home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 3

ВИЛЛ БЕЛАУН

Бартон вошел в кабинет начальника и без всякого приветствия рухнул в кресло. Его ничуть не смущало, что ботинки в грязи, полевая форма порвана, а на рукавах куртки следы копоти и крови. Устало вздохнув, майор вытер пот со лба и блаженно вытянул ноги. Самое удивительное, что Стоун абсолютно спокойно отнесся к столь наглому поведению подчиненного. Полковник внимательно просматривал оперативные сводки за минувшие сутки. Ничего нового. Студенты, мошенники, грабители...

Порой складывалось ощущение, будто тасконская разведка, напуганная частыми провалами, сворачивает свою деятельность. Но это было не так. Неприятель наоборот усиленно готовится к штурму убежища правителя. Где-то в секретных лагерях прячутся сотни опытных бойцов. Их переправляли на Алан в течение нескольких лет. И вот приближается час, когда они, наконец, ринутся в атаку.

Впрочем, охрана Великого Координатора тоже значительно усилилась. Передислоцированы десятки воинских частей, подтянута техника, в воздухе постоянно барражируют истребители и гравитационные катера. Главный вопрос теперь – кого поддержит звездный флот? Говорить откровенно с командирами крейсеров Стил не решался. Аланец чувствовал, что корни предательства надо искать именно на боевых судах. Экипажи кораблей почти целиком состоят из непосвященных, а потому доверять им нельзя.

Дискриминационная политика последних лет, к сожалению, себя не оправдала. Высылая противников режима за пределы планеты, вождь сам создал очаг напряженности. Люди озлобились и жаждут мести. Зерна раздора, посеянные Тасконой, упали на благодатную почву.

Однако Стоун не отчаивался. Он верил в победу. Обладая могущественной и разветвленной сетью службы безопасности, имея отлично вооруженную армию глупо бояться горстки мятежников. Рано или поздно враг допустит ошибку, и выстроенная с таким трудом шпионская пирамида рухнет, словно карточный домик.

Отложив документы, полковник повернулся к товарищу и негромко спросил:

– Как идет операция?

Рой опустил голову и после паузы сказал:

– Хуже некуда. За прошедшие сутки мы практически ничего не добились...

Накануне Стоун поручил Бартону очистить подземные коммуникации от тасконцев. Задача невероятно сложная. Сотни километров тоннелей, плохо изученный лабиринт, созданные человеческими руками тайники и ловушки. И хотя майор получил в свое распоряжение пять тысяч солдат, особых иллюзий он не испытывал. Хорошо хоть полковник не требует немедленного результата. Главное – заставить противника нервничать, нарушить его связи. Враг постоянно должен ощущать сзади дыхание преследователей.

– А поточнее? – настойчиво произнес Стил.

– Мы начали зачистку с трех направлений, – вымолвил Рой. – Привлекли к работе сотрудников коммунальных служб, нашли опытных проводников. Увы, предпринятые меры предосторожности не помогли. Тоннели нашпигованы датчиками и камерами наблюдения. Наша аппаратура засекает их слишком поздно. Это укрепленная цитадель, а не канализация. Восемнадцать подрывов, три раза распылялось отравляющее вещество, семь провалов на острые металлические штыри, две автоматические лазерные пушки.

– Насколько вы продвинулись? – проговорил Стоун.

– На четыре километра, – ответил Бартон. – Штурмовые группы потеряли пятьдесят семь человек убитыми и более двухсот ранеными. Но самое интересное, что мы не видели в коридорах ни одного врага. В коммуникациях царит мертвая тишина.

– Да – задумчиво протянул полковник. – Неприятель подготовился основательно. А почему вы не использовали роботов?

– Половина машин превратилась в металлолом уже в первые три часа операции, – пояснил майор. – Тасконцы действуют очень грамотно. Они пропускают разведчиков, а когда подходят основные силы производят подрыв заряда. Направленная ударная волна выкашивает солдат, не причиняя ни малейшего вреда сооружению. Разрушать тоннели противник не намерен. Я боюсь, решить эту проблему в течение ближайших дней не удастся. О потерях даже не говорю.

– Война без жертв не бывает, – бесстрастно сказал Стил. – Продолжай зачистку дальше. Людей не жалей. Если понадобится, я переброшу в Чанкок еще пару дивизий. Солдатам нужно получать боевой опыт.

Рой поднялся с кресла и произнес:

– Именно такяираспорядился. Два часа на отдых и перегруппировку, а затем вновь в наступление. Через сорок минут штурм коммуникаций продолжится. Судя по карте, мы скоро выйдем к очень важному стыку. Это значительно снизит маневренность тасконских отрядов.

