home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 10

Заблудившиеся

В ту ночь ему снова снилась мама. Она была в Санкт-Петербурге, чтобы выступить там с представлением. Но она заблудилась в кажущихся безлюдными улицах и переулках города. Уже стемнело, а она всё ещё плутала, тщетно пытаясь найти театр. Люциус тоже был в этом сне, и он знал дорогу, которую не могла найти его мама. Но Ирэн Адлер не видела сына. Не слышала, как он подсказывает ей направление. Не чувствовала, как он берёт её за руку, чтобы помочь.

Спящий Люциус услышал, как говорит маме во сне: «Сюда, мама. Ты идёшь не в том направлении. Неужели ты этого не замечаешь? Твоя публика ждёт на другом конце города».

Но Ирэн не реагировала. Для неё его просто не существовало.

Зато здесь был Иероним Хиддл. Ирэн как раз проходила по узенькой затрапезной улочке – повсюду мокрая от дождя булыжная мостовая, неясные тени, – как вдруг в конце улицы появился загадочный коллекционер. Хиддл был в широком чёрном пальто и цилиндре.

Люциус испугался: «Нет!» Он догадывался, что сейчас произойдёт, но, когда его опасения сбылись, всё равно с трудом мог в это поверить.

Хиддл, широко расставив ноги, преградил Ирэн путь. Он улыбался ей, но не говорил ни слова. Его правая рука в перчатке медленно скользнула в карман пальто.

«Нет! – повторил Люциус во сне. – Пожалуйста. Мама, нам нужно бежать отсюда. Скорее!»

Но мама по-прежнему его не замечала. Даже наоборот – она явно обрадовалась обществу Хиддла. Люциус в отчаянии тянул её за руку – всё напрасно. Потом он посмотрел на Хиддла.

Мужчина в длинном пальто, похоже, прекрасно знал, что мальчик здесь. Хиддл злобно ухмыльнулся и посмотрел ему в глаза – с вызовом и угрозой. Его губы шевелились. Люциус не сразу понял, что слышит его он один!

– Так задержи меня, – дразнил Хиддл мальчика. – Защити её. Что, не можешь? Может, ты всего лишь маленький беспомощный ребёнок, а?

Он вытащил руку из кармана пальто и поднял её высоко в воздух. В руке он сжимал украденный кристалл власти.

«Нет!»

Магический артефакт светился так же, как на каменной плите в Британском музее. Сверкающие лучи озарили погружённую в сумерки улочку.

И Ирэн шла прямо к нему.

Люциус загородил собой мать. Он расставил руки, чтобы задержать её, и закрыл глаза от света злого волшебства, который становился всё ярче.

И тут он почувствовал, как мама просто прошла сквозь него! Будто он воздух или призрак, давно померкшее воспоминание. Шаг за шагом Ирэн Адлер приближалась к человеку в цилиндре. К ужасному кристаллу.

Задыхаясь, Люциус в ужасе распахнул глаза. Он вдруг почувствовал, что они проиграли, что он её потеряет – прямо сейчас, и осознание этого его потрясло. Последним, что он видел, прежде чем свет магического кристалла поглотил во сне мир вокруг него, была мама: она приближается к Иерониму Хиддлу – и растворяется в огне его безжалостной магии.

И он с криком проснулся, мокрый от пота.

– Тебе уже лучше? – спросила Тео.

Настало утро, и Люциус, больше не сомкнувший этой ночью глаз, сидел в «Вороновом гнезде» в окружении друзей. Последние несколько минут он рассказывал им о своём ночном кошмаре и об их с Себастианом встрече с музейным смотрителем Греем накануне вечером. Ему показалось, что даже мисс Софи слушала его рассказ затаив дыхание.

– Немного лучше, – ответил он. – Я устал как собака и всё никак не оправлюсь от ужаса. Но я знаю, что сегодня мы наконец-то добьёмся успеха. Просто обязаны добиться!

