home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 2. Роман

В конце ХХI века все ожидали войны. И, наконец, все поняли: это случится вот-вот… Роман гнал машину, спешил больше ради Сони, чтобы она не волновалась — они успеют.

Им везло много больше, чем другим, хотя странно было говорить о везении в преддверии страшных событий. Но нужная им автострада была свободной. Какой сумасшедший двинется навстречу будущему переднему краю? Люди спешили эвакуироваться, и вот те-то дороги, что вели вглубь страны, вдаль от городов, и были забиты автомобилями, грузовиками, велосипедами. Многие шли пешком.

Машины временами гудели, больше от безнадежности — пробки образовались колоссальные. На взгляд Сони, можно было наплевать на дороги — и выбираться любыми путями — хоть по полю ехать, хоть по тропе, через лес. Неважно. Какие могут быть правила, если окружающий мир через несколько часов, возможно, перестанет существовать.

А сами-то они вменяемые? Прямо под ракеты едут.

— Ромка, там действительно надежное место?

Этот вопрос с утра она задала, по крайней мере, в десятый раз.

— Нет, я все понимаю, ты гениальный ученый, твою жизнь нужно сохранить, но прости, я все-таки не могу поверить — там безопасно?

Роман кивнул.

Соня не была паникершей. А партнером в работе — просто идеальным. Увлеченная тем же делом, признающая его авторитет, никогда ничего не забывающая, лишенная умения обижаться — Соня. Измучилась она, бедняга, за эти дни, когда решался вопрос об их дальнейшей судьбе.

Роман настаивал — их работа может пригодиться во время войны, еще как! Не зря они в последние годы занимались лучевой болезнью. Да хоть простыми врачами пойти им с Соней…

Но со стороны руководства прозвучало решительное «нет». Таких ученых, как господин Витаев надо сохранить…  Не зря были затрачены большие средства на постройку надежного убежища.

К политике Роман чувствовал прямое отвращение. Но его научные изыскания могли пригодиться тому же руководству страны, если после применения ядерного оружия, проблемы со здоровьем возникнут у Президента и его окружения.

Соня в такие тонкости не вдавалась. Ей просто было страшно. Потная, не накрашенная, с опухшими глазами, она готова была задремать на заднем сидении. Но ей, видно, здорово действовала на нервы поездка по этой пустынной дороге. Соня достала термос с кофе, отвинтила крышку.

— Будешь? — спросила она у Романа.

И, когда тот мотнул головой, начала снова:

— Я понимаю, они вложили столько денег. Все-таки, ты ученый мирового уровня… Ты должен уцелеть. Но чего-то мне кажется, что мы лезем аккурат — тигру в пасть.

«Когда приедем, надо будет дать ей успокоительное», — подумал Роман. И обернулся с улыбкой:

— Сейчас сама увидишь.

Уже кончился лес, и замелькали коттеджи поселка, но Соня не успокоилась.

— Смотри, и тут пусто. Все умные люди уехали. Может, пока не поздно…

Роман направил машину к одному из коттеджей. Мирная картина предстала их глазам. Двухэтажный белый дом, окруженный лужайкой. У входа — розы: красные, желтые, белые. Невысокие, покрывающие клумбы ковром, и плетущиеся, будто волною накрывшие специальные опоры. Тихо-тихо, только птица в саду отчетливым, каким-то неземным голосом просила: «пить-пить-пить»…

Роману было грустно. Дом его детства. Он помнил эти деревья, их ветки, на которые он карабкался. Еще стоит в саду собачья будка, где жил сенбернар Джек, его вечный спутник в прогулках. Сколько всему этому осталось?

Соня первой выбралась из машины. Она пошла к дому так быстро, что сомнений не было: если место покажется ей ненадежным, она тут же заберется обратно в джип, и поедет туда «где все». Роман двинулся за ней, на пороге помедлил, погладил входную дверь, выкрашенную белой краской.

— Направо, Соня.

В маленьком коридоре, прямо под лестницей, ведущей на второй этаж, была малоприметная дверца, ни дать, ни взять — ведущая в чулан.

Роман достал из кармана связку ключей, повернул один из них в замке.

— Входи.

— Сюда? В эту конуру? И вещи сюда заносить?

Еще больше Соня поразилась, увидев металлическую коробку, которая, видимо, была кабиной лифта. На запястье Роман носил металлический браслет с неброскими синими кристаллами. Соня никогда не спрашивала, почему он так им дорожит. Сейчас Роман нажал на один из кристаллов, и кабина плавно заскользила вниз.

Они ехали в лифте, и спуск был нескончаем. И чем дольше он длился, тем спокойнее делалась Соня. Наконец, лифт остановился. Роман нажал еще на один синий кристалл, и в стене образовался люк, высотой в человеческий рост. За ним была площадка, напоминающая лестничную клетку.

Роман подобрал другой ключ из связки и отпер дверь.

— Входи.

