home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 20

Нагаи отвернулся от сцены с ее воплями и мельканием, когда им на столик принесли рыбу, которая называлась фугу, и официантка поклонилась, ставя безобразину перед Хамабути. Толстая рыбина лежала на боку, как буксирное судно, севшее на мель, и один ее мертвый глаз был направлен прямо на Нагаи. Нагаи тоже уставился на рыбу и про себя вздохнул. Он никогда особенно не любил фугу, и вся эта церемония – просто скучища. Конечно, сначала, первые раза два, она казалась опасной, возбуждающей, – последняя проверка на преданность, сущность Фугукай. Но со времени своего изгнания в Америку Нагаи забросил ритуал, хотя никогда не признавался в этом Хамабути. Не то чтобы он забыл, как разрезать рыбу, или его люди были слишком малодушны, чтобы пробовать потенциально смертельное блюдо, предложенное боссом. Дело в том, что единственный сорт рыбы фугу, какой можно достать в Америке, не ядовит. И весь ритуал, заключающийся в том, чтобы заставить людей смотреть, как ты аккуратно извлекаешь смертоносную печень и яичники, и тем самым проверить их верность и преданность, теряет всякий смысл с американской фугу. Всякий смак пропадает. Что это за церемония, если нет риска, что кто-нибудь упадет мертвым за столом? Но с Хамабути все совсем по-другому. Старому боссу всегда для церемоний доставляли настоящую рыбу, где бы дело ни происходило. Счастливчик.

Нагаи вновь посмотрел на сцену, где две молодые женщины в традиционных набедренных повязках борцов сумо тузили друг друга, а избранное общество респектабельных бизнесменов из его страны подбадривало их пронзительными криками. Интересно, что бы подумали их респектабельные американские партнеры, если бы узнали об этом заведении? Немножечко Гиндзы в самом сердце Манхэттена. Всякому нужно немного повеселиться и расслабиться время от времени, даже респектабельным ублюдкам. Нагаи вновь стал следить за женщинами-борцами, которые наскакивали друг на друга и каждая старалась вытолкнуть соперницу за пределы белого круга, нарисованного на сцене. Вряд ли это японские девушки, подумал он. С такими-то сиськами. Он взглянул на официантку для сравнения, но ее сиськи, даже если таковые и имелись, скрывались за складками кимоно. Нет, у японок сиськи вовсе не такие, как у тех двух, на сцене. Они не болтаются и не трясутся, как эти. Нагаи улыбнулся, увидев, как девчонки столкнулись телом к телу. Сиськи, как фугу.

– Может быть, все-таки мы приготовим вам рыбу? – мягким голосом по-японски спросила официантка у Хамабути. – У одного из наших шеф-поваров есть лицензия.

Хамабути замахал прочными черными резиновыми перчатками, отстраняя ее.

– В Японии шеф-повар должен иметь правительственную лицензию, чтобы разделывать фугу, но мне такая лицензия не нужна. – Он улыбался своей особенной улыбочкой, то ли отечески благосклонной, то ли презрительной до последней крайности. И вот он стал надевать перчатки, и официантке не оставалось ничего другого, как удалиться. По напряженной улыбке девушки Нагаи мог догадаться: она считает Хамабути старым пердуном.

