home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



* * *

Группа шла очень быстро. Тасконцы прекрасно знали местность и потому практически не останавливались. Тем более, что они были налегке, а вот разведчикам приходилось туго. Такой темп не могли выдержать ни земляне, ни аланцы. Спустя три часа Кайнц взглянул на своих людей и дал сигнал к привалу. Сбросив тяжелые рюкзаки, воины попадали на землю. Даже такие молодые парни, как Храбров и Ридле, с трудом переводили дыхание. Стоя чуть в стороне, улыбались лемы. Для них подобные переходы давно стали обыденными.

– Осталось совсем немного, – благожелательно сказал Саунт. – Около двенадцати километров. Мы уже находимся на территории независимых городов, так что опасаться нечего.

– Но ведь ты говорил, что бандиты арка бесчинствуют на ваших землях? – произнес де Креньян.

– Это так, – согласился Крик. – Но действуют они малыми группами. Вряд ли подобная шайка решится напасть на пятнадцать хорошо вооруженных людей.

– Кто знает… – усмехнулся Лунгрен. – Нас преследуют люди, которым наплевать на условности. Они не остановятся на границе.

Лем удивленно поднял глаза. Что-то в словах воина его насторожило. Саунт немало прожил и кое о чем начал догадываться. Люди Яроха ищут эту группу и любой ценой хотят их уничтожить. Это неспроста. Такую настойчивость арк проявляет далеко не всегда. Значит, они опасны для Яроха. А может, опасны и для всех? Вдруг за этой группой идет целая армия воинов? Противостоять им в центральной Оливии никто не сможет. Впрочем, выбора у Крика не было. Он прекрасно понимал, что еще лет пять, и бандиты арка двинутся на независимые города. Ауних уже истощены и материальные, и людские ресурсы. Эти же солдаты выглядят куда более привлекательно, чем отребье Яроха.

Отдохнув около получаса, земляне начали собираться в дальнейший путь. Пожалуй, это самый тяжелый момент в любом походе. Тело и мышцы еще толком не расслабились, еще не восстановились утраченные силы, а тебе надо снова подниматься, закидывать за спину рюкзак и преодолевать километр за километров. Именно в этот момент Виола и спросил:

– Скажите, Саунт, а за последние год-полтора вы не встречали людей в такой же одежде, как и мы. Дело в том, что несколько наших друзей пропали в этом районе.

Лицо тасконца помрачнело. Переминаясь с ноги на ногу, он наконец проговорил:

– Боюсь, моя информация вас не обрадует. Лично я не встречал этих людей, но в такой одежде приходилось видеть воинов арка. Откуда она у них взялась, думаю, догадываетесь. Больше вам может рассказать Сол. Год назад он кое-что видел.

Крик подозвал юношу и повторил ему вопрос лейтенанта. По лицу Сола пробежал тень боли и сострадания. Взглянув на ожидавших ответа аланцев, он вымолвил:

– Мы шли вдоль шоссе, пробирались к разрушенному городу, когда услышали подозрительные крики. Пришлось затаиться. Вскоре показалась большая группа людей. Это были воины арка, человек двадцать, не меньше. Они вели пятерых пленников, как раз в такой одежде. Три мужчины и две женщины…

Все разведчики тотчас переглянулись.

Сомнений не было – это третья группа. Ведь именно стольких аланцев они не нашли.

– Издевались над ними очень жестоко, – продолжал Сол. – Били ногами, плетьми. А ведь двое мужчин истекали кровью. Они слабели на глазах. Мы изменили свои планы и решили проследить за этой группой. Примерно через час пути бандиты свернули на юго-запад. Как оказалось, там, в чаще леса, располагался лагерь советника Коуна. И что удивительно, этот убийца знал всех пятерых. Между ними состоялся какой-то разговор. Один из мужчин плюнул ему в лицо…

– Что дальше? Дальше! – воскликнула Олис.

– А дальше началось самое ужасное, – с трудом сказал юноша. – Обеих женщин и мужчину раздели донага. Около четырех десятков ублюдков издевались над ними, как могли. Пленных избивали, насиловали, заставляли делать отвратительные вещи. После этого Коун отправил их под охраной куда-то на северо-восток. Это территория арка, и мы не решились идти за ними.

