home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 8


Наученные многолетней службой и горьким опытом, мы с Керсом всегда заводим магический будильник перед важными делами. Магический будильник — это такой небольшой артефакт в форме часов, который звонит, когда нужно вставать. Бодрые и отдохнувшие, мы встали ровно в четверть восьмого, проверили сумки, выпили на дорогу чаю и под торжествующе-понимающие взгляды сестер отправились истреблять зло в патруль.

Если быть до конца честной, то патруль давно стал настолько неотъемлемой частью моей жизни, что страх уже притупился. Однако измененная форма нежити, не реагирующая на темную магию, в корне меняла дело. То, чему нас научили на факультативе по боевой магии в Университете, намертво въелось кожу: четыре основных заклинания по уничтожению сумеречных тварей. Никто и никогда не говорил нам, что однажды они не сработают. Единственное мое оружие — это заклинание света, но в остальном же я беспомощна, как слепой котенок: все эти мужские игрушки — мечи, сабли, кинжалы, — все прошло мимо меня. Я немного умею стрелять из арбалета, но боевые арбалеты слишком тяжелы, чтобы их могла легко поднять такая хрупкая девушка, как я. Может, Роди был прав, и место женщины вовсе не на войне?

— О чем задумалась? — тихонько тронул меня за плечо Керс, когда мы уже подходили к полигону.

— Да так, — очнулась я от своих невеселых мыслей. — Лезет всякое в голову.

— Не накручивай себя перед патрулем. Мы все-таки на задание идем, Лия, — посоветовал друг.

— Буду стараться, сержант, — отшутилась я и перевела тему. — Как думаешь, кто придет раньше: мы или они?

— А тут и думать нечего, ты просто посмотри, — указал рукой Керс в сторону полигона. Я послушно уставилась в указанном направлении и обнаружила пасшуюся неподалеку троицу магов. Рядом были привязаны их лошади.

— Стоп, Керс, только не говори мне, что мы поедем на лошадях! — воскликнула я.

— Лия, ты же прекрасно понимаешь, времени у нас меньше, чем обычно, верхом будет быстрее.

— А как же я? Ты же знаешь, что я до смерти боюсь этих животных!

— Поедешь со мной или с Раулем. Давай ты будешь послушной девочкой, поздоровайся с дядями и подожди, пока я схожу с конюшню за лошадью, — легонько подтолкнул меня в спину Керс. Я же стояла как вкопанная и не могла и с места сдвинуться. Керс, не церемонясь, схватил меня за руку и поволок к злополучной троице, которая уже с интересом наблюдала за нашим приближением.

— Привет, парни, это Лия, она боится лошадей и только сейчас узнала, что наш сегодняшний патруль будет конным, — выпалил Керс на одном дыхании, таща упирающуюся меня за руку. — Она в целом девочка очень смелая, но насчет лошадей у нее отдельный пунктик. Ваша задача — не дать ей сбежать, пока я схожу в конюшню и выберу там самую смирную лошадку. Задание понятно?

— Понятно, сержант, — серьезно кивнул Нортон, забирая мою ладонь у Керса. — Без госпожи Вэльс наш патруль не имеет смысла, так что мы будем беречь ее.

— Вот и славненько, — заключил Керс и оставил меня один на один с тремя боевыми магами.

— Вы не боитесь трогать руки у трупа и боитесь лошадей? Вы не перестаете нас удивлять, госпожа Вэльс! — усмехнулся Штондт.

— Рада стараться, — вяло огрызнулась я.

— Госпожа Вэльс, позвольте узнать, — вкрадчиво начал Эндсон, — каких еще сюрпризов нам ждать в патруле?

— Дайте-ка подумать, господин Эндсон… Я могу превратить патруль лично для в вас в кромешный ужас, если вы не перестанете задавать глупые вопросы и приближаться ко мне на расстояние вытянутой руки, — рявкнула я.

— Понял, надо было сразу так и сказать, — ответил этот шут, поднимая руки вверх. Я только фыркнула и отвернулась.

— Почему же вы так боитесь лошадей, госпожа Вэльс? — тихонько спросил Нортон, продолжая аккуратно сжимать мою ладонь.

— Извините, это вас не касается, — сухо ответила я.

— Не касается, конечно. Я просто хотел поддержать разговор.

— Разве по мне видно, что я нуждаюсь в ведении каких-либо бесед? — спросила я, вызывающе глядя ему прямо в глаза.

— Нет, по вам видно, что вы слишком сильная и независимая женщина, чтобы признаться хоть в какой-нибудь слабости, — ответил Нортон, не отводя взгляд.

— Оставьте эту доморощенную философию вашему ловеласу Эндсону, вам не к лицу говорить такие пустые вещи, — раздраженно повела я плечами и сделала попытку выдернуть свою ладонь из цепких пальцев темного мага.

— Я действительно считаю вас очень сильной и смелой женщиной. Немногие смогли бы кинуться на помощь среди ночи незнакомым магам, — усилил хватку Нортон, не давая мне и шанса освободиться.

