home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 2 ПОБЕГ

Джордж Гидеон как-то заторможенно положил трубку на рычаг и сообщил Леметру о происшедшей катастрофе. Тот стремительно встал, пошарив в кармане, достал сигарету и, выйдя на середину кабинета, закурил. Его глаза сузились, губы сжались в узкую полоску. Он отрывисто спросил:

— Массовый побег?.. Держу пари, что Бенсон тоже удрал!

Гидеон в свою очередь извлек свою трубку из дерева дикой вишни, но разжигать её не стал — просто слегка провел пальцами по шероховатому чебуку. Это как-то его успокаивало.

— Леметр, ну что ты так завелся? В тюрьме Милуэйз — более тысячи заключенных. И я не думаю, что сбежало из них более полудюжины. Ничто не дает нам оснований считать, что Бенсон — в их числе.

У Леметра достало ума, чтобы не вступать в дискуссию по этому вопросу.

— Меня поражает другое, — продолжал Гидеон. — Как это они ухитрились совершить побег при той погоде, что стояла в конце недели? Ведь в прошлую субботу на Ланкашир обрушилась снежная буря и мне известно, что всю провинцию замело снегом, особенно в районе Милуэйз. Странная какая-то история!..

— Я мог бы позвонить в Манчестер и… — предложил Леметр.

— Нет, не стоит, — перебил Гидеон. — Лучше-ка сделайте следующее. Побыстрее сбросьте все текущие дела, как если бы нам впредь предстояло заниматься только этим случаем. Не думаю, что беглецам удалось к настоящему времени пробраться далеко на юг. А теперь — за работу!

— О'кей, — подавляя вздох, согласился Леметр. — С его начнем?

— Прежде всего — срочную депешу всем патрульным машинам, в особенности нашим, о необходимости проявлять повышенную бдительность. Ненастье отступает, и боюсь, как бы все это мое жулье не принялось за серьезные дела. Соответствущее указание разошлите во все участки. Подготовьте также полный обзор по досье на "девушку с подснежниками". Постарайтесь разузнать, не приступил ли уже к работе Берди в центральном уголовном суде. Стоит судье немного приболеть и сразу же повсюду возникает такая неразбериха. Приходится из-за этого переносить заседания. Ну, а затем…

Из уст Гидеона, как вода из-под крана, безостановочно потекли инструкции, наметки действий, бесчисленные вопросы. Все, начиная с капрала и кончая инспекторами, не говоря уж о простых «бобби», один за другим, отчитываясь, проследовали через его кабинет. Гидеон так проворно впитывал получаемые о них сведения, что, казалось, был в курсе самых мельчайших событий любого наизначительнейшего дела. Его память словно дублировала картотеку Ярда.

Уже три высокопоставленных лица из руководства полицией звонили ему, интересуясь побегом заключенных. Он даже подумал, не разнесла ли эту новость телефонистка… хотя, может быть, известие об этом поступило в Ярд по телетайпу? Гидеон немедленно отреагировал, осторожно и не привлекая внимания разобравшись в этом вопросе, поскольку терпеть не мог болтливости среди персонала. Оказалось, что все произошло по второму варианту, а именно: вскоре после его разговора с полисменом из Манчестера в Ярд поступило официальное сообщение о случившемся, кстати, мало что добавившее к тому, что уже было известно.

— Почему бы тебе не вызвать на разговор Рипли? — рискнул вставить реплику Леметр.

— Он сам мне позвонит, как только сможет, — невозмутимо отбрил Гидеон.

Лементр покинул кабинет. Гидеон ничуть не сомневался, что его подчиненный проведет следственные действия по делу Милуэйз со всей необходимой тщательностью, но все же предпочитал полагаться только на себя.

А что если Бенсон и в самом деле сбежал из тюрьмы?

Его размышления прервал звонок телефона: то был Рипли.

— Это вы, Джордж?

— Джим, что у вас происходит? Вы что, позамерзли все там что ли?

