home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 13

Входя в старый Докерский клуб, Гидеон прошествовал под старым транспарантом с выцветшим лозунгом: "Молодежь — за Крестовый поход во имя Христа" и услышал звуки музыки, неистового джаза, исторгавшегося из чрева какого-нибудь радиоприемника или проигрывателя. Увидел он и двух членов этой бандитской тусовки, кривлявшихся на пороге большого, ярко освещенного зала, откуда доносились шаркающие звуки, как если бы там танцевали. Кто-то даже визгливо затянул некий модный мотивчик. Два настороженных подростка, бледные и едва доходившие Гидеону до плеча, сделали вид, что пытаются преградить ему путь. Но он невозмутимо продолжал продвигаться вперед, как бы не замечая их. Вопрос встал так, либо он их сметет, либо они его пропустят.

Они расступились.

Гидеон вошел первым; Леметр, шедший за ним, тоже и бровью не повел в сторону своеобразных портье у входа.

С потолка зала свисали бумажные гирлянды и сдутые воздушные шары. В глубине зала, на небольшом возвышении, извивалась под джазовый ритм перед немым микрофоном девица в черном, с обнаженными плечами платье. Воздух давно не проветривавшегося помещения отяжелел густыми клубами вонючего дыма. В середине танцевали, тесно прильнув друг к другу, три пары. Остальная шпана сидела за расставленными вдоль стен столиками. Все одинаково по-юношески угловатые, до синевы бледные, одетые кое-как в затасканное полутряпье, что наглядно свидетельствовало о том, что явились они сюда отнюдь не для разгульного веселья.

За самым большим столом восседал сам каид — Мелки, а точнее Антонио Мелкрино, вместе со своей Лолло. В действительности её звали иначе — Мария. А кличку Лоллобриджида она заполучила за изящную фигурку с непристойно наводящими на фривольные мысли округлыми формами. Платье из черного атласа настолько плотно облегало её, что, сдавливая живот, выпучивало вперед груди, выставляя её скорее в карикатурном виде, нежели в образе привлекательной женщины. И все равно: со своими кудряшками темных волос и полными губами она была очаровательна. С трудом верилось, что Лолла — мать троих детей.

Мелки был по происхождению итальянцем, хотя его предки уже три поколения проживали в Лондоне. Родители держали кафеюшку в Кенсингтоне и горевали лишь об одном — о том, что их сын покатился по дурной дорожке. Он не навещал их вот уже несколько лет. С виду Мелки был парнем небольшого роста, стройным, с несколько резкими чертами умного и чувственного лица. Его можно было легко принять за интеллигента или артиста. Но единственным доступным ему видом искусства оказалось умение мастерски владеть ножом. Он, как никто другой, умел ловко рассечь человеческую плоть…

Музыка резко оборвалась. Мелки не давал на этот счет никаких видимых указаний рыжему парню, державшемуся близ проигрывателя, но тот уже сменил пластинку, послышалась другая джазовая мелодия, и девица, все так же вихляясь, принялась подпевать. Все это, должно быть, входило в заранее разработанную программу, было подстроено. Эти юнцы ни за что на свете не хотели бы признаться, что полиция в чем-то может их напугать.

Гидеон прочно и уверенно встал у большого стола. Взглянув на Лолло, он снял шляпу, отвесив ей церемонный поклон, как бы выражая свое почтение.

— Ты — Тони Мелкрино? — буднично проронил он.

— Я, — процедил, почти не разжимая губ, Мелки.

— Что тут происходит сегодня вечером?

— Да вот, забавляемся с приятелями.

— Поздновато что-то, не находишь?

— Да мамочка разрешила погулять сегодня вволю.

В зале прокатился одобрительный смех, посмеивались и хихикали откровенно, с издевкой. Танцоры нарочито приблизились к столу, выделывая па прямо перед беседующими, сторожко следя, однако, за реакцией Гидеона.

— Воспринимай, как хочешь, но мой тебе дружеский совет: закрывай по-доброму свою лавочку и поди-ка сосни пару часов, прихватив с собой и дружков.

— А что я такого натворил? — завелся Мелкрино, выпячивая грудь. — Сам я не сую нос в чужие дела, да вот жалко, что не все следуют моему примеру.

Гидеон смолчал. Чувствовалось, что Мелкрино весьма не по себе, но с другой стороны обеспокоенным или встревоженным его не назовешь. Все было в рамках закона, и он это прекрасно знал. У Хемингуэя в эти минуты, вероятно, происходил такого же рода разговор, и он, видимо, клял себя, что только зря теряет время.

