home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Эпилог

Песчаное мелководье переливается голубыми красками и расцвечивается световыми бликами. Ограниченное итрасовыми зарослями, оно практически скрыто от чужих глаз, к тому же ещё и изолировано от остального океана небольшим скальным поднятием.

Я сижу на камнях, из которых оно сложено, а рядом стоит, упираясь ладошками в валун, очень даже упитанный карапуз. Место ему нравится. Светлое, хорошо просматривается, да и потоки здесь рождаются совсем слабенькие. Неопасные.

Приоткрыв рот, малыш сосредоточенно смотрит на крошечный водоворот в паре метров от нас, который то появляется, то исчезает. Отрывается ото дна, поднимается выше, кружит и опускается. Делает ещё одну попытку, захватывая в себя соседние струи, и вновь распадается, словно сил на то, чтобы стать единым целым с ними, ему не хватает. И всё же, в конце концов, скрутившийся в плотный смерч водный торнадо уносится прочь, утаскивая за собой мелкий песок и пару рыбок, замешкавшихся и не успевших уйти с его пути.

Оперативно ловлю за руку маленького сорванца, который уже готов рвануть следом. Рано. Три года для того, чтобы учиться контролировать потоки, это нормально, а вот кататься на них ещё не время.

Возмущению малыша нет предела. Сердито хмурится, плотно сжимает губки, старается разжать мои пальцы и даже снова начинает притягивать рождающиеся в ложбине струи, подстраивая под своё видение того, какими они должны быть.

Перехватываю сорванца удобнее, отплывая от тренировочной площадки, и усаживаю на гикл. Хватит на сегодня. И так три часа вместо положенных двух занимались.

– Ещё хочу! Давай вернёмся! Ну, ма-а-ама! – начинает канючить вредина, едва появляется возможность открыть рот, когда мы проходим сквозь мембрану в приёмную здания совета.

– Нас папа ждёт, – единственным действенным способом пресекаю новые попытки меня разжалобить.

Ротик тут же закрывается, и сопротивление исчезает бесследно. Теперь мы чинно идём по коридору в сторону лифта, а потом в новое крыло, выстроенное лет двадцать назад, где и работает Кит.

Для мальчишки отец – непререкаемый авторитет. Впрочем, это не его личная особенность, все дети на Зогге воспринимают своих отцов аналогично. Хотя для Орита к этому есть ещё один дополнительный стимул – он тоже спуктум. Драконы ведь интуитивно друг друга чувствуют, даже если между ними нет родственных уз. А уж если есть… Тут и говорить не о чем.

Мы долго удивлялись тому, что сынишка родился с этими способностями, ведь наследственность не имеет к ним никакого отношения, но, когда у младшенького они начали проявляться, Кита это очень порадовало. Он сам начал заниматься его тренировками, и только если уж совсем занят, как сегодня, например, эти функции приходится брать на себя мне.

Войти в кабинет не успеваем. У самого порога сталкиваемся с уходящим посетителем, сопровождаемым охраной.

– Мео! Рад встрече! Как давно мы не виделись! Лет шесть, если не ошибаюсь? – шагнув навстречу, восклицает высокий субъект в синем комбинезоне. Настолько ярком, что даже зелёные волосы мужчины приобретают оттенок морской волны.

– Не ошибаешься, – подтверждаю и останавливаюсь. – Здравствуй, Фориат, – протягиваю ему руку, потому что для ипериан личный разговор с кем-то без физического контакта равносилен оскорблению. Между мужчинами это может быть любое прикосновение: шлепок по руке или пожатие, похлопывание по плечу, краткие объятия… А вот при их общении с женщинами ритуал всегда одинаков.

Тёплые пальцы проскальзывают по ладони, а в салатовых глазах появляются привычные смешливые искорки.

– Хорошеешь с каждым годом всё больше, – иперианин пробегает преувеличенно-восхищённым взглядом по моей фигуре. – Эх, Мео, не уважал бы я Кита так, как уважаю на самом деле, увёл бы тебя у него однозначно.

