home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 6. ПОСЛАНИЕ ИЗ ПРОШЛОГО

Луч фонаря вырвал из темноты ступени. Обнажив меч, Аято начал спускаться вниз. Следом за ним направились Храбров и Дойл. Само собой, никакой вспышки света не произошло. Система питания давно умерла, и генераторы были демонтированы уцелевшими после катастрофы местными жителями.

В первые годы люди еще пытались восстановить разрушенную инфраструктуру. Увы, у них ничего не получилось. Убийцы, грабители, мародеры одержали победу. Цивилизованное общество постепенно превратилось в голодную стаю мутантов-каннибалов.

Земляне двигались медленно, неторопливо, каждую секунду ожидая нападения боргов. Тасконцам наверняка известен этот подвал.

Русич направил фонарь на массивный круглый постамент. На нем не оказалось ни колпака, ни Конзорского Креста.

— Ничего нет, — с разочарованием в голосе проговорил Олесь. — Мы рисковали напрасно.

— Не думаю, — откликнулся японец. — Твое видение указывает нам путь. Не стоит отступать от него.

— Я нашел дверь! — послышался из мрака голос Дойла.

— Будь осторожен. За ней могут прятаться борги! — крикнул Тино.

Осмотр помещения подтвердил догадки самурая. Наемники находились в главном хранилище музея. Каждую ночь ценная реликвия опускалась сюда из зала. Два выхода вели в подвальные коммуникации боковых зданий.

Обнаружить в них оливийцев не удалось. Видимо, мутанты не умели пользоваться механизмами и не знали, как проникнуть наверх.

Это обстоятельство значительно повышал шансы разведчиков. У отряда появлялась призрачная надежда на спасение.

К землянам присоединились десантники. Мощные лучи теперь осветили помещение целиком. Хранилище имело круглую форму. Идеально гладкие стены, на полу — слой песка и пыли, кое-где торчат основания сломанных стеллажей. Полнейшее запустение. Грабители поработали здесь на славу.

Сразу за лестницей Гартен обнаружил маленькую металлическую дверь. К удивлению солдат, она оказалась заперта. На прочной поверхности были отчетливо видны вмятины и царапины. Вскрыть ее пытались, и не раз, но усилия мародеров ни к чему не привели. Аланец восхищенно произнес:

— Сверхпрочный сплав. Такие применяют на звездных крейсерах. Не прошьют даже пули…

— А взрывчатка? — спросил Аято, подходя к разведчику.

— Трудно сказать, — пожал плечами десантник. — Надо сначала найти замки…

— Ты сошел с ума, — понизив голос, вымолвил Храбров. — Мощный толчок может привести к детонации мин. Здание обрушится. Музей превратится в груду развалин.

— Не паникуй раньше времени, — холодно заметил японец. — Рожденный умереть от любви не утонет. Каждому человеку предначертана своя судьба. Гартен, приступай! Всем немедленно покинуть хранилище! Дважды повторять приказ я не буду.

Десантники и земляне молниеносно бросились в подвал западного строения. Это крыло выглядело прочнее остальных. При взрыве прежде всего пострадает центральный зал.

Надо отдать должное аланцу, он с невозмутимым видом извлек из рюкзака небольшой брикет и приклеил его к двери на уровне груди. Установив таймер на десять секунд, солдат быстро покинул опасное помещение.

Раздался глухой хлопок. В воздух поднялся столб пыли и песка, но здание устояло. Выдержав паузу, Тино смело шагнул в хранилище.

Видимость внутри значительно ухудшилась. Луч света с трудом пробивался сквозь плотную пелену. Сразу за самураем следовали Гартен, Бастен и русич. На лестнице показался Костидис.

— Что тут происходит? — взволнованно крикнул грек. — Нарвались на мутантов?

— Все нормально, — откликнулся Аято. — Оставайтесь на месте! Тасконцы скоро пойдут на штурм.

Наемник тотчас исчез. Трое землян находились наверху и даже не догадывались, какую рискованную акцию предпринял их командир. Впрочем, судя по уверенным действиям японца, он не сомневался в успехе. Тем временем Тино достиг цели.

— Отличная работа! — восхищенно произнес самурай. — Парни, а вас неплохо готовят…

Похвала из уст Аято — явление необычайно редкое. Но сейчас она была вполне заслуженна. Десантник показал истинное мастерство. Направленный взрыв вырвал часть косяка и сломал личины замков. Сама дверь практически не пострадала. Опасения Олеся оказались совершенно напрасны.

Войдя в проем, Храбров изумленно замер. Перед ним открылся маленький нетронутый уголок древней Оливии: пластиковый письменный стол, два мягких кресла, у дальней стены — диван с подушкой и грязным постельным бельем. На полу лежит ковер ручной работы, время ничуть не повредило его. Тут же аккуратно сложены стопкой картины в деревянных рамках, а в углах стоят скульптуры и изящные вазы.

Чтобы ничего не разбить, двигаться приходилось очень осторожно. Японец обернулся к товарищу и с ироничной усмешкой на устах сказал:

— Хотел бы я сейчас увидеть лица Гроста и Линдла! Подобная находка сделала бы нас в Морсвиле богачами. Увы, все эти бесценные экспонаты достанутся боргам.

— Смотрите, голограф! — воскликнул Гартен, указывая на темный экран, вмонтированный в стену.

— Ничего удивительного, — пожал плечами Тино. — Таскона являлась развитой цивилизацией. В некоторых областях науки она значительно превосходила даже современный Алан.

— Куда мы попали? — растерянно вымолвил Бартен.

— В кабинет какого-то ответственного музейного работника, — предположил самурай.

— А вот и хозяин, — с грустью заметил русич, направляя луч фонаря на истлевший скелет на полу.

Сгорбленная фигура мужчины привалилась к боковой спинке одного из кресел. Длинные седые волосы, склоненная на грудь голова, ноги вытянуты вперед, левая рука прижата к телу, а правая отброшена в сторону. Человеческая плоть высохла и мумифицировалась, черты лица стали ужасающими, вместо глаз — черные мрачные провалы. Одежда бедняги сохранилась гораздо лучше. Когда-то этот человек носил строгий костюм неплохого покроя.

— Внимательно осмотрите стол! — приказал Аято.

— Что искать? — поинтересовался сержант. — Там наверняка куча бумаг.

— Читайте все, — проговорил японец. — Удача улыбается терпеливым.

