home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Подготовка к прибытию Всесоюзного отряда

Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

19 февраля на место строительства прибыл второй десант в количестве 35 человек, 16 из них прибыли из Некрасовки Хабаровского района, из отряда «Баневуровец» — первые баневуровцы на стройке.

К тому моменту во временном поселке строителей было уже две улицы, одна из которых получила название Аллея Первого десанта[102], а вторая — проспект Хабаровского комсомола[103]. Домики ГПД, которые возвел объединенный отряд «Комсомолец Приамурья», были оборудованы автономным отоплением[104]. Андрей Георгиевич Шалашов вспоминал, что та зима была очень суровая и строителям приходилось строить домики, общежития и валить лес даже тогда, когда столбик термометра опускался ниже 50 градусов по Цельсию! Кроме того, на стройку пошли грузы по железной дороге[105] — и нужно было готовить железнодорожный тупик под приемку грузов[106]. Работы было много. В некоторых жилых помещениях вышли из строя системы отопления. Без постоянного подкидывания дров в печи домики довольно быстро охлаждались, вода в ведрах к утру покрывалась льдом[107]. Ночью проблема в общем-то была решаема — все люди отдыхают внутри домиков и, когда необходимо, могут подкинуть дров, — но днем все выходили на работу. О том, какое было найдено решение, рассказал Владимир Александрович Бурдаков, начальник Штаба ЦК ВЛКСМ ВУКС: на дежурство назначили специального человека — истопника, который не привлекался к основным работам на строительстве и валке леса. Истопником стал Виталий Анатольевич Дикарев. В его обязанности входило заготавливать дрова, ходить по домам всех рабочих и поддерживать огонь в печах, чтобы помещения не вымораживались.


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Березы возле временного поселка первостроителей


От мороза ломались топоры, но сделать нужно было многое, так как перед строителями стояли амбициозные цели.

Вот так историю с топорами описывал в своей художественной книге «Шаман-гора» Константин Куроленя (в одной из бесед с автором он говорил, что внес в книгу свои реальные воспоминания о стройке нового города на Амуре, без прикрас): «Я работал в тайге на вырубке леса под дорогу на промышленную базу. На всю нашу бригаду в десять человек выдали одну мотопилу „Урал“ и две цепи к ней. Зато всем остальным дали по новенькому топору. Одного только никто не учел. Весь лес вокруг села Нижнетамбовское — березняки. К концу первого рабочего дня все топоры были переломаны. Береза выдержала, металл — нет»[108].


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Березы возле временного поселка первостроителей


Еще в январе 1986 года в своем докладе[109] председатель Хабаровского крайисполкома Виктор Степанович Пастернак отметил, что в районе строительства нового города предусматривается построить Нижнетамбовскую ТЭЦ, причем в той же пятилетке (1986–1990), а также завод по производству автомобильных шин. И это помимо стоявшей перед первостроителями задачи по возведению пионерного жилого поселка строителей, строительству промышленной базы для строительства Амурского завода азотных удобрений и, собственно, возведению самого завода. При этом следует отметить, что если проект временного поселка был уже готов, то проект промышленной базы существовал только на стадии технико-экономического обоснования, выданного «Территориальным проектным институтом „Хабаровскпромпроект“» в ноябре 1985 года[110].

К проектированию же пионерного поселка, то есть уже каменных домов, в 1985 году «Проектный институт „Хабаровскгражданпроект“» вообще не приступал, его не было и в отчете о выполнении тематического плана за 1985 год[111].

Но было и приятное — совместное времяпрепровождение понемногу растущего молодого коллектива, конечно, в свободное от работы время. Еще до приезда строителей в село в отделе культуры Комсомольского района были заключены договоры по культурному обслуживанию первостроителей с коллективами Комсомольского-на-Амуре драматического театра, домами культуры, Хабаровской филармонией. Были подключены художественные коллективы домов культуры Комсомольского района. Также отдел культуры организовал сбор художественной литературы, которую передали в Нижнетамбовское для создания в новом городе библиотеки[112]. В феврале состоялось несколько мероприятий: конкурс художественной самодеятельности к открытию XXVII съезда КПСС (проходил в Москве в Кремлевском дворце съездов с 25 февраля по 6 марта 1986 года), конкурс «А ну-ка, парни», смотр-конкурс на лучшую комнату, вечера отдыха, игры в теннис и футбол, а также соревнования по баскетболу и волейболу с выездом в село Нижние Халбы. На стройке работала передвижная выставка Комсомольского-на-Амуре краеведческого музея, по выходным была организована дискотека «Апрель-86», которой руководил Камал Абдурасулович Абдурахманов, работавший на стройке нового города электриком[113].


