home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 8

3 декабря 2028 года.

Ядро галактики Млечный Путь.

Двадцать пять тысяч световых лет от Солнца

Резиденция А-клана Старших


– Он покинул пространство Протектората, – сообщил Краен, медленно вплывая в бассейн Октоса. В этот раз он решил отказаться от своей любимой прогулки по дорожкам резиденции.

Глава сектора видел, что функционер клана чувствует себя неуютно, и это его напрягало. Краен обычно неплохо себя контролировал, и, если уж его волнение стало заметно стороннему наблюдателю, значит, проблема, с которой он прибыл, может иметь действительно неприятные последствия.

– Серый Периметр? – уточнил Октос, хотя особой необходимости в этом не было. Куда еще мог отправиться землянин? Не в дикий же космос, в конце концов.

– Его корабль прошел через стационарный портал у Альфы Жирафа и совершил серию прыжков по вектору, выводящему к тройной звезде Бийс. Это ближайшая относительно освоенная система на его пути. Там есть пустотная станция и небольшой промышленный район. Хотя, возможно, землянин не стал там задерживаться. После пятого прыжка артефакт-блокиратор на его корабле перешел в автономный режим, так что где он сейчас, мы не знаем.

– Похоже, твой план по решению проблемы руками службы безопасности Империи не сработал, – глава сектора не смог удержаться от возможности нанести самолюбию Краена болезненный укол.

– Наши щупальцы сплетены, Октос. Не стоит об этом забывать, – слегка шевельнувшись в аммиачном растворе, произнес функционер. – Так что это был наш общий план.

К сожалению, Краен был прав, и глава сектора это хорошо понимал. Они оба все глубже погружались в крайне неприятную и раздражающе непредсказуемую авантюру, перспектива выйти из которой не то, что с прибылью, а хотя бы без ощутимых потерь, представлялась весьма сомнительной. И на данном этапе уже не имело никакого значения кто кого в эти историю втянул.

– Мы всё время опаздываем, Краен. Этот землянин слишком быстро принимает решения и немедленно начинает действовать. Я так понял, имперцы больше не считают его своей проблемой?

– Он отказался от имперского гражданства и покинул пределы Империи. Это действительно больше не их проблема. Адмирал Трий выбрал неожиданный ход и, надо признать, ход весьма эффективный. Наверняка это именно он посоветовал нашему подопечному уйти в пространство Серого Периметра и помог с приобретением корабля.

– Может быть, его стоит за это примерно наказать?

– Формально Трий ничего не нарушил, а официальная нота их императору привлечет к нашему делу совершенно ненужное внимание.

– Пожалуй, соглашусь, – немного помолчав, ответил Октос, – Краен, этот проект нужно срочно сворачивать, причем по возможности без лишнего шума. В конце концов, внедрение землянину биопроцессора привело, по крайней мере, к одному положительному результату. Нам удалось избежать перерастания пограничного конфликта между людьми и танланами в полномасштабную войну. Подобные стычки полезны для Буферной Зоны, а большие войны – вредны. Это общепринятая доктрина, и наши действия неплохо в нее вписываются. Не знаю, сочтет ли Совет Клана этот результат достаточным, чтобы оправдать несогласованное использование уникального одноразового артефакта, но, думаю, мы найдем нужные аргументы для оправдания своих решений. Биопроцессор Осма все равно скоро стал бы бесполезным хламом, а так мы получили вполне конкретный положительный результат.

– Неплохой план, – признал Краен, и Октос заметил, что функционер немного успокоился, – вот только он сработает лишь в том случае, если наш абориген больше не будет влиять на ситуацию в Буферной Зоне.

– Его дальнейшие действия вполне предсказуемы. Если он не свернет себе шею в пиратской вольнице Серого Периметра, то попытается вернуться на свою планету и притащить туда оружие и информацию для ее защиты от предстоящего вторжения кронсов. Кстати, когда оно произойдет?

