home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



БАЛЛАДА О ДЕТСТВЕ

Час зачатья я помню неточно.

Значит, память моя — однобока.

Но зачат я был ночью — порочно

И явился на свет не до срока.

Я рождался не в муках, не в злобе —

Девять месяцев это не лет…

Первый срок отбывал я в утробе.

Ничего там хорошего нет.

Спасибо вам, святители,

Что плюнули да дунули,

Что вдруг мои родители

Зачать меня задумали

В те времена укромные,

Теперь почти былинные,

Когда срока огромные

Брели в этапы длинные.

Их брали в ночь зачатия,

А многих даже ранее.

А вот живёт же братия,

Моя честна компания.

Ходу, думушки резвые! Ходу!

Слова, строченьки милые, слова!

Первый раз получил я свободу

По указу от тридцать восьмого.

Знать бы мне, кто так долго мурыжил,

Отыгрался бы на подлеце!

Но родился, и жил я, и выжил —

Дом на Первой Мещанской, в конце.

Там за стеной, за стеночкою,

За перегородочкой

Соседушка с соседочкою

Баловались водочкой.

Все жили вровень, скромно так,

Система коридорная,

На тридцать восемь комнаток

Всего одна уборная.

Здесь на зуб зуб не попадал,

Не грела телогреечка,

Здесь я доподлинно узнал,

Почём она, копеечка.

Не боялась сирены соседка,

И привыкла к ней мать понемногу.

И плевал я, здоровый трёхлетка,

На воздушную эту тревогу.

Да, не всё то, что сверху, — от Бога.

И народ зажигалки тушил,

И как малая фронту подмога —

Мой песок и дырявый кувшин.

И било солнце в три луча,

Сквозь дыры крыш просеяно,

На Евдоким Кирилыча

И Гисю Моисеевну.

Она ему: — Как сыновья?

— Да без вести пропавшие!

Эх, Гиська, мы одна семья,

Вы — тоже пострадавшие.

Вы тоже пострадавшие,

А значит, обрусевшие,

Мои — без вести павшие,

Твои — безвинно севшие.

Я ушёл от пелёнок и сосок,

Поживал, не забыт, не заброшен,

И дразнили меня «недоносок»,

Хоть и был я нормально доношен.

Маскировку пытался срывать я:

— Пленных гонят! Чего ж мы дрожим

Возвращались отцы наши, братья

По домам. По своим да чужим.

У тети Зины кофточка

С драконами да змеями —

То у Попова Вовчика

Отец пришёл с трофеями.

Трофейная Япония,

Трофейная Германия.

Пришла страна Лимония,

Сплошная Чемодания.

Взял у отца на станции

Погоны, словно цацки, я.

А из эвакуации

Толпой валили штатские.

Осмотрелись они, оклемались,

Похмелились — потом протрезвели

И отплакали те, кто дождались,

Не дождавшиеся — отревели.

Стал метро рыть отец Витькин с Генкой,

Мы спросили: — Зачем? — он в ответ:

— Коридоры кончаются стенкой,

А тоннели выводят на свет.

Пророчество папашино

Не слушал Витька с корешом,

Из коридора нашего

В тюремный коридор ушёл.

Да он всегда был спорщиком,

Припрут к стене — откажется.

Прошёл он коридорчиком

И кончил стенкой, кажется.

Но у отцов свои умы,

А что до нас касательно —

На жизнь засматривались мы

Уже самостоятельно.

Все, от нас до почти годовалых,

Толковище вели до кровянки.

А в подвалах и полуподвалах

Ребятишкам хотелось под танки.

Не досталось им даже по пуле —

В ремеслухе живи да тужи.

Ни дерзнуть ни рискнуть — по рискнули

Из напильников делать ножи.

Они воткнутся в лёгкие,

От никотина чёрные,

По рукоятки лёгкие

Трёхцветные, наборные.

Вели дела обменные

Сопливые острожники.

На стройке немцы пленные

На хлеб меняли ножики.

Сперва играли в фантики,

В пристенок с крохоборами.

И вот ушли романтики

Из подворотен ворами…

Было время — и были подвалы.

Было дело — и цены снижали.

И текли куда надо каналы

И в конце куда надо впадали.

Дети бывших старшин да майоров

До ледовых широт поднялись,

Потому что из тех коридоров

Вниз сподручней им было, чем ввысь.

[1975]


ПЕСНЯ О РОССИИ | Не вышел из боя | Ах, милый Ваня, я гуляю по Парижу