– Прекрасно, – вымолвил Стоун. – Наша активность в тоннелях вряд ли входила в планы неприятеля. Враг будет вынужден менять маршруты движения, а это приведет к хаосу и неразберихе. А уж мы свой шанс не упустим!

На последнюю реплику начальника Бартон никак не отреагировал. Он чертовски устал. Вот уже почти сорок часов майор на ногах без сна и без пищи. Уничтоженная техника, изуродованные тела, стоны раненых, всюду грязь и кровь. А зачем? Сражаются два народа, имеющие общие корни. Когда-то их предки вместе осваивали бескрайнее космическое пространство, основывали колонии, строили города.

Чего добиваются тасконцы? Какие цели преследует Великий Координатор? Вопросы, на которые у Роя не было ответов. Он патриот своей страны, но убивать невинных – работа не для него. В тридцать пять хочется понять, зачем ты живешь и какой след оставишь на планете. Пока в актив себе майор мог записать немного, зато в пассив... Бартон чертовски устал. И даже не столько физически, сколько морально. Крамольные мысли безжалостно терзали разум и душу.

Пожилой господин в скромной одежде и старомодной выцветшей шляпе не спеша двигался по индустриальному району Чанкока. С утра моросил легкий дождик, и аланец то и дело поправлял воротник плаща. До наступления первого дневного периода оставалось пятнадцать минут. Тысячи людей торопливо шли по улице, не обращая внимания на невзрачного прохожего.

В отличие от административных, банковских и биржевых структур работа на заводах начиналась на три часа раньше. График смен соблюдался неукоснительно. К опоздавшим применялись довольно жесткие санкции. И это неудивительно. Технологический процесс ведь не остановишь. На большинстве предприятий сборка узлов и деталей осуществлялась на конвейере. А там важен каждый человек.

Надо честно признать, Храбров пребывал в полной растерянности. Согласно инструкции он должен перехватить Белауна возле проходной завода перед началом трудового дня. На первый взгляд задача элементарная. Но в реальности все оказалось гораздо сложнее. К стоянкам электромобилей непрерывно подъезжали десятки машин. Аланцы сливались в единый сплошной поток. Разглядеть в такой толпе Вилла не было ни малейшей возможности.

Не зная, что предпринять, русич брел по тротуару в подавленном настроении. Завод, словно кровожадный монстр, пожирал людей. Они сотнями исчезали в его огромном чреве. Авиационно-космическое предприятие Чанкока считалось одним из крупнейших на планете. Здесь производились основные комплектующие блоки звездных кораблей. Транспортными челноками их доставляли на орбитальные доки, где и происходила окончательная сборка крейсеров и эсминцев. Процесс длительный и непростой, но иначе большие суда не построить.

Четверть часа пролетела абсолютно незаметно. Толпа, которая еще совсем недавно бурлила, гудела и толкалась, странным образом схлынула. Район опустел. По улице двигалась группа женщин, несколько подростков и полицейский патруль. Типичная ситуация для рабочего квартала во время дневного периода. Одна смена трудится на производстве, две другие отдыхают дома.

Чтобы лишний раз не рисковать, Олесь решил покинуть опасное место. Подступы к секретному объекту наверняка контролируются службой безопасности. Землянин прошел метров двести и свернул к маленькому уютному скверу. Карту данного района Храбров выучил наизусть.

По пути попался газетный автомат. Это было очень кстати. Русич, не раздумывая, приобрел последний номер правительственного издания. Свой имидж надо подтверждать. Старому пенсионеру не спится, и он отправился на утреннюю прогулку. Подобных аланцев в Чанкоке чуть ли два миллиона. К их причудам все давно уже привыкли.

Олесь неторопливо спустился в подземный переход и встал на движущуюся ленту. Пара минут, и землянин достиг цели. Сквер понравился Храброву. Чистый прозрачный воздух, режущая глаза зелень, сверкающие капли воды на траве и листьях, высокие стройные деревья и густые ровно подстриженные кустарники. Крошечный уголок девственной природы. Дождь, к счастью, прекратился, тучи рассеялись, и люди могли наслаждаться великолепным восходом Сириуса.

Несмотря на столь ранний час, русич с трудом нашел себе место на пластиковой скамье. Рядом с Олесем сидели два старика в длинных синих плащах и тучная седовласая женщина. Они хорошо знали друг друга, и потому изредка перебрасывались короткими репликами. В какой-то момент один из аланцев повернулся к Храброву и достаточно громко спросил:

– Вы новенький в нашем квартале?