Краен чуть помедлил с ответом, войдя в информационное пространство Клана в поисках нужных данных.

– У них чуть больше двух лет. Без вмешательства извне – никаких шансов. Флот вторжения будет почти вдвое сильнее, чем в первый раз.

– В чем-то это даже неплохо, – Октос удовлетворенно шевельнул щупальцами, слегка всколыхнув раствор аммиака в бассейне. Земля находится в пространстве Протектората. Одним гиперпрыжком, без использования стационарных гиперпорталов, из Серого Периметра до нее не добраться, а как только наш подопечный со своим кораблем появится в зоне ближней гиперсвязи любого из них, мы об этом немедленно узнаем. Кстати, не пора ли понизить порог срабатывания артефактов-блокираторов в моем секторе до стандартных значений? А то что-то имперцы стали позволять себе излишние вольности на Земле и в ее окрестностях.

– Сделаю, но не скачком, а постепенно, иначе блокировка обязательно сработает, а это автоматически повлечет за собой ряд последствий, которые нам сейчас совершенно не нужны. Надо, чтобы имперцы в Солнечной системе успели осознать, что ситуация меняется и смогли вовремя свернуть излишнюю активность. Я, пожалуй, даже на какое-то время установлю порог срабатывания ниже стандарта. Пусть имперские корабли уберутся из системы, это пойдет только на пользу делу.

– Тут тебе виднее, это твоя зона ответственности, – чуть помедлив, ответил Октос, уже теряя интерес к беседе.


9 декабря 2028 года

Серый Периметр. Система тройной звезды Бийс.

Борт малого десантного транспорта


После боя на Виктора накатила такая волна усталости, что он с трудом посадил штурмовик на подсвеченную габаритными огнями площадку в ангаре транспорта. Голова гудела, как колокол после удара кувалдой. Никогда раньше он за собой такого не замечал, хотя подобные ситуации, требовавшие предельного напряжения сил и нервов, случались в его жизни и раньше.

В наушниках шлема постоянно возникали какие-то голоса. Кто-то поздравлял с победой, кто-то что-то просил и пытался требовать указаний для дальнейших действий, но воспринимать всю эту трескотню Виктор уже не мог. Ему было реально хреново.

– Всё потом, – коротко бросил он в эфир. – Лой, десять часов меня ни для кого нет.

С трудом добравшись до своей каюты, Вершинин на последних остатках сил освободился от летного скафандра, завалился на кровать и мгновенно отключился.

Виктор проспал двенадцать часов, причем, как ему сказали позже, в какой-то момент его пытался разбудить Лой, но в этом занятии не преуспел. Обеспокоенный происходящим лид-майор подключил не желающего просыпаться командира к портативному медицинскому диагносту, и тот, озадаченно помигав индикаторами, выдал диагноз: «нервное истощение и крайняя степень переутомления».

Неопределенно хмыкнув, Лой кивнул собственным мыслям, отключил диагност и тихо вышел из каюты, а Лу-Бунку, в очередной раз попытавшемуся достать его по коммуникатору, доходчиво объяснил, куда тот может засунуть свои срочные дела на ближайшие часов шесть.

Проснулся Виктор хорошо отдохнувшим, вот только поверить в то, что он уже не спит он смог не сразу. Переход от сна к яви в этот раз проходил через промежуточную стадию, в роли которой выступал тот самый «боевой транс», который позволял ему во время боя в ручном режиме управлять сразу несколькими пушками. Правда, сейчас никакого боя не было, и для входа в это искусственное состояние Вершинин никаких усилий не прилагал. Он просто в нем проснулся.

Перед его глазами на фоне нехитрой обстановки каюты висели десятки полупрозрачных элементов интерфейса. Очень странного интерфейса, ни капли не похожего на стандарты, принятые в имперском флоте. У Виктора сразу возникло ощущение, что сделан он не людьми. И все же Вершинин видел эти кляксы и многоугольники уже не впервые. В бою с бейтанами очень похожие штуковины неожиданно дополнили собой систему наведения орудий «Моргенштерна», и в тот момент они показались Виктору довольно удобными и интуитивно понятными.