Себастиан кивнул. Он сидел в кресле, нетерпеливо теребя один из причудливых инструментов Харольда.

– Непременно. Если мы не остановим этого Хиддла, этого не сделает никто. И чем дольше мы ждём…

– …тем больше опасность, что он пустит кристалл в ход, – закончила Тео. – Против невинных людей. – Девочка поёжилась. Она явно не могла забыть визит в музейный подвал.

– Только где его найти? – уныло спросил Харольд. Щуплый изобретатель снова стоял у верстака, на котором были беспорядочно навалены шурупы, катушки, проволока и другие предметы. Он с тревогой посмотрел на друзей. – Твой отец знает его адрес, Себастиан?

Ему ответил Джеймс. До сих пор дворецкий-автомат держался в стороне и с довольным видом молча мыл окна. Теперь он обернулся.

– Простите, мастер Харольд, – вмешался он в разговор. – Можно задать один вопрос?

Себастиан с удивлением посмотрел на него, а Харольд кивнул:

– Конечно, Джеймс.

– Я невольно подслушал ваш разговор, – извинился дворецкий, и Люциус услышал стук и шипение в его усеянном вмятинами корпусе. – Вы, случайно, не Иеронима Хиддла имеете в виду? Лондонского коллекционера?

– Держите меня семеро, – изумлённо пробормотал Себастиан.

Люциус тоже не поверил своим ушам. Джеймс знает их подозреваемого?!

Потом он понял. «Ну конечно!»

– Что вы имеете в виду? – Механический человек мотнул серебристой головой. – Зачем вас держать? И почему именно всемером?

Тео рассмеялась.

– Это просто так говорится, Джеймс, – объяснила она удивлённому дворецкому. – Поговорка, понимаешь?

– И почему ты их никак не запомнишь? – вздохнул Харольд. Он подошёл к Джеймсу, критически его разглядывая. – Твоя база данных не забывает ни одного факта, но с поговорками и шутками ты по-прежнему не в ладах.

Джеймс виновато склонил металлическую голову:

– Мне очень жаль, сэр.

– Подождите, подождите. – Люциус встал с дивана и поднял руки. Нечаянная смена темы ему не понравилась. – Я правильно тебя понял, Джеймс? Ты знаешь мистера Хиддла?

– Совершенно верно, мастер Люциус, – ответил автомат Харольда. – Его имя мне знакомо.

– Дай угадаю, – понимающе улыбнулась Тео. – Из архива мистера Холмса, да?

– Верно. – Из Джеймсовых ушей-воронок вырвались облачка пара. Ему явно нравилось поднимать детям настроение. – Как уже говорил мастер Харольд, я могу хранить очень много данных и фактов, увидев их всего однажды. Например, адрес мадам Петровска.

– Или Иеронима Хиддла, – усмехнулся Себастиан. – Харольд, дружище, твой искусственный человек – настоящее чудо техники. Даже лучше твоей зажигалки. – Несмотря на напряжённую обстановку, Люциус улыбнулся. Воспоминание о вчерашнем вечере в музее было ещё свежо.

Харольд, конечно, ничего не понял и нахмурился:

– Моей зажигалки?..

– Не важно, – поспешно перебил его Люциус, отмахнувшись. – Вернёмся к Хиддлу, Джеймс. Где он живёт?

– Этого я не знаю, мастер Люциус, – ответил автомат.

Тео наморщила лоб:

– Но ты же только что говорил, что знаешь его по записям Холмса!

– Верно, леди Теодосия, – сказал Джеймс. – Но не его адрес.

– А что тогда? – скептически спросил Себастиан.

– Я знаю его местопребывание, мастер Себастиан. И время его возвращения в Лондон.

Люциус уже совсем запутался. Остальные, видимо, тоже. Они вопросительно посмотрели друг на друга, а потом снова на дворецкого.

К Харольду первому вернулся дар речи:

– Значит, Хиддла сейчас нет в городе?