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Первостроители на Амурских столбах, в центре — Александра Рыльских (Дудич)


Работал туристический клуб «Ирбис» (через Амур от села Нижнетамбовское находится природный памятник — скальные обнажения Амурские столбы, высотой от 12 до 70 метров), в клуб привлекались и школьники. Начальник Штаба ЦК ВЛКСМ ВУКС Владимир Бурдаков водил школьников и первостроителей на Шаман-гору (одно из обнажений комплекса Амурские столбы, которое хорошо видно в ясную погоду из села Нижнетамбовское).

Со школьниками также выезжали в село Троицкое Нанайского района на краевые соревнования по туризму добровольного спортивного общества «Урожай», где взяли призовые места. Также у первостроителей действовали клуб аэробики и клуб любителей поэзии[114], в котором, в частности, состоял Константин Куроленя.


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Городской туристический слет в Комсомольске-на-Амуре,1986 год. В первом ряду — Виктор Кантемиров, Владимир Бурдаков и Казимир Дудич


Не забывали тогда и о политическом воспитании: 25 февраля были организованы радиотрансляция начала работы XXVII съезда КПСС, работа с материалами этого съезда и выпуск газеты «Молния» по итогам работы отряда в дни съезда[115].


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

«Молния» по итогам работы отряда «Комсомолец Приамурья» в дни работы съезда


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Собрание с коллективом. В центре слева В. А. Бурдаков, в центре справа М. П. Дьяченко


К строительству нового города было приковано внимание со стороны средств массовой информации. Так, Бюро Хабаровского крайкома ВЛКСМ 10 февраля 1986 года выпустило постановление, где краевой молодежной газете «Молодой дальневосточник» («МД») поручалось взять под контроль работу краевого ударного отряда «Комсомолец Приамурья». Была использована такая форма, как «Выездная редакция „МД“» на строительстве нового города[116]. За 1986 год эта «Выездная редакция» побывала в Нижнетамбовском дважды, и результатами работы стали циклы газетных публикаций о стройке и ее первостроителях[117]. Журналисты, особенно в первое время, были частыми гостями на стройке: это корреспонденты и указанной выше газеты «Молодой дальневосточник», и краевой газеты «Тихоокеанская звезда», и газеты Комсомольского района «Путь к коммунизму». Приезжали и многие другие. 12 апреля со строителями-комсомольцами встречался корреспондент Всесоюзной молодежной радиостанции «Юность», а 26 апреля в сопровождении первого секретаря Хабаровского крайкома ВЛКСМ А. А. Тишутина стройку посетил главный редактор газеты «Комсомольская правда» Геннадий Николаевич Селезнев[118]. Также на место строительства будущего города, начиная с лета 1986 года, четыре раза[119] приезжала писательница Елена Арсеньевна Грушко. Через год после начала строительства она выпустила книгу «Здравствуй, город!», при этом из-за выхода этой книги у Грушко не обошлось без конфликтов с редакцией газеты «Молодой дальневосточник», но об этом позже.


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Как говорилось выше, уже в январе 1986 года на стройку хлынул поток писем от желающих возводить новый город на Дальнем Востоке. Набором тогда занимался Хабаровский крайком ВЛКСМ, и попасть на стройку можно было только по комсомольской путевке. Были и те, кто по своей инициативе прибывал в село Нижнетамбовское и пытался устроиться на работу к первостроителям самостоятельно[120], но тогда это было невозможно.

Комсомольцы-первостроители взяли шефство над школой и детским садом, была отлажена сельская баня[121], отсыпана улица Кретова — центральная улица села Нижнетамбовское, названная в честь погибшего 19 января 1942 года Героя Советского Союза Александра Федоровича Кретова, который в 1937–1939 годах работал учителем в школе села Нижнетамбовское[122].


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Въезд во временный поселок первостроителей


С 23 марта 1986 года на объект начали интенсивно поступать вагоны со строительными материалами, в результате чего в железнодорожном тупике скопились вагоны с одно- и двухдневными сроками простоев. За период с 23 по 31 марта поступило 50 вагонов, с 1 по 7 апреля — 65 вагонов. Администрацией СУ-12 совместно с руководством комсомольско-молодежных коллективов были приняты экстренные меры по организации беспрерывной работы по выгрузке вагонов. Работы было очень много, приходилось трудиться в три смены[123].