Впрочем, и сейчас разобраться с назначением тех или иных…, ну, допустим, пиктограмм и кнопок, Вершинину удалось практически сходу. Правда, на какое-то время он все-таки завис, пытаясь осознать, что происходит, но довольно быстро взял себя в руки. В конце концов, он уже давно понял, что его новые способности появились не просто так, а стали результатом какого-то воздействия на его организм, но только совсем недавно последствия этого воздействия начали проявляться в относительно осязаемых формах.

Виктор внимательно осмотрел плавающие перед глазами слегка подсвеченные объемные фигуры со сглаженными углами, сгруппированные по пока не вполне ясным принципам, и обратил внимание на одну из них, выделенную более ярким цветом и слегка пульсирующую.

Виктор попробовал дотронуться до нее пальцем, но рука свободно прошла сквозь полупрозрачное изображение, не вызвав с его стороны никакой реакции. Тогда он потянулся к пиктограмме мысленно, и она тут же слегка приблизилась, вспыхнула ярче и рассыпалась быстро гаснущими серебристыми искрами, а в голове Виктора зазвучал негромкий бесплотный голос с напрочь отсутствующими интонациями:

– Поздравляю, человек. Раз ты добрался до этой стадии, значит ты не безнадежен. Ты достаточно интенсивно использовал биопроцессор в ситуациях, требовавших от твоего организма предельного напряжения сил. Это позволило процессору развиться и достичь первой ступени интеграции. В результате ты получил интерфейс и доступ к начальному информационному пакету. Чем чаще ты будешь пользоваться новыми возможностями, тем быстрее будет проходить интеграция. Анализ трэк-записей твоих действий показывает, что процессор использовался крайне однобоко. Для достижения первой ступени этого хватило, но дальше такой подход приведет к быстрому замедлению и возможной остановке развития. Чем многограннее ты будешь использовать процессор, тем быстрее он сможет адаптироваться к твоему мозгу. Каждая ступень интеграции будет давать тебе дополнительные возможности. Запомни, человек, биопроцессор не посягает и никогда не будет посягать на твою свободу воли. Он создан только для расширения возможностей мозга и нервной системы носителя, так что в твоих интересах развить его до максимальной степени интеграции.

– Откуда у меня в голове эта штука? – задал мысленный вопрос Виктор.

– Информация отсутствует.

– Хорошо, зайдем с другой стороны. Как вообще эти процессоры попадают в мозг носителей?

– Посредством инъекции зародыша в затылочную часть головы, – ответил голос и, сделав небольшую паузу, уточнил, – Ну, в тех случаях, когда у носителя имеется голова, естественно.

– Ты так и будешь сидеть в моем мозгу и читать мысли, или тебя можно отключить?

– Я часть интерфейса. Фактически, просто говорящий справочник. При деактивации интерфейса я отключаюсь и перехожу в спящий режим.

– И как мне деактивировать интерфейс?

– Так же, как и активировать. Нужно просто захотеть это сделать.

– Я хочу это сделать, – немедленно произнес Виктор, и полупрозрачные фигуры, все это время маячившие перед его глазами, беззвучно растворились в воздухе.

Всё оказалось гораздо хуже, чем он мог предположить. В его голове поселилась неведомая хрень, ожидать от которой можно было абсолютно любой пакости, от ненавязчивого вмешательства в его мысли и решения до взятия всего тела под полный контроль. Виктору стало страшно. Голосу, назвавшемуся говорящим справочником, он не верил от слова совсем. Этот не пойми кто бодро агитировал его совершать действия, направленные на скорейшую и максимально полную интеграцию чужеродного биологического материала в его собственный мозг. И что потом? Перехват управления телом? Превращение в послушную куклу? Делать-то что теперь, блин? Он ведь не в Империи и даже не на Земле. Кто ему здесь поможет? Да и там кто бы ему помог? Понять бы хоть, какая сволочь ему эту пакость в мозг подсадила и зачем ей это понадобилось…