Тино опустился на колени перед трупом, извлек из ножен кинжал и осторожно отогнул полу пиджака. Недовольно покачав головой, самурай попытался убрать левую кисть тасконца. С тихим хрустом она отломилась и упала на пол. Скелет слегка покачнулся.

— Бедняга умер от старости и одиночества, — тяжело вздохнув, произнес Олесь. — Я с ужасом представляю последние дни его существования. Мир, который он знал и любил, сгорел в огне ядерного пожара. На улицах — погромы, дикие оргии, смерть. Город в руинах…

— Ты заблуждаешься, — возразил Аято. — Взгляни на рубаху оливийца, и все сразу станет ясно.

На пожелтевшем материале было отчетливо видно огромное бурое пятно.

— Несчастного тасконца зарезали, — пояснил японец. — Удар пришел в область живота. Много крови, боли и страданий. Он умирал несколько часов. Сохраняя полное самообладание…

— Здесь какой-то дневник! — выкрикнул Бартен. — Очень толстый. На обложке есть надпись. «Главный научный сотрудник национального музея искусств Боргвила Эд Сарот.»

— Теперь мы знаем имя оливийца, — произнес Тино. — Пунктуальный, последовательный, воспитанный человек. Он до конца жизни не снимал костюм. Не позволял себе опуститься. Интересно, сколько времени бедняга провел в вынужденном заточении? Билл, посмотри на даты.

Десантник перелистал больше сотни страниц. Свет фонаря мерцал, и чтение мелкого почерка давалось солдату с трудом.

Буквы сливались, изредка Сарот не попадал в строки, кое-где текст стерся. Довольно часто тасконец вел дневник в темноте, экономя свечи.

— Календаря нет, — вымолвил аланец. — Но я нашел довольно интересную запись. Послушайте: «…с момента катастрофы минуло одиннадцать лет. Продовольственные запасы подходят к концу. Их еще осталось года на два. Брас изредка делает вылазки в город. Там царит полная анархия. Власть захватили мерзавцы. Банды убийц постоянно воюют друг с другом. Они перебили всех здравомыслящих людей. Сбылось древнее пророчество. Мы уничтожили сами себя. Величественный Боргвил лежит в руинах. Такова плата за глупость. Но рано или поздно этот мир воскреснет. Я не отступлю от священной клятвы ни на шаг!»

— По-моему, от горя у несчастного повредился рассудок, — заметил Бастен.

— Вряд ли, — задумчиво проговорил самурай. — Религия дает человеку силы. Не знаю, в какого бога верил оливиец, однако в его словах есть какая то загадка. Чувствуется недосказанность…

— Но кто запер дверь изнутри? — непонимающе спросил Храбров.

— Сарот, — спокойно ответил Аято. — Несмотря на кровоточащую рану, он сумел дотянуться до замков. Вопрос в том, зачем тасконец полз к креслу? Столько сил потрачено напрасно.

Между тем разведчики продолжали поиски. Десантники бесцеремонно вытаскивали ящики из стола и бегло просматривали старые документы. Бумаги, не имеющие ценности, безжалостно бросались под ноги. Тащить с собой архив погибшего научного сотрудника не имело смысла. Его дневник заинтересует, пожалуй, лишь историков. Печальное свидетельство морального разложения оливийского общества. Катастрофа разрушила нравственные устои, складывавшиеся веками.

Японец неотрывно смотрел на высохший скелет. Что-то явно упущено. Луч фонаря вырвал из темноты правую кисть мужчины. Указательный палец странно отогнут. Куда он направлен? На каменную статую? Тино осветил узкую полоску стену возле кресла.

— О боги! — прошептал самурай, снимая с головы шлем.

На гладкой поверхности отчетливо виднелись корявые буквы. Догадаться, чем писал Эд Сарот, труда не составляло. Чтобы начертать последнее послание, умирающий использовал собственную кровь.

— Олесь, иди сюда, — позвал Аято. — Ты должен на это взглянуть.

Когда Храбров приблизился, японец, предусмотрительно понизив голос, произнес:

— Читай тихо. Я не хочу, чтобы о наших тайнах узнало командование экспедиционного корпуса.

Юноша опустился на корточки. Разобрать текст оказалось непросто, пришлось включить второй фонарь. Тасконец не раз терял сознание, и бурая полоса то и дело срывалась вниз. Некоторые слова и вовсе напоминали бесформенную группу символов.

Под локтем скелета русич заметил растаявший огарок свечи. Теперь стало понятно, зачем оливиец полз к креслу. Ему нужен был свет.

— «Я, Эд Сарот, член ордена хранителей выполнил порученную мне миссию, — прочел первое предложение Олесь. — Чтобы Конзорский Крест не попал в руки поклонников Тьмы, мы подменили его во время эвакуации великолепной копией. К несчастью, мой помощник Брас Хейн предал наше дело. Он ранил меня ножом и похитил реликвию… Глупец! Ход истории предначертан богом. Согласно пророчеству, человек пожертвует жизнью ради истины. Так поступали многие. Сегодня эта высокая честь выпала скромному боргвилцу. Не знаю, кто вы, но желаю вам удачи, избранные…»

— А ведь Линдл ошибся, — усмехнулся Тино. — На Оливии остался оригинал Креста.

— Возможно, — согласился Храбров. — Однако искать его я больше не намерен. В кровавой надписи чересчур много мистики и суеверий. Напоминает религиозный бред фанатика.

— Твое упрямство не имеет границ, — заметил самурай.

Аято положил руки на бедра, низко склонил голову и несколько минут сидел в такой позе перед оливийцем. Подобным образом японец отдавал дань мужеству Сората. Наконец, ритуал был завершен. Тино взял с пола кинжал и тщательно, аккуратно соскреб буквы со стены.

— Когда-нибудь люди научатся ценить чувство долга, — вымолвил самурай. — Испытывая ужасную боль, понимая, что смерть близка, тасконец продолжал выполнять данную некогда клятву. Бот настоящее совершенство! Преданность слову — дороже жизни.

Откуда-то сверху донесся глухой хлопок. Звуки в подземелье проникали плохо.

— Борги двинулись на штурм! — воскликнул Бастен, бросаясь к выходу.

— Назад! — резко скомандовал Аято. — Продолжайте осматривать бумаги. Мы обойдемся без вас.

Спорить с землянином аланцы не посмели. Японец и русич побежали к лестнице.

Основная часть отряда уже находилась в центральном зале. Почти тут же раздался взрыв в западном крыле. Мины, установленные десантниками, срабатывали одна за другой. Послышались крики и стоны раненых оливийцев.