— Уходя, не забудьте прикрыть за собой дверь, — нагло бросил им в лицо Мелки, — а то я не переношу сквозняков.

И снова — сдавленные смешки прокатились по залу.

— Выслушай меня хорошенько, Мелкрино, — спокойно отреагировал Гидеон, глядя в упор на доморощенного гангстера и его подружку. — Если ты сегодня ввяжешься в эту драку, то пожалеешь. Это — мое тебе предупреждение. Прикажи своим парням разойтись по домам. (Замолчав на секунду, он успел перехватить заговорщицкий взгляд, которым молниеносно обменялись Лолло и Мелки. Эх, бедные несмышленыши, до чего же чертовски умными считают они себя в этот момент!) И Хемингуэй сейчас выдает подобные же рекомендации шпане Уайда. Если вам так приспичело потолковать между собой, идите поищите другое место для этого. Здесь я — хозяин.

— А вот это уже мои личные дела, которые никого не касаются.

Гидеон был уверен, что промелькнувший во взглядах и полуулыбке Лолло и Мелки огонек удовлетворения означал только одно. Он, видимо, говорил сейчас с ними именно так, как они и рассчитывали. Но что, собственно говоря, он им заявил? Что полиция опасается грандиозной потасовки между двумя криминальными структурами?

— Не вынуждай нас прибегать к силе, — повторил Гидеон.

— Ой, как страшно! Какой сердитый, толстый дяденька! — ощерился Мелки. — Вы что, думаете, что мы испугались жалкой кучки фараончиков? Поди свари себе яичко, олух!

И он сопроводил свое оскорбление неприличным жестом. Зал взорвался от восторга.

Музыка разом стихла посередине мелодии, и если бы это отребье захотело, то ситуация теперь могла бы весьма плохо обернуться для визитеров. Но Гидеон не считал, что сейчас это отвечает их интересам. Он сделал вид, что они одержали верх.

— Ну что ж, превосходно. Я вас предупредил. Пришел сюда лично сказать тебе, что Хемингуэй получил серьезное подкрепление. ЕПсли ты и впрямь стремишься порезать на кусочки милых дружкой Уайда, что же — скатертью дорога. Но ещё раз предупреждаю тебя: все, кто попадется нам в руки, очутятся за решеткой и выберутся оттуда не скоро.

— Смотри не переутомись, папаша!

Снова всплеск ликования.

В наступившей за этим тишине Гидеон с горечью подумал, что вот сейчас он удалится отсюда под улюлюканье и полные сарказма выкрики этих недорослей, которые вообразят, что одержали важную победу, что отныне они смогут безнаказанно строить рожи полиции. А эта их убежденность в конечном счете может дорого им обойтись. Они ослабят теперь бдительность, и этот ничтожный триумф вскружит им головы.

И тут поднялась Лолло Мелкрино. Упершись руками в бедра она вразвалочку подошла к Гидеону. Красивая все же она, стерва! Встав перед ним, хрупкая такая, гладенькая и кругленькая, терявшаяся перед могучей фигурой полицейского, она хрипло выдыхнула:

— А почему бы тебе не поискать кого-то твоих размеров, чтобы поиграть в игрушки?

На этот раз от поднявшегося гогота задрожали даже стены.

— После такого унижения, если мы их по-настоящему не раздавим, — ныл по пути Леметр, — лучше уж сразу подать в отставку.

— Целиком и полностью согласен с тобой, — поддержал его Гидеон.

Они вовсе не спешили возвратиться на угол улицы, где незадолго до этого расстались. Хемингуэй, судя по всему, ещё не подошел туда. От тумана не осталось никаких следов. Звездочки посверкивали в небесах. Вдали взвыла сирена. Какое-то судно покидало порт Лондон.

Подойдя к машине, Гидеон включил рацию, Леметр закурил.

Гидеон вызвал Эпплби.

— Привет, парниша! Друзей, значит, ещё не забывают? Как там у тебя?

— Не здорово, — признался Гидеон.

— В любом случае не ждите от нас больше никакой подмоги. Пришлось выслать в Хэмстед целый взвод. Сразу три кражи со взломом в одном квартале. Может, шурует один и тот же субъект, а может, и нет. Неприятности и в Лэйлинг сквэр. Похоже, что какая-то леди смоталась со своим шофером, прихватив семейные драгоценности. Его Милость несколько подрассердилась. И попыталась пострелять по пылким любовникам.

— Кто это?

— Лорд Эддисел.