– Поздно, – трагично ему сообщаю, наигранно вздыхая.

Подобная игра – привычная для ипериан маска, а у Фориата, и я это прекрасно знаю, есть жена и шестеро сыновей. Причём старший едва ли не ровесник моего хранителя. Так что я этому типу не нужна совершенно, но сделать мне комплимент он считает себя обязанным.

Мужчина приседает, опускаясь на одно колено, чтобы было удобнее со мной разговаривать, и бросает короткий взгляд на свой конвой. Впрочем, тот, сообразив, что начальство идти дальше не намерено, уже давно отступил в сторону и теперь старательно делает вид, что его тут нет. Дабы не мешать.

– Я прилетел выступить на совете, – возвращаясь взглядом ко мне, серьёзно говорит Фориат. – Очень надеюсь и на твоё присутствие. Твой муж адекватен в плане понимания способов взаимодействия наших планет, но для всех остальных советников только твои рекомендации будут иметь вес. А мы рассчитываем на то, что предложение, которое сделаем, будет принято.

– Разумеется, я буду на заседании, – киваю, показывая, что на мою поддержку он может рассчитывать. – Тем более если речь идёт о сотрудничестве с Ипером.

– И я обязательно тебя за это отблагодарю, – обещает Фориат и начинает смеяться, потому что Орит, никогда ранее не видевший мужчин с длинными зелёными волосами, изумлённо округляет глаза и, опасливо поглядывая на такого большого дядю, всё равно тянется ручками, вцепляясь пальчиками в толстую косу, переброшенную через плечо. – Какой он у тебя любопытный! Помню, Шоит на меня не так отреагировал, да и Цафи вела себя куда сдержанней.

– Они были несколько старше, – оправдываю малыша.

Фориат улыбается, ждёт, пока мальчишка отпустит «игрушку», и поднимается, оправляя форменную куртку в тон комбинезона, надетую поверх него.

– До встречи, Мео, – прощается со мной, делая знак сопровождающим следовать за ним.

Несколько секунд смотрю ему в след, наблюдая за размашистыми шагами долговязого мужчины. Приятного в общении? Да. Друга? Тоже да. Но при этом невероятно опасного. За тридцать лет, что мы знакомы, он не стал мне понятнее или ближе. Да, я многое о Фориате узнала, и уважение, которое изначально к нему возникло, тоже никуда не исчезло, но относиться к иперианину с определённой долей настороженности я не перестала.

Второй сын, рождённый в династической линии, он не мог претендовать на управление планетой, которое перешло от умершего отца к его брату. Потому и занялся военным делом, что, в общем-то, в условиях масштабного конфликта между мирами было совершенно естественным. Больше сорока лет Фориат весьма успешно отражал атаки на Ипер, потом провёл несколько удачных операций на других планетах. Последней из них и стало уничтожение базы цессян на Зогге.

Анализируя то, как именно в это время вели себя ипериане, я долго пыталась понять логику уничтожения самой базы. Ведь она могла пригодиться им самим для добычи ултриза! Так нет, вместо того чтобы её сохранить, высадив туда десант и захватив, они её банально разрушили. Зачем?

Вторым, интересующим меня ничуть не меньше, был вопрос: как получилось, что, фактически потерпев разгромное поражение, ипериане с лёгкостью захватили победивший их флот? Да и с прибывшим позже подкреплением разобрались на раз. Словно и не было у цессян никакого технического превосходства!

Я столько источников информации перелопатила, чтобы это выяснить, столько сопоставила данных! А когда разобралась, то поняла, что в плане манипуляций Фориат куда искусней, нежели альбиносы. Вот только если те использовали других исключительно на пользу самим себе, то иперианин сделал иную ставку. И выиграл. По всему выходило, что он ещё до того, как начал планировать эту операцию, узнал о наличии на Зогге местного населения. И поступил необычайно дальновидно, сделав всё, чтобы наладить с зоггианами контакт, вместо того, чтобы тратить силы на добычу ултриза под постоянной угрозой быть уничтоженным цессянами или потоками океана. Ушлый тип сразу понял, что удержаться на Зогге, не имея поддержки тех, кто на нём живёт, будет нереально.