Прекрасная маскировка землянина полетела ко всем чертям. Среди этих пенсионеров Олесь оказался белой вороной. Малейшая оплошность, и его обман тут же раскроется. Русич почувствовал нервную дрожь в левом колене. Выдержав паузу и изменив голос, Храбров едва слышно ответил:

– Я забрел сюда случайно. Обстоятельства...

– И правильно сделали, – продолжил старик. – Такого зрелища больше нигде не увидите.

Землянин был готов убить беднягу. Придя в сквер, Олесь хотел затеряться, скрыться от любопытных глаз, а вместо этого стал центром внимания. Сидящие на соседних скамейках люди с интересом поглядывали на русича. Внезапно по рядам аланцев прошел вздох восхищения.

Небо, озаренное тусклым красноватым светом, вдруг вспыхнуло брызгами слепящих белых лучей. На краю планеты в страданиях и муках рождалась восхитительная звезда. Из-за горизонта медленно показался величественный диск Сириуса. Еще пять минут и удивительная сказка закончилась. Гигантское светило поднималось все выше и выше.

– Жаль, что восход длится так недолго, – разочарованно сказала женщина. – Я любовалось бы им бесконечно.

– К сожалению, раньше мы его не замечали, – улыбнулся словоохотливый пенсионер, вставая со скамьи. – Человек начинает ценить истинную красоту мира лишь тогда, когда ее теряет.

Фраза, брошенная аланцем, больно ранила душу. Ведь он тысячу раз прав. Мы постоянно куда-то спешим, с кем-то боремся, что-то хотим доказать, а жизнь идет своим чередом. И ее назад не вернешь. В один прекрасный день ты остановишься, обернешься и с горечью осознаешь бессмысленность собственного бытия. То, что казалось важным – на самом деле мелочь и пустота, а то, к чему стремился – глупые амбиции и тщетная суета.

Храбров задумался и не заметил, как сквер опустел. Старики, не торопясь, возвращались домой. Зато на дорожках аллей появились молодые мамы с колясками. И в этом было что-то символическое. Нескончаемая смена поколений.

Землянин раскрыл газету и быстро пробежал глазами заголовки. Обычная пафосная чепуха. Олеся сейчас волновала куда более серьезная проблема. Как найти Белауна? Первый вариант напрашивался сам собой – вызвать товарища на проходную. Однако столь рискованный план русич отмел сразу. Служба безопасности возьмет Храброва в оборот и без труда определит, что подлинного Лестера Бурка подменили на двойника. Подставлять друга под удар землянин не имел права.

Вариант номер два – дождаться Вилла у его дома. Увы, он тоже не без недостатков. Прежде всего, значительная потеря времени. После окончания смены Белаун может отправиться куда угодно. В жилой сектор аланец приедет лишь под вечер. А если у Вилла есть женщина? Тогда вообще нет никаких гарантий. Операция же по изъятию агента должна быть проведена в течение суток.

Остается единственный выход – ловить Белауна у завода. Но как? Первая попытка завершилась полным провалом. Мыслить надо логически. Вилл – инженер, а значит, занимает на предприятии определенное положение. Вряд ли он ходит на работу пешком. Согласно своему статусу аланец обязан пользоваться электромобилем.

Теперь следует вычислить стоянку. Дом Белауна располагается на западе от завода. В целях экономии энергии транспортный компьютер выбирает самый короткий маршрут. Олесь улыбнулся и расслабленно откинулся на спинку скамьи. Наконец-то найдено правильное решение. Нервное напряжение спало, и русич принялся за газету. Времени у него много.

Обратный путь к предприятию занял ровно десять минут. Возле завода опять было дикое столпотворение. Вторая смена двигалась на работу. Храбров благополучно миновал толпу и вышел к западной стоянке. Здесь нужно передохнуть и осмотреться. Личной машины у Вилла нет, и он наверняка воспользуется государственным электромобилем. Данное обстоятельство значительно упрощало задачу Олеся.

Не спеша прохаживаясь по площадке, землянин терпеливо ждал товарища. Поток аланцев из ворот проходной стремительно увеличивался. Десятки, сотни, тысячи людей. Казалось, рабочие сметут старика с тротуара. Однако они ловко огибали Храброва и быстро занимали места в свободных такси. Машины разъезжались в разные стороны.

Русич внимательно вглядывался в лица чанкокцев, но долгое время его усилия результата не приносили. Выругавшись, Олесь начал пробираться поближе к заводу. Внезапно впереди мелькнули знакомые черты. Землянин облегченно вздохнул. То, что рядом с Белауном идут два человека, Храброва ничуть не смущало. Дальнейшие действия продуманы до мелочей. Шаг навстречу, легкое столкновение, и шляпа русича падает на бетонное покрытие.

– Извините! – вежливо произнес Вилл. – Я увлекся разговором...