Виктор попытался успокоиться. С одной стороны, ситуация казалась крайне опасной. Потерять контроль над собственными мыслями и телом – удовольствие сильно ниже среднего. Да, пока никаких признаков вмешательства в свои действия Вершинин не замечал. Но ведь не зря Голос утверждал, что процессор еще не развит в полной мере. Может быть, он просто пока не разросся в мозгу Виктора до такой степени, чтобы подавить его личность. С другой стороны, наличие в голове этой непонятной пакости уже не раз спасало ему жизнь, помогало нарушить планы врагов и давало возможность достаточно быстро двигаться по пути, который, как Виктор надеялся, должен привести его к решению главной задачи.

Информации категорически не хватало, но, к сожалению, единственным ее источником мог стать все тот же Голос. Не с Лоем же и Пино идти советоваться! «Парни, тут такое дело… У меня в башке завелись тараканы. Шуршат, собаки, картинки маловнятные показывают и человечьим языком разговаривают… А еще они на ушко мне шепчут, как надо пушки на цели наводить».

В том, что о Голосе и биопроцессоре говорить никому нельзя, Виктор ни секунды не сомневался. Вот только в голову все время лезли очень нехорошие мысли. Фильм «Чужой» на Земле смотрели все, и, хочешь не хочешь, а крайне неприятные ассоциации со сложившейся ситуацией у Виктора возникали. Ладно еще, если этот паразит пожрет только его мозг. А что, если эта зараза окажется способной перекидываться на других людей? И как ему теперь возвращаться на Землю? Да и здесь народу вокруг столько, что можно настоящий зомби-апокалипсис устроить, ну или вторжение чего-то там злобного и нехорошего в человеческие миры.

А с другой стороны, как-то очень медленно и неспешно эта фиговина развивается. Все-таки не похоже, что создавалась она для подобных сценариев, особенно с учетом того, что для ее развития нужны осознанные и добровольные действия носителя.

Как ни крути, а с возникшей проблемой требовалось разобраться как можно быстрее, а единственным источником информации о биопроцессоре оставался все тот же Голос. Нехотя отдав мысленную команду, Виктор снова вызвал внутренний интерфейс.

– Сколько людей являются носителями биопроцессоров?

– Один. Процессор, подходящий по конфигурации для внедрения в человеческий мозг, был изготовлен в единственном экземпляре.

– Кто его создал?

– На первой ступени интеграции эта информация закрыта. Развивай процессор, человек, и тебе откроется доступ к большему объему данных. Знания предоставляются достойным.

– Зачем мне его внедрили?

– Доступ к информации заблокирован.

– Процессор может воспроизводить сам себя и внедряться в мозг других людей?

– Нет. Для разумных существ такая функция не предусмотрена.

– А для неразумных?

– Возможно однократное внедрение. Доступ к этой функции откроется на второй ступени интеграции.

– Процессор сам решит в какое существо ему внедряться?

– Это невозможно. Биопроцессор неспособен на принятие самостоятельных решений. Внедрение малого субпроцессора возможно исключительно по воле носителя и только в указанное им существо.

– И что произойдет с неразумным зверем при внедрении субпроцессора? – услышанное Виктора заинтересовало.

– Доступ к информации откроется на второй ступени интеграции.

– Я могу видеть прогресс своего продвижения к очередной ступени?

– Можешь, – ответил Голос и подсветил объемную каплеобразную пиктограмму, внутри которой находилась ее собственная копия, уменьшенная в десятки раз, – По мере развития процессора внутренняя форма будет увеличиваться, пока не достигнет границ внешней, что и станет показателем достижения очередной ступени интеграции.

– Как мне развивать процессор?

– Использовать все его возможности. Чем интенсивнее, тем лучше.

– А конкретные рекомендации будут?

– Нет. Достойный разберется сам, а недостойный никому не нужен, он в любом случае не сможет выполнить свою роль.