– А раненые? – задал вопрос Бартон.

– На одном из холмов бандиты поставили два огромных деревянных креста. Этих бедняг распяли на них. Очень сожалею, но их останки до сих пор находятся там. Если хотите, мы сделаем крюк и зайдем туда. Это займет часа полтора.

Олис, Линда, Том и Слим смотрели умоляюще на Кайнца. Граф прекрасно понимал их чувства, хотя и не разделял их. Личная безопасность была для него гораздо дороже морали. Но в данном случае задержка не влияла на ситуацию. Если преследователи поддались на уловку, а граф не случайно послал Аято, Храброва и Ридле по шоссе пройти около километра, то они довольно далеко от группы. Ложный след их никуда не приведет. Но даже в том случае, если подвох раскрыт, воины арка не успеют их догнать до города лемов. Ночь они проведут в Лендвиле, а там – как Бог поможет.

– Ладно, я согласен, – вымолвил Генрих. Разведчики круто изменили направление и двинулись на запад. Они прошли около пяти километров, когда почувствовали, что начался длинный подъем. Впрочем, угол был невысок, и темп упал незначительно. Постепенно редел лес, все больше появлялось густых кустов. Это сильно затрудняло движение.

– Еще совсем немного, – пояснил Сол.

И вот позади остались последние деревья, перед разведчиками открылась вершина холма. Трудно сказать почему, но она была совершенно голой. Даже трава здесь росла очень редко. Но зато возвышались два страшных креста. На них висели истлевшие и высохшие останки аланцев.

– Мрачное местечко, – произнес Салах, озираясь по сторонам.

– Да, веселья здесь не намечается, – согласился де Креньян. – Хотя с военной точки зрения, позиция весьма удобна. Обзор исключительный.

Жак был полностью прав.

Холм оказался настолько высок, что позволял оглядывать окрестности на несколько километров. Если бы не слишком высокие деревья на южном склоне, они, наверное, увидели бы и Лендвил. Ведь до него с этой точки оставалось километров пятнадцать.

Но самое удивительное, что подобные холмы создавали странную гряду. Одна цепь уходила на юго-запад, другая – на северо-запад. И если на восток спуск был относительно пологий, то на запад он обрывался гораздо резче. Мало того, километрах в пяти, во впадине виднелось небольшое озеро.

– Странные холмы, – удивленно вымолвил Лунгрен. – Создают какое-то кольцо.

– Ничего странного, – с мрачным выражением лица ответил Виола. – Это края гигантской воронки, образовавшейся после ядерного взрыва. Но честно говоря, я даже боюсь предположить мощность этого боеприпаса. Таких чудовищ Алан никогда не создавал. Выброшенная земля образовала холмы. По всей видимости, очень тяжелые радиоактивные материалы оказались на вершине. Это объясняет столь сильное нарушение биологической жизни.

– Да, – протяжно сказал Ридле. – С таким оружием воевать неинтересно. Бах… и целой армии нет.

Пока земляне и лемы осматривали окрестности, аланцы начали подрубать кресты. На всю работу Кайнц дал им пятнадцать минут, и они очень спешили. Вскоре дерево заскрипело, и мрачное сооружение рухнуло на землю.

Останки людей разлетелись на несколько частей. Вырыв неглубокую могилу, все кости сложили туда. Настроение аланцев было отвратительное. Пока на Тасконе они только и делали, что находили и хоронили трупы своих предшественников. Дольше всех молчал Виола. Наконец, когда группа начала выдвигаться, он подошел к Бартону и тихо проговорил:

– Я вспомнил. Знакомое имя – Коун. Так и вертелось на языке. А теперь все ясно. Он был инструктором по рукопашному бою в Центре подготовки разведгрупп. На Таскону Коун ушел добровольцем в первом потоке. Похоже, что земляне правы – здесь действительно опасный и подлый предатель.

Спустя еще два с половиной часа разведчики вышли из леса. Перед ними раскинулось огромное поле. Часть его была засеяна какими-то злаками, часть использовалась для выпаса скота. Животные очень напоминали земных коров, правда, не имели рогов и хвоста, зато обладали третьим глазом. Своеобразной была и их окраска – фиолетовая, с зеленоватым отливом. Возле стада бегали четверо мальчишек лет двенадцати.

