться к нам?

– Точно.

Я прошел к двери и обернулся. За нашим разговором следили все до одного находящиеся в гостиной зимсонники. Сейчас они смотрели на меня своими широко раскрытыми, запавшими глазами, моргая словно совы.

– Уясните следующее, – громко произнес я, обращаясь ко всем присутствующим. – Нет никакого сна про синий «Бьюик», определенно нет «Активного управления», и, уж конечно, ничего нет в «Саре Сиддонс».

Зимсонники слабо улыбнулись и лениво закивали. Ллойд говорил, что за каждого зимсонника, приведенного в «Сиддонс», я получу по четыре банки консервированного риса с соусом «Амброзия». Каждый новый постоялец будет означать, что Бригитта станет на четыре часа ближе к Весеннему пробуждению и на четыре часа отдалится от каннибализма. Консервированный рис с соусом «Амброзия», и в лучшие времена вещь неплохая, сейчас казался как никогда привлекательным.


Фарнесуорты | Ранняя пташка | Уволенный и отправленный перекладывать бумаги