— Благодарю за комплимент, — церемонно произнесла я, а Нортон так же церемонно склонил голову. Прямо королевский двор на выезде!

— Если вы так сильно боитесь ездить верхом, то как раньше ходили в патруль? — не удержавшись, через некоторое время полюбопытствовал Нортон.

— Раньше мы всегда ходили пешком, спешить было некуда, темных магов было больше, а нежить имела милое обыкновение от темной магии дохнуть, — язвительно ответила я и ужасно обрадовалась, когда заметила идущих к нам Керса и Рауля. Каждый из них вел под уздцы коня из специально выведенной боевой породы: смирные, послушные, коренастые и очень выносливые, эти лошади были идеальными спутниками для воинов. Я тяжко вздохнула и приготовилась к неизбежному.

— А вот и мы! — воскликнул Керс. — Никто, надеюсь, не обижал мою девочку?

— Такую обидишь, — буркнул Эндсон, за что тут же удостоился пристального взгляда Керса.

— Дорогая, для тебя лошадки не нашлось! — заявил после гляделок с Эндсоном Керс.

— Это означает, что вы, мальчики, обойдетесь без меня? — спросила я с надеждой.

— Мы можем скинуться и в благодарность за спасение подарить госпоже Вэльс пони или ослика, — очень серьезно предложил Эндсон. Повисла пауза. Боюсь, что я была далека от самоконтроля и спокойствия, поэтому, не сдержавшись, тут же выпалила в ответ:

— А давайте лучше скинемся и отправим господина Эндсона в очень интересное пешее путешествие!

— Это туда же, куда ты хотела отправить того неудачливого поклонника, который таскал тебе в лечебницу букеты из полыни? — с любопытством уточнил Керс.

— Именно! А если ты еще сам хоть слово скажешь, пойдешь сопровождать этого особиста, — угрожающе прошипела я.

— Господин Керс, — доверительно наклонился к моему другу Эндсон, — а вы уверены, что ваша подруга здорова? Я начинаю всерьез опасаться за свою жизнь.

— Что вы себе позволяете?! — разъярилась я. Это было последней каплей. — Вы являетесь сюда из столицы, толку от вас никакого, но почему-то вы считаете возможным оскорблять меня!…

— Лия, прекрати! — остановил меня Керс. — Помнишь, что я тебе обещал?

Я непонимающе уставилась на Керса.

— Вот уж память девичья, — закатил глаза тот. — Я обещал тебе набить ему морду, если он будет себя плохо вести. Так?

Я резко повеселела и разулыбалась, чего об Эндсоне сказать было нельзя.

— Господин Эндсон, — повернулся Керс к помрачневшему особисту, — здесь вам не капитанская приемная, политесов разводить я не стану: будете цепляться к Лии хоть по какому-нибудь ничтожному поводу или вдруг приставать к ней начнете, я вам морду набью, а Лии запрещу вас лечить. Вам ясно?

— Предельно, господин Керс, — ответил Эндсон. Керс потерял к нему всякий интерес и вернулся к насущным проблемам:

— Так вот, Лия, для тебя спокойной лошадки не нашлось, а наши с Раулем скакуны могут быть немного агрессивными для тебя. Господа, теперь вопрос: кто возьмет Лию к себе в седло? У кого из вас достаточно смирный и спокойный конь?

Больше всего мне хотелось ехать с кем-то из своих — с Керсом или, на худой конец, с Раулем. Не думаю, что после закаченной мною истерики кто-то из несчастных магов хотел иметь под боком всю дорогу такую неспокойную и непредсказуемую дамочку, как я. Однако я очень сильно ошибалась.

— Госпожа Вэльс, — тихонько потянул меня за руку, которую так и не отпустил, Нортон, — давайте я возьму вас к себе. Мой конь — смирный и выносливый, двоих выдержит.

— Давайте, — покорно согласилась я. Нортон всяко лучше этого наглого особиста.

— Вот и славненько. По коням! — скомандовал Керс, и господин Нортон отправился седлать лошадь, наконец-то отпустив меня на свободу.

— Керс, а ты ничего не забыл? — спросила я многозначительно.

— Ах, да! Держи, — кинул он мне маленькую фляжку. — Только не переборщи, мы все-таки в патруль идем, а не на праздник.

— Кто знает меру, тот знает все, — провозгласила я, открутила пробку и приложилась к фляжке.

— Что это? — с интересом спросил подошедший Нортон, ведя за собой на вид вполне смирного коня.

— Это успокоительное. Мне необходима лошадиная доза, — ответила я и сделала еще пару глотков. Нортон приблизился и, отобрав у меня фляжку, принюхался.

— Это больше похоже на коньяк, — заметил он.

— Если быть точным, то это настойка. Но вообще-то это успокоительное, — флегматично ответила я, забирая фляжку обратно.

— И часто вам приходится успокаиваться?

— Как достанут, так и приходится. Идем?

— Идем, — усмехнулся Нортон. — Сами залезете или вас подсадить?

— Подсадить, а мой мешок прицепить к седлу, — раскомандовалась я.