Земляне так увлеклись этой картиной, что не сразу заметили трех воинов, появившихся слева, словно из-под земли. Однако Саунт их ждал.

– Спокойно, – выкрикнул он. – Это друзья. Охранники тотчас исчезли; их умение и маскировку нельзя было не отметить.

– Хороший дозор, – похвалил Кайнц. – Не далековато ли от города?

– Нет, – ответил тасконец. – Самая главная их задача – предупредить пастухов. Животные очень ценны для нас. Разводить конов трудно. А воины арка частенько воруют их, не заботясь о будущем планеты.

Лемы вышли на проселочную дорогу и направились к уже видневшемуся вдали городу. До него осталось не более двух километров. Чем ближе подходили земляне, тем очевидней им становилось – местные жители ничуть не отличаются от них. Мозг одинаково работал в экстремальных ситуациях. Первое, что увидели разведчики, был высокий деревянный частокол. Его высота достигала трех с половиной метров и обеспечивала надежную защиту жителя Лендвила. Осмотрев стены и многослойные, крепкие ворота, де Креньян поднял большой палец.

– Отлично сделано, – произнес маркиз. – Однако хочу посоветовать вам вырыть ров глубиной метра четыре и шириной около восьми. Тогда город будет неприступен для Яроха.

Саунт удивленно посмотрел на Жака.

– Ваша проницательность иногда меня пугает, – вымолвил Крик. – Мы уже полгода обсуждаем на Совете этот вопрос. Правда, пока не пришли к единому мнению.

– Делайте! – произнес Виола. – Он знает, что говорит.

Удивительна человеческая история. Казалось бы, еще двести лет назад между цивилизацией Тасконы и Земли лежала пропасть. Могучая космическая держава и прозябающие в раннем средневековье народы далекой планеты. Знания, открытия землян был смехотворны, по сравнению с устремлениями тасконцев. Они покоряли новые планеты, звездные системы, готовились к полетам к скоплениям звезд. Ничто не предвещало беды. И все же человек странное существо. Века, тысячелетия, десятки тысячелетий он поднимается по лестнице развития. Ценой невероятных потерь, ошибок люди достигают вершины. Они готовы переступить новую грань совершенства. И в этот миг кто-то меняет все, отбрасывая цивилизацию почти к началу пути. Именно так и произошло с Тасконой. Теперь даже относительно скудные знания землян кажутся местным жителям невероятными открытиями, хотя все это было в их истории тысячи лет назад. Потрясающее существо – человек. Он сам создает себя, совершенствует, учит. Однако никто иной, как он сам, себя и убивает.

Два охранника, завидев Саунта, немедленно открыли ворота. Плотной группой земляне вошли в город. С одного взгляда стало понятно, что внутренний вид значительно отличается от внешнего. Здесь уже не было ничего общего с земными аналогами. Лемы строили дома из всего, что попадалось под руку – дерево, камень, пластик. Но придерживались они и определенного проекта. Поэтому Лендвил выглядел очень причудливо. Здания были квадратные, прямоугольные, полукруглые, а одно, как в старые времена, даже двухэтажное. Городок оказался очень чистым, многие дома лемы покрасили, придавая им праздничный, нарядный вид. Что еще удивило землян, так это весьма широкие улицы. Они делали Лендвил гораздо больше по размеру, чем он был на самом деле. Это усложняло оборону, но, видно, тасконцы строили город по старинке и поправки не внесли. Как бы там ни было, но Лендвил изменил взгляд разведчиков на лемов. Они поняли, что цивилизация еще жива. И есть люди, которые хотят ее сохранить. Дается им это крайне нелегко. Разрушенные связи, нехватка ресурсов, постоянные войны с бандитами только усложняют дело.

Двигаясь по дороге, земляне с удивлением отмечали, что город почти пуст. Прохожих было крайне мало, не попадалась даже обычная в таких случаях детвора. Лишь изредка из дома выходила какая-нибудь женщина, с интересом рассматривая странных чужаков. Но и она почти сразу возвращалась в здание.