Аланец наклонился, чтобы поднять головной убор, и тут же услышал едва различимый шепот:

– Следуй за мной.

Белаун изумленно посмотрел на пожилого ученого. Голос Олеся он не спутает ни с каким другим. Чуть дрогнувшей рукой Вилл протянул шляпу землянину.

– Прошу, – выдавил агент.

– Вы не проводите меня до такси? – вымолвил Храбров. – Ужасно кружится голова.

– Да, да, конечно, – сказал Белаун. Аланец повернулся к коллегам и произнес:

– До завтра. Я помогу несчастному старику.

Мужчины понимающе улыбнулись и зашагали дальше. Судя по всему, большими друзьями с Биллом они не были. У каждого свои дела. Как только спутники скрылись из вида, Белаун подхватил русича под локоть и очень тихо спросил:

– Откуда ты?

– Неважно, – ответил Олесь – Б сети объявлен «Апокалипсис».

– Почему? – удивился аланец.

– Это не для уличного обсуждения, – вымолвил землянин.

Разведчики устроились на заднем сидении светло-бежевого электромобиля. После некоторой паузы Храбров указал компьютеру конечный пункт поездки. Машина тотчас сорвалась с места и понеслась к переполненному шоссе. У перекрестка такси неожиданно притормозило. Русич невольно потянулся к бластерам. Однако опасения Олеся оказались напрасными. Задержка была связана с перегрузкой транспортной системы. Бскоре электромобиль влился в общий поток машин, и скорость сразу возросла. Примерно через полчаса такси остановилось неподалеку от магазина бытовых голографов. Еще одна хорошо законспирированная явка. Храбров назвал пароль бойцу группы прикрытия, и беглецы вошли внутрь просторного помещения. Лишь теперь друзья смогли дать волю эмоциям. Они обменялись рукопожатием и крепко обнялись. Старая добрая мужская традиция.

– Рад тебя видеть, – проговорил землянин. – За прошедшее время случилось немало событий...

– Что верно, то верно, – согласился Билл. – Уничтожен очередной воин Тьмы и...

Белаун тяжело вздохнул и сглотнул слюну. Бместо него фразу закончил Олесь:

– ... и погибла Линда.

– Не понимаю, как это произошло, – произнес аланец. – Я видел ее буквально накануне провала. Салан была сильно возбуждена. Назначила мне встречу в сквере. Мы беседовали минут двадцать. Она сказала, что ночью агент передаст ей ценную информацию о резиденции Великого Координатора. Ни слова о слежке. Линда действовала уверенно, не боясь ареста. Неужели Салан подставили?

Русич хотел сообщить товарищу о предательстве, но, вспомнив предупреждение Джоркса, передумал. Необходимо соблюдать максимальную осторожность. Под подозрением все разведчики без исключения. Непререкаемых авторитетов нет.

– Она погибла в павильоне министерства обороны, – вымолвил Храбров. – Служба безопасности уже вела ее. Во время задержания Линда оказала сотрудникам секретного ведомства сопротивление и отобрала у одного из офицеров оружие. Началась перестрелка.

– Это же самоубийство! – вырвалось у Вилла.

– Именно так Салан и поступила, – проговорил Олесь. – Разрядила карабин себе в голову.

Белаун взглянул на землянина и напрямую спросил:

– Ты был там?

– Да, – честно ответил Храбров.

– И не помог ей! – гневно воскликнул аланец.

– Я не имел права, – понизив голос, произнес русич. – Мы не на поле боя. В разведке все иначе. Иногда приходится жертвовать даже друзьями. В тот момент я выполнял другое, более важное задание.

Трудно сказать, чем бы закончился спор, но в диалог двух воинов Света вмешался командир группы прикрытия. Эвакуация затягивалась, а это было чревато неприятностями. Офицер нес личную ответственность за жизнь агентов.

– Господа, – вымолвил тасконец, – нам пора. Ситуация в городе сложная. Противник проводит зачистку подземных коммуникаций. Надо торопиться.

Возражать никто не стал. Вскоре отряд разведчиков спустился в подвал, а оттуда по узкому коридору вышел к тоннелю. Как обычно, их ждал «чистильщик» с гравитационной машиной. Перекинувшись с мужчиной парой коротких реплик, солдаты начали размещаться на сидениях. Дверь в тайник бесшумно закрылась, и аппарат тут же стартовал. От скорости в ушах засвистел ветер.

Внезапно машина резко затормозила. Пассажиры невольно подались вперед, заскрипели и натянулись ремни безопасности. Подняв голову, Олесь увидел приближающийся одноместный гравицикл. Через пять секунд аппарат замер возле группы прикрытия. Темно-синий комбинезон плотно облегал изящную фигуру девушки.