— А больше ничего вы не хотите? — поразился моей наглости Нортон.

— Хочу, но сильно сомневаюсь, что от вас. Подсаживайте, я готова.

Нортон приблизился вплотную и обхватил мою талию руками, легко приподнимая меня и закидывая в седло. Затем он прицепил мой мешок и уселся сам.

— Может, вы лучше за спину сядете?

— Нет, я лучше впереди, а то меня укачивает.

Нортон не сдержал смешка:

— Я думал, успокоительно должно вам помочь.

— Оно помогло, я стала намного добрее, разве вы не видите?

Нортон засмеялся и тронул поводья. Все остальные тоже были готовы, и мы отправились в путь.

Жизнь — иногда такая непредсказуемая вещь. Например, всегда. Кто знал, что сегодняшним сентябрьским вечером, вместо вожделенного похода в лес за травами с Серым, я поеду в патруль с темными во всех отношениях магами сражаться с сумеречными тварями? Долго думать в тишине не получилось, к счастью, ибо неизвестно, до чего бы я там еще додумалась, потому что ко мне с вопросом обратился Керс:

— Лия, ты фляжку мне не хочешь вернуть?

— Не могу. Вдруг мне понадобится еще успокаиваться, ситуация-то непростая.

— Это точно, — вставил осмелевший Эндсон.

— Мне вот, знаешь, что непонятно? — спросила я, не обращая никакого внимания на особиста.

— Что?

— Предыдущий период истончения купола пришелся аккурат на начало лета и длился до августа. Помнишь, ты приехал ко мне, когда капитана ранили?

— Да, и? — недоумевал Керс.

— А сейчас сентябрь, получается, что даже месяца не прошло после прошлого прорыва?

— Может, это все один и тот же прорыв?

— Нет, — покачала головой я, — перерыв был, уж поверь мне: мы с коллегами где-то с момента ранения капитана и до вчерашнего нападения на наших друзей ничего не слышали о нежити и никого после нее не штопали.

— Не могу никак понять, к чему ты клонишь?

— По-моему, госпожа Вэльс пытается сказать, что нападение на нас этих тварей выглядит несколько странно, — вмешался в наш разговор Нортон. От его близко раздавшегося голоса и теплого дыхания я поежилась. — Вам холодно?

— Нет, — чуть хрипло ответила я и, прочистив горло, уже громче продолжила, — но это именно то, что я имела в виду. Вам не кажется это странным?

— Вы думаете, нас ждали? — серьезно спросил Штондт.

— А почему нет? Или ваша командировка сюда была строго секретна, и совсем никто не знал, куда вы едете?

— Нет, — вновь пощекотал своим дыханием мои волосы Нортон. — Особой тайны из нашей поездки никто не делал. Мы даже не предполагали, насколько здесь все серьезно.

Мы все замолчали и погрузились каждый в свои мысли. В Корлине медленно темнело, жители спешили поскорее укрыться в своих домах: комендантский час, введенный капитаном, вот-вот начнет действовать. Мы покинули город и направились в сторону леса — как раз там начинались Сумеречные земли. Настойка Керса сделала свое дело и помогла мне взять себя в руки. Наверное, со стороны я выглядела форменной истеричкой, но боязнь лошадей для меня была действительно очень сильным страхом.

Все началось давно, когда я была совсем маленькой. У отца был свой конезавод, и он подарил мне пони на мой пятый день рождения. С самых ранних лет я научилась держаться в седле и к десяти годам уже была хорошей наездницей. Мама, во всем поддерживая отца, тоже увлекалась лошадьми. Они вообще были очень красивой и гармоничной парой, — по крайней мере, так говорил мне Роди. Сама я мало что-то помню, потому что родители погибли, когда мне было двенадцать — лошади, которых они так любили, понесли во время охоты. Я осталась сиротой, и Роди стал моим опекуном. Боязнь лошадей — самое страшное и болезненное напоминание о детстве.

Мы подъехали к самой границе Корлинского леса, когда уже совсем стемнело. Ночью заезжать в Сумеречные земли — слишком опасно, поэтому мы решили заночевать здесь, а на утро отправиться в бывшие владения темного мага древности.

— Вы спуститесь сама или вам помочь, госпожа Вэльс? — вежливо спросил Нортон, пока другие участники нашей боевой группы спешивались.

— Помогите мне, пожалуйста, — мягко ответила я. Нортон ловко соскочил с коня и также ловко, но вместе с тем аккуратно, помог мне.

— Благодарю, — искренне поблагодарила я и, не дожидаясь ответной любезности, поспешила к Керсу, который уже привязал свою лошадь к нижней ветке раскидистого дуба. Сколько себя помню, все патрули начинались именно с этого места: небольшая поляна, отделяющая Корлинский лес от Сумеречных земель, которую как будто бы охраняют три больших дуба, таких же древних, как наша империя. Как раз в тени этих могучих деревьев мы всегда устраивали свою первую стоянку перед началом патруля, поэтому я отлично представляла себе, что нужно делать. Впрочем, как и Рауль с Керсом, которые уже вовсю занимались устройством нашего места ночевки.

