home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 3

Страх рождает отвратительный запах. Питер помнил его еще по Корее, когда они часами сидели в ожидании перед боем. Сладковатый, с примесью тревоги и беспокойства. Этим едким запахом был сейчас заполнен кабинет Маклина.

Билли Пауэрса оторвали от завтрака в его небольшом коттедже, находящемся на территории загородного клуба. Он умолял, чтобы ему дали возможность договориться с комитетом турнира об изменении времени его выхода – закладка первого мяча была у него назначена на восемь пятнадцать утра. Менее знаменитые игроки выступили раньше. Выход звезд, как всегда, был запланирован на позднее утро и день, когда тысячи зрителей, специально съехавшиеся посмотреть на их игру, окончательно соберутся. Полицейский, прибывший за Пауэрсом, не был склонен любезничать. Пауэрс требовал ответить, почему его везут в отделение. Как доложил полицейский Маклину, он вел себя отнюдь не как виновный в чем-то человек, а, напротив, был ужасно зол. Турнир был очень важен для него.

Однако его раздражение и напыщенная самоуверенность улетучились, как только он увидел в кабинете Маклина Сандру и Питера. Сандра успела смыть с лица размазанную краску и выглядела теперь бледной и крайне усталой. Казалось, в воздухе кабинета растекается яд страха. Но все же он предпринял последнюю попытку изобразить негодование.

– Какое вы имели право притаскивать меня сюда? – накинулся он на Маклина. – Вы что, не знаете, какой сегодня день? Меня же дисквалифицируют за то, что я не появился вовремя на поле!

– Мы сможем при необходимости все уладить, – сказал Маклин. – Вы доставлены сюда по подозрению в изнасиловании.

– Что?!

– Нам нужен от вас подробный отчет о том, где вы были и что делали в прошлое воскресенье днем.

– В воскресенье? – Темные глаза метнулись в сторону Сандры.

– Извините, Пауэрс, – прошептала она, по-школьному назвав его по фамилии.

– Как я могу вспомнить, чем занимался в воскресенье днем? – возмущался Пауэрс. – Гольфом, наверное. – Он бросил мимолетный взгляд на полицейского, ведущего стенографическую запись.

– С кем?

За этим последовало долгое разбирательство: вопросы и увертки, обвинения и отговорки. В конечном счете было обнаружено отсутствие каких бы то ни было свидетелей и вообще алиби. У Пауэрса не оказалось возможности отрицать свои недвусмысленные приставания к Сандре. Она, с исказившимся от стыда лицом, несколько раз повторила свою историю и категорически отрицала, что могла дать ему для этого повод. Упомянула она и имя Эллен, после чего снова начались вопросы: где был и что делал Пауэрс в воскресенье днем.

В конце концов Пауэрс сломался, и едким запахом страха повеяло еще сильнее.

– Что толку говорить вам правду? – кричал он. – Вы же все равно не поверите!

– А вы попробуйте, – сказал Маклин.

На мгновение Пауэрс по-настоящему разозлился.

– Я не мог отказать ей, так как знал, что это нужно для мистера Сэма! – кричал он, тыча пальцем на Сандру. – Если бы она пошла к нему и нажаловалась, с моей карьерой и здесь, и где-либо еще было бы покончено навсегда! Она попросила меня. Попросила в самую последнюю минуту.

– Давайте ближе к делу. Что было в воскресенье днем? – сказал Маклин.

– Она упомянула имя этой Ландерс, и я призадумался. Я часто замечал ее в городе. Она ведь была красотка, вы же знаете, сержант. Когда Сандра так сказала, я призадумался: а вдруг она и впрямь клюнет? Ведь она здесь одна, и никто ее ни разу не видел с мужчиной. Вот я и поехал к ней в воскресенье. А в остальное вы не поверите.

– А вы все же расскажите.