Она сняла шлем и легким небрежным жестом поправила светлые волосы. На вид ей было лет восемнадцать-двадцать. Маленький, чуть вздернутый вверх носик, тонкие бледно-розовые губы, красивые серые глаза. Щеки разведчицы неестественно раскраснелись, а по вискам текли крупные капли пота.

– Штурмовики прорвались к пункту номер семь, – проговорила девушка. – Доступ туда прекращен. Вам приказано двигаться к пункту четыре.

Надев шлем, она ловко развернулась на месте и, не дожидаясь ответа, стартовала. Судя по всему, разведчица выполняла функции посыльного в подземных коммуникациях. Водитель машины сделал крутой вираж, и группа направилась совсем по другому тоннелю. Тасконцы имели несколько выходов на поверхность. Минут через десять Храброва и Белауна высадили возле очередного тайника.

В дальнейшем эвакуация протекала по стандартной схеме. Светонепроницаемые очки, контрольная проверка, заднее сидение электромобиля, гараж фирмы «Кондекс». По дороге русичу в голову пришла странная мысль. Перед смертью Линда встречалась со своими агентами, в том числе и с Виллом. Женщина рассказала об информации Остервила, но ни словом не обмолвилась об устроенной ею провокации.

Неужели Олесь не поделился бы возникшими подозрениями с Тино, Жаком или Карсом? Абсурд! Он доверял друзьям, как самому себе. Почему Салан не сделала то же самое? Ответ напрашивался сам собой – аланка проверяла абсолютно всех, включая Белауна. Что скрывается за этим поступком женщины? Высокий профессионализм или...? Нет! Вилл не мог предать Линду. Салан ведь на Униме спасла ему жизнь. Долгие годы они вместе воевали, спасались от кровожадных монстров, делили последний кусок хлеба. Где логика? Ради чего Белаун пойдет на подобную низость? Нет ни одной веской причины. И, тем не менее, аланка скрыла от него истинную цель контакта. Пожалуй, Клив прав – Вилл должен доказать собственную невиновность.

Машина остановилась, и беглецы выбрались из салона. К ним неторопливо подошел Джоркс. Вице-президент фирмы поприветствовал Белауна и внимательно посмотрел на землянина. Во взгляде Клива без труда читалось волнение. Сумел ли Храбров сохранить тайну? Русич улыбнулся и молчаливо кивнул головой. Резидент облегченно выдохнул. Уже за обедом, сидя за столиком напротив Олеся, Вилл негромко произнес:

– Прости. Там, в магазине, я слегка погорячился. Линда была мне очень дорога. Сейчас уже нет смысла лгать. Я любил ее. Любил всегда. И как ты догадываешься, без особых надежд на взаимность.

Аланец горько усмехнулся и продолжил:

– Разве можно соперничать с де Креньяном. Красив, умен, напорист. Мне оставалось только завидовать и любоваться ею со стороны. Узнав, что она мой связник в Чанкоке, я невероятно обрадовался. Каждая встреча превращалась в праздник. Ну, а потом это ужасное видение. Я едва не сошел с ума. Ведь всего сутки назад Линда разговаривала со мной, шутила, радовалась жизни. И вот теперь ее нет. Кошмарная пытка.

– Понимаю, – вымолвил землянин. – Гибель Салан для меня тоже тяжелый удар. В павильоне я, к сожалению, ничем не мог ей помочь.

– Не надо оправдываться, – сказал Белаун. – На твоем месте и я, и Жак поступили бы точно так же. Отправляясь сюда, мы прекрасно знали, что идем на огромный риск. Линда не первая жертва в жестокой битве с Тьмой. Мануто враги разрубили на куски, Вацлава сожрал на арене дикий зверь, Олан похоронен где-то на юге Аскании, а Рона покоится в каменном склепе заброшенного монастыря. Отряд редеет на глазах. Противник силен и коварен. Боюсь, мы его недооценили.

– Перестань, – постарался поддержать друга Храбров. – Ты настроен чересчур пессимистично. Не забывай, неприятель потерял на одного воина больше. Не бог весть, какая победа, но она дает нам преимущество перед решающей схваткой.

– А зачем вообще все это нужно? – спросил Вилл. – Олесь, я около года проработал на авиационно-космическом заводе. Чертежи, роботы, микросхемы – вот, что интересует инженера. Признаюсь честно, я устал, выдохся. Многокилометровые переходы, сражения, двойная жизнь не для меня. Мои силы на пределе.

Русич хотел поспорить, но передумал. Аланец действительно выглядел измотанным. Прошедший год выдался для него не самым легким. Постоянный страх провала способен доконать кого угодно.

