home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



37

Все это тут же начинается снова и продолжается с перерывами, пока солнце не поднимается высоко в небе. Потом они спят без сновидений, и когда немного приходят в себя, уже 5 часов вечера 27 апреля. Они вместе купаются и вытирают друг друга; выясняется, что милая дежурная во второй половине дня опять дежурит. Она подает им «завтрак» в постель, они ужасно голодны, дежурная уже об этом подумала, приносит много еды и снисходительно улыбается — все мы когда-то были молодыми.

Неожиданно звонит телефон; это следователь Юрий Ежов. Он сообщает, что уже начал заниматься Мишиными визами с русскими властями и в американском консульстве; через три, самое большее, через четыре дня Миша получит все документы, остается только билет на самолет в Нью-Йорк — и все.

— Всего хорошего, дорогой господин Кафанке!

Мелоди прижала ухо к трубке и тоже все слышала; теперь они обнимают друг друга от счастья, танцуют голые и падают, запыхавшись, на кровать, и все происходит еще лучше.

— Мы летим вместе! — кричит Мелоди. — Ты и я! Я могу уехать отсюда, когда захочу, я просто горю от нетерпения! У меня до сих пор не было желания принимать решение, но теперь все иначе, когда ты вошел в мою жизнь! Я знаю Нью-Йорк как свои пять пальцев, и ты можешь себе представить, сколько у меня влиятельных знакомых благодаря моей профессии! Только позволь твоей Мелоди действовать, и за год ты станешь богатым, милый Миша, через год тебя, благодаря твоему изобретению, узнает вся Америка!

Скажите, может ли жизнь быть чудеснее? Разве не позабудешь тут все, что было?

— Ах, Мелоди, Мелоди…

— Да, Миша, да, да! Иди к твоей Мелоди, которая так любит тебя…

Миша идет.

В последующие три дня они практически не вылезают из постели. Миша — обычный здоровый молодой мужчина, но сейчас он совершает то, что не в состоянии совершить десять мужчин, особенно после того, как Мелоди выбросила своего Джонни — он ей больше не нужен.

Ах, но великий поэт Генрих Гейне, которого Миша так чтит, писал: «Любовь утомляет человека, она обессиливает человека» (с прекрасной Мелоди это так). На третий день у Миши появляются первые признаки утомления.

Ну, это не проблема!

— Когда я работала, — говорит Мелоди, — у меня всегда было очень много дел, и я тоже бывала утомлена, а для таких случаев у каждого агента есть пилюли, они могут быть красными и голубыми, белыми и полосатыми, у меня их еще много, милый, это в сто раз лучше, чем самый лучший первитин, с ним и ты вообще не будешь останавливаться. Подожди, я дам тебе несколько этих uppers!

— Этих — чего?

— Uppers! От слова up — вверх, выше. — Мелоди бежит в ванную и возвращается оттуда с тремя красными пилюлями. — На, запей чаем! Ты почувствуешь, что это чудо, мой дорогой!

Миша берет, глотает и чувствует, что это действительно чудо. Боже всемогущий, действительно, утомления как не бывало! Гоп, продолжаем!

Конечно, даже у самых лучших uppers есть побочные эффекты. Не то чтобы после их употребления затрахиваются до смерти, но со временем у принявшего их начинает кружиться голова. Только головокружение, не усталость. Приятное головокружение, такое же веселое, как при легком опьянении. И зрение тоже немного притупляется, цвета блекнут, кажется, что все колышется, не только сам, но и сладкая Мелоди тоже в мягком, убаюкивающем колыхании. И все шорохи гулом отдаются в ушах. Как при легком опьянении, но опьянение становится все сильнее и сильнее, сознание у Миши уже не такое ясное, скажем честно: о ясности сознания не может быть и речи.

Ежов снова звонит и говорит, что он распорядился, чтобы из отдела УВИРа, выдающего выездные визы, бланки для Миши доставили в гостиницу, и из консульства США тоже. Бланки доставлены, и Миша очень рад, что Мелоди помогает ему их заполнять, потому что его руки тем временем начали слегка дрожать, а буквы плывут перед глазами. Но у Мелоди такой красивый почерк (и она не принимала uppers), она все заполняет, а Мише говорит, что он должен полежать и немного отдохнуть. Она купается, роскошно одевается в своей комнате, целует его — я скоро вернусь к тебе, милый! — и относит бланки туда, куда следует, там их принимают и говорят, что все в порядке. Ежов действительно организовал все великолепно! Мелоди сразу же покупает два билета на швейцарский самолет, на понедельник, 4 мая, вылет в 11.35, — ну, как ты находишь это, дорогой? — и бросает билеты и паспорта на кровать, где лежит Миша.

— Великолепно, — говорит Миша, который теперь уже вообще ничего не может прочитать в своем полубессознательном состоянии, — я нахожу это великолепным. Чудесным. Ты фантастическая женщина, Мелоди! Жизнь фантастически прекрасна! Господи, Нью-Йорк! Мой эко-клозет! Господи, как я взволнован!

— Ты уже летал раньше, милый?

— Еще нет!

— Я так и думала. Поэтому я выбрала самолет «Джамбо» и забронировала два места в первом классе!

— Что это такое, «Джамбо»?

— Огромный комфортабельный пассажирский самолет, милый! Он рассчитан на несколько сотен пассажиров. А там, где мы будем сидеть, в первом классе, очень удобные кресла, дают лучшую еду и сколько угодно шампанского. Ха, теперь мой мальчик попадет в такую обстановку, что он никогда не забудет этот день в своей жизни!


предыдущая глава | Избранное. Компиляция. Книги 1-17 | cледующая глава