– Я подъехал к ее парковке, – начал Пауэрс. – Как вы понимаете, я не собирался скрываться. Машина ее стояла там, я поставил свою рядом и пошел к дому. Я хотел предложить ей поехать куда-нибудь немного выпить. У меня уже была разработана схема, как к ней подступиться. Я решил сказать, что видел ее в городе, очень удивился, что она постоянно одна, и подумал, что, быть может, ей нужна компания. Она могла согласиться, а могла отказать, но, судя по тому, что сказала о ней Сандра, она скорее всего согласилась бы. Но в доме ее не оказалось, и я решил, что, раз машина стоит на месте, значит, сама она где-то неподалеку. Я немного подождал на крыльце. Было тихо, вдруг я услышал всплеск – словно кто-то плавал. Я подумал, что где-то тут, должно быть, есть озерцо, поискал и нашел тропинку, приведшую меня к нему. Вокруг не было ни звука, и я старался идти тихо. Вдруг я заметил ее на противоположном берегу – она лежала абсолютно голая на камнях и грелась на солнышке. – Пауэрс облизнул губы. – В то, что было дальше, вы не поверите.

– Продолжайте.

– Вы могли бы подумать, что я собирался подойти к ней, но я этого не сделал. Я представил, что она смутится или рассердится, если поймет, что я видел ее в таком виде. Поэтому я остался стоять в кустах и наблюдал за нею. – Он снова облизнул губы. – Так я стоял, не издавая ни звука. Спустя некоторое время она встала и снова зашла в воду. Она подплыла к берегу всего в нескольких ярдах от того места, где я прятался. – Едкий запах страха в виде капель пота проступил на лице Пауэрса. – Она вышла из воды, подобрала свою одежду и надела ее на себя. Я наблюдал за нею из своего укрытия. Она пошла по тропинке, но не к дому, а прямиком к стоянке, там села в свой «триумф» и уехала.

– В котором часу это было? – спросил Маклин ровным голосом.

– Без нескольких минут пять. Я точно помню, что посмотрел на часы. Поезд ушел, решил я и задумался над тем, как провести остаток дня.

Осовелые глаза Маклина, казалось, были закрыты – ведь он совсем не спал. Но упорство не изменяло ему.

– Хорошо, Пауэрс. Давайте-ка попробуем еще раз, – сказал он. – Что же случилось на самом деле? Кто был с вами?

– Никого со мной не было! Я же говорил, вы мне не поверите, потому что это как раз и есть правда! – Голос его взвинтился до истерических ноток. – Могу прибавить только совсем немного. Я сел в машину и вернулся в город. Проезжая мимо отделения, я заметил возле него маленький «триумф» и немного струхнул, решив, что она задумала подать на меня заявление за то, что я подглядывал. Но на следующее утро я прочел в газете о том, что якобы двое парней изнасиловали ее.

Глаза Маклина резко распахнулись.

– Значит, вам известно, в котором часу она приехала сюда.

– Конечно. Поэтому-то я и сказал вам с самого начала, что правду говорить бесполезно. Потому что, если вы поверите моим словам, это будет означать, что она лжет. У нее вовсе не было никакого шока, напротив, она была спокойна, как лед. Даже заглянула в пудреницу, после того как оделась. Потом надела черные очки и укатила в отделение. – Голос Пауэрса дрожал и ломался. – Я знаю, вы собираетесь арестовать меня, что бы я ни сказал, но говорю вам – это настоящая правда!

– Вы прекрасно знаете, что Эллен Ландерс не может сейчас опровергнуть ваши слова, – заметил Маклин.

– Думаю, она обязательно это сделает, потому что ее приезд сюда имел какие-то свои причины. Приведите ее сюда, и я выскажу ей все. Я опишу в ее присутствии каждое движение, которое она сделала, даже место, где она лежала и где подплыла к берегу, и что из одежды надела в первую очередь.

– Но вы же знаете, что я не могу привести ее сюда!

– Это почему же? Она что, какая-то особенная?

Маклин посмотрел на Питера. Им обоим было известно о нападении на Эллен Ландерс, но то, что она находится в предсмертном состоянии, еще не стало достоянием гласности. Радио, телевидение и другие средства массовой информации еще не узнали об этом.

– Давайте попробуем подойти с другой стороны, – предложил Маклин. – Как насчет вчерашнего дня и сегодняшней ночи? Где вы были и чем занимались?