Сейчас он как никогда нуждался в отдыхе. Смена обстановки ему не помешает.

Через пять часов Храброва пригласили на допрос Белауна. К тому времени уже стало ясно, что Вестон чиста. Женщина покинула Чанкок еще утром. Чтобы избежать случайностей слежку за ней не вели. Олис без труда могла сообщить в службу безопасности о местонахождении секретной базы тасконцев. Таким образом, подозрения были сняты с двух из четырех агентов.

За столом сидели те же сотрудники внутреннего контроля. Они попросили Вилла рассказать о своей деятельности с момента внедрения. Судя по лежащим на столе документам, аланец в основном занимался промышленным шпионажем. Он передавал информацию об отдельных узлах космических кораблей, системах сборки и регулировки, выявлял недостатки электронного оснащения крейсеров. Для ученых Тасконы эти сведения имели огромную ценность. И надо отметить, работал Белаун весьма продуктивно.

Постепенно разговор переходил в другое русло. Офицеры начали задавать Виллу вопросы, касающиеся событий последних дней. По словам аланца он встречался с Линдой достаточно регулярно. Некоторые контакты носили исключительно личный характер. Белауну пришлось признаться в своих чувствах к женщине. Это стало откровением для тасконцев. О том, что Вилл, Линда и Олесь являлись друзьями, они даже не догадывались.

В комнате воцарилось неловкое молчание. Лишь спустя пару минут его решился нарушить сотрудник со шрамом на нижней губе.

– Как человек хорошо знавший Салан, – осторожно произнес офицер, – вы не заметили чего-нибудь необычного в ее поведении? Особенно накануне гибели. Раньше женщина сама назначала встречи?

Аланец выдержал небольшую паузу, низко опустил голову и тихо сказал:

– Я не собираюсь ничего скрывать...

В душе русича все оборвалось. Неужели товарищ действительно окажется предателем? Нет. Не может быть. Храбров посмотрел на Белауна. Внешне Вилл абсолютно спокоен.

– Видите ли, – продолжил разведчик. – Мы с Линдой постоянно нарушали установленные правила. Пару раз в месяц я приходил к ней в гости. Обычные человеческие разговоры. О погоде, о фильмах, о ценах в магазинах. Никакой политики, ни слова о деле. Не подумайте ничего плохого, близости между нами не было. С некоторых пор Салан проявляла в данном вопросе консерватизм. Встреча в сквере вряд ли могла заинтересовать службу безопасности. Мы вели себя как старые друзья.

– Авантюра, конечно, но логика в этом есть, – вставил светловолосый тасконец. – Не будет же местная контрразведка хватать всех людей, с которыми контактировала женщина. Подобной наглости от внедренного агента никто не ожидает.

Вскоре Белауна отпустили. Аланец и так рассказал немало. Окинув взглядом присутствующих, Джоркс бесстрастно вымолвил:

– Ваше мнение, господа...

– Необычный, очень запутанный случай, – негромко произнес широкоплечий сотрудник. – Неразделенная любовь вряд ли является мотивом к измене. Зачем Виллу обрекать свою избранницу на верную гибель? Какой смысл?

– И все же Белаун ведет себя странно, – вмешался офицер со шрамом. – Личные контакты – это огромный риск. Либо мы столкнулись с величайшей глупостью, либо агент лжет, и его взаимоотношения с Линдой зашли несколько дальше...

– Видимо, я должен кое-что прояснить, – проговорил Олесь. – В наших досье отсутствует определенная информация. Десять лет назад на Таскону высадилась группа аланских разведчиков. Она обнаружила уцелевший после ядерной катастрофы космодром, и колонизация планеты началась...

– В подземном мире это известно каждому школьнику, – усмехнулся брюнет.

Не обращая внимания на реплику тасконца, русич продолжил:

– Из двенадцати человек в живых остались лишь пятеро. Две аланки и трое землян. Среди них были Линда Салан и ваш покорный слуга.

Светловолосый сотрудник с удивление в голосе заметил:

– Неожиданный поворот событий.

– Мы провели на космодроме «Центральный» три года, – сказал Храбров. – Постоянные походы, сражения, зачистки. В отличие от военного командования Алана наемникам удалось наладить с местным населением дружеские отношения. Это не понравилось Великому Координатору, и от нас решили избавиться. Служба безопасности подготовила операцию по уничтожению группы. Чтобы остальные земляне не подняли бунт, отряд обвинили в мятеже. Неподалеку от Морсвила мы угодили в западню.

– Как же вы спаслись? – спросил офицер.

