home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Бонивур

Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Уже 22 января 1986 года газета «Молодой дальневосточник» в своей статье «Имя для города» задалась вопросом о том, какое название можно дать новому городу на Амуре[87].

Однако дать ему имя не успели, хотя было несколько «рабочих» названий, точнее — предложений. Евгений Николаевич Хорошилов, тогдашний первый секретарь Комсомольского-на-Амуре горкома КПСС, рассказывал[88], что А. К. Черный предлагал назвать новый город «Молодость» или «Молодежный», но эти наименования не прижились или просто не успели прижиться.

По воспоминаниям начальника штаба ЦК ВЛКСМ Всесоюзной ударной комсомольской стройки нового города на Амуре Владимира Александровича Бурдакова[89], обсуждение названия действительно началось в 1986 году. Происходило это следующим образом: на стройку приезжали журналисты краевых СМИ, спрашивали первостроителей, как бы они хотели назвать город, и тут же предлагали свои варианты. Одним из этих возможных имен было название Бонивур, в честь героя Гражданской войны на Дальнем Востоке Виталия Бонивура. Это же имя нового города упоминается в книге Евгении Всеволодовны Пищиковой «Пятиэтажная Россия»[90] и в статье непосредственного участника строительства нового города на Амуре Виктора Васильевича Федоровича, опубликованной в газете «Вечерний Минск» в октябре 1998 года[91].

В первой главе книги советского математика профессора Бориса Абрамовича Розенфельда «Пространства, времена, симметрии. Воспоминания и мысли геометра» на с. 14 о Виталии Баневуре (в разных источниках фамилия пишется несколько по-разному. — А. Л.) написано следующее:

«После окончания Гражданской войны в России дядя Бориса Абрамовича Розенфельда Юзек Семенович (Симонович) Есельсон (1903–1938) вместе с родителями переехали в город Лодзь (Польша), где он окончил школу, а затем женился на студентке медицинского факультета Лидии Борисовне Баневур (1905–1939).

Тетя Лида часто рассказывала Борису Абрамовичу о своем отце Борисе Залмановиче Баневуре. Он был социал-демократом, и при царе его сослали в Восточную Сибирь, куда к нему приехала жена и где родились Лидия и ее старший брат Виталий (1902–1922). После Февральской буржуазно-демократической революции 1917 года в России семья Баневура переехала во Владивосток, чтобы морским путем отправиться в Польшу.

Во время японской оккупации Владивостока Виталий Баневур был активным комсомольцем-подпольщиком, секретарем Владивостокского горкома комсомола и членом бюро Приморского обкома комсомола.

В 1921 году Виталий был делегатом III съезда РКСМ (Российского коммунистического союза молодежи) в Москве[92], на котором выступал Владимир Ильич Ленин. В 1922 году Банивур (снова фамилия пишется несколько иначе. — А. Л.) во время партизанских боев попал в плен к белогвардейцам и был замучен ими».

А заканчивается повествование Бориса Абрамовича Розенфельда так: «Когда я приезжал в Уссурийск, мне показали памятник на могиле Виталия Баневура, и я поклонился брату моей тети Лиды. Виталий Баневур был прообразом героя романа Нагишкина „Сердце Бонивура“».

Советский писатель Дмитрий Дмитриевич Нагишкин в период с 1944 по 1953 год написал роман «Сердце Бонивура» (именно такое написание фамилии) о героях Гражданской войны на Дальнем Востоке. В этом патриотическом романе, переизданном более 30 раз, Виталий Бонивур возглавлял группу подпольщиков в борьбе против японских интервентов и остатков армии Колчака в Приморье с июля по октябрь 1922 года. В конце романа Виталий Бонивур попадает в плен, где его пытают, вырезают на груди шашкой пятиконечную звезду, и он погибает.

В 1969 году, по роману Нагишкина на киностудии имени А. Довженко был снят четырехсерийный телевизионный фильм (режиссер Марк Орлов). Роль Виталия Бонивура сыграл Лев Прыгунов. Выход картины популяризовал образ Виталия Бонивура в СССР.