– А где все люди? – наконец не выдержала Салан.

– Они заняты делами, – улыбнулся Крик. – Сейчас период полевых работ, и потому даже дети после школы помогают взрослым. Спала дневная жара, и наступило очень удобное время перед закатом Сириуса.

– У вас есть школа? – вырвалось у Кроул.

– Конечно, – ответил лем. – Мы не имеем тех ресурсов, что были у предков. Нет шахт, заводов, фабрик, но знания обо всем этом сохранены. К счастью, нашему роду удалось найти богатую библиотеку. Она была практически не повреждена. С тех пор, почти двести лет, мы бережем эти книги.

– Но это, наверное, тяжело – читать, как всего два века назад твой народ был могущественным и сильным, летал в космос… – начал Бартон.

– Наш народ? – перебил его тасконец, подозрительно глядя на Слима.

– Конечно, – моментально отреагировал Виола. – Ведь у нас ничего этого не сохранилось. Долгое время мы жили в подземельях и только совсем недавно решили осваивать новые земли. Наши не пригодны ни к чему.

– Понимаю. – кивнул головой Саунт более доброжелательно. – Когда я был молодым, то ходил в экспедицию далеко на юг. Раньше там находилось скопление больших городов. Сейчас туда лучше не соваться: пустыня, горы, мрачные руины, и среди этого десятки разного рода мутантов. Они безжалостны и кровожадны, многие – каннибалы. Нас было двадцать человек. А спустя год вернулось только восемь.

Все разведчики тревожно переглянулись. Третий космодром лежал на границе этой зоны, а четвертый был точно в ней. Если им не повезет, придется обследовать гибельный район. Перспектива не из приятных.

Между тем лемы остановились возле длинного прямоугольного здания, слегка похожего на барак. Дверь дома была полуоткрыта, и Саунт отворил ее.

– Это своего рода гостиница, – улыбнулся он. – Мы, конечно, понимаем, что звучит это слишком высокопарно, но нам хочется быть похожими на своих предков. Располагайтесь здесь, как хотите, в здании шестнадцать отдельных комнат. Примерно через час вам принесут ужин. Изобилием он не отличается, но уверяю вас, довольно сытен.

Пока Крик все это говорил, к группе подошли еще трое тасконцев. Все они были старше Саунта. Густые бороды, проницательные глаза и столь же невзрачная одежда. Остановившись в трех метрах, лемы внимательно рассматривали землян. Без всякого сомнения, экипировка и оружие разведчиков произвели на них впечатление, но никто не вымолвил ни слова. Эти люди знали себе цену. Закончив фразу, Крик подошел к своим соплеменникам:

– Это друзья, – произнес он. – Благодаря им, я сейчас разговариваю с вами. На космодроме мы попали в засаду воинов арка. Шансов на спасение никаких, но эти люди вмешались и спасли нас.

– Янус? – лаконично спросил один из мужчин. Саунт опустил голову и очень тихо ответил:

– Мертв.

– Жаль, – проговорил другой тасконец. – Он был лучшим слесарем в городе.

После небольшой паузы этот же лем вновь обратился к Крику:

– Что же они за люди? В союзе городов таких солдат нет.

– Да, они чужаки, – сказал Саунт. – Идут с востока в поисках земель для своего рода. Их территория слишком заражена. Завтра утром они покидают Лендвил.

Третий тасконец одобрительно кивнул головой и вымолвил:

– На юге есть еще незанятые земли, но там опасный район. Желаю вам удачи, воины. Крик, окажи им полное гостеприимство. Они сильные люди.

Лемы развернулись и неторопливо стали удаляться. Во всех их движениях чувствовалась уверенность и гордость. Кое-что поняли и земляне. Саунт был действительно одним из вождей этого рода, причем весьма уважаемым. Его информация принималась на веру, и решения не обсуждались. Крику доверяли все лемы. Если он решил привести чужаков в город, значит, взял ответственность на себя и отвечает за это перед сородичами. Но риск был немалый, и подобный шаг начал вызывать подозрение у землян. Уж не засада ли это? Де Креньян остановил тасконца и спросил напрямик:

– Саунт, пойми нас правильно, но хочется знать, почему ты привел нас в Лендвил? Вокруг вас враги, а ты пропускаешь в город десяток отличных воинов. Вдруг мы лазутчики и ночью захватим ворота? Поверь мне, мы сумеем их удержать. Сюда хлынет армия, и сопротивление лемов будет подавлена меньше, чем за час. Да, Храбров и Аято спасли вам жизнь, но это не причина для полного доверия.