Местные жители еще никогда не сталкивались с такой системой защиты. Первая атака захлебнулась, толком не начавшись.

Сириус окончательно скрылся за горизонтом. На город опустилась ночная мгла. В черном небе мерцали россыпи холодных звезд. Олесь легко нашел маленькую желто-оранжевую точку. Порой даже не верилось, что где-то там, в космической бездне, вращается вокруг Солнца сине-зеленая планета Земля. Гигантское расстояние отделяет Храброва от родного дома.

— Они скоро придут в себя, — громко произнес Тино. — Держите на прицеле входы.

Спустя четверть часа с диким воплем мутанты ринулись в новое наступление. Оливийцы штурмовали здание одновременно с трех сторон. Боргов встретил плотный огонь из автоматов. В разведчиков полетел рой стрел.

Снова не повезло Костидису. На этот раз стальной наконечник пронзил греку левое бедро. Скрипя зубами от боли, воин обломал оперение и вытащил древко. Из раны тотчас хлынула кровь. Солдат-аланец быстро забинтовал ногу наемника.

Тасконцы сделали выводы из предыдущих ошибок и двигаться напролом, теряя бойцов, больше не собирались. Короткими перебежками, от стены к стене, противник подбирался все ближе и ближе к чужакам. В рукопашной схватке у десантников не будет ни единого шанса. Толпа мутантов сомнет и раздавит разведчиков.

Бесшумно распахнулись пластиковые двери. Группа оливийцев попыталась проникнуть в холл, но наткнулась на умело поставленные растяжки. Осколки буквально изрешетили боргов.

Послышался мощный взрыв на крыше. С ужасным криком какой-то тасконец рухнул в зал. При ударе о каменный пол дикарь раскроил себе череп.

— Любопытство — опасный порок, — бесстрастно проговорил самурай и тут же, повысив голос, добавил: — Приготовьтесь к атаке сверху! Браг пытается застать нас врасплох.

Аято не ошибся. Сбросив веревки вниз, несколько мутантов начали быстро спускаться. Обнажив клинки, земляне атаковали оливийцев. Завязалась кровавая драка.

Возобновили наступление и остальные группы боргов. Трое аланцев отстреливались, не жалея патронов. Казалось, еще немного — и неприятель прорвет оборону разведчиков.

Низкорослый, широкоплечий тасконец подбежал к ближайшему десантнику и огромным топором ударил беднягу по голове. Разрубить прочный шлем мутант не сумел, но череп солдату проломил. Обливаясь кровью, парень повалился на песок. Унгвар тотчас пронзил оливийца насквозь.

С огромным трудом наемники уничтожили немногочисленный отряд боргов, проникший в здание. На полу валялось приблизительно пятнадцать трупов.

Осознав, что внезапное нападение с крыши не увенчалось успехом, вождь племени отвел бойцов назад. Тасконцы нуждались в передышке.

— Где Осман? — взволнованно выкрикнул русич, оглядываясь по сторонам.

— Погиб, — ответил Дойл. — Я не успел ему помочь…

Араб лежал, привалившись к стене. Копье противника пробив и бронежилет, и легкую кольчугу, пронзило сердце землянина. Смерть была мгновенной. Тут же распластались два убитых мутанта. В гневе чернокожий гигант страшен.

Раненый аланец еще дышал. Он находился без сознания. Жизнь медленно угасала в теле разведчика. Снять шлем с десантника никак не удавалось. Отрицательно покачав головой, Мануто с равнодушием в голосе сказал:

— У него поражен мозг. Парень долго не протянет. Надо прекратить эти мучения.

— Ты хочешь добить Стива? — разъяренно воскликнул Тентон. — Перерезать бедняге глотку? А может, разделать труп на куски? У нас ведь мало пищи.

— Прекрати истерику, сержант, — раздраженно произнес японец. — Дойл прав. Рана слишком глубокая. Солдат все равно умрет. Нести такой груз — значит, обречь отряд на гибель. Если Насис начнет отставать, я не проявлю к нему жалости. Таковы законы войны. Во время первой экспедиции мы оставили де Креньяна в лесу, потому что бандиты догоняли группу. Будь десантник в сознании, он бы покончил с собой. Подумай, об оливийцах. Смерть — избавление от страданий.

Из хранилища показались Бастен и Гартен. Аланцы удивленно смотрели на лежащих в зале мертвых боргов. В темноте вспыхнул свет фонаря. Тут же раздался свист летящих стрел.

— Погаси немедленно! — приказал Тино. — Наверху свора лучников.

Десантников спасла надежная амуниция. Стальные наконечники не сумели пробить ни шлем, ни бронежилет. Тем не менее разведчики получили несколько болезненных ушибов.

— Как успехи? — поинтересовался самурай, дав длинную очередь по краю купола.

Потирая плечо, сержант протянул Аято толстый альбом.

— Что это? — спросил японец, пытаясь разглядеть надпись на титульном листе.

— План подземных коммуникаций северо-западного округа Боргвила, — сообщил аланец. — Трудно сказать, насколько он соответствует действительности, но больше ничего ценного в кабинете нет.

— Великолепно! — вымолвил землянин. — Лет через пятьдесят Эду Сароту поставят здесь памятник.

После небольшой паузы Тино скомандовал:

— Все в подвал. Раненых и убитых забираем с собой!

Первыми к лестнице устремились наемники. Унгвар и Мануто тащили за руки труп Османа. Десантники несколько задержались. Переноска умирающего солдата отняла немало времени. Мутанты неплохо видели в темноте. Лучники почти без промаха стреляли в двигающиеся фигуры.

Вскрикнул и схватился за предплечье Гартен. К счастью, зазубренный наконечник стрелы прошел вскользь и лишь оцарапал кожу разведчика.

Из подземелья доносились отчаянные ругательства самурая. Его раздражала медлительность аланцев. Терять людей из-за никому не нужного милосердия Аято не хотел.

Только спустя пять минут десантники осторожно внесли в хранилище раненого товарища. Японец крайне редко проявлял эмоции, но сейчас он пришел в ярость.

— Мне надоел этот идиотизм! — воскликнул Тино, приближаясь к солдатам. — Я командую отрядом. Если хотите сдохнуть, скажите сразу. Мы имеем дело с очень опасным и коварным врагом. Наши шансы на спасение близки к нулю…

— Что случилось? — удивленно проговорил Бастен. — Никто серьезно не пострадал…

— Вам просто повезло, — прорычал самурай. — Взгляни на собственную спину!