Стоит отметить, что Дмитрий Нагишкин не был первым, кто описал историю Виталия Баневура. В 1965 году вышла в свет книга Виктора Павловича Кина (настоящая фамилия — Суровикин) с избранными произведениями.


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Газета «Комсомольская правда» за 29 октября 1925 года


В нее включен фельетон, написанный в 1925 году под названием «Годовщина», где повествуется о Виталии Баневуре[93]. После текста указана дата и место публикации фельетона: газета «Комсомольская правда», 29/Х-25. Я разыскал эту газету в Российской книжной палате. Этот номер «Комсомольской правды» посвящен семилетию образования комсомола, и фельетон под названием «Годовщина» там действительно есть[94]. Текст оригинала от напечатанного в книге отличается очень незначительно. Но каково было мое удивление, когда в оригинале, в газете 1925 года, Баневур был назван не Виталием, а Виктором!

Приведем текст оригинала полностью с сохранением стилистики, орфографии и пунктуации.


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Фельетон «Годовщина»


«Время текло тихо и безмятежно, — генерал Дитерикс (генерал Михаил Константинович Дитерихс, с июля по октябрь 1922 года земский воевода Приамурского земского края. — А. Л.) уже заказал каюту на пароходе в Китай и писал прощальные открытки владивостокским знакомым, по мостовым гремели нескончаемой вереницей возы и экипажи, груженные офицерским и чиновным добром, а комсомольцы, бродя по улицам, уже намечали себе адмиральский дом под губком и центральный клуб. Даже начальник тюрьмы зашел в камеру к политическим и, понюхав воздух и оглядев параши, смущенно напомнил „сидельцам“ о гуманном поведении администрации, попросив считать его непричастным к расстрелам и поркам.

Непредвиденные обстоятельства заставляли белые власти готовиться к отъезду. В числе этих непредвиденных обстоятельств пребывал также и Виктор Баневур, — рослый курчавый еврей, инструктор Никольск-Уссурийского (ныне город Уссурийск Приморского края. — А. Л.) райбюро Комсомола.

Райбюро расположилось с редким комфортом в деревне Кондратенково (ныне село Кондратеновка в Уссурийском городском округе Приморского края. — А. Л.). Комфорт райбюро простирался даже до пишущей машинки, возбуждавшей жгучее любопытство у всего населения Кондратенково. Всякий митинг или собеседование неизбежно кончалось общей просьбой попечатать немного на машинке, и Баневур добросовестно печатал на клочках курительной бумаги имена и фамилии желающих.

Настроение было боевое, и о белых говорили обычно в прошедшем времени, несмотря на то, что красные еще не пришли. А у Виктора Баневура было дело поважнее белых, — приближался юбилей: четырехлетняя годовщина Комсомола (Российский коммунистический союз молодежи был образован 29 октября 1918 года. — А. Л.).

Машинка работала с полной нагрузкой. Баневур лихорадочно печатал, писал, рассылал. За пазухой, под стелькой сапога, в подкладке пиджака его письма и инструкции расходились по ячейкам района. В короткое время Шацкин и Рывкин стали в Никольско-Уссурийском районе популярнее генерала Дитерикса и атамана Семенова (атаман Григорий Михайлович Семенов, деятель Белого движения на Дальнем Востоке. — А. Л.). Каждое письмо Баневур непременно заканчивал:

„Четвертую годовщину комсомола мы будем праздновать в Красном Приморье“.

И однажды, когда Баневур сидел за машинкой, в распахнутую дверь влетел мальчишка:

— Баневур!

— Ну? — неохотно отозвался Баневур, разыскивая на клавишах букву Щ. Эта буква постоянно терялась и доставляла ему немало хлопот.

— Белые! Беги! Скорей!

Баневур вскочил, спрятал в кожаную сумку канцелярию райбюро и выбежал. Через заборы, огороды, — в лес, начинавшийся тут же, рядом с деревней.

Но, перелезая последнюю изгородь, он внезапно ударил себя по лбу:

— А машинка?..

Оставить белым гордость райбюро, великолепный Ундервуд (Underwood — американская пишущая машинка — А. Л.), побывавший под пулями Каппеля (генерал-лейтенант Владимир Оскарович Каппель, участник Белого движения на Востоке России — А. Л.) и японцев? Ундервуд, честно выполнявший свои комсомольские обязанности, если не считать букву Щ?