В общем, атака базы была показательной акцией, а бой на орбите – прекрасно разыгранной трагедией. Спектаклем, единственной целью которого было выйти на контакт с зоггианами, сделав его для них максимально необходимым и выгодным обеим сторонам.

Вне всяких сомнений, у ипериан, приводнившихся на Зогг, а потом с него стартовавших, не хватило бы сил для захвата всех уцелевших кораблей цессян. И помощи зоггиан, которые полетели вместе с ними, было бы недостаточно. Так что большую часть работы по нейтрализации врага сделали абордажные группы в десантных кораблях, затаившихся на удалённых орбитах. Именно они атаковали празднующих свою победу цессян. Но для зоггиан, которые не видели всю картину, а только тот её кусочек, что им хотели показать, этого хватило, чтобы поверить в устроенную демонстрацию. Получилось, что ипериане пошли на небольшую хитрость, при этом проявив невероятную изобретательность и ловкость. А в результате ухитрились и наладить отношения с зоггианами, и убрать с Зогга цессян.

Вот таким оказался весельчак Фориат. Достойным уважения? Да. Хотя бы потому, что зоггиан он не подставил. Внушающим опасения? Бесспорно. Ибо превратись он во врага, последствия будут катастрофичными.

Чувствуя нетерпение сына, который дёргает меня за руку, открываю дверь в кабинет. Сидящий за столом Кит, сосредоточенно разбирающий лежащие перед ним документы, тут же поднимается, шагая нам навстречу.

– Лила… – целует с таким жаром, словно мы не утром расстались, а год назад, не меньше. – Как позанимались? – выпустив меня из объятий, наклоняется, чтобы подхватить на руки ждущего своей очереди сорванца.

– Хо-ро-шо! – нараспев отвечает тот и взвизгивает, а потом хохочет, когда сильные руки подбрасывают его вверх, чтобы поймать, затискать и защекотать.

– Я Фориата встретила, – с удовольствием наблюдаю за их бурной вознёй. – Он тебе сказал, что именно хочет предложить на совете?

– Нет, – усадив ребёнка за стол и открыв ему игровую программу, Кит подходит ко мне. – Интересовался только, не возражаем ли мы, если на дне рождения Цафи будут присутствовать его сыновья.

– Зачем? – спрашиваю на всякий случай, но весьма забавные мысли на этот счёт уже залезают в мою голову.

Кит пожимает плечами. То ли реально не знает, то ли не хочет, чтобы я волновалась.

– С документами поможешь? – обнимает, зарываясь носом в волосы.

Конечно, помогу. И отсортировать, и разобрать, и даже посоветовать, как лучше решить некоторые вопросы. Потому что мне мой хранитель нужен дома в адекватном состоянии, а не в полуживом от переутомления. Кстати, ему единственному из спуктумов разрешено участвовать в заседаниях совета, потому что… Внимание! Готовы? Кит член Сената, но не советник! Жуткий парадокс, который до сих пор повергает всех в шок. А во всём опять-таки Фориат виноват. Он наотрез отказался вести переговоры, если среди тех, с кем приходится договариваться, не будет Кита. Видимо, чем-то зацепил мой спуктум этого иперианина. Жаль, что я не присутствовала при их знакомстве и не могу понять, чем именно, а сам Кит, когда я спрашиваю, только руками разводит. Типа вёл себя так, как считал в тот момент необходимым.