– Какую?

– Доступ к информации заблокирован.


4 декабря 2028 года

Солнечная Система. Орбита Сатурна.

Борт корабля Независимой Торговой Гильдии


Корабль Силха вышел из прыжка за орбитой пятой планеты желтого карлика, который местные называли Солнцем. К назначенному Вершининым сроку он успел с большим трудом. Вторжение танланов в сектор Флея нарушило его планы. Для начала Силх не смог воспользоваться стационарным порталом, подступы к которому намертво заблокировал флот танланов, и ему пришлось совершить цепочку стандартных гиперпрыжков, чтобы выйти из зоны конфликта, а это потеря времени и дополнительные затраты на топливо. Существенные затраты, кстати, и он обязательно предъявит их Вершинину при распределении прибыли от второго рейса к Земле.

Несмотря на достаточно циничные взгляды на жизнь, последние события несколько изменили отношение Силха к Виктору. Этот землянин ухитрился оказаться в самом центре вооруженного конфликта Империи с танланами и при этом выжить, да еще и стать героем новостей, да и просто героем, пожалуй, тоже. В том, что Силху удалось без особых проблем покинуть сектор Флея была и заслуга Вершинина. В какой-то момент танланам явно стало не до охоты за одиночными торговыми кораблями.

Перед полетом в Солнечную систему Силх посетил центральные области Империи, чтобы приватно переговорить с несколькими старыми партнерами. В результате он чуть не опоздал к назначенному сроку, но это того стоило. Новые каналы сбыта приобретенных на Земле предметов искусства обещали практически удвоенную прибыль по сравнению с их продажей на Флее-3.

Вершинин связался с ним по гиперсвязи, как только танланы сняли блокаду сектора. По его словам, новая партия товара уже ждала Силха на Земле, а контакты нужных людей Виктор указал в сообщении, к которому, кстати, прикладывался цифровой вексель на сто тысяч кредитов – расходы на перелет в Солнечную систему Вершинин взял на себя. Сам Виктор отправиться на Землю не смог. В подробности он не вдавался, но, судя по всему, дела у него обстояли не так безоблачно, как хотелось бы. В детали Силх предпочел не лезть, отлично понимая, что в подобных случаях чем меньше знаешь, тем дольше живешь. И все же кое-что узнать ему пришлось. Вершинин попросил его передать сообщение людям, которые доставят ему товар.

«Васнецову.

Первый этап прошел штатно, однако дальше возникли обстоятельства, затрудняющие работу. Частично проблемы удалось решить, но, возможно, на связь в ближайшие один-два месяца выходить не смогу.

Вершинин.»

Это был минимум, который Виктор просил передать. Чувствовалось, что он всеми силами старался не спровоцировать срабатывание артефакта Старших, поэтому его послание и было столь неконкретным. Силх мог бы добавить к нему много интересных деталей, но с Вершининым они договорились, что он сделает это только если шар Старших не покраснеет до опасного уровня.

Кстати, о шаре… Силх бросил взгляд на артефакт чужих, и увиденное ему сильно не понравилось. Корабль находился еще более чем в миллиарде километров от Земли, а шар Старших уже приобрел недобрый оранжевый цвет. В прошлый раз такой реакции артефакта не наблюдалось, это Силх помнил совершенно определенно.

Одолеваемый нехорошими предчувствиями, Силх приказал вычислителю начать осторожный разгон к третьей планете, но не преодолев и трети пути, отменил свое распоряжение. Шар налился красным цветом и вот-вот должен был начать пульсировать, предупреждая владельца корабля о недопустимости его действий.

– Выводи корабль за орбиту пятой планеты, – приказал Силх. – Хотя нет, уходи сразу во внешний пояс астероидов.