В бронежилете сержанта торчало сразу две стрелы. Аято обломал древко одной и показал его аланцу. Не ускользнуло от внимания Тино и кровавое пятно на руке Гартена.

— Еще раз проявите подобную медлительность, пощады не ждите, — жестко произнес японец. — Мои приказы должны выполняться точно и быстро. А сейчас перевяжите Майка.

Самурай склонился над погибшим землянином. Бесцеремонно обшарив его карманы, Аято извлек маленькую коробочку с ампулами и протянул ее Олесю. Ничего объяснять не потребовалось. Храбров тотчас спрятал стабилизатор во внутренний карман. Кто знает, сколько дней им суждено провести в подземельях Боргвила? Впрочем, не исключено, что жить разведчикам осталось всего несколько часов. Из здания постоянно слышались вопли оливийцев.

— Заминируйте лестницу! — скомандовал японец, склоняясь над альбомом.

Разобраться в древних планах в свете фонаря оказалось не так-то просто. Тысячи домов, сотни разветвлений, десятки выходов на поверхность. Кроме того, наемники еще ни разу не сталкивались со столь сложными чертежами. С огромным трудом Тино и Олесь нашли на общей карте местоположение музея. Работа сдвинулась с мертвой точки.

Однако борги ждать не собирались. Осознав, что чужаки пытаются укрыться в подвале, тасконцы рванулись в атаку. Само собой, они не встретили ни малейшего сопротивления. Как закрыть проход в хранилище изнутри, разведчики не знали и отступили в коммуникации западного крыла.

— Надо убираться отсюда, — негромко заметил Костидис. — Растяжки надолго мутантов не задержат.

— Вопрос в том, куда идти, — задумчиво сказал самурай. — На плане много тупиков…

На ступенях лестницы раздался первый взрыв. С диким криком какой-то оливиец отлетел в сторону. Воцарилась томительная тишина. Борги замерли в нерешительности.

Рано или поздно тасконцы преодолеют страх и вновь попытаются спуститься в хранилище. Две оставшиеся гранаты их уже не напугают. Гибель соплеменников только разозлит мутантов.

— В конце подвала есть спуск в канализацию, — вымолвил Храбров.

— И это — наш единственный шанс, — улыбнулся Аято. — Если он завален, отряду конец. Оливийцы загонят нас в угол и прикончат. Мы чем-то похожи на крыс.

— Замечательное сравнение, — недовольно пробурчал Тентон, пытаясь взвалить на спину умирающего солдата.

— Оставь его! — довольно резко проговорил японец. — Решение принято, и я не намерен что-либо менять.

— Вилл, — сержант обратился к Бастену. — Наемники хотят добить Стива. Но так нельзя…

— Мы обязаны выполнять приказы, а не обсуждать, — низко опустив голову, ответил аланец.

Тино повернулся к Дойлу. Чернокожий землянин все понял и бесстрастно произнес:

— Я догоню вас. Торопитесь. Скоро уродливые мерзавцы…

Реплика воина была прервана новым взрывом. Терпение боргов иссякло. Из темноты доносились крики разъяренных тасконцев и стоны раненых.

Мануто подпер дверь карабином, вытащил из ножен короткий кинжал и уверенным движением перерезал горло десантнику. На Земле наемнику не раз доводилось убивать врагов подобным образом. Никаких угрызений совести Дойл не испытывал.

Убрав оружие, воин последовал за товарищами. Свет фонарей точно указывал, в каком направлении они движутся.

Неожиданно впереди послышался боевой клич мутантов.

Поиски люка затягивались. Каменный пол находился под внушительным слоем песка. Приходилось его раскапывать. Надежды таяли с каждым мгновением. Учитывая размеры здания, обнаружить маленькую крышку за короткий промежуток времени не представлялось возможным.

Русич пытался сориентироваться, но и это никак не удавалось. Узко направленный луч искажал расстояние. В западной части подвала замелькали подозрительные фигуры. С ужасным воплем оливийцы бросились на чужаков.

— Вот сволочи! — выругался самурай, опускаясь на одно колено и прицеливаясь. — Быстро догадались, куда мы исчезли. Желающих вспороть нам брюхо здесь чересчур много.

Дружный залп из автоматов поумерил пыл боргов. Тасконцы пытались укрыться от пуль в темноте. Стальной рой настигал и уничтожал мутантов. Разведчики заняли круговую оборону.

Из мрака вынырнул Мануто. Наемник уже обнажил клинок и был готов ввязаться в драку. Однако оливийцы не спешили. Теперь чужакам некуда бежать. Воспользовавшись ситуацией, десантники продолжили поиски.

Удача улыбнулась Гартену. Нож солдата взрыв песок у стены, звякнул о металлическую крышку люка. Найти рычаг труда не составило. С отвратительным скрипом механизм открыл проход в канализацию.

Вниз вела прочная лестница из какого-то термостойкого сплава. Ни секунды не колеблясь, Олесь начал спускаться. Несколько мощных перехватов — и Храбров завис на последней перекладине. Разжав пальцы, русич приземлился на бетонное покрытие.

Луч фонаря осветил огромный круглый тоннель диаметром не меньше трех метров. Во время ядерной катастрофы он практически не пострадал. Подземная конструкция великолепно выдержала сейсмический удар. Строить древние тасконцы действительно умели.

Подняв голову, русич крикнул:

— Все чисто! Поторапливайтесь! Борги могут появиться в любой момент.

В том, что оливийцам известны канализационные сети, никто не сомневался. Вскоре к Олесю присоединились аланцы. За ними двигались Насис, Унгвар и Мануто. Прикрывал отход отряда Аято. Сверху доносились короткие автоматные очереди.

Японец старался не подпускать мутантов к люку. Бросив гранату в темноту, Тино буквально свалился вниз. Оглядевшись по сторонам, самурай с равнодушным видом спросил:

— Куда теперь? Тасконцы жаждут нашей крови…

— На север, — вымолвил Храбров. — Судя по плану, этот тоннель идет через весь округ. Сброс сточных вод был где-то за городом. Уже к утру мы покинем Боргвил.

— Я почему-то сомневаюсь, — грустно улыбнулся Аято.

Не теряя времени, отряд двинулся в нужном направлении. Темп поддерживался необычайно высокий. Оливийцы быстро обнаружат открытый люк. Вот-вот они начнут преследование. Не исключено, что беглецов попытаются перехватить где-то в другом месте. За двести лет местные жители превосходно изучили подземные коммуникации.