Впрочем, о принятом решении относительно Кита, кажется, никто не пожалел. Во-первых, он на пару с Ниродином на такой уровень поднял защиту планеты, что теперь уже даже постоянного присутствия флота ипериан на орбите не требуется, разве что для страховки и наблюдения. Во-вторых, сотрудничество с иперианами трижды спасло Зогг от новых нападений. Ровно через год после нашей свадьбы права на ултриз заявили лорепиане. И если бы не защита ипериан, не факт, что всё закончилось бы благополучно. Спустя ещё шесть лет объявились милбарцы, о которых до этого вообще никто и ничего не знал. Я даже не предполагала, что есть такая цивилизация. А пятнадцать лет назад, как раз когда родилась Цафи, попытку подчинить себе Зогг повторили цессяне.

Честно говоря, мы все были этим необычайно удивлены. Ведь ипериане вернули пленных на Цесс только потому, что Овид Шу ли’Тон подписал отказ от любых притязаний на Зогг, плюс ещё и в обмен на тех девушек, которые были согласны сменить планету и жить под водой. Впрочем, всё стало понятным, когда выяснилось, что король Цесса умер, а право управления перешло к мужу его дочери. Ну да. Монт ухитрился-таки жениться на Орлее. Этот альбинос оказался из тех, кто любую ситуацию переворачивает в свою пользу. Даже те десять лет исправительных работ, которых потребовал в отношении него Фориат, не помешали Дэйлю получить желаемое.

В общем, став правящим принцем, нанесённой ему обиды альбинос решил не прощать. Вот только план мщения не удался. К этому времени установки Зогга уже действовали, и потоки прекрасно сбивали корабли, если те выходили на низкие орбиты. Ну а с теми, что не подходили близко и могли нанести удар с дальних позиций, разбирались ипериане. Так что цессяне вновь остались ни с чем. Разве что новые потери ещё больше ослабили и без того не самую сильную в военном отношении планету.

Как бы там ни было, но сегодняшнее заявление Фориата меня насторожило. Понятно, что он собирается менять условия сотрудничества, но что именно предложит? Впрочем, придётся потерпеть и любопытство усмирить, ибо до заседания совета ещё два дня. К тому же пока у меня есть более важные дела – завтра у Цафи день рождения. Пятнадцать лет – это, конечно, не совершеннолетие, но дата всё равно очень важная, переходная. Именно в этом возрасте девочки начинают превращаться в девушек. И обращать внимание на представителей противоположного пола тоже. Ох, не просто так Фориат именно сейчас своих сыновей на Зогг привёз!

– Гости? Мальчики? – кривит моську моя красавица, услышав новость. – Пап, это обязательно? А давай как в прошлом году сделаем! Никого приглашать не будем, уедем вдвоём на мелководье, и ты меня покатаешь. А лучше Орита с собой возьмём и маму, – умоляюще складывает ладошки.

Смотрю на неё и улыбаюсь. Это сейчас для неё мальчики – обуза. Неприятный довесок к приятному празднику. А завтра… Завтра она их совсем иначе воспринимать будет. Так уж устроены наши тела, что все возрастные перестройки в них происходят практически мгновенно, буквально на глазах. Кит именно по этой причине с дочерью не спорит, просто целует в висок и уходит, сказав: «Я подумаю».

– Цафи, не глупи, – мой старший сын Шоит, усадив на колени братика, принимается убеждать сестру в том, что её затея не так уж и удачна. – Сколько раз говорили, что потоки опасны! Отец же не в состоянии контролировать всё, что его окружает. Если вас будет много, он не справится, и вы можете пострадать.

– Папа самый хороший спуктум! Он справится! – фыркает Цафи. – А тебя никто кататься не приглашает! Тебе же потоки не нравятся. Мам! Скажи ему, чтобы перестал меня воспитывать! Пусть лучше свою Адиссу обхаживает, чтобы определилась уж побыстрей. А то имя назвала, а брать в хранители не торопится.

– Дочурка, иди спать, – вздыхаю, потому что сын начинает мрачнеть. Очень уж неделикатно сестричка его задела.