– В последний момент Линда и Вилл предупредили нас о засаде, – произнес Олесь. – Они угнали бронетранспортер и двинулись наперехват. От огня артиллерии группа скрылась в секторе неприкасаемых. Затем пять лет скитаний. Оливия, Унима, Аскания Захват корабля, штормы, участие в войне графств, страшные болезни и гигантские кровожадные чудовища. Описывать приключения отряда можно долго. На долю моих друзей выпало много тяжких испытаний. Теперь вам понятен характер взаимоотношений Салан и Белауна?

– История действительно потрясающая, – вымолвил светловолосый тасконец. – Однако, снимая с повестки дня одни вопросы, она тут же ставит новые. Объяснение причин личных контактов связника и агента принято. Между ними было полное доверие. Но тогда почему Линда не посвятила Вилла в свой план?

– Не знаю, – развел руками Храбров. – Для меня это тоже неразрешимая загадка.

– Есть и вторая неувязка, – вставил сотрудник со шрамом. – Белаун часто бывал в доме Салан, а значит, его наверняка видели соседи. После неудачного ареста госпожи Дарквил ведомство Стоуна бросило бы все силы на поиски подозрительного мужчины. Но этого не произошло. Не правда ли странно? Составить портрет незнакомца по описаниям ведь не так уж сложно.

– Я больше ничем не могу вам помочь, – раздраженно отреагировал русич. – Копайте дальше сами.

– Не надо обижаться, – улыбнулся широкоплечий офицер. – В наших общих интересах узнать, кто выдал

Линду. Мерзавец должен быть найден и уничтожен. Мы лишь пытаемся прокрутить все существующие варианты. Круг подозреваемых невелик, и он сужается с каждым днем. По роковой случайности в него попал Вилл Белаун.

– Кстати, разведчик не догадался об истинных целях эвакуации? – уточнил брюнет.

– Я не сказал ему ни слова, – жестко ответил Олесь. – И, пожалуйста, оставьте свои намеки при себе. Они меня оскорбляют.

Землянин резко встал и покинул кабинет. Продолжать разговор с этими людьми Храбров не хотел. Следователи, словно черви, вгрызаются в душу человека и выворачивают ее наизнанку. В их интерпретации светлые чистые помыслы и устремления приобретают мрачный черный оттенок. И самое ужасное то, что тасконцы абсолютно правы. Вопросов слишком много.

На первый взгляд взаимоотношения Салан и Белауна не претерпели каких-либо серьезных изменений. Даже здесь, в Чанкоке, рискуя попасть под наблюдение службы безопасности, аланцы продолжали встречаться. Но... Проклятое «но»! Перед смертью Линда уже никому не доверяла. Почему? Русич злился и на нее, и на Вилла. Они допустили ряд грубых непростительных ошибок.

Чтобы отвлечься от тягостных раздумий Олесь направился в столовую. Устроившись за дальним столиком, землянин заказал две кружки пива. Настроение было отвратительным. Первую емкость Храбров осушил залпом, а вторую начал медленно потягивать.

Салан задала всем нелегкую задачу. Такого подвоха от нее русич не ожидал.

Между тем, в помещение вошел Белаун. Аланец осмотрелся по сторонам и решительно зашагал к товарищу. Сев напротив Олеся, Вилл негромко произнес:

– Что-то случилось?

– Нет, – отрицательно покачал головой землянин. – Просто очень устал за последние дни. Ликвидация провалившейся разведывательной сети – дело сложное и опасное. Один из агентов Линды находился под наблюдением. Я его вытащил, но по пути нас решили арестовать. Пришлось пробиваться с боем. Вырвались чудом. В городе стало чересчур жарко. Грядут грандиозные события, и Великий Координатор это чувствует. Ведомство Стоуна проявляет небывалую активность.

– Тут тоже никто не спит, – бесстрастно произнес Белаун. – Я прогулялся по коридорам. Десятки людей, разнообразная аппаратура, система дальней связи. Это что штаб?

– Не совсем, – вымолвил Храбров. – Скорее координационный центр. Отсюда будет осуществляться руководство предстоящей операции. Сам понимаешь, высадка десанта, штурмовые группы, космические корабли... Нужна четкая корректировка действий. Здесь же располагается архив чанкокской агентуры. «Кондекс» – тщательно засекреченный объект.

Русич выдавал заранее подготовленную легенду и внимательно следил за реакцией аланца. Особых эмоций на лице Вилла он не заметил. Расслабленное тело, спокойный взгляд, твердые уверенные движения. Нет ни тени волнения. Если Белаун и работал на правителя, то делал это в высшей степени профессионально. Хотя, и Остервил, и Вестон вели себя точно так же. Любопытство свойственно человеку, а уж тем более разведчику. Глотнув пива, аланец напрямую спросил:

– На какое число назначен штурм?