Несмотря на полученные раны, Костидис не отставал от товарищей. Лишь изредка грек останавливался и вкалывал в бедро обезболивающее средство. Преодолев примерно полкилометра, японец неожиданно замер. Тяжело дыша, разведчики с тревогой всматривались в темноту. Подняв руку, Тино произнес:

— Тихо! Никаких разговоров. — И после небольшой паузы, самурай спросил: — Вы что-нибудь слышите?

— Нет, — отрицательно покачал головой Бастен.

— А почему? — задумчиво сказал Аято. — Топот шагов далеко разносится по тоннелю, здесь сильное эхо. Неужели борги молчат? Где воинственный клич дикарей, преследующих добычу?

— Они не стали спускаться, — с равнодушным видом заметил Дойл. — Мы в подземелье одни.

— Проклятие! — тихо выругался японец. — Ненавижу подобные ситуации. Чувствуется какой-то подвох. Нет ли впереди засады? В хитрости и коварстве тасконцам не откажешь.

— Боюсь, Тино, все гораздо сложнее, — вставил русич, перезаряжая магазин.

— О чем ты? — недоуменно вымолвил самурай, глядя в упор на товарища.

— Давай попробуем порассуждать, — предложил Олесь. — Племенам мутантов принадлежат и здания на поверхности, и коммуникационные сети. Пройти мимо такого тоннеля невозможно. В него ведут десятки канализационных шахт. И тем не менее о люке в подвале музея оливийцы не знали. Не правда ли, странно? А ведь лестницы отлично видны. Они свисают с потолка. Когда-то ими пользовались очень часто. Ответ напрашивается сам собой — борги владеют не всей территорией. Сюда они боятся даже сунуть нос.

— Звучит убедительно, — согласился Аято. — Но чем это грозит нам?

— Не знаю, — честно признался Храбров. — На ум почему-то приходят песчаные черви и слипы. В сточной яме огромного мегаполиса обитали разные мерзкие твари. Уровень радиации в городе после ядерного взрыва был необычайно высок. За два века он способен даже крошечных существ превратить в отвратительных кровожадных монстров. Примеров на Оливии достаточно. Мы должны соблюдать максимальную осторожность. Если уж многочисленной армии мутантов не удалось победить врагов, то что говорить о маленькой группе разведчиков!

— Великолепные перспективы… — иронично заметил Тентон.

— Выбора нет, — спокойно произнес японец. — Придется идти дальше. Не возвращаться же назад.

Небольшой привал позволил восстановить силы. Солдаты перекусили синтетическими консервами, утолили жажду водой из фляг и продолжили путь. Уже на ходу десантники проверяли боеприпасы и снаряжение. Подсумки, снятые с погибших воинов, быстро опустели.

Экономя батареи, разведчики пользовались только двумя фонарями. Для освещения тоннеля их вполне хватало. Под ногами раздавался хруст сухого песка. Вода здесь высохла очень давно.

Инфраструктура Боргвила уничтожена почти полностью, большинство скважин засыпано грунтом, уцелевшие источники наперечет и тщательно контролируются тасконцами. Живительная влага в пустыне Смерти ценится дороже всех богатств мира. Без нее ни человеку, ни мутанту под палящими лучами Сириуса не уцелеть. Крошечные цветущие оазисы — это дар богов.

Отряд преодолел еще около километра. Минуло четверть часа. Вокруг по-прежнему царили тишина и покой. Узкие лучи фонарей вырывали из мрака заброшенное пространство уходящего вдаль тоннеля.

Люди немного повеселели. Может, вовсе и нет никакой опасности? Оливийцы тоже ошибаются. Осознав, что чужаков не догнать, они прекратили преследование.

Земляне и аланцы невольно ускорили шаг. Только бы покинуть город! До Велона разведчики как-нибудь доберутся.

Первым остановился Дойл. Закрыв глаза, чернокожий наемник прислушивался к посторонним звукам. Уткнувшись в спину товарища, Костидис язвительно заметил:

— Мануто, перестань спать на ходу. Я чуть лоб не расшиб.

— Какие-то странные шорохи, — не обращая внимания на реплику Насиса, сказал гигант.

Видимо, и Тино почувствовал что-то неладное. Жестом руки он показал разведчикам, что необходимо на мгновение замереть. Тотчас прекратились разговоры, смолкло эхо шагов, солдаты даже дыхание пытались контролировать. Теперь и русич отчетливо различал подозрительный шелест.

Вспыхнули еще несколько фонарей, защелкали предохранители автоматов.

— К нам приближаются хозяева подземелья, — заметил Унгвар.

Опустившись на колено, десантники тщательно прицелились. Ожидание затягивалось. Но вот из темноты вынырнули огромные кошмарные твари. Хищники двигались невероятно быстро. Они имели крупное тело, маленькую голову с массивными челюстями и шесть тонких лап, покрытых прочной хитиновой броней. Разглядеть получше существ не удалось. Да и времени на это уже не было.

Дружный залп немного замедлил наступление кровожадных убийц. Часть монстров, получив смертельные ранения, рухнула на песок и отвратительно завизжала. Но это не могло остановить остальных хищников. Безмозглые твари, затаптывая собственных собратьев, отчаянно рвались к добыче.

Расстояние между противниками катастрофически сокращалось. Место погибших тут же занимали новые существа. Мутировавшие монстры не знали страха и сомнения. Вскоре опустели магазины.

— Их здесь сотни, тысячи… — истерично воскликнул Тентон. — Надо уходить!

— Примерно в двухстах метрах есть боковое ответвление, — вымолвил Олесь, обнажая клинок. — Оно гораздо меньшего диаметра. Но на нем металлическая решетка. Руками не вырвешь…

— Бастен, Гартен, решите эту проблему! — молниеносно отреагировал самурай.

Повторять приказ дважды не потребовалось. На пределе своих возможностей аланцы устремились назад.

Между тем хищники приблизились к людям вплотную. С мерзким шипением твари атаковали разведчиков. Мощными передними лапами существа пытались сбить солдат с ног. Сразу чувствовалось, что опыт сражений с местными жителями у монстров довольно богатый и передается из поколения в поколение. Оливийцы давно стали любимым лакомством кровожадных хищников.

Существа постоянно увеличивались в размерах, с каждым годом их становилось все больше и больше. Мерзкие твари обладали удивительной способностью к выживанию. Некоторые особи достигали полутора метров в высоту. Перекусить человека крепкими челюстями для монстра не представляло ни малейшего труда. Убитую жертву хищники рвали на куски и заглатывали мясо, не пережевывая. Спастись от их цепких, быстрых лап не было ни одного шанса.

