home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Подготовка к полету

Однако Рудольф Гесс не терял надежды уладить отношения с Британией путем переговоров и подписания мирного соглашения. Для этого он готов был совершить миротворческий полет.

Первый раз идея полететь в Великобританию, чтобы заключить мир, посетила Гесса в июне 1940 года, когда близилась к завершению французская кампания (так он сказал в Англии сэру Джону Саймону в 1941 году). В июле, когда Черчилль отверг публичный призыв Гитлера к здравому смыслу, фантастическая идея обрела плоть. Новая стратегия Гитлера заставить Британию пойти на уступки, выведя из игры Россию и лишив Англию надежды на континентальный кулак, обещала войну на два фронта, чего фюрер так отчаянно стремился избежать. Более того, благодаря полученным разведданным Гесс знал, что Рузвельт собирался продавать Англии истребители в обмен на военно-морские и военно-воздушные базы для обороны западного полушария и готовился сделать Соединенные Штаты поставщиком оружия для Великобритании и фактически ее союзником в войне. Альбрехт Хаусхофер, эксперт Гесса по англоязычным странам, всегда утверждал, что в конечном итоге цели Соединенных Штатов совпадают с целями Великобритании и США всегда выступают на ее стороне. Положение дел на Дальнем Востоке служило тому подтверждением.

Появилась реальная угроза глобальной войны, в которой Германии пришлось бы столкнуться не только с колоссальными человеческими ресурсами и огромными пространствами Советской России, но и с экономическим и промышленным потенциалом Соединенных Штатов. Понимая всю сложность обстановки, Риббентроп отправил своего главного специалиста по Дальнему Востоку в Японию, чтобы заручиться ее союзничеством на случай вступления в войну Соединенных Штатов.

В Германии также знали, что политическая ситуация складывалась неоднозначно (несмотря на пропаганду британских средств массовой информации). Агенты из Берна сообщали: «Некоторые приближенные ко двору круги, банкиры и коммерсанты были бы счастливы, если бы военного конфликта с Германией удалось избежать».

В это время и оформилась окончательно инициатива Гесса по проведению мирных переговоров. Это был уникальный случай, потому что лететь и выступить в качестве эмиссара он собирался сам. И уже начиная с конца лета 1940 года, по приказу Гесса, его секретари собирали секретные данные о погоде и климатических условиях над Британскими островами и Северным морем и передавали их Гессу. Сам Гесс снова начал летать.

Для проведения переговоров был выбран герцог Гамильтон, у которого в Дангрей-хаус имелась собственная взлетно-посадочная полоса, куда под прикрытием темноты можно было приземлиться без ведома властей, провести переговоры, заправиться у хозяина горючим и также незаметно улететь. К тому же друг и подчиненный Гесса, Альбрехт Хаусхофер, останавливался в его доме в качестве гостя и знал прогерманские настроения герцога. Возможно, что Гамильтон был выбран и по той причине, что имел вес во влиятельных кругах, включая королевский дворец.

Если план Гесса состоял именно в этом, то он жестоко просчитался. Взлетно-посадочная полоса с травяным покровом находилась на небольшом склоне, мало того, что ее почти невозможно было отыскать в темноте, она совершенно не годилась для современного тяжелого истребителя-бомбардировщика, выбранного Гессом для полета. Гамильтон использовал ее для «Тайгер Моте» и подобных легких самолетов, скорость приземления которых не превышала 80 миль в час. Попытка же приземлиться на скорости «мессершмитта» (110 миль/час) была бы равнозначна самоубийству. Однако, похоже, Гесс намеревался сделать именно это. Тем более что в случае успеха, кроме осуществления долгосрочной стратегии фюрера, он укрепил бы собственное положение подле Гитлера.

Один из спорных моментов в оценке перелета Гесса — это то, знал ли фюрер о готовящейся акции. Пропаганда Третьего рейха твердила о непричастности фюрера к планам Гесса, однако крайне сомнительно, чтобы Гесс отважился на этот шаг без его одобрения. Вероятно, идея Гесса нравилась и Гитлеру. Он был уверен, что «разумные» элементы в Британии возобладают над «консерваторами». К тому же, судя по поступавшим сообщениям, ситуация еще не стала необратимой, Англия еще могла бы сесть за стол переговоров. В обществе Черчилля и Галифакса обвиняли в том, что они отдают Англию на растерзание, вместо того чтобы, пока не поздно, искать компромисса с Германией. У Гитлера имелись все основания предполагать, что он сможет сломать моральный дух британского народа и правительства. Идея его заместителя полететь в Британию, как в свое время Чемберлен летал в Мюнхен, чтобы добиться заключения мира с Англией, возможно, импонировала любви фюрера к театральности. Да и после побед на западе ему ничто не казалось невозможным.