Проводив глазами нырнувшую в гравитационный лифт темноволосую девчушку, присаживаюсь рядом с сыновьями. Вожусь с Оритом, укачивая, чтобы побыстрее уснул, ненавязчиво успокаиваю Шоита. Сын ведь специально на праздник к сестре приехал, а так уже пять лет живёт самостоятельно, свой дом строит, правда, в другом городе, так что видимся мы редко. А с девушкой у него на самом деле не складывается пока. Хотя он и не дракон, то есть воспринимать его должны нормально, и внешне копия Кита – да, да, красив сногсшибательно!

С другой стороны, мальчик ещё так молод! Киту, когда он моим хранителем стал, уже за восемьдесят перевалило. Даже Трою в этом смысле не слишком повезло. Мой временный хранитель только через двадцать шесть лет после того, как мы с ним расстались, приобрёл статус постоянного. Впрочем, я этому факту была только рада, ведь его выбрала Литисса – девочка, которая у Айны с Латоном первой родилась.

После того как отправляю сыновей спать, нахожу время и для профилактической беседы с Цафи, чтобы научилась тактичности. А на следующий день наблюдаю, как она, ещё не понимая, что именно с ней происходит, едва увидев гостей, тут же забывает о том, что куда-то хотела ехать. Ибо шесть кавалеров в шаговой доступности для начинающего гормональную перестройку организма это более чем сильный раздражитель. Скорее спусковой механизм для пружины, которая моментально распрямляется, превращая ребёнка в подростка.

Вечером, укладывая дочку спать, вижу мечтательную улыбку и блуждающий по стенам взгляд.

– Тебе кто-то из ипериан понравился? – интересуюсь.

– Зиан, – отрешённо выдыхает именинница. – Он такой… хороший.

Зиан – четвёртый сын Фориата, ему, как и Шоиту, в этом году исполнится тридцать. Любопытное совпадение.

– Сомневаюсь, что это совпадение, – Кит, которому я в нашей спальне озвучиваю свои наблюдения, подтаскивает меня ближе к себе и удобнее устраивает в объятиях. – Фориат ничего не делает просто так. Уверен, был у него свой расчёт в том, кого именно привозить.

– И зачем ему это нужно? – проглаживаю пальцами рельефные мышцы своего любимого дракона. – На Ипере своих девушек хватает. Сомневаюсь, что эти мальчики обделены женским вниманием, особенно старшие. Ведут они себя весьма раскованно. А на Зогге мужчин достаточно, чтобы Цафи нашла себе хранителя, которого полюбит. Я бы поняла, если бы Фориат дочек привёз.

– У него их нет, только сыновья, – парирует Кит. – Так что ничего определённого я тебе сказать не могу. Спи, цветочек, – ласково меня целует и укрывает, натягивая одеяло, чтобы не замёрзла. – Завтра всё станет понятно.

Утром, оставив младших на попечение Шоита, едем в здание совета. Поскольку заседание только после обеда, Кит, поцеловав меня, исчезает в своём кабинете, а я топаю к Ниродину – ещё вчера вечером получила от него сообщение с просьбой зайти сразу, как только прибуду. Открыв проём, лицезрею прелюбопытнейшую картинку. На столе, завалившись спиной назад, то есть фактически упав на гладкую поверхность и удерживаясь исключительно на локтях, полулежит-полусидит затянутая в глянцевый чёрный комбинезон эффектная зеленоволосая, зеленоглазая красавица, а над ней, упираясь в стол ладонями, нависает советник. Ну… гм… как нависает… Практически придавливает собой.

Личность девушки мне знакома – Рилима. Она уже почти год живёт в Ожевероне и руководит научной группой. Зоггиане разрешили ей и её сотрудникам здесь работать, изучать планету и животных. Я с Рилимой пару раз даже пересекалась, её интересовало, как именно проходит адаптация, и мы довольно мило общались. Мило, с учётом весьма специфической манеры иперианки строить диалог, разумеется. Вот только я раньше не замечала, что между ней и то’Троном что-то есть. Именно по этой причине сейчас я теряюсь и не могу понять, почему Ниродин не заблокировал вход, а оставил доступ открытым.