С приходом весны наступила распутица. Многие первостроители вспоминают о том, как много было грязи, когда «всё поплыло» от поднимавшейся температуры. Без грязи не обходится ни одна стройка, но тут еще нужно принять во внимание ее масштаб. Медленно возводились объекты, в которые должны были вселиться во второй половине мая бойцы Всесоюзного ударного комсомольского отряда имени XXVII Съезда КПСС, к 19 апреля построили всего два общежития[124]. Не был решен вопрос по строительству дизельной электростанции, жилой поселок строителей не был обеспечен водой — ее развозили обычной машиной-водовозкой, более той, в плохом состоянии находился автотранспорт. Начальник Нижнетамбовской автоколонны О. Ю. Мартышкин в середине апреля 1986 года рассказывал корреспонденту «Тихоокеанской звезды» о том, что из девяти машин на ходу остались лишь три. Если бы техника была в порядке, то, возможно, и не нужно было бы организовывать трехсменную работу по разгрузке вагонов и не было бы их простаивания в железнодорожном тупике.

Появились проблемы и со снабжением: Хорский деревообрабатывающий комбинат первые комплекты сборно-щитовых общежитий отгрузил не полностью. В прибывших железнодорожных вагонах строители обнаружили щиты пола и потолка, но не было стеновых панелей, они поступили с большим опозданием[125] — отсюда задержка с возведением временного жилья для всё прибывающих на место возведения города новых строителей. К тому моменту в Нижнетамбовском трудилось уже более ста человек[126] и периодически прибывало новое пополнение.

Маргарита Валерьевна Бастрикина, заместитель министра — начальник управления экономики местного самоуправления и трудовых ресурсов Министерства экономического развития Хабаровского края, занимавшая в середине 80-х годов ХХ века должность секретаря комсомольской организации второго Хабаровского горпищеторга, рассказывала автору[127], что по хабаровским райкомам комсомола была дана разнарядка подготовить списки с характеристиками (резюме) комсомольцев, которых можно было рекомендовать для направления на стройку нового города на Амуре. Молодыми людьми эта стройка воспринималась как «новый БАМ» или «новый Комсомольск-на-Амуре». Многие приходили к ней и спрашивали, как туда попасть. Но система была выстроена таким образом, чтобы не допустить на строительство нового города морально к нему не готовых, чтобы попавшие туда молодые люди не запятнали имя комсомола тем, что поехали только ради заработка, преследуя исключительно свои личные интересы.

Многие люди хотели бросить свои дела «за прилавком» (комсомольская организация второго Хабаровского горпищеторга объединяла комсомольцев, работавших в сфере продовольственной торговли Краснофлотского, Кировского и Железнодорожного районов Хабаровска, первый Хабаровский горпищеторг — Центральный и Индустриальный районы города) и поехать строить «новый Комсомольск». Сам Горпищеторг по большей части состоял из девушек, но значительная их часть готова была ехать и осваивать новую профессию. Хотела отправиться на стройку и сама Маргарита Валерьевна, но тогдашний первый секретарь Кировского райкома ВЛКСМ Владимир Александрович Алешко ее остановил и сказал подождать и не торопиться (как оказалось — не зря!).


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Кировский райком ВЛКСМ. В центре в клетчатой юбке Маргарита Бастрикина, левее секретарь комсомольской организации торгового училища Людмила Панькина, следом за ней — Владимир Алешко, 1986 год


Маргарита Валерьевна отобрала около 50 характеристик комсомольцев (из примерно трехсот человек, состоящих в комсомоле второго Горпищеторга) и направила на рассмотрение в Кировский райком ВЛКСМ. Далее эти характеристики передавались выше — в Хабаровский горком ВЛКСМ, а оттуда уже в Хабаровский крайком.

По словам заместителя управляющего Стройтрестом № 6 Л. Н. Пономарева, к концу 1986 года в постоянном поселке строителей должны были быть построены 20 двухквартирных одноэтажных домов и три общежития на 120 мест каждое, а документации не хватало (так ее никто и не делал!). В итоге строители полагались на свой опыт и интуицию. На объекты промышленной базы документации было в избытке[128]. Тогда стройку снабжали пять основных поставщиков: Хорский и Тунгусский деревообрабатывающие комбинаты, Комсомольский-на-Амуре домостроительный комбинат, Амурский и Николаевский-на-Амуре заводы железобетонных изделий, — и проблемы с поставками касались практически всех.

Была и еще одна проблема — профессиональные кадры. Не хватало специалистов в области строительства, у большинства рабочих не было практического опыта работы. В связи с этим Штаб ЦК ВЛКСМ ВУКС просил заместителя управляющего Стройтрестом № 6 по кадрам и быту И. П. Клименко провести тщательный отбор бойцов состава Всесоюзного ударного комсомольского отряда имени XXVII Съезда КПСС, согласно заявке СУ-12[129]. Забегая вперед, скажу, что Всесоюзный ударный отряд имени XXVII Съезда КПСС будут формировать шесть регионов: Белорусская ССР, Украинская ССР, Краснодарский край, Воронежская, Кемеровская и Тамбовская области.

Но не во всех комсомольских организациях этих регионов отнеслись к формированию отрядов так ответственно, как того просил Штаб ЦК ВЛКСМ ВУКС.