Пауэрс вытер пот со лба тыльной стороной руки.

– Хорошо, если бы это имело какое-то значение. Весь день я был в клубе – выступал в товарищеском матче с Джимми Хелдом. Мы закончили в шесть. Я живу в одном доме с профессионалом по имени Селлерс. Он тоже участвует в турнире. Мы переоделись и вместе отправились на прием в клуб. Нам обоим с утра нужно было выходить на поле, поэтому мы оба рано вернулись и легли спать около двенадцати. Этот Селлерс – Майк Селлерс – и еще сотня других людей могут рассказать вам о каждой минуте, проведенной мною за это время. Мне бы хотелось, чтобы это было моей единственной проблемой.

– Возможно, здесь вам повезло, – сказал Маклин. – Около половины третьего дня кто-то напал на мисс Ландерс и избил ее до полусмерти. Сейчас она находится в больнице, и там считают, что она не выживет. Вот почему я не могу привести ее сюда.

У Пауэрса отвисла челюсть.

– Это после того, как она застрелила двух парней?

– Разумеется, она не могла застрелить их после того, как была избита. Если вообще стреляла, – сказал Маклин.

В кабинете воцарилась звенящая тишина. Маклин доставал себе сигарету, Пауэрс смотрел на него так, словно от того, что скажет сейчас сержант, зависела его жизнь.

Наконец Маклин выпустил клуб дыма:

– Как вы понимаете, Пауэрс, я не верю ни одному вашему слову.

– Я знаю, – с горечью проговорил тот. – Я с самого начала знал, что вы не поверите. Но у меня нет другого способа защититься, кроме как рассказать правду и молиться.

– Я намерен дать вам возможность подумать еще раз, – сказал Маклин и обратился к стенографисту: – Проводите его в «гостиную» и предоставьте лучшие «апартаменты».

У Пауэрса был такой вид, словно он собирается протестовать, однако он этого не сделал. Уже в дверях он обернулся и посмотрел на Сандру.

– Спасибо за все, – сказал он ей.

– Вам нечего добавить ко всему, что здесь было сказано, миссис Делафилд? – спросил Маклин, когда Пауэрс ушел.

Сандра покачала головой. Она была на грани душевного и физического краха.

– Я распоряжусь, чтобы кто-нибудь отвез вас домой, – сказал Маклин.

Когда она ушла, он посмотрел на Питера:

– Возможно, Говарду не так уж и повезло. – Он откинулся на спинку стула и приложил пальцы к закрытым векам. – Я хочу проверить алиби Пауэрса на вчерашний день и сегодняшнюю ночь, прежде чем поговорить с ним еще раз. Одно только, на мой взгляд, заслуживает доверия. Он не знал, что Ландерс была избита, и его реакция на эту новость прозвучала вполне искренне.

– Стоит заметить, что вся его история прозвучала вполне искренне, – спокойно проговорил Питер.

– Вы думаете? – сказал Маклин. – А у меня сложилось впечатление, что мы застукали его врасплох. Он был там с каким-то дружком в воскресенье. А как вам нравится эта Сандра Делафилд? Сначала раздразнила его, а потом натравила на другую. Если бы моя жена так поступила, она бы сейчас лежала на соседней койке с этой Ландерс, прости меня, Господи, грешного. Ну да ладно, как бы там ни было, а он приходил туда с дружком. Думаю, они увидели ее голой и напали на нее, а потом дали деру и еще какое-то время болтались по городу – выжидали, как пойдут дела дальше. Может, видели, как она поехала в полицию, но все-таки поняли, что она не узнает их. До сегодняшнего утра он был совершенно спокоен – пока мы не нагрянули к нему домой. Он понял, что влип – Сандра знала о его возможном визите туда, да и девица Ландерс могла его как-то узнать. Вот почему он вынужден был признаться, что был там.

– Скажите, полицейский врач осматривал Эллен Ландерс после ее заявления об изнасиловании? – спросил Питер.

– Нет, – ответил Маклин, хмурясь.

– Почему?