Как Храбров ни старался, он не сумел обнаружить у существ глаза. Либо твари слепы, либо их органы зрения надежно спрятаны. Впрочем, это не мешало монстрам превосходно ориентироваться под землей.

Беспрерывно работая лапами, выставив вперед голову, хищники уверенно наступали. Используя закругления тоннеля, существа постоянно предпринимали попытки прорваться в тыл разведчикам. Землян и аланцев спасала лишь узость фронта атаки.

Яростно отбиваясь мечами, наемники медленно отступали. В стороны летели отрубленные конечности мерзких тварей, на стены брызгала густая желто-зеленая жидкость, от трупов потянулся отвратительный, тошнотворный запах.

Челюсти монстра щелкнули возле левого колена русича. Юноша отпрыгнул назад и мощным ударом сверху обезглавил хищника. Существо уткнулось в песок, лапы, агонизируя, продолжали двигаться, тело часто вздрагивало.

Но стоило твари замереть, как новый убийца устремился к Олесю. Гибель собрата его ничуть не смутила. Передняя лапа с острым отростком едва не зацепила Храброва.

Справа от русича сражался Аято, слева — Дойл, Унгвар и Костидис прикрывали фланги, а десантники страховали тыл.

Силы людей не беспредельны. Монстры между тем все напирали и напирали. Потери ровным счетом ничего не значили для хищников. Добыча близка, и ее нужно заполучить любой ценой.

Задние ряды, затаптывая передних, устремились в бой.

В какой-то момент на Насиса бросились сразу два существа. Одного грек зарубил, а второе сумело зацепить землянина за ногу.

На помощь наемнику бросился солдат-аланец. Он разрядил в тварь почти половину магазина. Изрешеченный монстр скатился по закруглению и едва не сбил японца.

Из гущи хищников вынырнула крупная особь. Преодолев несколько метров, убийца вонзил отросток в грудь десантнику. Защититься разведчику было попросту нечем. Прочный хитиновый наконечник пробил и бронежилет, и человека насквозь. Мощным движением существо подняло жертву и швырнуло ее в шевелящуюся темноту тоннеля. Послышались возбужденный визг тварей, хруст костей, скрежет челюстей…

Увидев гибель товарища, Тентон сорвал с пояса две гранаты.

— Получите, получите, сволочи! — дико завопил сержант, бросая их в монстров.

Взрывы разметали хищников, но это отнюдь не послужило переломом хода схватки. Место убитых существ тут же заняли новые твари. Нет ничего хуже, чем сражаться с подобным противником. Его гонят вперед голод и охотничий инстинкт. Он никогда не отступит и не испугается.

Сзади раздался звучный хлопок. Стены содрогнулись.

— Путь свободен! — донесся голос Бастена. — Отходите!

— Легко сказать… — горько усмехнулся Мануто, рассекая голову монстра пополам.

Правая рука устала. С одного удара Олесю больше не удавалось прикончить хищника. В левой приходилось держать фонарь. Драться в темноте было равносильно самоубийству.

До спасительного ответвления оставалось еще метров сто пятьдесят. Чувствовалось, что ослабели и другие земляне. В их действиях появилась медлительность. Если существа прорвутся, отряд обречен. Твари сомнут, затопчут людей.

Наемникам приходилось выверять каждый шаг. Оступишься, упадешь — и подняться тебе уже не дадут. Челюсти монстров мгновенно вцепятся в тело.

Очередной хищник атаковал Храброва и сумел дотянуться отростком до живота землянина. Русича спасла кольчуга, иначе лежать бы юноше на песке с выпущенными кишками. Этот выпад стоил твари двух передних лап. Шипя от боли и злобы, существо попятилось назад. Бой вступал в свою решающую фазу.

Разведчики неторопливо отходили к Гартену и Бастену. Лучи их фонарей с трудом разрывали темноту тоннеля, что позволило землянам взять оружие в две руки. Удары на монстров посыпались один за другим.

Особенно усердствовал Дойл. Чернокожий гигант разрубал хищников на куски. Его одежда обильно покрылась кровью мерзких тварей. На лице Мануто не было ни малейших эмоций. Он работал мечом, словно мясник.

— Надо оторваться! — воскликнул Унгвар. — Иначе нас перебьют возле трубы.

Долго над предложением товарища самурай не раздумывал.

— По счету «три» бросаем гранаты, добиваем уцелевших хищников и бежим к ответвлению, — произнес Аято. — Отставших никто тащить и ждать не будет. Каждый за себя! — Выдержав небольшую паузу, японец громко закричал: — Раз, два, три…

Несколько взрывов потрясли тоннель. С потолка посыпались обломки бетона. В рядах монстров образовалась огромная брешь. Искалеченные существа визжали и крутились на месте. Образовался внушительный завал из трупов.

Прикончив еще живых тварей, воины бросились к десантникам. Сзади слышалось угрожающее шипение. Преследователи приближались. Секунды растянулись, превращаясь в вечность.

Теперь узость подземелья мешала солдатам. Вперед вырвались Дойл и Костидис. Несмотря на раны, грек сдаваться не собирался. Неожиданно для землян Тентон остановился и начал стрелять в хищников. Два монстра растянулись на песке.

В горячке боя аланец перестал ощущать реальность. Он вошел в раж, убивая ненавистных тварей. Собственная жизнь сержанта больше не волновала. Разряжая магазин за магазином, десантник тихо приговаривал:

— Это вам за Стива, Шака, Кайла… Умрите, гады!

— Уходи! — не удержался от возгласа Олесь, глядя, как существа обступают десантника.

Взмах лапы — и Тентон оказался на спине. Челюсти хищника сомкнулись на его ноге. Под сводами тоннеля раздался вопль отчаяния. Из последних сил разведчик дернул чеку висевшей на поясе гранаты. Останки человека и монстров разлетелись в разные стороны.

Половина отряда благополучно скрылась в спасительной трубе. Одним прыжком в нее нырнул Тино, за ним устремился Унгвар. Храбров на ходу убрал клинок в ножны, чтобы никого в тесноте не ранить.

Он едва успел спрятаться, как все пространство канализационного стока заполнилось кровожадными тварями. Боковое ответвление имело диаметр около метра. Пролезть внутрь существа не могли. Длинными лапами хищники пытались зацепить русича и вытащить его наружу. Острый отросток даже распорол юноше ботинок. Отчаянно отбиваясь, Олесь отполз подальше от входа.

— И что дальше? — раздался голос Мануто. — Куда ведёт эта труба?