— Так, господа, лошадей привязываем вот сюда, за эту веточку, — махнул рукой Керс.

— Под этими деревьями разводим костер и готовим ужин. Пока кто-то собирает ветки для костра, часть из нас занимается лошадьми. Еще нужно поставить щиты вокруг нашего лагеря, — изложил привычный план действий Рауль.

— Давайте распределяться, — с делано тяжелым вздохом вставил Керс.

— Мы с Эндсоном поставим щиты, — отозвался Штондт.

— Я иду собирать ветки для костра. Кто со мной? — спросила в свою очередь я.

— Позвольте, я пойду с вами, — тут же предложил Нортон. Я вообще-то рассчитывала, что Керс его опередит, поэтому послала другу возмущенный взгляд. Он беззаботно мне подмигнул и, похлопав Рауля по плечу, сказал:

— Идем, друг, будем кормить лошадок.

Мне не оставалось ничего иного, как отправиться с Нортоном по дрова. Взглядом попросив темного мага следовать за собой, я пошла в сторону Корлинского леса. Мы никогда не рубили дубы на топливо для костра, поэтому приходилось совершать небольшие пешие прогулки.

Мы шли в полной тишине и, если на минутку забыть о цели нашего визита, то можно было бы наслаждаться чуть прохладным воздухом, лесной магией и шелестящими листьями. Идиллию нарушил тихий голос Нортона:

— Стойте! — я мгновенно повиновалась приказу и, развернувшись к магу, спросила шепотом:

— Что случилось?

— Не знаю, но такое чувство, что здесь кто-то есть. Максимальная готовность. Режим боя, — четко и по-военному отдал команды Нортон. Мы даже в лес не успели толком углубиться и совсем не далеко отошли от нашей стоянки! Что за напасть такая? Мой напарник оттеснил меня за спину и легкой упругой походкой пошел вперед совершенно бесшумно. Я, стараясь ему подражать, тихонько кралась следом. Через пару минут напряженного вглядывания в темноту и ожидания подвоха мы добрались до начала леса.

— Что дальше? — спросила я командира.

— Собирайте ветки, и уходим обратно.

Я шустро нагнулась и быстренько начала собирать сухой хворост. Может, чутье подвело бравого мага?… Мои хрупкие нервы с трудом выдерживали такой накал страстей, и подвешенное на кончиках пальцев заклинание вот-вот готово было сорваться в неведомого противника. Надо мной горой возвышался Нортон, выплетая одновременно и защитные, и атакующие заклинания. Когда напряжение уже звенело в ушах, из леса выскочило какое-то светлое пятно, которое стремительно приближалось к нам. Я бросила собранный хворост и встала рядом с Нортоном.

— Ничего не бойтесь, — шепнул он, вскидывая руку с почти завершенными заклинаниями.

— Командуйте, господин Нортон, — просто ответила я.

— Вам не кажется, что в такой ситуации целесообразнее обойтись без этого официоза?

— Определенно. На ты и по имени? — предложила я.

— Идет… Лия, — улыбнулся Нортон.

Такой разговор во время боя, казалось бы, весьма неуместен, но очень полезен — ты успокаиваешься и настраиваешься на предстоящую схватку.

Тем временем неизвестный приблизился на расстояние в пару метров и оказался моим Серым. Я не сдержала вздоха облегчения и уничтожила незаконченные заклинания. Повернувшись к недоумевающему Нортону, я успокоила и его:

— Разве вы не помните Серого? Это же он тогда привел вас в мой тупик!

— Помню, — отозвался маг, сбрасывая в свою очередь все наверченные заклинания. — Только мы перешли на ты, разве нет?

— Конечно, — подтвердила я свое согласие и обняла за шею Серого, который чуть не сшиб меня с ног в порыве радости. — Что с тобой, милый, куда ты так спешил?

— Разве ты не должна представить меня своему волку? — прервал мое воркование Нортон.

— Он уже вас всех знает и принимает, иначе бы мне пришлось сейчас его оттаскивать от тебя, — ответила я, поднимаясь с колен. Серый удивил и обрадовал меня одновременно. Не так часто он ходил со мной в патрули, и, чего уж скрывать, я очень скучала по нему.

В приподнятом настроении я собрала разбросанный хворост и, подмигнув опешившему Нортону, зашагала обратно. Серый ленивой трусцой бежал рядом.

— Давно у тебя этот волк? — полюбопытствовал маг, присоединившись ко мне через минуту.

— Давно, — односложно ответила я, не спеша вдаваться в подробности. Нортон оказался из понятливых и настаивать на продолжении нашего разговора не стал.

Когда мы вернулись к нашему временному лагерю, то там вовсю уже кипела работа по установке щитов. Мужчины сгруппировались и совместно выстраивали щиты, придумывая какие-то сложные комбинации. Наше появление было замечено Керсом — он, на миг оторвавшись от столь увлекательного занятия, помахал нам рукой. Я сгрузила свои ветки и нагло уселась под деревом, чтобы наблюдать за тем, как другие работают. Серый улегся рядом, а я привычно зарылась пальцами в шерсть на его загривке и, прикрыв на минутку глаза, сама не заметила, как задремала.