– Она утверждала, что не получила серьезных повреждений – только синяки и ушибы. Я предложил, чтобы наш врач осмотрел ее, но она отказалась. Я подумал, что с нее и так достаточно, чтобы еще и врач щупал ее своими руками. Она сказала, что при необходимости обратится к своему доктору.

– А кто ее доктор? – поинтересовался Питер.

– Не знаю. Я подумал, что у нее, наверное, есть свой в Нью-Йорке. Может, вы, Стайлс, считаете, что я что-то упустил, только эти изнасилования… Они требуют деликатности. Заключение доктора вряд ли помогло бы нам поймать этих двоих.

– Оно помогло бы вам полностью увериться в правдивости ее слов, – возразил Питер.

– Господи, Стайлс, да почему я должен подвергать их сомнению? Я же видел, в каком состоянии она была! А ведь ее истеричкой не назовешь.

– И все же жаль, что у вас нет медицинского освидетельствования о том, что она была действительно избита и изнасилована, – настаивал Питер. – Тогда у Пауэрса не было бы оправдания. Но если история с изнасилованием вымысел…

– Господи, да зачем же ей врываться сюда и сочинять такую ужасную историю? – удивился Маклин. – Ведь таких вещей не утаишь, а она, наоборот, не хотела гласности. Она умоляла меня постараться оставить это в секрете, но я сказал, что не смогу объявить повсеместный розыск, не сделав этот случай достоянием гласности.

– И все же позвольте мне, Маклин, так, пунктуальности ради, заметить, – проговорил Питер. – Если история с изнасилованием вымысел, тогда рассказ Пауэрса может оказаться правдой.

– Не может такого быть. Девушка сказала мне правду. А вспомните, как она встретила вас. С ружьем в руках! Разве стала бы она вести себя так, зная, что ей нечего бояться?

– Нет, – согласился Питер, нахмурившись. – Но может, она боялась чего-то другого?

– По-моему, нам обоим не мешало бы немного поспать, – сказал Маклин. – Одному только Богу известно, как я устал! А потом я все-таки вытряхну правду из этого Пауэрса, даже если мне придется поджарить его на сковородке!

Питер потянулся:

– У меня есть предчувствие, что его алиби на вчерашний день и сегодняшнюю ночь окажется вполне состоятельным. Тогда у нас снова не останется ни одной ниточки, способной привести к тому, кто упек Эллен Ландерс на больничную койку. А как насчет Говарда Делафилда? Так ли он чист?

– Вчера днем он уехал из лаборатории в пятнадцать минут третьего, чтобы повидаться с девушкой. По его словам, он чувствовал, что должен ей как-то помочь. Раньше он уехать не мог и позвонить тоже. Прибыл он туда в половине третьего и сказал, что видел, как вы выезжали. Верно? Вы ведь тоже сказали, что он чуть не снес вам крыло?

– Да, – подтвердил Питер без всяких эмоций.

– Он пробыл у нее минут десять и вернулся в лабораторию без пяти три. Этому есть подтверждение – служба безопасности записывает все приходы и уходы при помощи электроники. К тому же Крамм лично видел его. От ее дома до лаборатории езды четверть часа, плюс-минус пять минут. Значит, у него было десять минут, но за такое время нельзя было успеть избить и отвезти к карьеру. И потом, кто же тогда застрелил Уинтерса и Кристи? Но давайте закончим с Говардом. Он закончил работу в лаборатории в шесть и поехал домой переодеться. За весь дальнейший вечер у него не было ни десяти минут, которые он не провел бы на людях, включая разговор с вами.

Да, похоже, Говард говорил правду. Голую правду, за исключением основных личных подробностей.

– Думаю, Пауэрс все-таки тот, кто нам нужен, – сказал Маклин.

Питер медленно покачал головой:

– А у меня есть смутное чувство, что это не так.

Питеру вспомнились слова Девери о том, что нужно полагаться на собственные уши. Сейчас чутье подсказывало ему, что слова, которые он услышал от Билли Пауэрса, были правдой.


Глава 2 | Избранные крутые детективы. Компиляция. Романы 1-22 | Глава 4