Тасконец усмехнулся и произнес:

– Отчасти ты сам ответил на свой вопрос. Вокруг Лендвила враги. И когда Ярох решится начать открытую войну, городу не устоять. Да, с виду он велик, здесь проживает две с половиной тысячи лемов. Но никто не знает, что среди нас половина стариков и детей. Даже в самый трудный момент мы едва сможем набрать триста бойцов. И, к сожалению, каждый из них уступает воинам арка. Выход один – нам нужны сильные союзники. У других независимых городов те же проблемы, и их помощь будет минимальной.

– И вы хотите, чтобы мы стали вашими союзниками? – догадался Лунгрен.

– Да, – спокойно сказал Крик. – Я прожил на этом свете немало, но воинов такого класса еще не встречал. Не знаю, сколько людей в вашем роду, однако мы готовы потесниться.

– Но ведь есть вероятность, что мы поступим так же, как люди Яроха, – проговорил Тино. – Зная вашу слабость, перебьем мужчин, захватим женщин, а остальных превратим в рабов. Наш род получит город практически без боя.

– Это так, – согласился Саунт. – Но в любом случае, вы лучше Яроха. Кое-какие сведения приходят с территории, которая подвластна ему, и эта информация приводит нас в ужас. И кроме того… Там, на космодроме, ваши люди напали на тех, кого было больше. Лично мне это говорит о многом.

Вождь лемов отошел к Солу и Лизе. Он о чем-то им говорил, а юноша и девушка утвердительно кивали головами. Видно, отдавались какие-то приказания.

В это время Свен обернулся к товарищам и тихо произнес:

– Странное дело, полгода назад я рассмеялся бы этому доверчивому старику в лицо. У меня бы не дрогнул ни один мускул, когда я отдавал бы приказ солдатам штурмовать город. Грабить, жечь – обычное дело для воина. Но теперь… Слушая его, я соглашался с каждым словом. Разве можно взять и уничтожить Лендвил? Люди в невероятных мучениях его строили, создавали, пытались сохранить цивилизацию…

– Все объяснимо, – вставил маркиз. – Мы получили огромные знания, стали более культурными людьми. Значительно повысился наш интеллектуальный уровень, а агрессивные инстинкты отошли на задний план. И, главное, мы знаем, к чему приводят бездумные войны. Рано или поздно человечество может уничтожить себя.

– Полностью с вами согласен, – вмешался Освальд. – Если бы не этот чертов препарат, плюнул бы я на космодромы и остался здесь. Таких девочек, как Лиза, в Лендвиле, наверное, немало, а что еще нужно мужчине?

– Да, мы, ребята, здорово изменились, – улыбнулся Аято. – Сейчас земные нравы нам кажутся дикарскими. Родная планета стала почти чужой. Аланцы неплохо поработали с нашими мозгами, и лично я не в обиде на них за это. Куда приятнее что-то изобретать, строить, чем воевать. Но боюсь, последнее нам придется делать гораздо чаще.

– Зато мне это здорово нравится, – прошептал Агадай, отходя в сторону.

Его никто не слышал, и Талан с долей неприязни смотрел на своих попутчиков. Постепенно, на его глазах, отчаянные воины превращались в милосердных монахов. С каким удовольствием монгол перерезал бы глотку Храброву или Лунгрену! Жалкие трусы!.. Но самое обидное, что на этой планете есть настоящие мужчины. Не будь препарата аланцев, Агадай давно бы уже ушел к этому Яроху.