– Я не вовремя? – тихо спрашиваю.

– Всё в порядке, Мео, проходи, – повернув ко мне голову, приветственно кивает мужчина, продолжая фиксировать девушку в определённо компрометирующем положении. Та на моё появление вообще внимания не обращает и смотрит только на то’Трона, безуспешно пытаясь вернуть серьёзность своему лицу и удержать растягивающиеся в улыбке губы.

Любопытно… Нерешительно шагаю в кабинет.

– Этого достаточно? – возвращаясь взглядом к Рилиме, интересуется зоггианин.

– Нет! – не выдерживает и начинает смеяться иперианка. Неожиданно и окончательно падает на стол, оплетая руками шею Ниродина и увлекая его за собой. То есть роняя на себя, чтобы… поцеловать.

Очень вовремя я вспоминаю, что поцелуй – это элемент не только свадебного обряда на Ипере, но и помолвки, когда достаточно одного свидетеля, который видит целующуюся пару. Поэтому шок от подобного поведения сводится к минимуму. Я тоже начинаю улыбаться, дожидаясь, пока влюблённые соизволят оторваться друг от друга и занять более приличное положение в пространстве.

– Ладно, – поправляя волосы, девушка глубоко втягивает носом воздух, выравнивая дыхание. – Так и быть. Будешь ещё и хранителем. А то мало ли у кого какие на тебя планы, – бросает на меня хитрый взгляд. – Правда, Мео?

– Точно, точно, – активно киваю, принимая правила её игры. – В таком важном вопросе лучше не мешкать.

– Я тоже так думаю, – Рилима потягивается, грациозно изгибаясь, отодвигает наблюдающего за ней советника и спрыгивает со стола. – Хорошо, что ты, Мео, меня понимаешь, не то что эти избалованные вниманием зоггианки! – фыркает презрительно, возвращается взглядом к Ниродину, и выражение её лица меняется. Ирония в глазах исчезает, уступая место чему-то очень ласковому, нежному. Девушка становится совсем иной, ещё более прекрасной. Однако уже через секунду на лицо вновь ложится маска самоуверенной стервы, которая, впрочем, своего мужчину унижать никому не позволит: – Ну дуры, чего с них взять, такого обалденного мужика не разглядели и не оценили по достоинству!

Её возмущение я прекрасно понимаю. И дело вовсе не в том, что на Ипере женщин излишне много, нет. Если и имеется там перевес прекрасного пола, то исключительно за счёт гибели сильного в военных операциях. А тут дело в самом то’Троне. Он ведь на самом деле замечательный по своим личностным качествам зоггианин.

В общем, в состоянии лёгкого шока я появляюсь в кабинете своего хранителя. Сообщаю ему сногсшибательную новость, любуюсь на вытягивающееся в изумлении лицо, а потом мы оба топаем в зал и усаживаемся на подушки в ожидании начала заседания. Ниродин появляется чуть позже, внешне невозмутимый, строгий, однако в глазах нет-нет, да и мелькнут лукавые искорки. По всему видно, что своим выбором и тем, что ему ответили, он доволен.

Начало заседания проходит скучно, потому что совет решает насущные вопросы снабжения и поставок в другие города. Впрочем, едва появляется Фориат, обсуждение прекращается, и всё внимание сосредотачивается на этом высоком, уверенном в себе иперианине.

– Тридцать лет, – он, нисколько этим не смущаясь, начинает говорить. – Тридцать лет по отношению к Зоггу Ипер сохранял позицию взаимовыгодного сотрудничества, приоритетом в котором были поставки ултриза в обмен на ту защиту, которую мы вашей планете обеспечивали. Мой брат, умерший три недели назад, придерживался именно этой политики. Однако у меня планы несколько иные.