– Совершенно верно, – рьяно закивал Джеймс, и его шарниры заскрипели. – Позавчера я среди прочего обнаружил на Бейкер-стрит полицейский отчёт, мастер Харольд. Согласно этому отчёту мистер Иероним Хиддл уже довольно долго находится под наблюдением Скотленд-Ярда. Его считают барыгой.

– Кем-кем? – переспросила Тео.

– Барыгой, – ответил Люциус. – Скупщиком краденого. Например, произведений искусства. Продолжай, Джеймс!

– В полицейском отчёте указан ряд мероприятий, которые планирует посетить мистер Хиддл в ближайшие недели. Вчера вечером он, по сведениям Скотленд-Ярда, посетил аукцион ценных картин в Оксфорде, – продолжал автомат. – Он должен сегодня вернуться. Его поезд прибывает на вокзал Паддингтон в четыре часа.

– Отлично! – Себастиан решительно хлопнул в ладоши. – Это наш шанс, друзья: мы отправимся на вокзал, подкараулим там Хиддла и сядем ему на хвост. В толпе этот сноб нас точно не заметит.

– Я тоже так считаю, – сказал Харольд. – Правда, он уже видел нас в музее, но вряд ли запомнил.

Люциус глубоко вдохнул и выдохнул. Напряжение прошедших часов начинало спадать. У них появился план!

– Чудесно. И где находится этот Паддингтон? – Он посмотрел на Теодосию.

Девочка покачала головой:

– Понятия не имею: я, как и ты, не местная.

– Но вы с вокзалом должны состоять в родстве, – поддел её Себастиан. – Вас же одинаково зовут.

– Чистое совпадение, – фыркнула она, но потом всё же улыбнулась.

– Ты что, невнимательно слушала вчера? – лукаво спросил Люциус. – Совпадений не бывает, Тео. Есть только магия и предчувствия!

Девочка кинула в него диванной подушкой.

Поездка в Оксфорд, похоже, не улучшила настроения Иеронима Хиддла. Когда долговязый коллекционер вылез из громко шипящего четырёхчасового поезда, который только что остановился в Паддингтоне, физиономия его была такой же мрачной, как тогда в музее.

– Похоже, он проиграл на аукционе, – злорадно пробормотал Себастиан. – Так ему и надо.

Четверо друзей сидели рядом на скамейке, прямо напротив платформы, где высадился Хиддл. Они хотели было спрятаться, когда поезд въехал в здание вокзала, но на вокзале царила такая толчея, что было всё равно, где ждать коллекционера.

Перед глазами то и дело мелькали спешащие взад-вперёд люди. Люциус видел тёмные зонты, закрученные усы под серыми котелками, женщин в юбках-луковицах. Рядом с билетной стойкой три автомата, которые по сравнению с Джеймсом выглядели так же просто, как бумажный самолётик рядом с дирижаблем, полировали клиентам обувь. Здесь и там в толпе шныряли мальчишки-газетчики, продавая свой товар. Рабочие толкали тележки с насосами к поездам, наполняли их свежей водой. Другие проверяли роскошные локомотивы в поисках дефектов, которые необходимо устранить перед продолжением поездки.

Люциус был доволен. Хиддл заметил бы их в этой суматохе, только если бы специально на них посмотрел или если бы они попались ему на пути, а этого друзья делать не собирались.

Их подозреваемый и в самом деле почти не смотрел по сторонам, быстрым шагом направляясь в здание вокзала. Двое носильщиков в униформе тащили за ним его багаж, в том числе, вопреки злорадству Себастиана, два предмета, завёрнутых в коричневую бумагу, которые могли быть только картинами в рамах.

– Вперёд, – сказала Тео и соскочила со скамейки. Друзья последовали её примеру, и они вместе пошли за носильщиками.

Паддингтонский вокзал был расположен в сравнительно спокойной западной части района Вестминстер. Построенный около пятидесяти лет назад, он ежегодно расширялся. На прилегающих к нему улицах располагались фешенебельные гостиницы вроде «Грейт Вестерн», наживающиеся на путешественниках, а обширная территория вокзала была целиком в распоряжении торговцев.