— Это скорей грозит вам — вот только выложу сейчас всю правду-матку, — угрюмо пробурчал Рипли. — Нужно, однако, честно признать, что они сработали ловко. Использовали момент обильного снегопада. Всего сбежало девять человек. Двоих мы уже прихватили. Они преодолели стену, предварительно утрамбовав нечто вроде лестницы в сгрудившемся около неё сугробе. Кому-то из охранников, понятное дело, положили на лапу, но… Меня не это сейчас терзает… Об этом пусть болит голова у начальника тюрьмы, и должен сказать, что он сегодня утром прилично влип. Главное — в другом: нет сомнений, что среди семерки, все ещё находящейся на свободе, — Бенсон.

— О, неужели! — медленно, растягивая слова, произнес Гидеон.

— Уверен, что когда докопаемся до истины, вскроется, что всю эту заварушку подстроил именно он. Единственный обнадеживающий момент: он десять раз подумает, прежде чем объявиться, даже если сумеет покинуть район Манчестера. Но уверенности в этом — никакой. Я хотел, чтобы вы оказались первым, кто узнал бы эту новость, так как никто лучше вас не знает этого типа Бенсона. Но префект полиции Манчестера не пожелал немного подождать. Вы ведь знаете его норов.

— Спасибо за информацию.

— Я знаю, что Бенсона нужно было бы повесить, — продолжал Рипли, словно угадывая потаенные мысли Гидеона. — Но этого не сделали, и я опасаюсь, что такой выродок, как Бенсон, чуть-чуть не загремевший на перекладину, сегодня не остановится ни перед чем, только бы избежать пожизненного заключения. А вдруг он теперь угомонился? Ведь провести три года в Милуэйз — это что-то да значит!

— Да, внешне так все и выглядит, — с горечью отозвался Гидеон. — А кто ещё удрал с ним? Кто-нибудь из его банды?

— Именно… Джинго Смит и Уолли Элдермен. Остальные работали в одиночку. Полный список немедленно передадим по телетайпу.

— О'кей, Джим. Еще раз благодарю за то, что позвонил.

Хмурый и озабоченный, Гидеон неспешно повесил трубку. Затем, взяв блокнот, набросал список коллег, которым собирался дать указания по этому делу. Но прежде чем обзвонить их, он позволил себе несколько расслабиться. Следовало поразмышлять, хотя бы пару минут, а не чувствовать себя в положении, когда события так и подпирают. Любой побег из тюрьмы чрезвычайно взвинчивал Гидеона. И подобное напряжение, которое к тому же подхлестывала в таких случаях шумиха в печати, кончалось только с поимкой беглеца. А тут речь шла не о каком-то там заурядном преступнике, а о самом Бенсоне! Достаточно сказать, что от этой новости у некоторых от ужаса зайдется сердце и понадобится принять ряд мер, чтобы обезопасить таких лиц. В частности, жену Бенсона. То была давняя история, которую Гидеон, можно сказать, в какой-то степени пережил с самого начала. И главынй вывод, который он вынес из всего этого дела, состоял в том, что Бенсон — настоящий убийца.

Его следовало бы повесить, поскольку было установлено, что за одиннадцать лет он укокошил не менее двух человек. Полиция сумела-таки предъявить ему обвинение в преднамеренном убийстве, но получилось так, что жертва не скончалась от полученных ею ран. Было бы слишком смело утверждать, что этот человек все ещё оставался ижвым, поскольку в сущности, физически и морально, он превратился не более чем в жалкий осколок личности. Но закон не позволяет обвинить кого-либо в убийстве только потому, что тот приговорил другое лицо к "смерти заживо". И тогда Бенсона упекли на пятнадцать лет в тюрьму. Из них три он просидел в Милуэйз.

Внезапно его размышления прервал телефонный звонок. Гдиеон поспешно схватился за трубку.

— Гидеон слушает.

— Джордж, — сухо прозвучал голос заместителя директора или, другими словами, помощника Комиссара. — У вас не найдется пары свободных минут?

— Да, конечно. Тотчас же иду.

Гидеон нажал на кнопку и поднялся из-за стола. Он поправил галстук, надел пиджак и провел рукой по седой шевелюре. Открылась дверь, и на пороге возник молоденький капрал Джефферсон.

— Джефф, будьте добры, побудьте здесь до прихода Леметра. Или пока не вернусь я сам. Меня вызывает начальство.