– Понятия не имею, – проговорил Олесь. – Командование держит подобную информацию в тайне. И, наверное, это правильно. Утечка столь ценных сведений недопустима. Однако, судя по оживлению в центре, операция уже не за горами. День, два, три... Счет идет на часы.

– Скорее бы, – выдохнул Вилл. – Жить под чужой личиной – невыносимая пытка. Первое время я вздрагивал, когда слышал свое новое имя, боялся, что оборачиваюсь недостаточно быстро. Периодически на заводе проводилась выборочная проверка документов. К счастью, она меня не коснулась. Целый год мучительных страхов...

– Ты знал, на что шел, – пожал плечами землянин. – Бполне мог отказаться от внедрения. Тасконцы очень дорожат агентами и стараются не привлекать к разведывательной деятельности психически неуравновешенных людей.

– Спасибо на добром слове, – иронично усмехнулся Белаун. – Твое сострадание безмерно.

Билл выдержал паузу и произнес:

– Дело в том, Олесь, что побывать на Алане – цель всей моей жизни. Еще мальчишкой, блуждая по узким коридорам космической базы, я мечтал увидеть прекрасный мир метрополии. Однако путь в эту чудесную сказку непосвященным закрыт. Полная безысходность.

– Нерадостное детство, – согласился русич.

– Именно тогда подросток увлекся техникой и решил любой ценой попасть на Алан, – продолжил Белаун. – Через несколько лет началась вербовка добровольцев в колониальную армию Тасконы. Это был единственный шанс вырваться из порочного круга. Три декады я задыхался свежим воздухом, сходил с ума от бескрайних просторов, наслаждался диким величием пустыни. Казалось, вот он – рай. Но скоро все встало на свои места. Грязь, пот и кровь. Мы убивали аборигенов, а они нас. Красивая картинка растворилась словно мираж.

– И ты присоединился к группе землян.

– У меня не было выбора, – ответил Билл. – Ияне прогадал. Моя мечта сбылась, я на Алане. Прошедший год отнял у меня много сил и нервов, но и принес определенное удовлетворение. Сын двух техников с далекой, никому не нужной космической базы, наконец, стал жить, как подобает гражданину великой державы. Хорошая интересная работа, достаток, комфортное существование. К твоим услугам все достижения цивилизации...

– А как же подземный мир Тасконы? – удивился Олесь. – Там условия ничуть не хуже. А главное, нет ни малейшего риска.

– Пожалуй, – утвердительно кивнул головой аланец. – Но ты точно подметил – подземный мир. Чем он отличается от звездного крейсера или орбитальной станции? Только размерами. Стены, потолок, тоннели вместо коридоров. При первой же возможности тасконцы покидают города и поднимаются на поверхность. Люди хотят жить на воле, свободно дышать и любоваться восходом Сириуса. Я не исключение. Чанкок для меня подходит идеально. Когда мы свергнем Великого Координатора, исчезнет последнее препятствие на моем пути. Пора осесть, завести семью, подумать о детях. Тебе в данном вопросе повезло. Олис говорила, что беременна...

– Она уже родила, – улыбнулся русич. – Но ребенка я еще не видел.

– У каждого свои маленькие радости, – грустно произнес Белаун. – Линда спокойной жизни так и не дождалась.

Дальше разговор не клеился. Вилл высказал все, что накопилось в душе, и теперь безмолвно пил пиво. Спорить с ним Храбров тоже не собирался. Он держался обособленно даже от друзей. Гибель Салан окончательно подкосила беднягу.

– Я пойду, – вымолвил Вилл. – Завтра рано вставать. Предстоит новое задание. Не знаешь, куда меня отправят?

– Нет, – честно сказал Олесь. – Утром я провожу тебя.

– А надо? – усмехнулся аланец и зашагал к выходу. Русич задумчиво смотрел ему в спину. К сожалению, этот ночной разговор ситуацию не прояснил. Вопросов стало лишь еще больше. Что двигало Белауном, когда он интересовался «Кондексом» и сроками операции? Простое любопытство или скрытый смысл? Храбров проклинал себя за подозрительность. Разве можно не доверять товарищу? Тем более воину Света. Абсурд! Однако сомнения терзали душу. В разведке нет непререкаемых авторитетов. Ошибаются все. Тяжело вздохнув, Олесь заказал третью кружку пива. Почему-то чертовски хотелось напиться.


Глава 2 В ПОИСКАХ ИСТИНЫ | Сборник "Звёздный взвод". Компиляция .кн. 1-17 | Глава 4 ПОСЛЕДНИЙ И ЕДИНСТВЕННЫЙ