Люциус не переставал удивляться, войдя в большое здание вокзала, хотя проходил по нему всего полчаса назад. Оно и в самом деле было роскошным. В торговых палатках продавались фрукты и сэндвичи. Для пассажиров первого класса имелся зал ожидания. В стеклянных витринах были выставлены модели популярных лондонских достопримечательностей. Работники железной дороги, все без исключения мужчины в тёмных костюмах и фуражках, бродили между людьми и торговыми палатками, как полицейский наряд, и следили за порядком.

«Наверняка высматривают карманных воришек», – подумал Люциус. Он вспомнил ту ночь с матерью на шанхайском рынке, где его приняли за вора и чуть не арестовали. Неужели с тех пор и правда прошло два года?

Он быстро вытеснил воспоминания о матери, которые нахлынули на него вместе с картинками Шанхая. Сейчас не время предаваться ностальгии. Здесь речь шла о более важных вещах.

И кошельку мистера Хиддла опасность, похоже, тоже не грозила. Мужчина направлялся прямиком к выходу, и, несмотря на суету вокруг, Люциус слышал постукивание его трости по мраморным плитам.

Оказавшись на улице, Хиддл махнул рукой, подзывая паровой кеб.

– О нет, – прошептала Тео, увидев это. – Нам за ним не поспеть!

– Не волнуйся, – сказал Люциус. – Вон подъезжает следующий кеб.

В самом деле: багаж Хиддла не был ещё и наполовину погружен в кеб, когда на обочине у вокзала в полудюжине шагов от коллекционера остановился ещё один наёмный экипаж. Харольд без колебаний вытащил из недр рюкзака серебряную монету, подошёл ко второму извозчику и что-то прошептал ему на ухо.

Извозчик, здоровенный лысый парень по имени Билл, удивлённо посмотрел на Хиддла и его носильщиков, но потом кивнул и взял деньги.

Харольд вернулся к остальным:

– Скорее. Он поедет, как только Хиддл тронется. Нам нужно только залезть в кеб. Извозчик говорит, одного шиллинга хватит до Лаймхауса.

Так назывался один из районов большого города на Темзе – это знал даже Люциус. Он находился довольно далеко на востоке. Люциус надеялся, что карманных денег Харольда хватит на преследование коллекционера.

Друзья мигом забрались во второй кеб. Харольд откинулся на мягкую спинку сиденья. Себастиан с Люциусом высунулись в окна, глядя на экипаж перед ними.

– Они почти закончили, – тихо сообщил Себастиан. – Сейчас поедем.

Не успели они оглянуться, как их кеб тронулся с места, следуя за Хиддлом на безопасном расстоянии. Люциус с интересом разглядывал здания, мимо которых они проезжали. Он мало где бывал кроме Бейкер-стрит и «Воронова гнезда», поэтому эта часть Лондона ему была совершенно незнакома. Чем больше он видел, тем больше удивлялся фасадам домов, освещённых вечерним солнцем, фонтанам и паркам, статуям и колоннам. Или всё дело в обществе его друзей и их совместном приключении – потому и город кажется ему куда менее безобразным, чем в день приезда?

Однако там, куда, судя по всему, направлялся Хиддл, местность становилась всё уродливее. С начала погони прошло примерно три четверти часа, и центр города уже остался позади. Роскошные фасады сменились убогими грязными стенами, узкие дорожки были усеяны колдобинами. У стен домов возвышались горы отбросов. На углах, сунув руки в

– Боже, где мы? – поморщилась Тео.

– И что забыл здесь Хиддл? – недоумевал Себастиан.

Харольд отстранил его от прямоугольного окна и обратился к кучеру:

– Билл?

– Мы в Уайтчепеле, парнишка, – ответил тот, сплюнув. – Как по мне, ребятишкам тут не место. И тому франту, за которым вы гонитесь, тоже. Здесь отираются всякие мошенники, понял? А ещё выпивохи и прочие не самые приятные личности.