Проснулась я неожиданно, резко вынырнув из омута непонятных сновидений. Открывать глаза и подавать хоть какие-то признаки жизни мне не хотелось совершенно. Керс укрыл меня одеялом, рядышком трещал костер и слышались приглушенные голоса беседующих мужчин, под боком лежал Серый, — сказка, а не патруль.

— Давайте установим график дежурств на ночь, — предложил Керс.

— Мы установили такие щиты, которые не каждому сильному магу удастся пробить бесшумно. Неужели нам еще нужны эти дежурства? — скептически вопросил Эндсон.

— Здесь вам не столица, — резко ответил Рауль. — Мы на проклятых землях — нужно быть готовым ко всему.

— Все-все, вопросов больше не имею, — пошел на попятную особист.

— Ну-с, кто желает быть первым? — продолжил Керс.

— Дежурим в парах? — тут же уточнил Нортон.

— Да, по два часа, начиная с полуночи.

— А госпожа Вэльс?.. — снова спросил Нортон.

Я решила, что пора подать голос и обозначить свое бодрствование. Вдруг еще нарвусь на обсуждение своей скромной персоны нашими бравыми бойцами? Мужчины — те еще сплетники.

— В патруле нет исключения, Рэмиан, — ответила я ему, сладко потянувшись и стряхнув с себя остатки невеселого сна. — Так что я с вами, и, если никто не возражает, я бы хотела начать.

— Мы уступаем леди, — ответил за всех Штондт.

Я встала и лениво направилась к костру, который гостеприимно горел в нескольких метрах от места, где меня сморил сон. Мужчины сидели вокруг и пили согретый тут же чай.

— Подвинься, — попросила я Керса, который с видом великомученика сдвинулся на пару сантиметров.

— И как, по-твоему, я должна здесь уместиться? — возмущенно спросила я, нависая над Керсом. — Двигайся давай, я тоже чаю хочу, или что вы там пьете?

— Лия, иди сюда, — приглашающе похлопал по своему расстеленному на земле плащу Нортон, не дав Керсу и слова сказать в свое оправдание. Я победоносно посмотрела на друга сверху вниз и менторским тоном произнесла:

— Вот так следует поступать воспитанному господину!

— А когда вы успели перейти на ты? — строгим голосом начал допрос Керс, когда я уже плюхнулась на предложенное место.

— Когда в лес по дрова ходили, — ответила я. — Налей мне чудесной жидкости, что вы пьете!

— Вот пусть тебе господин Нортон и наливает, раз вы с ним так близки, — ни с того ни с сего психанул Керс. Я повернулась к причине нашего спора и придала лицу самое невинное выражение:

— Рэмиан, ты ведь выполнишь мою маленькую просьбу?

— Конечно, Лия, если ты выполнишь мою, — не поддался он на мои чары.

— Какую? — полюбопытствовала я.

— Ну, скажем, я хотел бы услышать от тебя байку у костра.

— Зачем? — непонимающе уставилась я на него.

— Просто хочу.

— Хорошо, — согласилась я. — Но, как ты понимаешь, мне бы хотелось промочить горло.

— Но мы пьем не совсем чай… — начал было отбиваться Нортон.

— О, Керс все-таки расщедрился и разрешил разбавить чай своей настойкой, — потерла я руки в предвкушении замечательного напитка, который помогает время от времени выжигать скопившуюся внутри тебя накипь.

Керс, внимательно следивший за нашей почти салонной беседой, демонстративно фыркнул. Я совершенно не понимала, что с ним происходит. Не могло же невинное "ты" другому мужчине так испортить ему настроение?

Нортон тем временем наполнил маленькую кружку дымящимся алкогольным чаем и вручил ее мне.

— Госпожа Вэльс, — с недоверием обратился ко мне Штондт, — а вы уверены, что вам после первой дозы лошадиного успокоительного необходима еще одна?

— Так вы не путайте, господин Штондт, — вполне миролюбиво ответила я, делая первый глоток бодрящего напитка и едва не жмурясь от удовольствия, — то было успокоительное, а это бодрящее, как раз для нашей вечерней беседы в тесном дружеском кругу.

— Слушайте, — не выдержал особист, — я спрошу прямо: вам не кажется, что вы много пьете?

— А вам не кажется, что вы лезете не в свое дело? — мирно огрызнулась я.

— Господин Эндсон, я вас предупреждал. Или у вас с памятью проблемы? — тут же отреагировал Керс.

— Да что вы мне все время угрожаете, сержант? Лучше бы за женщиной своей следили! — возмутился особист. Керс вскочил на ноги, вслед за ним поднялся Рауль и, как ни странно, Нортон. Только мы со Штондтом остались сидеть и ошарашенно следить за событиями. Вот это я выпила настоечки в первый день патруля! Даже страшно представить, что будет дальше!

— Гордрик, что ты делаешь? — спокойно так спросил Штондт, не спеша присоединяться к набычившимся мужчинам.