Фориат властным взглядом окидывает присутствующих, а когда доходит до моего лица, я, и без того ошарашенная его заявлением, теряюсь совершенно. Ох, как нехорошо-то! Орит дёргал за косу правителя ипериан. Жуть. Этот тип, оказывается, уже на вершине власти, а мы до сих пор не в курсе. Умеют же зеленоглазые хранить секретность!

– Я, Фориат Дит он’Ласт, – тем временем начинается официальная речь, – как представитель правящей династии и король Ипера предлагаю Зоггу территориальное слияние. Объединение, которое позволит нам эффективно использовать ресурсы и потенциал обеих планет во благо и для процветания наших цивилизаций.

Он замолкает, и наступает тишина, потому что советники Ожеверона не вправе обсуждать подобные предложения, а два имеющихся в наличии представителя Сената молчат, обдумывая его слова.

Впрочем, им-то как раз проще. Все члены Сената, несмотря на то, что находятся в других городах, наблюдают за происходящим через удалённую связь и друг с другом общаются. Вон как Кит вскидывает брови, когда ему кто-то что-то говорит. Ниродин тоже удивляется, переглядывается с моим хранителем, и пожимает плечами. То есть диалог у них идёт. Своеобразный.

В итоге Ниродин поднимается, шагая в центр и останавливаясь рядом с Фориатом.

– Благодарим за предложение. Оно действительно необычно, – протягивает руку, чтобы обменяться пожатием. – Но нас интересует, каким вы видите управление объединёнными территориями. Общий совет?

– Не думаю, что это рационально. Каждый из его представителей, как бы ни был толерантен, будет в первую очередь придерживаться интересов своей планеты. Думаю, что более эффективным станет чередование правления. Начнём с Зогга. Через несколько лет приоритет принятия решений перейдёт Иперу, затем вернётся обратно. И так далее.

Взгляд Ниродина становится рассеянным. Советник прислушивается к бурному обсуждению в наушнике, кивает и озвучивает новый вопрос:

– Что будет являться вехами смены правления?

– Что? – Фориат задумывается, потирая пальцами подбородок. Широко улыбается и триумфально сообщает: – Династические браки, разумеется! Самый приятный и надёжный способ объединения и сохранения лояльности по отношению друг к другу.

– На Зогге нет правящей династии, – мягко напоминает Ниродин. – А управление Ипером одновременно с контролем за объединёнными территориями для того, кто в своё время получит это право, станет слишком большой нагрузкой.

– Верно, верно… – соглашается с ним иперианин и разводит руками: – Значит, нам нужна новая, искусственная правящая династия, которая будет соблюдать и поддерживать исключительно общие интересы… э-м-м… зоггиперии… зогипериании… изеприании… зиперии… изерии… изперии… – бормочет, перебирая сочетания, видимо, пытаясь сложить названия планет и подобрать звучный вариант. Неожиданно салатовый взор останавливается на мне, и раздаётся торжествующее восклицание: – Империи! Интересы империи «Объединённые территории»! Красиво же!

Понятно, откуда он букву «м» взял. Не зря грозился меня отблагодарить.

– Значит, править будет император? – уточняет то’Трон.

– Именно, – радостно подтверждает Фориат. – Возьмёт на себя управление и будет независим от любой другой системы контроля за планетами. Ещё раз повторяю, что мы согласны на то, чтобы первым… этим… императором… стал зоггианин.

Ниродин вопросительно на меня смотрит, взглядом спрашивая, можно ли иперианину доверять. Я опускаю веки, показывая, что в принципе не вижу в его предложениях обмана или стремления ущемить права Зогга. Советник снова прислушивается к обсуждению в его наушнике и переводит взгляд на Кита, который коротко кивает.