— Куда угодно, — откликнулся Насис. — Только бы подальше от уродливых тварей.

В темноте вспыхнул луч фонаря. Лежа на спине, Храбров развернул план коммуникаций. Найти главный тоннель труда не составило. Но как разобраться в многочисленных разветвлениях? От музея отряд прошел довольно большое расстояние. Русич насчитал не меньше пятнадцати боковых стоков. Даже если отбросить половину, получается внушительная цифра. Недовольно покачав головой, юноша вымолвил:

— Я не знаю, где мы находимся. Придется действовать наугад.

— В таком случае, вперед! — скомандовал самурай. — Обратного пути все равно нет. Думаю, ни у кого не возникает желания вернуться назад, к мерзким кровожадным существам.

— Это верно, — откликнулся Унгвар. — Лучше неизвестность, чем челюсти безжалостных монстров.

Разведчики неторопливо поползли по трубе. Она имела незначительный уклон и постепенно поднималась. Изредка ноги проскальзывали по идеально отполированной поверхности. Пару раз Олесь едва успел увернуться от ботинка товарища. Спустя четверть часа, послышался тихий возглас Бастена.

— Кажется, выбрались, — произнес сержант. — Здесь ещё один тоннель, но меньшего размера.

— Это обнадеживает, — усмехнулся Дойл. — Хотя в Боргвиле найдутся и другие твари, жаждущие вцепиться в глотку. Радиоактивные мутации привели к удивительным результатам.

— Что, верно, то верно, — согласился Аято, вылезая из трубы. — Надо быть постоянно настороже. Врагов у нас в городе предостаточно, а знаем его мы очень плохо.

Обнажив клинки, земляне с тревогой оглядывались по сторонам, ожидая нового нападения. Но вокруг царили тишина и покой. Чувствовалось двухвековое запустение.

Верхние коммуникации пострадали гораздо сильнее. Стены были покрыты глубокими трещинами, с потолка свисали куски арматуры и бетона, на дне образовались целые кучи песка.

Тоннель имел в диаметре около двух метров. Идти по нему можно было только в колонну по одному.

Сражение с монстрами отняло немало сил, и наемники устроились на привал. Расстегнув рюкзаки, воины достали консервы и приступили к еде. Только сейчас аланцы осознали, что во время бегства отряд потерял двух человек.

— А где Тентон и Акрил? — дрогнувшим голосом спросил Гартен.

— Они погибли, — опустив глаза, ответил японец, — Их смерть позволила спастись остальным. Сержант подорвал себя вместе с кровожадными существами. Поступок, достойный настоящего мужчины. Смерть — это лишь переход в иной мир, главное — не запятнать чести.

На философскую тираду Тино никто не отреагировал. Вопрос солдата вернул разведчиков к суровой реальности. Шансы на спасение минимальны. Вырваться из Боргвила будет необычайно сложно. Минули только сутки, а из отряда в двадцать человек уцелели лишь семеро.

Закрыв глаза, устало дремали Унгвар и Костидис. На одежде землян были отчетливо видны желто-зеленые пятна крови убитых тварей.

— Олесь и Мануто, проверьте трубу, — приказал самурай. — Располагаемся на ночлег. Оливийцы уверены, что мы мертвы и искать не станут. Другой возможности отдохнуть наверняка не представится. Завтра трудный день. Где-нибудь обязательно наткнемся на мутантов.

Храбров и Дойл двинулись в противоположные стороны. Пройдя метров триста, русич вернулся назад. Отрицательно покачав головой, юноша показал, что опасности нет.

Вскоре появился и чернокожий гигант. Тоннель оказался пуст.

Олесь невольно взглянул на часы. Стрелка указывала на полночь. Время до восхода Сириуса еще есть. Впрочем, в подземелье лучи белой звезды не проникали. Храбров повернулся на бок, крепко сжал рукоять меча и закрыл глаза.

Юноша почти сразу провалился в бездну сна. Яркий свет, сине-зеленое бездонное небо, ярко-оранжевые барханы пустыни Смерти, уходящие за горизонт. Какое величие бесконечности! Русич сделал несколько шагов и изумленно замер. Что происходит? Ведь мгновение назад он находился в темных, узких коммуникациях Боргвила. Где друзья?

Олесь поспешно обернулся. Позади него находились Развалины огромного города. Среди домов мелькали неясные силуэты. Сосчитать людей не удалось. Фигуры то исчезали, то появлялись вновь.

Неожиданно мощная неведомая сила увлекла Храброва. Юноша оторвался от поверхности и полетел на северо-восток. Путешествие длилось недолго. Из-за высокой дюны показался внушительного размера оазис. Сотни домиков, палаток, роскошный сад, в центре — маленький пруд с чистой прозрачной водой.

Русич почувствовал, как пересохло горло. Пить хотелось ужасно, но Олесь пересилил жажду. Храбров приближался к группе местных жителей.

В этот момент свет померк. В густом липком мраке юноша увидел Конзорский Крест. Он словно парил в воздухе. Играя и переливаясь драгоценными камнями, оливийская реликвия медленно удалялась от русича. Как Олесь ни старался, дотянуться до нее не сумел.

Больно ударившись головой о каменную стену, Храбров проснулся и сел. Вот она, реальность. Бастен прохаживается чуть в стороне, Мануто, поджав ноги под себя, с равнодушным видом смотрит в темноту тоннеля. Рядом с юношей расположился Аято. Опираясь на локоть, японец с интересом наблюдал за русичем.

— Ты когда-нибудь спишь? — раздраженно вымолвил Олесь, потирая ушибленное место.

— Конечно, — улыбнулся Тино. — Но когда тебя дергают за волосы, поневоле вскочишь.

— Извини, — немного успокоившись, проговорил Храбров.

— Снова видения? — поинтересовался самурай, делая несколько глотков из фляги.

— Не знаю, — пожал плечами юноша. — Я совершенно запутался. Каждый человек утром вспоминает сны. Почему мои должны быть обязательно пророческими? Так недолго и с ума сойти.

— Всякое случается, — заметил Аято. — Люди часто не понимают провидцев. Дар богов завистники очернили ложью и шарлатанством. Но меня научили отделять зерна от плевел. Рассказывай, что ты видел. В мельчайших подробностях.

Упорствовать русич не стал. Жизнь уже не раз подтверждала правоту товарища. Олесь не соглашался с японцем, но отрицать очевидные факты глупо. Разведчики нашли к югу от «Центрального» три оазиса, в Боргвиле — музей, а в нем — тайную комнату, где хранилась ценная реликвия. Цепь необъяснимых, странных открытий.