Несмотря на сильный диалект, Люциус его понял – и ему тут же пришла в голову мысль.

– Друзья, мы тут слишком заметны! – предостерёг он остальных.

– Это ещё почему? – не поняла Тео.

Люциус многозначительно на неё посмотрел:

– Два наёмных кеба впритык друг за другом – в этом неблагополучном районе?

Доктор Ватсон рассказывал мальчику об Уайтчепеле и о толпах нищих переселенцев, которые стекались в Лондон со всех уголков земли в надежде на лучшее будущее. Но мало кому здесь везло. По словам доктора, в последние годы Уайтчепел превратился в беднейший квартал города, где часто совершались преступления и разбивались мечты.

– Кроме того, – продолжал Люциус, – в нашем кебе сидят четверо детей – без няни или учителя! Мистер Хиддл вот-вот что-то заподозрит.

Себастиан кивнул:

– Согласен. Надо остановиться и дальше идти пешком. Стать невидимками, понимаете? Иначе велика опасность попасться. Помните, что говорил мистер Холмс? Хороший сыщик всегда остаётся незаметным.

– Но если мы здесь высадимся, Хиддл укатит у нас из-под носа, – возразила Тео. – А пока мы поймаем новый экипаж, мошенники, о которых говорил Билл, нас уже ограбят.

Харольд покрепче прижал к себе рюкзак.

Люциус выглянул в окно и вдруг улыбнулся:

– До этого дело не дойдёт.

Себастиан протиснулся к окну и тоже это увидел.

– Вот и отлично, – довольно пробормотал он. – Билл, можно остановиться.

Кучер тут же затормозил. Кеб остановился у грязного бордюра. Экипаж Хиддла – шагах в десяти за углом.

Люциус осмотрелся, вылез и осторожно выглянул из-за угла. Потом махнул друзьям, чтобы те следовали за ним.

– Ну что? – спросил Харольд, когда они присоединились к Люциусу. Себастиан поблагодарил кучера, и тот, ворча, поехал дальше – без них. – Видишь Хиддла?

Люциус помотал головой.

– Уже нет, – ответил он, когда мимо них проехал наёмный экипаж коллекционера – без пассажира. – Он вошёл в дом – вон там, впереди.

– Один? – удивилась Тео. – Если не ошибаюсь, носильщики всё ещё сидят в кебе. И чемоданы по-прежнему на крыше.

– Вот именно, – сказал Люциус. – Хиддл велел высадить себя здесь, а своих спутников и пожитки отправил домой. Что бы он ни задумал в Уайтчепеле, свидетели ему ни к чему.

– Не повезло ему, – сказал Себастиан. – Всё это крайне подозрительно.

Харольд выглянул из-за угла:

– Интересно, он прячет кристалл в этом доме?

– Могу поспорить, – ответил Люциус.

Смешавшись с жителями Уайтчепела, ребята молча зашагали в сторону нужного дома. Они держались поближе к стенам и смотрели в землю. Никто их не окликал. Пройдя несколько шагов, они оказались у двери, за которой скрылся Иероним Хиддл.

– Ну и лачуга, – пробормотал Харольд. Ему было явно не по себе.

Люциусу нечего было возразить. В длину дом был примерно как у Шерлока Холмса, но имел всего два этажа и выглядел заброшенным и обветшалым. По грязным каменным стенам тянулись широкие трещины. Несколько окон были заколочены досками, другие смотрели на мальчика смольно-чёрными слепыми глазами. Он вдруг вспомнил жуткий пустой город, который ему приснился.

– Заходим? – спросил Себастиан, уже положив руку на дверную ручку.

– Только, пожалуйста, тихо и осторожно, – сказала Тео. Значит, она не чувствовала опасности. По крайней мере, пока.