Баневур колебался. Затем быстро засыпал сумку землей, бегом вернулся в избу и схватил машинку с недописанным листом о комсомольской годовщине. Выбежать он уже не успел — в сенях его схватили дюжие руки и вместе с машинкой притащили обратно.

Что было дальше, — об этом знает лишь забрызганный кровью Ундервуд, да молодой, в колючих усах офицер. Позже из избы вывели шатавшегося Баневура и под конвоем увели…

На шоссе, вдали от деревни, они свалили Баневура и, разрезав грудь, вырвали еще вздрагивавшее сердце.

Потом остановились. Нерешительно пнули ногой курчавую голову. Начальник конвоя тщетно придумывал, что бы еще сделать. Предложение написать на лбу химическим карандашом непристойное ругательство казалось ему недостаточно остроумным…

Наконец придумал. К окровавленной груди прикололи смятое письмо с Баневурским концом:

„Четвертую годовщину Комсомола мы будем праздновать в Красном Приморье!“

29 октября, во Владивостоке, на Светланке (улица Светланская. — А. Л.), в четвертую годовщину Комсомола был открыт комсомольский клуб. На дверях висела кумачовая надпись:

„Клуб имени Виктора Баневура“»

Как так вышло, что в оригинале Баневур оказался Виктором, а в книге 1965 года — Виталием, можно только гадать. Но видятся две версии. Либо Виктор Кин слышал о некоем Вите Баневуре и, что вполне возможно, интерпретировал это имя как Виктор, а не Виталий. Либо текст в книге 1965 года, опубликованной уже после выхода в свет романа Нагишкина «Сердце Бонивура», редакторы книги (Виктор Кин был расстрелян в 1938 году) подправили, написав такое же имя, как было у героя романа, — Виталий.


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Памятник Виталию Баневуру во Владивостоке в 80-е годы


Владивостокский краевед и журналист Юрий Георгиевич Филатов занимался изучением биографии Виталия Бонивура и на страницах нескольких изданий поделился материалами, которые ему удалось собрать.

«Настоящее имя участника гражданской войны — Виталий Борисович Баневур. По сведениям Филатова, во время Гражданской войны семья Баневуров прибыла из Варшавы и купила два дома в Офицерской слободке города Владивостока[95]. В 1920 году Виталий Баневур стал членом владивостокской комсомольской организации.

26 мая 1921 года было свергнуто Приморское земское правительство и установлена власть представителей Бюро несоциалистических организаций во главе с братьями Меркуловыми. В противовес Дальне-Восточной Республике, созданной 6 апреля 1920 года, в Приморье появился так называемый „черный буфер“. Поэтому коммунисты и комсомольцы Приморья перешли к нелегальной форме политической борьбы.

Виталий Баневур был назначен старшим комсомольской „пятерки“, которая выполняла поручения подпольного горкома комсомола. В террористических (убийство тайных агентов) и дитеррористических мероприятиях (убийства тайных агентов и диверсионные акты — комсомольцы забросали гранатами электростанцию военного порта и оставили без освещения часть правительственных зданий) пятерка Баневура не участвовала.

Самое большее, что она делала, — расклеивала листовки и служила для связи внутри города.

Ни членом горкома, ни делегатом III съезда РКСМ съезда РКСМ Баневур не был. Когда в июне 1922 года всю полноту власти принял генерал Дитерихс, объявивший мобилизацию молодежи призывного возраста в Земскую рать, Баневура, как и других комсомольцев, уход которых не отражался на работе городской организации, отправили в ближайший партизанский отряд. Это был отряд Топоркова, действовавший в тайге между Никольск-Уссурийским и Раздольным.

Комсомолец Баневур в боевых действиях отряда участия не принимал, а был назначен на агитационную работу среди сельской молодежи.