И Гидеон вышел, двигаясь в своей обычной манере, — неторопливо, но так, что создавалось впечатление, что он сметет со своего пути всякого, кто осмелится ему помешать достигнуть поставленной цели. Неожиданно послышались чьи-то семенившие шаги, и Гидеон подавил появившуюся на его губах улыбку: то был Леметр, который, вывернув из-за угла, едва с ходу не врезался в Гидеона.

— Это был Бенсон! — сверкая от возбуждения глазами, воскликнул он.

— Леметр, бывают моменты, когда у тебя пробуждается талант ясновидца. Джефферсон побудет в кабинете, пока я потолкую с шефом. А ты срочно слетай-ка в архив и, если не трудно, попытайся немедленно разыскать досье на Бенсона и его дружков, Уолди Элдермена и Джинго Смита.

— Они тоже в бегах?

— Да. Возьми также дела на других и дозвонись до пяти полицейских, фамилии которых отмечены у меня в блокноте. Скажи им, чтобы были начеку. Причем, как следует. Думаю, что если мы в самое ближайшее время не отловим этого Бенсона, то нам придется весьма худо.

— Когда-нибудь это должно было свалиться нам на голову, — ответил Леметр. — Слишком уж спокойно все выглядело последнее время. Так что хватит отсиживаться в мягких креслах!

— Хэлло, Джордж! Садитесь, пожалуйста, — пригласил его помощник Комиссара. — Уик-энд удался?

— Прошел на славу. Спасибо.

— Да, за последние шесть недель вы впервые позволили себе отдохнуть в конце недели. По крайней мере, вчера хоть солнце порадовало вас. Садитесь же.

Гидеон обрушился всей своей массой на кресло.

— И что вы предприняли в связи с делом в Милуэйз? Уже получены какие-нибудь сведения?

— Не так уж много, — ответил Гидеон с той особенной улыбкой, которая предназначалась людям, приходившимся ему по душе. — Леметр сейчас как раз ими занимается. Я разослал указания в полицейские участки тех районов, где проживали до заключения сбежавшие, с требованием держать ухо востро. Намерен направить двух своих парней с наказом не спускать глаз с миссис Бенсон. Предпочитаю не передоверять столь ответственное дело местным силам. Ушло распоряжение всей полиции Лондона и близлежащих районов удвоить бдительность. Эх, если бы удалось сграбастать Бенсона в ближайшие часы, сколько бы мы сэкономили времени и денег! Во всяком случае, начало положено, и неплохое.

— Я не очень знаком с делом Бенсона, скорее только понаслышке, но теперь полностью отдаю себе отчет в том, что он действительно опасен и порочен и что материалы на него в этом смысле ничуть не преувеличивают. Вы меня убедили.

— Они верно отражают картину, — безапелляционно заявил Гидеон. — В то же время при тщательном рассмотрелии ситуации становится очевидным, что у него мало шансов уйти далеко по столь заснеженной местности. Полиция Манчестера уже поймала двух беглецов, и у меня есть основания надеяться, что и остальных водворят обратно в камеры ещё до конца ночи. Немного везения и… все утрясется.

— Ну и отлично, — удовлетворенно кивнул шеф. — Давайте рассматривать положение с оптимизмом, только с хорошей стороны. Но, честно говоря, я хотел бы поговорить с вами не столько об этом, сколько о другой истории. Вы уже прочли отчет об этом пресловутом Роузе и убийстве "девушки с подснежниками"?

— Нет. Ознакомился всего лишь с его кратким изложением.

— Мне казалось, что вопрос вроде бы ясен, но вот только что прочитал докладную инспектора Смедда из центрального отделения «Эйч-5»; она-то и заставила меня задуматься, — сказал шеф, протягивая Гидеону несколько отпечатанных листков и фотографию Роуза. — Ему всего лишь двадцать лет, и обычно, когда задерживают таких вот ребят, они после предъявления соответствующих доказательств признаются в чем угодно. Естественно, после разговора с адвокатом, убеждающим их в том, что спасти может только ложь, они берут свои слова обратно. Но странно, что этот парень с самого начала упорно все отрицает. Смедд говорит, что в отличии от своих сверстников, оказывающихся в подобных ситуациях, он абсолютно спокоен. Роуз из хорошей семьи, всего три месяца назад потерял отца, мать до сих пор не может опрвиться от этого горя. У него две сестры, одна старше его, другая моложе.