Дверь была не заперта. Ребята переступили порог. Их встретила темнота. Люциус чиркнул зажигалкой, которую так и не выложил вчера из кармана, и они увидели пол из кривых досок, ободранные обои, слой пыли толщиной в палец – и узкую лестницу в конце коридора.

– О, это же моя, – тихо заметил Харольд, указав на зажигалку.

– Потом верну, – прошептал Люциус.

Они тихо подкрались к лестнице и посмотрели наверх. На втором этаже горел свет – неровное пламя керосиновой лампы. Сверху доносились тихие голоса.

Люциус тут же погасил зажигалку. Себастиан осторожно ступил на лестницу – сначала одной ногой, потом другой. Ступени не скрипели. Друзья начали медленно подниматься наверх. Сердце Люциуса колотилось как во время бегства из Парижа.

Поднявшись на две трети лестницы, они остановились, поскольку голоса теперь были слышны очень отчётливо. Друзья затаили дыхание.

– Не понимаю, зачем встречаться в такой дыре, – возмутился один.

Люциус замер. Это был не Хиддл, но голос всё равно показался ему знакомым!

Второй рассмеялся:

– Думаете, я хочу, чтобы нас видели вместе? Меня – и с таким жалким типом, как вы? Я уважаемый человек, не забывайте! Кроме того, дорогой друг, некоторые очень плохо отнеслись бы к нашей маленькой сделке. Они бы назвали её преступлением. От них я предпочитаю держаться подальше. А вы разве нет?

Это был Хиддл. Никакого сомнения. Но с кем он говорил? И о чём?

– Сделке?! – фыркнув, повторил первый мужчина. – Вымогательство – более подходящее слово, Хиддл! Вы мерзкий мелкий…

– Но-но-но, – оборвал его коллекционер. – Возьмите себя в руки, мистер Грейнджер. Не забывайте, кто тут главный. Явно не вы.

Грейнджер? Люциус разинул рот от изумления и потрясённо посмотрел на Себастиана. Тот мрачно кивнул в полутьме.

«Это же помощник Аллана Квотермейна! – сообразил Люциус. – Тот самый, который спугнул нас во время первого визита в музейный подвал».

Что ему здесь надо? И какое отношение он имеет к похитителю кристалла Иерониму Хиддлу? Может, Грейнджер и рассказал этому Хиддлу, что находится в черепе Умбака? Если так, то он тоже виновен в краже.

– Итак, мистер Грейнджер, – продолжал Хиддл, – вы принесли то, что я просил?

– А если нет? – вызывающе ответил Грейнджер.

Хиддл вздохнул:

– Я что, не ясно выразился? Если вы не подчинитесь и не отдадите мне сокровища, я вас заложу. Тогда ваш босс Квотермейн и весь мир узнают, какой вы жалкий негодяй. «Таймс» напишет завтра, что вы аморальный тип, Грейнджер, и в вас нет ни капли порядочности. – Он сделал небольшую паузу. – Я думал, даже до вас это уже дошло.

Грейнджер застонал. Он беспокойно переминался с ноги на ногу – доски скрипели. Потом Люциус услышал тяжёлый вздох:

– Ну хорошо. Я дам вам два экспоната. В обмен на ваше молчание, Хиддл. И это всё. Согласны?

Коллекционер обиженно защёлкал языком:

– Тц-тц-тц. Вы и в самом деле тугодум. Пять! Таковы были условия сделки, и я не вижу причин их менять. Пять экспонатов – и вы меня больше не увидите. К тому же вы, кажется, забыли, что я не такой жулик как вы, Грейнджер. Я не прошу отдать мне сокровища даром. Я заплачу вам за них всю сумму, которую предлагал мистеру Квотермейну. – Снова пауза. – Я не стремлюсь к лёгкой наживе. Я коммерсант, а не вор. Я… Ну, просто я умею пользоваться случаем. – Он тихо засмеялся. Похоже, он был очень доволен собой.