Отряд Топоркова передислоцировался в район боев с армией Дитерихса, оставив в окрестностях Никольск-Уссурийского нестроевую команду. В нее входил и Баневур. Белые в этих местах боевых действий в то время тоже не вели. Все силы были собраны у Спасска (ныне город Спасск-Дальний) и Анучино. Вокруг Никольска казаками проводились только зачистки. В одной из таких зачисток, в селе Кондратеновке, и был задержан Баневур.

А немногим ранее около села казаками были захвачены связные штаба партизанских отрядов Жилов и Анкудинов. Всех троих повезли на телеге в Никольск-Уссурийский на допрос в контрразведку».

Далее Ю. Г. Филатов пишет:

«Как рассказал на допросе следователю ОГПУ один из казаков, 25 сентября 1922 года конвоировавший задержанных:

„Мы везли их на телеге. Руки и ноги не связывали. Один из них вдруг соскочил и бросился бежать. Мы, кто успел, выстрелили в него. Конечно, убили наповал…“

Казачьи винтовки были заряжены патронами с разрывными пулями. Все они попали в спину убегавшему. Отсюда — развороченная грудь и легенда о „сердце Баневура“!»[96]

В марте 2016 года, уже после смерти Юрия Георгиевича Филатова (скончался 28 мая 2012 года во Владивостоке), в газете «Арсеньевские вести» вышла статья под названием «Легенда о Бонивуре» за авторством Дмитрия Климова, в которой представлена еще одна версия гибели Виталия Баневура, при этом отсылка идет к Ю. Г. Филатову[97].

«Летом 1922 года Виталий Бонивур служил связным в отряде имени Карла Либкнехта, — рассказывает историк Юрий Филатов. — На соседнем хуторе жила его возлюбленная. Ночью он пошел к ней, по пути наткнулся на казачий разъезд. Виталий бросился бежать. Казаки его догнали и прямо на скаку рубанули шашкой. По одной версии, этот удар оказался смертельным, по другой — еще живого доставили в отряд и там расстреляли.

Где настоящая могила Бонивура, точно никто не знает. Его родители с приходом красных партизан уехали за границу».


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Сквер с памятником Баневуру во Владивостоке


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Памятник Виталию Баневуру в 2018 году


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Табличка на памятнике Виталию Баневуру


Владивостокский историк, культуролог, журналист, действительный член «Русского географического общества» — Общества изучения Амурского края, Сергей Львович Корнилов рассказал автору[98] еще несколько версий истории Виталия Баневура.

В Приморском отделении Союза писателей России ему рассказывали, что Дмитрий Нагишкин прибыл в Приморье, чтобы написать роман о Виталии Баневуре, но по мере сбора материала Нагишкин понял, что никаких достоверных сведений о герое нет. Более того, образ Баневура оказался далеким от героического. В результате ему пришлось писать не о реальных событиях, а держаться в рамках канонической легенды. Именно поэтому он дал герою своего романа фамилию Бонивур, изменив две буквы в фамилии — вроде настоящий человек, а вроде и вымышленный герой.

Другой вариант событий Сергей Львович услышал от жителей Кондратеновки. Со слов старожилов, Виталик Баневур был большой «дон жуан» и повадился ухаживать за одной красавицей, а у той был кавалер, парень из той же деревни. Виталия один раз предупредили, не внял, второй… На третий предупреждать не стали, тем более, уже слухи по деревне пошли, чуть ли не на сеновале Баневура с девицей видели… И как-то раз возвращался он темной ночью со свидания и повстречал на узкой дорожке соперника. Деревенский парень крепкий был, отметелил щуплого Виталия так, что тот, не приходя в сознание, скончался. А про «белых» в Кондратеновке придумали, чтобы скрыть убийство и прикрыть односельчанина.

Есть у Сергея Корнилова и своя версия. В начале фильма «Сердце Бонивура» показывают личное дело Баневура, заведенное на него в полиции. По его мнению, это дело настоящее и хранится в Москве, там же, где материалы о Сергее Георгиевиче Лазо (еще один герой Гражданской войны на Дальнем Востоке, которого якобы сожгли казаки в топке паровоза на ст. Уссури в мае 1920 года). На стоп-кадре кинокартины, где показывают дело Баневура, нет ни слова о политике. Зато приводится кличка Виталия Баневура — «Шустрый». Поэтому у Сергея Корнилова есть версия, и ее поддерживают некоторые другие историки Владивостока, о том, что Виталий Баневур был связан с криминалом, а позже, когда на него вышла полиция, примкнул к красному подполью и ушел к партизанам. Подобные случаи во время Гражданской войны были нередки. Во Владивостоке и Приморье таких примеров масса, как и в Приамурье.