Трудностей было много, но жили первостроители одной дружной семьей. Вот так описывала Елена Грушко в своей книге «Здравствуй, город!» вечера, которые проводили комсомольцы на месте стройки нового города[130]:

Они жили одной большой коммуной. К любому входи, как к себе домой. Деньги в тумбочке под газеткой лежали. Любой мог взять, но в день зарплаты «пропажа» обнаружится непременно. Жили открыто, не таясь, заботясь друг о друге. По вечерам собирались у Володи Родина или у Петра Угрина.

Сразу становилось тесно, шумно и очень тепло. Одного чайника на всех не хватало, ставили еще и еще — с ключевой, невероятной прозрачности водой. Подбрасывали в печь березовые поленья. Сначала с мороза они трещали, а потом волнами шел от печки сухой, душистый жар… Сережа Кудин брал гитару — пели, засиживались допоздна. Палыч — Михаил Павлович Дьяченко, самый старший, самый опытный, и тут не мог перестать говорить о работе. Да о чем еще говорить? Разве что мечтать!

Да, ребята и девчата жили не в палатках, тот самый Михаил Павлович Дьяченко вместе со строителями «нулевого десанта» подготовил для них домики, но таежная романтика от этого нисколько не померкла!


Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР

Стела на въезде во временный поселок первостроителей


На первом этапе строительную площадку можно было разделить на три участка: участок № 1 — временный поселок, который возвели «нулевой» и первый десанты, а также другие прибывающие в то время строители; участок № 2 — постоянный или пионерный поселок строителей, которые будут дальше строить завод и новый город; и участок № 3 — промышленная база для возведения Амурского завода азотных удобрений. Участок № 1 прилегал к юго-восточной части села Нижнетамбовское, а вот участок № 2 находился юго-западнее участка № 1 на некотором удалении. К нему необходимо было проложить не только полуторакилометровую дорогу из бетонных плит ПАГ, но и мост через реку Хальзан, чем и занимались первостроители, отвоевывая пространство у тайги. Следующим этапом нужно было проложить дорогу к будущей промышленной базе, а это еще около двух километров на юго-восток от пионерного поселка.

Символическая закладка первого дома пионерного поселка, как говорилось выше, произошла 20 января 1986 года, в день прибытия первого десанта в Нижнюю Тамбовку, но полностью достроили этот первый дом только к концу апреля[131]. Это было вызвано тем, что строители в первую очередь занимались расширением временного поселка, включая возведение общежитий для приема Всесоюзного отряда, а также прокладкой дорог и моста через Хальзан. С поставками тоже была задержка.

Первостроители даже высказывали критические замечания Хабаровскому крайкому ВЛКСМ. Так, в самом начале мая Петр Анатольевич Салюк, техник-механик «Комсомольца Приамурья», задал вопросы о нехватке инженерно-технических работников на стройке и качестве поставляемых конструкций для жилья. Это повлияло на то, что эта тема была включена в план шефства Крайкома ВЛКСМ над стройкой[132].

По поводу брака. На стройку из Николаевска-на-Амуре и Амурска поставлялись железобетонные плиты для возведения двухквартирных одноэтажных домов в пионерном поселке с пометкой «брак», у многих это вызывало раздражение. Но как пояснил автору его друг Михаил Алексеевич Мурый, начальник отдела экспертизы строительных конструкций и планировочной организации земельных участков краевого государственного бюджетного учреждения «Госэкспертиза Хабаровского края», в том же Николаевске-на-Амуре возводились многоэтажные дома так называемой киевской серии. Бракованные панели использовать для них было нельзя, при этом широко применялась практика возведения одно- и двухэтажных домов из этих самых бракованных панелей. Сказывался и непрофессионализм комсомольцев. Андрей Шалашов рассказывал во время нашей четвертой экспедиции к месту стройки о том, что его дом (он остался в Нижнетамбовском и живет в одном из домов пионерного поселка) не сходится по диагонали на 8 сантиметров. То есть, по сути, форма его дома в плане не прямоугольная, а ромбовидная, что говорит о низком качестве возведения стен.

Петр Угрин рассказывал о том, что двухквартирные дома должны были собирать из панелей зеркального отображения — квартиры слева и справа. Железобетонные конструкции Комсомольского домостроительного комбината приходили одного типа. Чтобы выйти из положения, с одной стороны закладывали проемы кирпичом, с другой — пробивали стены отбойными молотками[133].

Проблемы были разные, но это касалось многих строек Советского Союза. Перенесемся в другое место — в Ямало-Ненецкий автономный округ, где в это же время зарождался «город-близнец», тоже связанный с химией, но с нефтяной.


Бонивур | Город Бонивур. Последняя великая стройка СССР | Нефтяной близнец