В октябре 1940 года Гесс пригласил руководителя «Иностранной организации» Эрнста Боля, квалифицированного специалиста по Южной Африке, и передал ему черновик письма Гамильтону, составленный им, и попросил перевести его на английский язык. Как утверждал после войны Боль, о возможности личной передачи этого письма он даже не подозревал: «Для этой поездки в Англию я сделал всю работу, связанную с переводом. Я не знал, что он собирается в Англию, я думал, что он едет в Швейцарию…» Между тем, исходя из информации, содержащейся в письме, невозможно было не сделать вывод о необходимости личной встречи с Гамильтоном. Сомнения возникали только относительно места встречи — какой-либо из нейтральных стран, по мнению Боля. Он писал: «Я был твердо убежден, хотя сегодня уже не могу доказать это, что Гитлер обо всем знал, потому что мне представляется невероятным, чтобы Гесс делал что-то столь важное, не спросив Гитлера… Как мне кажется, в Германии об этом знали лишь три человека: Гитлер, Гесс и я. Все хранилось в тайне. Мне приказали никому ничего не рассказывать, даже его [Гесса] собственному брату, работавшему у меня, даже его секретарю».

В это время Гесс активно тренируется, много летает на двухмоторном двухместном истребителе-бомбардировщике, предоставленном профессором Мессершмиттом специально для его личного пользования. В первых полетах его сопровождал пилот Гитлера Ганс Баур. Однако в конце ноября Гесс почувствовал себя готовым к одиночному длительному перелету. Тогда же он отправил записку жене и маленькому сыну Вольфу: «Мои дорогие, я твердо убежден, что вернусь из полета, который намереваюсь предпринять в ближайшие несколько дней и что полет увенчается успехом. Если нет, то поставленная мной цель стоила того, чтобы ее добиваться. Я знаю, вы знаете меня: вы знаете, что поступить по-другому я не мог. Ваш Рудольф».

Однако, несмотря на решимость Гесса совершить перелет, сообщений от английской стороны (после письма Гамильтону) не поступало. Это письмо оказалось в штаб-квартире британской цензуры, откуда, ввиду важности, оригинал поступил в МИ-12 для МИ-5, фотокопии в министерство иностранных дел и IRB. Герцог Гамильтон, выполнявший обязанности командира базы королевских военно-воздушных сил в Тернхаусе (около Эдинбурга), через шесть дней после того, как письмо из Германии попало в МИ-5, передал полномочия своему заместителю и взял десятидневный отпуск…

Боль утверждал, что о намерениях Гесса в Германии знало три человека — сам Гесс, он, Боль, и Гитлер. Однако дело не обошлось без шефа абвера Канариса, который от агентов получал сведения о настроениях в политических кругах Великобритании. По данным двойного агента, настроенными на мир с Германией были лорд Брокет, лорд Лондондерри, лорд Лимингтон, и, если бы этим людям дали власть, они, вероятно, согласились бы на любые условия. То есть шансы на успех мирных переговоров были высокими. Гесс готовился выполнить свою миссию.

Первая попытка совершить перелет была еще в январе 1941 года. Как утверждал сам Гесс в июне 1941-го, четыре недели спустя после своего перелета, в беседе с сэром Джоном Саймоном, первую попытку он предпринял 7 января, но по нескольким причинам не сумел довести ее до конца — «погодные условия и т. п. и проблемы с самолетом». Вполне возможно, что Гесс намеренно говорил о неудачных попытках, с тем чтобы доказать, что утрясти дела с Британией немцы хотели до нападения на Россию — и эта версия кажется наиболее убедительной. Однако о содержании допросов Гесса мы пока не можем узнать — все те пухлые папки по делу Гесса, которые хранятся в британском министерстве иностранных дел, не подлежат обнародованию до 2017 года. 


Германия и Великобритания: гордиев узел | Третий рейх | Мир накануне большой войны