Люциус удивлялся всё больше. Не вор?! Но ведь это Хиддл украл кристалл, разве нет? С другой стороны, непохоже, чтобы они говорили о золотом кристалле власти. Больше похоже на то, что Хиддл шантажирует Грейнджера. Должно быть, узнал о нём что-то, что ни в коем случае не должно просочиться наружу, и теперь требует от Грейнджера то, что ему отказался дать отец Себастиана: сокровища из Конгарамы для его коллекции.

– Давайте же, – торопил Хиддл собеседника, – распаковывайте вещи. Пока не покажете, что принесли, я вас отсюда не выпущу.

Послышался шелест материи. Похоже, Грейнджер открывал что-то вроде мешка.

– Доставайте всё, что есть. – Хиддл снова засмеялся. – Так-то лучше. Выкладывайте все сокровища – а то вам несдобровать.

И вдруг всё изменилось.

– Эй! – с угрозой воскликнул Хиддл. – Это ещё что такое? Не делайте глупостей!

В следующий миг верхнюю часть лестницы озарил ослепительно яркий неестественный свет. Бело-золотое сияние, казалось, проникало в каждую щель в стене – неумолимое и беспощадное, не ведающее преград. Кто-то застонал.

У Люциуса закружилась голова. «Кристалл власти, – пронеслось у него в голове. – Наверное, это магическое яйцо из черепа Умбака, и Хиддл применил его против Грейнджера!»

Не успев осознать, что делает, он поднялся на цыпочки и с любопытством, но в то же время осторожно выглянул из-за верхней ступени. «Только разочек взглянуть, – подумал он. – Посмотрю одним глазком, а потом…»

Увиденное заставило его похолодеть. Двое мужчин неподвижно стояли друг против друга. Но ярко светящийся кристалл-яйцо в поднятой руке держал не Хиддл, а Грейнджер!

– С меня довольно вашей болтовни! – возвестил тяжеловесный помощник великого Аллана Квотермейна. – Думаете, я вас боюсь? Ну вы и дурак! Вы даже не подозреваете, с кем имеете дело!

Хиддл уставился в пустоту. Он зашатался, как дерево на ветру, и лицо его приобрело пепельный оттенок.

– Я ничего не подозреваю, – пробормотал он будто во сне. Как позавчера Тео у мадам Петровска!

– Я повелеваю вам забыть меня, – сказал Грейнджер, направив на Хиддла сияющий кристалл-яйцо. – Когда чары спадут, вы забудете меня и мою тайну.

– Забуду, – безвольно повторил коллекционер.

Тео схватила Люциуса за руку. Мальчик слышал, как за спиной у него тихо сопит Харольд, но не шевелился – не мог отвести глаз от происходящего.

– Вы всего лишь червь, – сказал Грейнджер. – И вы больше никогда ко мне не явитесь. Ни в Лондоне, ни где-либо ещё.

Хиддл выдохнул:

– Ни где-либо ещё.

Вдруг лицо Себастиана оказалось совсем рядом с ухом Люциуса.

– Бежим отсюда, – шепнул он. – Скорее.

Люциус кивнул. Опустив голову, он взял Тео за руку и осторожно повернулся на лестнице… И вдруг услышал громкий стук. Зажигалка Харольда выпала из кармана его куртки и ударилась о ступеньку!

Ужасный свет кристалла тут же погас.

– Кто здесь? – крикнул Грейнджер. – Эй!

В первое мгновение Люциус замер от ужаса. Тео побледнела как мел. Люциус повернул голову и проследил за её взглядом.

На верхней ступеньке, всего в паре шагов от них, стоял мистер Грейнджер. Его лицо исказила ярость, а в руке он всё ещё сжимал золотой кристалл власти.

– Ни шагу, сопляки! – прошипел он.

Себастиан не колебался.

– Бежим! – крикнул он, и четверо друзей в панике скатились по ступенькам на первый этаж и бросились к двери.


Глава 9 Нападение в темноте | Люциус Адлер. Тайна золотого кристалла | Глава 11 В ловушке