– Сенат согласен на объединение, – торжественно объявляет то’Трон. – И право выбрать среди нас того, кто станет императором, мы предоставляем вам. Исключительно потому, что этот зоггианин должен блюсти и ваши интересы, то есть вы должны ему доверять, как самим себе. Когда определитесь, будем рады услышать имя.

– Кит Гун ти’Стор, – словно только этого и ждал, отчеканивает Фориат.

Упс… Я замираю, приоткрыв от изумления рот. Впрочем, и состояние остальных присутствующих активностью не отличается. Похоже, даже в наушниках у Кита и Ниродина сейчас гробовая тишина. Лишь иперианин в ожидании, когда мы придём в себя, складывает руки на груди, шумно вздыхает и нетерпеливо постукивает ногой по полу.

Первым оживает Кит. Поднимается, протягивая Фориату ладонь для приветствия.

– Мне приятно оказанное доверие, но ты принял необдуманное решение, – осторожно старается его разубедить. – Поспешное. К тому же мне бы не хотелось менять свою жизнь и то, чем я сейчас занимаюсь. Меня в ней всё устраивает. Кстати, я тебе об этом уже как-то говорил.

– Я помню, – хмыкает иперианин. – Но если бы я сомневался в тебе, то ничего подобного не предложил. Поверь, я знаю, о чём прошу. Всё равно не хочешь? – кривится, словно съел что-то неприятное. – Ладно. Тогда я тебе кое о чём напомню, – зелёный взор вновь устремляется в мою сторону, и на лице Фориата расцветает улыбка. Он мне подмигивает, вновь поворачивается к Киту и заявляет: – Ты мне подарок на свадьбу так и не сделал. Значит, я имею право его потребовать, верно? Вот я и требую твоего согласия занять должность императора.

– Ну знаешь ли… – изумляется Кит.

– Знаю, – самоуверенно отрезает ушлый тип, похлопывая дракона по плечу. – А ещё я знаю, что твоя дочь будет прекрасной парой моему сыну. И даже знаю, какому именно, – тихо смеётся, доказывая, что вчерашний день не прошёл даром и в плане личных симпатий Зиана к Цафи.

В общем, обыграть короля ипериан оказалось невозможным. Он с лёгкостью всем доказал, что случайности и совпадения есть результат тщательно спланированных событий. И добился своего.

Так что через две недели Киту уже торжественно передавали соответствующие полномочия. Фориат не поленился даже подключить свой штат, и те разработали целую церемонию, которую теперь будет обязан проходить каждый, кто удостоится чести стать императором.

Красивый обряд, организованный в том же самом церемониальном зале, где проводятся свадьбы. Звёздное небо как символ единства миров. Клятва верности будущей империи. Слова присяги, которые произносит Кит.

А потом мы покидаем город, чтобы оказаться в ущелье, где обычно проводят гонки. С нетерпением ждём, когда на одном из огромных экранов, установленных на вершинах хребта, начнут сменяться цифры, отсчитывающие секунды до официального объединения Зогга и Ипера.

Десять, девять, восемь…

Замершие в напряжённом внимании зрители впиваются в них глазами, и, несмотря на тишину окружающего водного пространства, в лёгком шуме океана мне почему-то слышится голос каждого его жителя.

Семь, шесть, пять…

Другие экраны показывают нам происходящее на Ипере, в каждой его провинции, где столь же возбуждённые ипериане следят за событиями на Зогге.

Четыре, три, две…

Кит крепко сжимает мою руку, и я отвечаю ему тем же. Вот так из надежд и ожиданий, ошибок и сомнений, амбиций и уступок, желаний и стремлений, из всего того, что творим мы сами, и рождается будущее нового мира.

Одна…

Радужными фейерверками вспыхивает небо над Ипером. Мощные водовороты взмывают над ущельем и уносятся в светлеющую высь океана Зогга.

Свершилось. Да здравствует Империя!


Часть 4 Практические навыки искусства выживать | Приманка для спуктума. Инструкция по выживанию на Зогге |