— Будь осторожен! Кто там у нас сейчас дежурит?.. Пошли туда Морли и…

— Уже на месте. Но скандал замять не можем. "Дейли Уайт" тут как тут, уже прискакали.

— Ничего. Если кто и сможет поправить положение, то это Морли. В любом случае не хочу, чтобы возникли какие-либо осложнения с Палатой Лордов и…

— Ого! А ну напомни-ка мне, что за балбес заявил, что есть два закона — один для толстосумов, а другой для бедняков? Хватит трепаться на этот счет! А то — Свобода, Равенство, как болтают эти французы… Кстати о них, у меня тут болтается месье Монне. Ну не совсем рядом, а сидит внизу. Сколько ты там ещё проторчишь, как думаешь?

— Скажем, с полчаса. Займись им.

— Ладно, сделаю, шеф. Ну вот, кажется и все. Остальное — мелочевка.

Гидеон повесил трубку, подумав, что Эпплби неплохо там справляется и один. А почему бы и нет, черт побери? Несмотря на свои плоские выходки и мальчишеские выходки Эпплби был превосходным полицейским.

— Что нового? — осведомился Леметр.

— Пока тихо. Ограбление в Хэмспстеде, ничего сенсационного.

В этот момент во всю прыть примчался Хемингуэй.

— Как там прошло у вас? — первым делом поинтересовался у него Гидеон.

— Пошикали, попускали непристойности в наш адрес. И знаешь что, Джордж, хочешь верь, хочешь нет, но когда я им посоветовал тихо-мирно разбрестись по домам, поскольку мы не потерпим всеобщей свары, их главарь еле удержался, чтобы не прыснуть со смеху. И знаешь, что я выяснил?

— Чего же?

— "Марианна" ждет последнюю партию груза, которая должна прибыть с минуты на минуту. Ничего особенного. Всего несколько почтовых ящиков. Но в некоторых из них лежат пухлые пакетики с фунтами стерлингов для нужд банков Бельгии и Голландии, там также завалялся ещё один конвертик, набитый техническими алмазами, отправляемыми в Голландию. И нечему тут удивляться, что я ничего не знал об этом. Почта перешла на этот вариант доставки наличности всего пару недель тому назад. До сего времени все шло по воздуху.

— Твое мнение: как они будут брать добычу?

— Думаю, что как только почтовый фургон отправится в путь, их предупредят, скорее всего, по телефону. И вот тогда-то они и затеют драчку, чтобы отвлечь наше внимание. Грузовик они остановят где-то недалеко от «Марианны», пока мы будем тут отсиживаться в ожидании тех, кого можно подобрать из этих головорезов. А они по сигналу одного из главарей погрузят добычу и мило расстанутся, пожав на прощанье друг другу ручки. И все. Называется: не горюй, Берта, увидимся в понедельник. Целую в щечку. Адье.

— Хм, вполне вероятный ход событий, — согласился Гидеон. — Но полагая: не такая уж это трудность — выяснить маршрут почтового грузовика и проследить за ним. Я, к сожалению, должен тебя оставить — требуют в контору. А ты досмотришь спектакль, Лем?

— Если я тебе не нужен.

— Зайди потом, расскажи, как все произойдет. Так не хочется уходить, но француз ждет. Специально прибыл из Парижа требовать выдачи одного субъекта, что прибыл к нам самолетом. Эй, кстати, поосторожнее с этой женушкой Мелки. Она поопасней, чем обе банды вместе взятые.

Гидеон уселся в машину и укатил под одобрительный смачный хохот коллег.

— Таких, как «Джи-Джи», ещё поискать надо, — заметил Хемингуэй.

— Да на них формочка поломалась. Больше не делают, — поддакнул Леметр. — Ну что, начнем?

Спустя ещё четверть часа ещё два полицейских фургона проскочили в другом конце улицы Лэссистер-стрит, по-прежнему пустынной и погруженной, как и остальной Лондон, в тишину. Здесь ещё плавали кое-где в воздухе грязные хлопья дыма.

Гидеон спешил в Скотланд-Ярд, проскакивая по этим осовелым улочкам. Вскоре показался Биг Бен, и он решил провести небольшой тест на зрение. В принципе он оказался в состоянии различать стрелки, а, значит, и время на нем, с расстояния от Чаринг кросс. Гидеон решил, что для его возраста это совсем неплохой показатель. Сейчас он чувствовал себя значительно лучше, чем тогда, когда выехал из Скотланд-Ярда и даже как-то внутренне уже смирился с поражением в охоте на бродягу. Утром он выдаст прессе в качестве главной для них кормежки сегодняшние события с ложной разборкой в Ист Энде, спасение ребенка Харрисов, а также две-три других мелких, но успешных операций. Журналисты, конечно, не преминут раз-два колко уязвить его за Бродягу, но на том все и закончится.