Внимательно выслушав Храброва, Тино заметно повеселел. Скрывать свои эмоции самурай даже не старался. Поправив на поясе подсумки, Аято произнес:

— Хорошие новости. Мы обязательно выберемся из этого паршивого города. Сомнений больше нет.

— Вопрос в том, кто окажется в числе счастливчиков, — возразил юноша. — Без стычек с боргами не обойтись, а дерутся тасконцы отчаянно. Вряд ли удастся избежать потерь.

— Не имеет значения, — бесстрастно вымолвил японец. — Путь воина ведет к смерти.

— А если топор мутанта разрубит твою голову? — спросил русич.

— Значит, такова воля богов, — на губах Тино появилась снисходительная усмешка.

— Но ведь и боги ошибаются, — возразил Олесь. — Мы привели отряд сюда в погоне за Конзорским Крестом. А где реликвия? Ее нет. Похищена двести лет назад.

— Все так, — согласился самурай. — Однако я бы не спешил с выводами. Сколько тайн открылось перед нами! Орден хранителей, Эд Сарот, дневник ученого… Кстати, он лежит в моем рюкзаке. Уверен, в нем немало интересного.

Не исключено, что удастся разгадать секрет блока «Z-7». Ведь тасконцы с лазерными карабинами появились из подземелья.

И, наконец, Конзорский Крест. По утверждению Линдла, на Оливии остались лишь копии. Морсвилец ошибся. Некоторые подлинники были подменены во время экстренной эвакуации.

— Полный бред, — махнул рукой Храбров. — Ты окончательно спятил. Ответь на простой вопрос — зачем двум наемникам столь дорогая вещь? Какой от нее прок? Можно вспомнить и историю раритета. Ни одному своему владельцу он счастья не принес.

— Рано или поздно мы узнаем истинное предназначение реликвии, — уверенно сказал Аято.

— Вот тогда меня и разбудишь, — проговорил юноша, отворачиваясь от японца.

Через час русичу предстояло заступить на дежурство, и Олесь хотел еще хоть немного вздремнуть. В его возрасте длительный сон просто необходим. Храброву ведь всего двадцать один год. Испытаний, выпавших на долю юноши, с лихвой бы хватило на целую жизнь.

Однажды русичу даже довелось умереть. Землянина «воскресили» врачи-аланцы. Великому Координатору требовались смелые, безжалостные солдаты. Программа советника Делонта дала отличные результаты. Именно наемники проложили путь на Оливию.

И Олесь ни о чем не жалел. Уж лучше сражаться с мутантами Тасконы, чем лежать на дне холодной могилы. Да и как откажешься от жарких объятий красавицы Весты? Мир прекрасен! И умирать Храбров не торопился.

Настойчивые поиски Тино раздражали юношу. К чему ненужный риск? В мистические доводы друга русич не верил, хотя и не находил разумного объяснения некоторым стечениям обстоятельств.

Ранним утром отряд начал собираться в дорогу. Разведчики ориентировались исключительно по часам, в тоннеле было по-прежнему темно.

Возникла серьезная проблема с водой. Фляги за сутки опустели больше чем наполовину. Самурай тут же распорядился экономить живительную влагу. Без нее в пустыне не протянешь и трех дней.

Перед выходом солдаты проверили боеприпасы. Две мины, брикет взрывчатки, четыре гранаты и по шестьдесят патронов на человека. Такого количества едва хватит на один бой. Вся надежда — на стальные клинки.

Закинув опустевшие рюкзаки за спину, воины зашагали по тоннелю. Солдаты двигались на северо-восток. Периодически Аято сверялся с компасом. Спустя полчаса японец громко выругался:

— Проклятие! Мы изменили направление. Отряд идет точно на восток. У меня такое ощущение, что скоро будет новый поворот. Слишком явные закругления.

Русич присел на корточки и раскрыл план коммуникаций. Тотчас вспыхнули несколько фонарей. Олесь, Тино и аланцы склонились над чертежами. Отталкивались опять же от музея искусств. Вскоре Бастен указал пальцем на замкнутую линию канализационной сети. Теперь стало понятно, где они находятся.

— Вот зараза! — вырвалось из уст Гартена. — Опять в западне. Сплошное невезение.

— Спокойно, — произнес самурай, — попытаемся разобраться. У нас в руках такое сокровище, а используем его мы очень нерационально. Хватит бродить наобум. Надо выработать маршрут. Причем не один. Боргам прекрасно известны эти тоннели. Отсюда наверняка есть выход.

— В трубу, к кровожадным монстрам, — иронично вставил Мануто.

— Помолчи, шутник, — грубо отреагировал Аято. — Я ведь могу и язык отрезать.

Картина потрясающая! Огромный чернокожий наемник — и маленький, ростом едва достигающий его плеч, японец. На первый взгляд казалось, что Дойл мог убить Тино одним ударом кулака. Однако воин не решился даже ответить. Земляне знали — самурай слов на ветер не бросает. Он никогда не повторяет угрозу дважды. За неподчинение Аято прикончит солдата, не раздумывая. Реплика Мануто была явно не к месту.

— Система круговая, — задумчиво сказал Олесь. — Но ведь ее проверяли, обслуживали. На плане есть непонятные, красные квадраты. Я насчитал пять штук. Точно так же отмечен спуск из музея в канализационную магистраль. Не исключено, что это люки.

— Логично, — проговорил японец. — Но куда они выводят? Не хочется сразу нарваться на оливийцев.

— На улицы, проспекты и площади, — вымолвил Храбров. — Нет ни одного подвала.

— Постой! — Тино осенила страшная догадка. — А наши бронетранспортеры…

— Думаешь, мы оставили машины возле выхода из подземелья? — спросил русич.

Разведчики снова начали рассматривать чертежи. Судя по расположению памятника, японец попал в самую точку. Значок стоял как раз у северо-восточной оконечности площади. Данный факт многое объяснял.

Используя коммуникации города, мутанты подобрались к десантникам незаметно. Тасконцы застали экипажи врасплох.

После короткого обсуждения все пришли к выводу, что эту версию необходимо проверить. Еще час потребовался на разработку маршрутов. Два основных направления и одно запасное. Пусть теперь борги попробуют перехватить отряд!


Глава 5. ЗАПАДНЯ | Сборник "Звёздный взвод". Компиляция .кн. 1-17 | Глава 7. КАТАКОМБЫ БОРГВИЛА