Соня поставила сумку — огромную, черно-синюю, с вышитым гербом страны — как она оттянула ей руки! И с любопытством осматривалась. Ей-богу, обычная квартира. По левую руку небольшая комната, предназначенная, очевидно для отдыха. Диван, обтянутый светлой кожей, огромный телевизор — во всю стену, несколько полок с книгами. На полу большой ковер с ярким узором.

Здесь было даже окно! Высококачественный стерео пейзаж: тропики, на пустынный песчаный берег накатываются умиротворяющие, прозрачные волны, а у лазурного неба колышут головами пальмы.

Напротив — ванная комната. Стены выложены голубым кафелем. Есть и душ, и стиральная машина.

Соня открыла следующую дверь. Самое большое помещение. Полки, как в библиотеке, только на них не книги, а банки и бутылки. Полный запас консервированных продуктов. Тут же — плита и обеденный стол.

Налево — комната, кажущаяся пустой. Одни стены.

— А здесь что? — недоуменно спросила Соня.

— Спальня. Сейчас объясню.

— А за теми дверями, дальше?

— Мой кабинет и аварийный лифт.

— Разве тем же путем вернуться будет нельзя?

— Когда начнется война, дом превратится в руины.

Они вернулись в спальню: пустую серебристую коробку.

— Смотри, — Роман щелкнул клавишей на стене у входа.

Правая стена плавно отодвинулась и Соня ахнула. Две кабины, и в каждой — постель и телевизор, и автомат, чтобы получить чашку кофе…  Все было таким простым, уютным. Без лаконичной строгости военного времени. Они будто снова вернулись в мирные дни.

Убежище Соне страшно понравилось. Первым делом она отправилась смывать с себя дорожную грязь, и не покидала ванную комнату больше часа. Вышла в розовой пижаме, в полотенце, красиво обернутом вокруг головы, благоухающая то ли шампунем, то ли ароматической солью.

— Господи, как же хорошо…

Соня пошла готовить ужин, варить кофе. Самые простые действия доставляли ей сейчас удовольствие. Наконец-то, безопасность. Она загнала за стол Романа, и потребовала у него открыть вино. Он видел, что она смертельно устала, но не мешал ее радости. Потом он проводил ее в спальню.

Соня легла, он укрыл ее одеялом в белоснежном пододеяльнике — таком хрустяще-свежем. Нажал на кнопку в изголовье. Мягко засветился экран по левую руку. И Соне показалось, что она перенеслась из подземного убежища в иное время — на сотни лет назад…  Еще один стерео пейзаж. Она будто лежала в деревенском доме у окна, а за ним моросил мелкий осенний дождь. Стало свежо, и Соня почувствовала запах этого дождя. Он убаюкивал, успокаивал.

— Спи, — сказал Роман, и опустил панель, отгораживающую ее уголок.

Он сварил себе крепчайший кофе и прошел в кабинет. Как ни устал он, но знал, что в эту ночь не уснет. Приборы передавали данные о том, что происходит наверху, картинка была на экране монитора.

Он сел за другой компьютер, прихлебывал кофе, раскладывал электронный пасьянс и ждал.

На земле вечерело. Краски сделались приглушенными, как на гобелене. Тишина стояла в опустевшем поселке. Пустынная улица, такие мирные дома. В слабом ветре трепетали листья берез.

— Может, хоть это место уцелеет? — думал он.

Приборы бесстрастно передавали то, что происходило наверху, а он ждал. Наивные мысли мучили его — о тех, кто сейчас собрался решать судьбу мира: «Какое право имеют обрекать они на смерть вот эту березу? Цветы? Разве та кошка, что сейчас мелькнула за забором, знает, что ждет ее этой ночью? Какое право у них есть распоряжаться ее жизнью?»

Но спросить с них за это мог только Бог.

Когда небо на востоке осветилось красным, он понял — началось. И нужно было отойти, потому что вершится нечто чудовищное. Но Роман не мог заставить себя оторваться от экрана.

Багровое зарево горело и час, и два…  Сколько еще продержится этот островок, где по-прежнему боязливо трепетали листьями березы?

Вдали, в небе — отчетливые и вместе с тем нереальные, как на компьютерной «войне» поплыли три черных машины. Они шли — низко над землей — чудовищные в своем смертоносном могуществе.

И тогда Роман увидел женщину, бегущую по улице. Он не знал возраста ее, он не думал, будет ли тратить машина боевой заряд, чтобы уничтожить эту одинокую фигуру.

Он понимал, только насколько она беззащитна. Он вскочил, и побежал к аварийному лифту. Спустя несколько минут, он уже был на поверхности. Воздух был горяч и тих, краски — фантастически яркие, и машины — как из кошмарного сна..

— Сюда! — крикнул он женщине.

Она была уже совсем близко. И — синяя вспышка, в которой исчез мир…


* * * | Мед багульника (сборник) | Глава 3. Арсений Михайлович