Гидеон въехал под свод ворот Скотланд-Ярда тогда, когда часы показывали ровно три. Во дворе стояло три автобуса с готовыми к выезду командами. Когда вот так сиротливо оставались на мостовой во дворе всего три резервных фургона, это означало, что ночь прошла в хлопотах, бурно. Гидеон перекинулся парой слов с двумя дежурившими инспекторами и поспешил заскочить в лифт, чтобы побыстрее подняться к себе в кабинет. Он уже почти держался за ручку двери, как кто-то в коридоре окликнул его.

— Джордж!

То был тощий Гибб, который, скинув белый халат, бежал. Он носил донельзя помятые, буквально вьющиеся винтом брюки, старый твидовый пиджак и рубашку, размера на три больше, чем ему полагалось. Гибб был непоколебимо убежден, что одна из главных причин сердечных приступов — слишком тесная одежда.

— Что-нибудь новенькое? — спросил Гидеон.

— Эти кусочки кожи под ногтями и кровь. Нулевая группа. И у меня уже все готово насчет волос. Как чувствует себя малышка?

— Еще не знаю — отлучался.

— Держите меня в курсе. Я быстренько спущусь в столовую: проглочу яичницу с беконом — и обратно.

— Скажи там, что как только освобожусь, тоже явлюсь к ним чего-нибудь перекусить.

Гидеон, открыв дверь в кабинет, замер на пороге.

Несмотря на то, что он прекрасно владел французским, Гидеон не мог уловить ни слова из того, о чем столь оживленно беседовали между собой двое сидевших в его бюро человека, дополняя фразы массой беспорядочных жестов. Ну прямо два вылитых француза!

Один из них, бесспорно, таковым и являлся, месье Монне. Но другим был Эпплби. Оба не обратили внимания на шум отворившейся двери. Гидеон зачарованно вслушивался, боясь пошевелиться. Время от времени какое то словечко все же казалось ему знакомым, но собеседники выпаливали их, как из пулемета, так что понять общий смысл разговора было совершенно невозможно. Наконец, он уразумел, что месье Монне изъяснялся на жаргоне французского, а Эпплби пытался это «арго» перевести на чистый «кокни». Он не мог удержаться и расхохотался. Эпплби вздрогнул, как от удара электрическим током:

— А, привет, старина! А я и не слышал, как ты вошел. Позволь представить тебе месье Монне.

Француз поспешно вскочил и протянул руку. Это был молодой, отлично выбритый, одетый с известной изысканностью человек. Обретя серьезность, он, тем не менее, сохранял на лице несколько напряженное, беспокойное выражение, как если бы опасался, что своим неуместным смехом и весельем оскорбил старшего над Эпплби чина. Он обратился к Гидеону на столь же безупречном английском, насколько таковым являлся французский Эпплби.

— Я очень польщен знакомством с вами, мистер Гидеон, и хотел бы…

— Извините, пожалуйста. Всего секундочку, — прервал его Гидеон, обращаясь к Эпплби. — Есть новости из Брикстонской клиники?

— Без изменений.

И Бродяги след простыл.

— А в остальном, все хорошо?..

— Разумеется, — оживился Эпплби, кладя руку на стопку отчетов. — Я ещё не успел их перечитать, но вроде бы ничего существенного не предвидется. Иначе, они ыб уже телефон оборвали.

— И то верно. Мистер Монне и я к вашим услугам…

Среди рапортов, кучкой возвышавшихся на рабочем столе Гидеона, лежало и донесение из подразделения «Си-Ди», то бишь из Фулхэма. В нем всего-навсего говорилось, что некая миссис Рассел, проживавшая по адресу, 97, Хорли Роад, звонила в два часа, беспокоясь, что по неизвестным причинам задержалась её дочь, миссис Пенн, и что это было для неё совершенно нехарактерно, поскольку дочь никогда не оставалась вне дома после десяти вечера. В рапорте добавлялось, что ни в полицейских участках, ни в клиниках нет никаких сведений о возможном несчастном случае с миссис Пенн.


Глава 12 | Циклы:"Барон","Патрик Дэлвиш","Гидеон", детективы вне цикла.Компиляция. Книги 1-13 | Глава 14