— Пытаюсь разобраться, как далеко зайдут сержант и Нортон в желании вцепиться мне в глотку из-за госпожи целительницы! — выпалил Эндсон и тут же зажал себе рот кулаком, как будто хотел затолкать свои слова обратно.

— А зачем? — продолжил допрашивать особиста Штондт.

— Я специально провоцирую Керса и Вэльс, чтобы получше разобраться в их характерах. Рэмиана я цеплять не хотел, он как-то сам завелся, — как на духу отчитался этот наглец и снова попытался зажать себе рот. Я ничего не могла понять, пока внимательно не посмотрела на руки Штондта, на пальцах которых было подвешено заклинание исповеди, заставляющее человека честно отвечать на первые три заданных вслух вопроса. Ого, это что у них за отношения в команде такие, что применение подобных заклинаний к друг другу вполне допустимо? Глупо было упускать такую возможность, поэтому я быстренько, пока Штондт не рассеял заклинание или не спросил что-нибудь еще, влезла со своим вопросом:

— В чем вы меня подозреваете, господин Эндсон?

— По моим данным, семь лет назад в Гридине был убит Александр Вэльс, чистокровный черный маг и кузен нашей целительницы. Убийцы его найдены не были, свидетелей не было, улик — тоже, дело пришлось быстренько сдать в архив. Причастность госпожи Вэльс никто из следователей всерьез не рассматривал. Убитый активно занимался исследованием фольклора и легенд, связанных с Сумеречными землями. Есть вероятность, что он смог узнать что-то такое, что послужило причиной его смерти. Как любовница и ближайшая родственница, госпожа Вэльс может располагать подобной информацией. Я надеялся войти к ней в доверие и проверить свои догадки, но она не пошла на контакт. Тогда я решил изменить тактику: вывести ее или ее нынешнего любовника из равновесия, спровоцировать нападение на себя и под угрозой шантажа выудить из нее согласие на заклинание исповеди.

Я не сдержала нервного смешка: наш особист сам попал в яму, которую рыл мне — разве это не ирония судьбы? Эндсон напоминал человека, который пробежал километров десять без остановки, — тяжело дышал, хватая ртом воздух, лицо его меняло оттенки от насыщенного красного до землисто-серого, руки мелко дрожали, а на лбу выступила испарина.

— Как только это дело закончится, сразу подам заявку на переформирование группы! — воскликнул Штондт, разом растеряв свое королевское спокойствие и даже ничего не сказав по поводу моего вмешательства.

Керс, которого Рауль насилу удержал на месте, стоял, сжимая кулаки.

— Я вызываю тебя… — начал он произносит традиционную формулу вызова на дуэль чести.

— Нет, стой, — встрепенулась я.

— Назови хоть одну причину, по которой я не должен этого делать!

— Да у него совершенно нетипичная реакция на исповедь! — воскликнула я, вскакивая со своего места. — Посмотри внимательно: Эндсону плохо, как будто господин Штондт своим заклинанием сломал блокировку, — все дружно повернулись к особисту, которого и впрямь начинало лихорадить еще сильнее.

— Госпожа Вэльс, о чем вы вообще говорите? Этот человек только что признался в том, что подозревает вас. Вы его защищаете? — недоуменно спросил Штондт. — Какая разница, трясет его или нет? Да на его месте я бы сквозь землю провалился! Мы столько лет вместе в одной группе, и тут он как с цепи сорвался.

— Вот видите, вы сами говорите, что это — нечто из ряда вон выходящее. Со стороны это похоже на внушение, сделанное более сильным магом, — продолжала настаивать я.

— А ведь правда, Элиам, — чуть ли не впервые обратился к напарнику по имени Нортон. — Гордрик странно себя вел еще перед поездкой — как будто его что-то угнетало. Мы думали, что это из-за расставания с очередной любовью всей его жизни.

— Да, именно поэтому его увлечение вами, — легкий поклон в мою сторону от Штондта, подхватившего мысль товарища, — показалось нам попыткой залечить душевные раны. Но он и впрямь своей настойчивостью и чересчур рьяным наскоком несколько озадачил нас.

— Озадачил? Всего лишь озадачил? Да если бы на месте Лии была какая-нибудь другая девушка, более сговорчивая и мягкая, он уже давно окрутил бы ее! — вмешался Керс.

— Нам повезло, что Лия морально устойчива, — пошутил Нортон. Я юмора не оценила и передернула плечами, пытаясь стряхнуть с себя воспоминания о прилипчивых комплиментах Эндсона.

— Это все очень здорово и интересно, но что мы теперь будем делать с господином особистом? — задал вполне резонный вопрос Рауль, до сих пор хранивший молчание. В этом весь Рауль: наблюдать, анализировать, делать выводы и вовремя возвращать всех с небес на землю. Вкупе с природной невозмутимостью и добротой это делало его одним из самых надежных боевых товарищей и одним из самых приятных мужчин, которых я когда-либо знала.

— Можно как-то проверить, находился он в здравом уме или его заставили? — в свою очередь спросил Штондт.