Нагаи подумал, не рассказать ли ему сейчас, потом решил подождать, пока Хамабути покончит с делом. Старик уже приступил, и Нагаи не хотелось его расстраивать до тех пор, пока он не вырежет ядовитые части. Маленький надрез на печени отравит всю рыбу, а ведь это он, Нагаи, а вовсе не Хамабути, должен, будет съесть первый кусок. Нагаи украдкой взглянул на девушек-борцов. Одна из них, толстогубая, с короткой стрижкой, яростно нападала, зато вторая была гораздо красивее. Старик возился с рыбой, искал ножом нужное место у нее на затылке, чтобы начать разделывать. На глазах Нагаи босс сделал два глубоких надреза у начала хребта. Сунул туда пальцы, примерился и резким движением выудил всю хребтину, вывернув рыбину наизнанку. Затем стал тянуть за пятнистую шкуру, пока она не повисла у хвоста, как штаны у лодыжек. Старик взглянул на Нагаи, чтобы убедиться, что тот смотрит. Начиналось самое сложное, и Нагаи знал, что обязан смотреть. Хамабути снял перчатки и стал рыться в перепутанных внутренностях, отыскивая печень и яичники, которые в конце концов отхватил слишком быстро, по мнению обеспокоенного Нагаи. Но это была его обычная манера. Часть проверки. Хамабути поднял ядовитые органы на кончике ножа и выложил на блюдечко. Затем сполоснул нож в чашке горячей соленой воды и принялся нарезать белое филе тоненькими прозрачными ломтиками, выкладывая их на два деревянных подноса. Наконец Хамабути положил нож, вымыл пальцы в другой чашке и с поклоном передал один поднос Нагаи. На лице его появилась та же самая улыбка.

Нагаи взял палочки, подхватил ломтик фугу и погрузил в соусник с острым соусом пондзу. Бизнесмены завопили в диком восторге, когда он поднес рыбу ко рту, но он подавил желание повернуться и посмотреть, не выигрывает ли хорошенькая. Ну, как говорится, с Богом.

Он стал жевать, глядя исподлобья на Хамабути и выжидая. Если за пятнадцать секунд ничего не случится, то не случится вообще. Он проглотил, улыбнулся и поклонился боссу. Церемония завершилась. Ну что, старикан, доволен?

– Итак, – спросил Хамабути, тоже окуная в соус ломтик рыбы, – произошло ли что-нибудь новое с тех пор, как я был здесь в последний раз?

На-ка вот, выкуси.

– Да, произошло. Д'Урсо собирается убить Антонелли.

Хамабути заморгал, держа ломтик фугу у открытого рта. Нагаи наблюдал уже такую реакцию. Старик огорчен.

– Когда? Как? Ты предупредил Антонелли-сан?

Нагаи покачал головой.

– Я сам узнал только вчера. И мне неизвестны подробности. Я хотел было пойти прямо к Антонелли и предупредить его, но подумал, что это не Мое дело. Мне показалось, что вы должны узнать первым.

– Антонелли – мой брат, – мрачно проговорил старик. – Я не допущу, чтобы его вот так предали. – Он был теперь похож на старого воеводу из дурацкого фильма о самураях.

Нагаи ободряюще закивал.

– Я поставил людей следить за Д'Урсо и его припадочным шурином. Если те соберутся нанести удар, мы тут же об этом узнаем. Хотите, я пошлю Масиро, и он убьет обоих. – Нагаи не был еще уверен, войдет ли он в дело с Д'Урсо. Если Д'Урсо отправит Антонелли на тот свет и останется цел, вот тогда поглядим. А тем временем надо сделать так, чтобы у Хамабути не возникло подозрении.

– Нет, ты не вмешивайся. Мы не можем соваться в их дела. Это может испортить наши отношения. Может положить конец нашему совместному предприятию, несмотря на мою дружбу с Антонелли.

– Как же может испортить наши отношения то, что мы спасем Антонелли жизнь?

Хамабути поморщился.

– Как бы мы отреагировали, если бы мафия стала соваться в наши частные разборки? Мы здесь как в бурном море. И не нам переворачивать лодку.

Спасибо за яркие образы.

– Вы скажете Антонелли?

Хамабути по-бульдожьи наморщил лоб. Брови сошлись над переносицей. Он напряженно обдумывал вопрос.

– Не знаю... не думаю.

– Как же так? Он ведь ваш друг.

– Друзья не шпионят друг за другом. Если я скажу ему, то должен буду и объяснить, откуда я это узнал. Естественно, он подумает, что я ему не доверяю и никогда не доверял. Это разрушит наши отношения... и наше очень выгодное партнерство. Нет, сказать ему я не могу.