Также Сергеем Корниловым в Государственном архиве Приморского края (ГАПК) обнаружено гимназическое свидетельство, выданное на имя Виталия Борисовича Баневура, который окончил 7-й класс Владивостокской гимназии, а до этого проходил обучение в Иркутской мужской гимназии в 1919 году. Таким образом, подтверждаются слова профессора Бориса Абрамовича Розенфельда, что семья Баневуров прибыла во Владивосток не из Варшавы, а из Восточной Сибири, из Иркутска.


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Гимназическое свидетельство Виталия Баневура


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Гимназическое свидетельство Виталия Баневура


Тем не менее книга «Сердце Бонивура» и одноименный фильм принесли популярность образу Виталия Бонивура. В его честь названы многие географические объекты в Приморском и Хабаровском краях. В Приморье появилось село и железнодорожная ст. Баневурово (до 1972 года — ст. Партизан), во Владивостоке есть улица Баневура, а в Хабаровске — переулок Баневура. В Уссурийске улица названа именем литературного героя — ул. Бонивура. В пос.

Переяславка района имени Лазо Хабаровского края при Краевом детском центре «Созвездие» существует дружина имени Бонивура. В ряде населенных пунктов СССР были установлены памятники В. Б. Баневуру.


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Уссурийск, улица Банивура


Что касается разницы написания фамилии Баневура, то в Уссурийске на табличках ул. Бонивура представлены два варианта написания фамилии героя Гражданской войны: Бонивур и Банивур, в Хабаровске на пер. Баневура тоже два — Бонивур и Баневур.


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Уссурийск, улица Бонивура


В 1977 году в городе Амурске, в преддверии 60-летия Октябрьской революции 1917 года, коллектив бригады отбельщиков и ремонтников Амурского целлюлозно-картонного комбината решил зачислить в состав своей смены Виталия Баневура. Практика включения в свои бригады каких-то известных личностей и героев была довольно распространенной. В том же году в Амурске комсомольцы варочного и промывочного цехов сульфатцеллюлозного завода зачислили в состав своей смены героя Великой Отечественной войны Евгения Александровича Дикопольцева[99].


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Хабаровск, переулок Баневура


А четырьмя годами ранее, в 1973 году, в Хабаровском крае был создан Краевой комсомольско-молодежный строительный отряд «Баневуровец». Бойцы этого отряда строили Дальневосточную птицефабрику, Некрасовский свинооткормочный комплекс, комплекс по откорму молодняка крупного рогатого скота совхоза «Дружба», Хабаровскую бройлерную птицефабрику. По состоянию на 1985 год через «Баневуровец» прошло 6000 человек[100].

Бойцы этого отряда также принимали активное участие в строительстве нового города на Амуре в районе села Нижнетамбовское. Название «Баневуровец» могло повлиять на выбор названия для города, по крайней мере, как вариант. К примеру, именем другого героя Гражданской войны, Сергея Лазо, названы два муниципальных района на Дальнем Востоке (Лазовский район Приморского края и район имени Лазо Хабаровского края) и ряд населенных пунктов — села Лазо в Лазовском районе Приморья, рабочий поселок Лазо в Якутии (ликвидирован в 2001 году), поселки в составе городов Дальнереченск и Улан-Удэ.


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Отряд «Баневуровец»


В своей третьей художественной книге «Казна империи» серии «Великое кочевье» Константин Куроленя (авторский псевдоним — Константин Кураленя) пишет[101] еще о двух возможных названиях для будущего города: Тамбовск Амурский и Тамбов-на-Амуре.

Название города, как сказано выше, утвердить не успели, но далее по тексту мы будем называть его в том числе и «город Бонивур».


Первый десант | Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР | Подготовка к прибытию Всесоюзного отряда