А потом… Они взяли бы штурмом Лендвил. Вот где настоящее веселье! Убивай, жги, насилуй… Какое удовольствие! А эти болваны…

Талан презрительно сплюнул. Эх, его бы сотню, да на лошадях… Он захватил бы весь материк. Какое ханство пропадает, тысячи рабов, сотни поверженных городов… Его имя сохранилось бы в веках! Равнодушным к разговору остался и Салах. Он по-прежнему верил в могущество Аллаха и предначертание судьбы. Раз суждено искать космодромы, значит, так тому и быть. И никакой разницы нет, кого убивать – бандитов или лемов. Есть Кайнц, он старший, он приказывает.

Тем временем, Сол и Лиза куда-то ушли, а Саунт вновь обернулся к разведчикам. Несколько смущенно он проговорил:

– Я хочу, чтобы вы правильно меня поняли. Наше гостеприимство распространяется на многие сферы жизни. Уже больше ста лет мы соблюдаем один из важных обычаев. Любому роду нужно генетическое обновление. Тем более, что многие мужчины погибают в боях, и женщины остаются вдовами, девушки без женихов. Позволить им бесплодие мы не можем. Городу нужны дети – будущие воины и защитники. Сейчас вам принесут ужин. Если женщины красивы и привлекательны, можете взять любую на ночь. Для этого достаточно дотронуться до ее руки.

Глаза землян тотчас вспыхнули. То, о чем они мечтали уже несколько суток, пришло как-то само собой, без усилий и грубости. Не надо насиловать, уговаривать, лемы сами предоставили им женщин. Впрочем, этот обычай явно шокировал аланцев. Виола и Бартон растерянно переглянулись. Затем лейтенант подошел к Крику и очень тихо сказал:

– Насколько я понимаю, женщин будет десять. Так вот, чтобы никого не обидеть – двух не присылайте. Поймите правильно, у меня и моего друга есть определенные обязательства, и мы не вправе…

– Не надо объяснять, – ответил тасконец. – Явсе прекрасно понимаю. Нравы и обычаи чужого рода мы уважаем.

Крик вскоре удалился, зато его место заняли симпатичные лендвилки. Нельзя сказать, что все они были красивы, но их стройные фигуры и манящие формы возбуждали изголодавшихся землян. Кроме того, женщины умело соблазняли мужчин. Короткие юбки то и дело открывали крепкие загорелые бедра, при каждом наклоне наемники видели круглые, жаждущие любви груди. А походка… От нее можно было просто сойти с ума…

Всем тасконкам наверняка перевалило за двадцать пять, а это значит, что они кое-что понимали в сексе. Аланцы находились чуть в стороне от происходящего действия, но даже они не остались равнодушными. В какой-то момент и Виола, и Бартон пожалели о своем поспешном решении. И лишь строгие взгляды спутниц остановили их от так напрашивающегося действия.

– Похоже, что этот дикий способ проституции на Тасконе имеет всеобщее распространение, – съязвила Олис, наблюдая, как стройная брюнетка прижимается грудью к спине Храброва. – Они ведут себя просто вызывающе, как самки животных…

– Ты слишком близко к сердцу принимаешь все это, а потому не права, – с улыбкой ответил лейтенант. – Во-первых, лендвилки не продают себя, а значит, это не проституция. Во-вторых, это действительно нужно роду для выживания. После ядерной войны здесь было много мутаций, и здоровый ребенок от сильного мужчины не такое уж частое явление. И в-третьих, они красивые женщины, им хочется маленьких человеческих, пусть хотя бы физиологических радостей.

– Но зачем делать это так откровенно? – более мягко сказала Олис, в душе соглашаясь с доводами Виолы.

– У каждого народа свои правила, – вставил Бартон. – Лемы считают, что подобное поведение снимает преграды, скованность, недомолвки. Люди не теряют времени понапрасну. Ведь для этих милых созданий дорог каждый час. И надо сказать, что я полностью с ними согласен. Кто знает – сколько еще проживет воин в этом бурном мире?

– Так почему же ты не взял себе девушку на ночь? – рассмеялась Линда.

– Именно об этом и я сейчас думаю, – столь же иронично ответил Слим. – Хотя кое-какие планы у меня в голове бродят.

– Ах, планы… – весело подхватила Салан.