Вот вам и друг. Может, Д'Урсо удастся провернуть это дело, гм-м-м. Да, но вдруг Хамабути все же надумает и скажет Антонелли? Старик – хитрая бестия, он на все способен. Нагаи решил еще раз прощупать почву.

– Почему бы вам не рассказать Антонелли насчет Д'Урсо и не объяснить, что это я шпионил? Свалите все на меня.

Хамабути сверкнул на него глазами. Теперь он был похож на злую пучеглазую лягушку.

– Ты, Нагаи, слишком долго живешь в Америке. Я отвечаю за все, что делают мои люди. Я – из Фугукай. Моя честь покоится на ваших поступках.

Опять эта муть из Куросавы.

– Тогда что же нам делать?

– Мы должны не допустить расправы. Не дать Д'Урсо добиться своего – только осторожно, не высовываясь прежде времени. На бизнесе это не должно отразиться. – Хамабути положил в рот ломтик фугу. – Уверен, ты сможешь догадаться, что у Д'Урсо на уме. – Теперь он вертел следующий ломтик рыбы в соуснике. – Делай все, что сочтешь нужным, чтобы помешать ему. – Он устремил на Нагаи значительный взгляд.

Ну ты и хитрюга. Ублюдок чертов. Натравить неудавшегося убийцу на убийцу предполагаемого. Умно, гром его разрази. Как бы ты удивился, если бы Д'Урсо добился успеха и мы взяли бы в свои руки торговлю рабами. Нагаи окунул в соусник еще ломтик фугу и положил в рот. В самом деле вкусно, вкусней, чем ему помнилось.

– Не беспокойтесь. Я буду держать Д'Урсо под контролем, – сказал он.

Хамабути утвердительно кивнул и подхватил следующий ломтик рыбы.

– Еще бы, Нагаи.

Нагаи кивнул и тоже потянулся за рыбой.

– Раньше было гораздо легче заставить людей повиноваться. – Хамабути все поворачивал и поворачивал ломтик рыбы в соусе. – Традиции были крепче. Но времена изменились. Босс должен уметь управлять своими людьми. – Он все еще вертел рыбу в темном соусе. – Кстати, Хацу передает тебе привет.

– Кто?

Хамабути взглянул на него, подняв кустистые брови.

– Хацу. Твоя дочь. Ты что, забыл ее? Кэндзи стал хорошо играть в бейсбол. Еще вырастет из него новый Садахару О. А малышка – она мне прямо как внучка. – Он мягко рассмеялся и положил рыбу в рот.

– Вы недавно видели их?

– Да, конечно. Разве они не писали тебе? Они сейчас живут в моем загородном доме.

– В каком загородном доме? У вас ведь их несколько, Правда?

Хамабути лишь улыбнулся и погрузил в соус следующий ломтик рыбы.

– Ты ведь проследишь за тем, чтобы моему другу Антонелли не причинили вреда?

Во рту у Нагаи от фугу появилась оскомина. В горле першило от кислого соуса.

Бизнесмены вдруг снова заорали. Нагаи повернулся как раз вовремя: девушка с короткой стрижкой выпихнула хорошенькую из круга с такой силой, что та плюхнулась на задницу. Плюхнулась она тяжело, и груди у нее затрепыхались; она часто дышала, переживая поражение, казалось, вот-вот заплачет.

– Нагаи?

Он повернулся к старику, к его проклятой улыбочке. Представил себе своих детей, попытался припомнить, где располагаются загородные дома старикана. Без толку. Они могли быть где угодно.

– Нагаи, ты не ответил. Ты защитишь Антонелли? Собственным телом?

Нагаи отложил палочки и вытер салфеткой рот. В горле пекло. Он представил себе личико Хацу, Кэндзи в бейсбольной форме, малышку... задержал дыхание и поклонился боссу.

– Хай.

Старик улыбался.


Глава 19 | Цикл "Майк Тоцци и Катберт Гиббонс". Компиляция. Книги 1-6 | * * *