Все это шеф изложил присущим ему тоном — с этакой долей отрешенности, как если бы хотел извиниться за то, что располагает всеми этими сведениями.

— Смедд, — продолжал он, — кажется, вполне уверен в своих выводах, но я хотел бы, чтобы вы сами взглянули на юного Роуза. А что, если вам позвонить Смедду в удобное для вас время и попросить его… впрочем, может, вы сами заскочите к нему?

— Это вполне реально. Хорошо, я так и сделаю. Это все?

— Не совсем, — сказал помощник Комиссара, скорчив гримасу. Прокуратура направляет к нам нового следователя, который хотел бы поговорить о деле Эдмундсана. Ему впервые приходится заниматься вопросами, касающимися растраты казенных денег, и, если хотите знать мое мнение, он выглядит совсем ещё зеленым. Кому бы его поручить? Во всяком случае, не Гидеону!

Гидеон горячо поблагодарил его.

— Каммингс! Вот кто нам нужен! — воскликнул он. — Он в этом досье здорово разбирается. Конечно, немного не вышел годами, слишком молод, но если ему удастся засадить Эдмундсана за решетку, повышу его в должности. Дело, прямо скажем, трудное, но Каммингс тоже не лыком шит. Теперь все?

— Да. Вы что, очень торопитесь?

— Сдается мне, что сегодня выдастся нелегкий денек и мне следует все время быть начеку, — объяснил Гидеон. — У меня уже невпроворот работы до середины второй половины дня.

Он вышел, все так же неторопливо, и вернулся в свой кабинет.

— Минуточку, вот как раз и он, — воскликнул Леметр, поднимая глаза на Гидеона и прижимая трубку к груди. — Джордж, там, внизу, с тобой требует встречи молодая девушка. Говорит, что это очень важно. Не хочет называть своего имени, но заявляет, что она подруга твоей дочери Пруденс.

— Подруга Пруд? — удивился Гидеон. — О'кей! Пойду узнаю, что ей надо. Ты уже обзвонил всех полицейских, как я просил?

— Не путай быстроту с торопливостью, — дерзко отозвался Леметр.

Гидеон вышел и направился к лифту. Ему редко приходилось оказываться в неловком положении, но в этот раз… Пруденс, его старшая дочь, обзавелась кучей друзей в том мире, который он едва знал — среди музыкантов. Она сама играла на скрипке и обладала достаточным талантом, чтобы в девятнадцать лет сесть за пюпитр в Филармоническом Оркестре, что, как узнал Гидеон, просто замечательно, учитывая её возраст. На неё было совсем непохоже вот так взять и запросто направить к нему в Ярд одну из своих подружек. Если бы возникла такая необходимость, то, по меньшей мере, она предупредила бы его по телефону.

Но Гидеон придерживался принципа смело начинать вот с таких вот необычных ситуаций. Он спустился вниз.

Девушка была почти одного возраста с Пруд. Довольно красивая, свежая с виду, с мягкой кожей, голубыми глазами и явно не увлекалась косметикой. Ее лицо что-то ему напоминало. Но что именно? Приближаясь к ней, он поразился безграничному отчаянию, которым буквально переполнились её глаза, а также той нервозности, которую она — и это было совершенно очевидно пыталась скрыть. Она, несомненно, знала Гидеона в лицо, поскольку сразу же сделала ему шаг навстречу. Но затем, не произнеся ещё ни слова, заметно заколебалась, и Гидеон, чтобы как-то расковать её, мягко улыбнулся, как он сделал бы это в адрес своей дочери Пруденс.

Гидеон вдруг понял, почему с самого начала это лицо показалось ему знакомым.

Она была похожа на Уильяма Роуза, того самого, кого обвиняли в убийстве "девушки с подснежниками", как сестра может быть похожа на брата.


Глава I ВАЖНЫЙ ДОКУМЕНТ | Циклы:"Барон","Патрик Дэлвиш","Гидеон", детективы вне цикла.Компиляция. Книги 1-13 | Глава 3 АЛИБИ РОУЗА