— Теоретически — можно, но нужен очень хороший специалист по ментальным воздействиям. Это очень тонкая материя, не каждому магу под силу, — ответила я.

— И в Корлине, конечно, такого нет? — с тоской в голосе не то спросил, не то констатировал Штондт.

— Разумеется, — кивнула я головой. — Специалиста такого уровня можно найти только в столице в каком-нибудь департаменте Имперской Службы Безопасности на самом верху карьерной лестницы, куда простым смертным ползти и ползти.

— Дела… — протянул Штондт, и все мы дружно приуныли. В процессе нашего весьма интересного и содержательного разговора мы совершенно забыли об Эндсоне, что чуть не стало роковой ошибкой. Его глаза были подернуты какой-то мутной пеленой, пальцы сложились в один из базовых жестов боевой магии, а губы, сухие и растрескавшиеся, начали шептать какое-то заклинание, явно не из разряда защитных.

— Нортон, обезвреживание, быстро! — вдруг резко крикнул Штондт, вытягивая нас из расслабленного состояния, в котором мы находились непростительно долго для боевых магов. Нортон повиновался мгновенно, и вдвоем они попытались набросить на разбушевавшегося Эндсона магическую сеть-ловушку.

— Бесполезно, он поглощает наши заклинания, — через секунд тридцать крикнул Нортон. Энсдон перестал себя контролировать совершенно. Черт возьми, какую печать сорвала исповедь? Особист развернулся ко мне и, протянув в мою сторону руки, ударил чистой темной энергией. Я была настолько растеряна, что даже не смогла укрыться щитом, и меня отбросило на несколько метров от костра. Я больно ударилась головой о землю и на пару секунд вовсе потеряла сознание. Как же остановить свихнувшегося темного мага, чьи коллеги по боевой тройке из-за своей связи не могут ему ничего противопоставить?

Я с трудом перевернулась на живот и, приподняв голову, смогла разглядеть, как Керс с Раулем пытаются отбиться от не прекращающихся вспышек боевой магии. Нортон и Штондт, пригнувшись к земле, пытались совместно пробить взявшуюся из неоткуда защиту на особисте. Всем четверым было ой как не сладко. Интересно, защита только от магического вмешательства или и от физического тоже?..

— Серый, миленький, где ты? — прошептала я, взывая к своему защитнику. — Ты мне очень нужен сейчас, правда-правда. Пожалуйста, услышь меня.

Я вложила в зов часть своего света и скрепила капелькой тьмы. Оставалось только надеяться, что волк действительно ко мне привязан и сможет отреагировать на магический призыв. Отчего-то я уверена: он — наша последняя надежда.

Вязко текли секунды, каждую из которых отсчитывали гулкие удары моего сердца. Рауль, громко вскрикнув, кулем свалился на землю, и все внимание Эндсона переключилось на моего друга. Штондт и Нортон, бросив свои бесполезные попытки взломать защиту особиста, кинулись ему на помощь. В это же самое время моей щеки коснулся холодный нос Серого, который подбежал неслышно. Я повернула голову и уставилась в волчьи глаза, смотревшие серьезно и неотрывно.

— Серый, останови его. Помоги Керсу. Разгрызи ему руки. Спаси нас, пожалуйста, — просто попросила я. Именно попросила, потому что приказывать не могла. Волк на долю секунды удерживал мой взгляд, а затем бесшумной тенью метнулся к месту сражения, в несколько прыжков преодолев это небольшое расстояние. Появление волка стало полной неожиданностью не только для Эндсона, но и для бившихся против него магов. Отвлекшись на какое-то мгновение, Керс пропустил удар. Я бессильно наблюдала, как в него летит огненный шар; как он падает, нелепо и смешно раскинув руки; как Серый вгрызается в руки Эндсона, с пальцев которых сыплются смертоносные заклятья; как Штонд и Нортон, воспользовавшись этой поддержкой, совместными усилиями поражают Эндсона, и он сломанной куклой с окровавленными руками валится на землю.

Бой длился от силы пару минут, но казалось, что прошло несколько лет. Ко мне со всех ног кинулся Нортон:

— Лия, ты цела?

— Помоги подняться, — хрипло попросила я вместо ответа. Нортон протянул руки, за которые я схватилась. Он с усилием помог мне встать на ноги и тут же принялся ощупывать.

— Пристаешь, что ли? — усмехнулась я.

— Не дури, — огрызнулся он, не прекращая своего занятия. — Проверяю, нет ли переломов.

— Магия залатает, нужно лишь пару минут. Со мной все в порядке. Что с Керсом? — спросила я, перехватывая его руки.

— Не знаю, я сразу к тебе.

Я молча потянула его за собой, к костру, который сегодня стал местом роковых событий. Меня слегка пошатывало, и я с благодарностью оперлась на подставленную Нортоном руку.

Штондт стоял к нам спиной, загораживая поле битвы. Он обернулся на звук наших шагов и произнес, отводя взгляд:

— Мне очень жаль, госпожа Вэльс.

