home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 3

Затем мы запираем Ассада… Верена выпивает еще. Мы задергиваем занавески. Верена теперь тоже держится на ногах нетвердо. Она включает радио. Сентиментальная музыка, печальная музыка. «Радио Рома». Мы ложимся перед камином на ковер, мы наслаждаемся друг другом. Виски, содовая, ведерко со льдом, — все стоит на полу рядом с нами. Мы пьем. Языки пламени в камине дрожат и лижут друг друга.

Кажется, что «Радио Рома» играет только для влюбленных. Скрипки, сентиментальные голоса.

— Оливер, давай не будем покидать друг друга.

— Давай.

— Давай всегда любить друг друга.

— Давай.

Затем она почему-то плачет, и моя грудь становится мокрой от слез.

— Что случилось?

— Ничего.

— Нет, скажи.

— Новая песня.

— Наш концерт.

— Да, и они играют это сегодня. Они играют это сейчас…

— Ты разбила пластинку. «Любовь — только слово». А теперь снова песня.

— Да, наша песня. Наш концерт.

— Ты поэтому плачешь?

— Нет, не поэтому. Поцелуй меня и не спрашивай.

Языки пламени в камине подпрыгивают вверх.

— Я все же спрошу. Почему ты плачешь?

— Из-за того, что боюсь за наше счастье… Я видела сон… в эту ночь… Это было ужасно. Я любила тебя во сне. Мы сидели здесь, перед этим камином. Мы были одни, мы… Все было как сейчас, и я даже слышала эту же песню! Они ее все же так часто играют. Я слышала ее во сне!

Она прижимается ко мне, ее ногти почти впиваются в мою спину.

— Верена!

— А потом… потом песня закончилась, и начал говорить диктор… Это был не диктор. Это был… Это был Бог…

— Что он сказал?

— Он сказал: «Говорит „Радио Рома“. Синьора Лорд… мужчина, рядом с которым вы сейчас лежите, мужчина, с которым вы сейчас счастливы…» Нет. Я не могу.

— Говори дальше.

— «Вы прокляты, — сказал Бог. — Вы прокляты, вы вели жизнь, которая достойна проклятия. Вы хотите богатства. Вы вышли замуж за нелюбимого мужчину. Вы обманывали его с самого начала».

Скрипки, только скрипки. Песня заканчивается.

— «Вы не будете счастливы. Какое-то мгновение — да. Но потом все кончится. Вы берете очень большой грех на душу, Верена Лорд. Вы желаете невозможного. Одно исключает другое. Вы разрушаете жизнь молодому человеку. Вы плохая…»

— Прекрати!

— «Наступит день, когда вы окажетесь передо мною. Я буду вас судить…»

Музыка кончилась.

Верена вскрикивает и сжимает ладонями виски, смотрит неподвижно на белый ящик.

— Верена!

— Это был голос Бога! Нас ждут плохие времена.

Начинается новая музыка. Поет какая-то женщина.

— Верена. Я прошу тебя, перестань, мы так счастливы!

— Как раз поэтому. Так ведь и Бог сказал… Нельзя одну жизнь прожить дважды… Прошлое останется с нами. Его нельзя выкинуть, как старое платье… а мое прошлое было грязным… слишком грязным.

— Это неправда!

— Нет, это правда, и мое настоящее тоже грязное. Если мне когда-то придется держать ответ, как сказал Бог, то…

Звонит телефон.

Верена замолкает, и мы смотрим, не отрываясь на телефон. Аппарат стоит на низеньком столике и звонит.

— Тебе нужно взять трубку.

Телефон звонит в третий раз. Я встаю и делаю радио тише.

— Возьми трубку.

Она неуверенно подходит к телефону, берет белую трубку, подносит ее к уху и при этом вновь опускается на белый ковер… Она говорит хриплым и дрожащим голосом:

— Si signorina, si…[58] — Она закрывает ладонью микрофон и шепчет: — Мой муж…

— Что?

— Из Рима…

Я подхожу к ней и сажусь совсем рядом с ней.

— Тебе нужно взять себя в руки, слышишь?

— Si, signorina… grazie… алло! Алло! Манфред? — Она успокаивается. Она настолько спокойна, насколько паниковала только что. Я целую ее шею. Я так близко к ней, что даже могу слышать голос Манфреда Лорда в трубке, голос респектабельного мужчины.

— Дорогая, я не разбудил тебя?

— Нет, нет…

Я целую плечи Верены.

— Чем занимаешься?

— Я… Я читаю.

— Я только что пришел в отель. Знаешь, я весь вечер тосковал по тебе. Надеюсь, ты тоже?

— Пожалуйста! Я плохо тебя слышу.

— А ты?

— Что ты сказал?

Я целую грудь Верены.

— Я весь вечер тосковал по тебе, как пришел в отель — решил: надо позвонить. Конференция длилась так долго.

Я целую руки Верены.

— Было очень тяжело… Манфред?

— У тебя радио, по-моему, играет? Я слышу. У меня в комнате, между прочим, тоже. Я только что слышал «Il nostro concerto». Ты тоже?

— Да.

Я целую руки Верены, каждый пальчик. Она гладит меня.

— Хорошая песня, правда?

— Да, Манфред.

— Как дела у Эвелин?

— Она хотела непременно на Корсику. Я с девчонками отправила ее туда.

— А почему сама с ней не поехала?

— Понимаешь… Ну, что-то не хочется…

Я целую тело Верены.

— Я хочу отдохнуть. Я так устала. Весь день лежу на пляже. Когда вернешься?

— К сожалению, только через шесть дней, дорогая.

— Только через шесть дней?

Теперь Верена целует мою руку, мои пальцы.

Я целую ее.

— Очень жаль, но переговоры затягиваются. Я постараюсь приехать поскорей. Завтра в такое же время вновь позвоню. Хорошо?

Я целую ее бедро.

— Я… Я буду очень рада.

— Приятных тебе снов. Всего хорошего.

— Тебе тоже всего хорошего. Всего хорошего.

Она кладет трубку и смотрит на меня своими огромными темными глазами. Мы молчим. Потрескивает огонь в камине. Верена вскакивает и выбегает из комнаты. Я остаюсь один, сижу и пью виски. Верена все еще не возвращается. «Радио Рома» передает нежную музыку. Я сажусь с бокалом в руках перед камином, прикуриваю сигарету и смотрю на языки пламени. Вдруг обнаруживаю, что бокал у меня пустой. Выпиваю еще один. Теперь по радио передают «Arrivederci, Roma». Сзади меня обвивают руки. Верена вернулась. Она умылась и опять надушилась «Диориссимо». Я вдыхаю запах майских ландышей. Ее груди прижимаются к моей спине. Она целует мой затылок.

— Забудь, что я тебе перед этим говорила.

— Я уже забыл.

— Все это глупости… всем нам снятся иногда подобные сны… мы же любим друг друга.

— Да.

— Все будет хорошо, правда?

— Все будет хорошо.

— Сделай это еще раз, пожалуйста, сделай это еще раз. Дальше, немного повыше, да, здесь. Нежнее, нежнее, пожалуйста.

— Я сделаю все, что ты захочешь и пока ты хочешь…

— Ты такой милый… Я люблю тебя… действительно… Веришь мне?

— Да.

— Виски! Ты налил мне виски! Осторожнее! Не опрокинь! Продолжай… продолжай…

Камин. Огонь. Вода за огнем.


Глава 2 | Избранное. Компиляция. Книги 1-17 | Глава 4