Из этого обмена репликами Кроул поняла, что ее товарищи тоже не будут терять время ночью. Из предыдущих разговоров Олис знала, что Линда имела за свою жизнь немало любовников и особыми моральными устоями не отличалась. Повернувшись к девушке, она тихо спросил:

– Линда, так все-таки с кем ты будешь сегодня спать?

Поначалу сержант не поняла вопроса, но вскоре улыбнулась, обняла Кроул за плечи и прошептала:– Успокойся, дуреха, я разберусь с обоими, так что спи спокойно…

У Олис удивленно расширились глаза.

– Но ведь так нельзя, а как же чувства, любовь…

– Глупенькая, – с грустью проговорила Салан. – Мне уже двадцать девять. Я обыкновенная женщина, и, быть может, меня завтра убьют. Так неужели столь прекрасная ночь будет потеряна? Ну, нет…

– А как же моральный кодекс Алана, клятва Великому Координатору…

– Я же тебе сказала – мы непригодны к посвящению. Мы простые люди. И я прекрасно понимаю этих женщин. Они хотят так немного…


– Так, может, и мне… – неуверенно начала Кроул. Линда взглянула ей в глаза и спросила:

– Ты действительно этого хочешь?

– Да нет, в общем, но все…

– Тогда не надо, – произнесла сержант. – Когда будешь готова к любви, когда непонятная сила потянет тебя к мужчине, тогда и сделай это.

Ужин длился недолго. Вскоре захмелевшие воины начали разбирать женщин. Аято взял за руку невысокую, худенькую шатенку и уже минуты две гладил ее по спине. Тасконка опустилась на колени, томно закрыла глаза и была готова броситься в объятья мужчины. Сидя чуть в стороне, Олесь явно растерялся. К подобным откровенным действиям он был не готов. И вот сейчас, когда Олесь склонился к еде, он даже через кольчугу почувствовал прикосновение женской груди. Почти тотчас учащенное дыхание и мягкий голос:

– Ешь, ешь, я сама это готовила.

Храбров повернулся и сразу наткнулся на умоляющие глаза женщины. Устоять против этого юноша не мог. Он дотронулся до руки тасконки, а Тино, усмехнувшись, одобрительно кивнул головой.

Вскоре земляне начали уходить из-за стола в сопровождении выбранных женщин. Сириус клонился к закату, начинало темнеть. Последним поднялся Кайнц. Прежде чем зайти в дом, он направился к аланцам.

– Виола, – хмельным голосом проговорил граф. – Лемы, конечно, очень гостеприимны, но война есть война. В лесу мы вас ни о чем не просили, но здесь… Сделай маленькое одолжение, выстави охрану на первые два часа. Потом разбудишь меня.

– Само собой, – согласился лейтенант, а когда Генрих удалился, добавил: – И все же земляне – лучшие воины, которых я когда-либо видел. Даже после такой встречи, они продолжают выставлять посты. Это профессионализм.

Олесь вошел в небольшую полутемную комнату и бросил в угол рюкзак, щит и шлем. После этого он снял ножны и колчан. Прежде чем юноша успел обернуться, теплые руки обхватили его шею. Храбров был изрядно пьян, но сейчас его волновало вовсе не это. Как-то предательски затряслось одно колено. Волна возбуждения нахлынула, растеклась по всему телу. Олесь даже не успел заметить, как расстегнутая куртка отлетела куда-то в сторону. И тотчас раздался удивленный и чуть нервный смешок тасконки.

– А до тебя не добраться, – сказала она, трогая прочные, плотно пригнанные звенья кольчуги.

Храбров ничего не ответил, но тут же снял и броню, и рубаху. Он обернулся и невольно замер. Даже в этом полутемном помещении юноша отчетливо видел обнаженный силуэт женщины. Тасконка прислонилась грудью, обняла Олеся, и ее влажные алые губы нежно прикоснулись к губам землянина. Больше сдерживать себя Храбров не мог. Он подхватил женщину на руки, уложил ее на кровать, толком даже не представляя, с чего начинать.

Впрочем, как оказалось, это было не важно. Тасконка сама знала, что делать.


* * * | Сборник "Звёздный взвод". Компиляция .кн. 1-17 | Глава 7 ПРЕДАТЕЛЬ