— Что жаль? — не поняла я. Штондт молча сделал шаг в сторону, и я, забыв обо всем, упала на колени рядом с распластанным по земле Керсом. Его глаза медленно стекленели, а в груди в районе сердца сияла дыра с обожженными краями. С такими ранами я сталкивалась в своей практике — оставленные заклинаниями высшей боевой магии, они могли повлечь за собой только один исход, — смерть. Все это мозг фиксировал как-то отстраненно, будто передо мной лежал не друг, а неизвестный пациент, которому я должна закрыть глаза.

— Лия…сестры… — проскрипел Керс, сжав мою руку из последних сил, тело его выгнулось дугой и опустилось на землю. Я заглянула в самые дорогие на свете глаза и поняла, что не могу вот так его потерять — глупо и нелепо, в схватке со спятившим столичным магом. Я аккуратно высвободила свою руку из пальцев Керса и вытерла тыльной стороной ладони мокрые глаза.

— Рэмиан, дай мне кинжал, — протянула я руку, не глядя. Надо же, первый раз назвала его по имени, а то все Нортон да Нортон…Почувствовав приятное прикосновение холодного металла, я глубоко вздохнула и досчитала до трех, восстановив дыхание.

— Лия, что ты делаешь? Мертвых нельзя вылечить! — встревоженно воскликнул Нортон, но я и не собиралась лечить Керса — я собиралась вернуть его из-за грани. Каждый целитель знает, что можно посещать мир мертвых и позвать душу назад, если смерть наступила только что, и тело еще не остыло. Просто за все надо платить установленную цену.

На тело друга я наложила все положенные при такой ране заклинания: кровоостанавливающее, заживляющее, обезболивающее…как будто передо мной совершенно здоровый человек. Как только душа вернется в тело, эти заклинания тут же начнут действовать, но рана слишком страшная и опасная, поэтому поверх стандартного набора я накладываю заклинание стазиса, которое выиграет время для Керса. Погруженный в искусственный сон, он сможет восстановиться не только благодаря моим целительским заклинаниям, но и благодаря собственной магии, которая немедленно начнет восстанавливать организм. Главное — не дать ему умереть повторно, именно поэтому я сейчас быстро и четко лепила на тело друга все эти заклинания. Да, Рэмиан, ты прав: мертвому они не помогут, но они нужны живому.

Не переводя дух после наложения заклинаний, я полоснула себя по левому запястью и позволила своей крови питать землю. Больше не существовало для меня этой поляны, встревоженно зовущего меня Нортона, склонившегося над Раулем Штондта и скулящего серого волка. Я не принадлежу себе, но одновременно мне принадлежит весь мир. Я не здесь, но я все вижу и чувствую. Я никто, и во мне сокрыта сама жизнь. Я — безвольный лист, гонимый ветром, и я — ветер, который сметает на своем пути города.

Зыбкая завеса нашего мира подернулась, и я шагнула за Грань, оставшись сидеть на стылой земле возле Керса. Бесплотные серые тени окружили меня, танцуя страшный вихрь смерти.

"Забери меня со мной", — шептали они.

"Останься с нами", — шелестели голоса.

"Здесь нет страданий", — доносил ветерок.

Я не поддавалась — моя жизнь всегда была мне дорога. Медленно текли секунды, складываясь в года. Моя кровь питала переход в мир теней, но силы мои были не вечны.

— Чего ты хочешь? — выступила вперед одна из теней, перед которой склонились другие. Сама Хозяйка Грани говорила со мной.

— Отпусти моего друга, госпожа, — с поклоном ответила я.

— Зачем? Он не муж тебе и не любимый, и ничем отплатить даже не сможет.

— Я без него не справлюсь, — просто сказала я.

— Ты уверена, что это стоит той цены, которую я запрошу?

— Да, — без колебаний ответила я.

— И ты не боишься, что он предаст тебя, забудет о тебе, и твоя жертва станет бессмысленной?

— Если такое произойдет, значит, все эти годы я не знала человека, бывшего рядом. Не хочу бояться того, что может никогда не произойти.

— Ты смелая, — с подобием уважения протянула Хозяйка. — Но я видела много смелых и гордых. Ты переживешь эту потерю, как переживала все невзгоды. Моя плата слишком высока для тебя.

— Назови свою цену.

— Я хочу, чтобы ты отдала мне своего волка.

Я вздрогнула, но решительно ответила:

— Нет, друзьями я не торгую. Проси что-нибудь другое.

— Что ж, — легко согласилась она, — тогда отдай мне пять лет своей жизни.

— Я согласна, — коротко ответила я.

— Тогда забирай своего друга и уходи. Больше не тревожь меня, — прошелестела Хозяйка Грани и растворилась в серой мгле. Я успела лишь прошептать "спасибо", прежде чем она окончательно исчезла в мутном воздухе.

Я открыла глаза и наклонилась к Керсу: его рана затягивалась на глазах, а грудь тихонько вздымалась в такт вновь появившемуся дыханию.

— Получилось, — тихонько прошептала я и провалилась во тьму.



Глава 7 | Приграничная история | Глава 9