Некоторое время контрабандист боролся с желанием немедленно покинуть Солнечную систему и никогда больше сюда не возвращаться. Рисковать кораблем и налаженным бизнесом ради чужих интересов он не хотел. Вершинин и вся его планета были Силху по большому счету безразличны, хотя сам Виктор, как деловой партнер, его вполне устраивал, да и торговля с Землей обещала хорошие прибыли. Вот только риски неожиданно возросли до совершенно неприемлемых значений.

Единственным, что удерживало Силха от решения немедленно убраться из этого опасного места, была просьба Корры. Дружбу с ней, вынесенную еще из раннего сиротского детства, он ценил очень высоко, иногда даже сам себе удивляясь. От мысли сказать ей, что он улетел отсюда, даже не попытавшись ничего сделать, Силху становилось неуютно.

– Ладно, Вершинин, считай тебе повезло, – вслух произнес контрабандист с досадой в голосе. – Вот только не думай, что я делаю это ради тебя.

Силх поднялся из пилотского кресла и отправился в практически пустой грузовой трюм. Там в дальнем углу, чтобы не мешал погрузочно-разгрузочным работам, одиноко стоял сравнительно небольшой контейнер явно армейского происхождения.

Набрав на планшете комбинацию из букв и цифр, Силх заставил боковую стенку контейнера опуститься, открыв ему доступ к флотскому зонду-разведчику предпоследнего поколения.

Эту дорогую игрушку он купил пару лет назад, а точнее, взял в качестве части оплаты за партию товара. Бизнес Силха не всегда лежал в легальной сфере, а к некоторым из его партнеров поворачиваться спиной вообще сильно не рекомендовалось, так что в определенных местах, куда его заносили дела, Силх предпочитал не появляться без предварительной разведки обстановки.

– Будь готов, раскошелиться, гражданин Вершинин, – накручивая сам себя, произнес Силх, открывая панель ручного программирования разведчика. – Я выставлю тебе счет, и, поверь мне, итоговая сумма тебе сильно не понравится.

Через два часа злой и одновременно довольный собой Силх вернулся в рубку, опустился в кресло первого пилота и приказал вычислителю начать разгон для ухода в прыжок.

За десять минут до этого из приоткрывшихся внешних ворот грузового трюма бесшумно выскользнул зонд-разведчик, включивший маскировочное поле еще внутри корабля. Все камеры и системы слежения в трюме Силх отключил, и вновь привел их в действие только после того, как закрылся опустевший контейнер, где раньше хранился зонд.

Согласно введенной вручную программе, небольшой аппарат должен был, не обнаруживая себя, провисеть в пустом пространстве неделю после ухода корабля Силха, и лишь потом начать плавный разгон в сторону третьей планеты. Добравшись до нее еще через две недели, он, не снижая скорости проскользнет вдоль границы земной атмосферы и в нужной точке передаст предельно сжатый узконаправленный радиосигнал на полученной Силхом от Виктора частоте. Контрабандист не сомневался, что те, кому надо, его получат. Помимо сообщения Виктора своему начальству, Силх, поддавшись минутному порыву, добавил в информационный пакет кое-что от себя:


«Васнецову.

Обстоятельства изменились. Приблизиться к Земле не смог. Повторить фокус с радиопередачей, скорее всего, тоже не получится. Ваш человек был втянут в военный конфликт на стороне Империи и проявил себя с наилучшей стороны. Во всяком случае, теперь у него уже два имперских ордена. Сейчас он за пределами Империи и Протектората Старших, но продолжает выполнение поставленной вами задачи.

Силх.»


10 декабря 2028 года.

Московская область. К северо-западу от города Лыткарино.

Строящийся позиционный район противоорбитальной обороны.


Генерал-майор Васнецов стоял у окна модульного здания, возведенного на окраине строительной площадки, в которую буквально за неделю превратился изрядный кусок Томилинского лесопарка. Еще год назад многочисленные общественные организации подняли бы грандиозную волну протеста по поводу уничтожения значительной части природоохранной зоны. И надо признать, они были бы абсолютно правы, но после потерь, понесенных человечеством во время вторжения кронсов, приоритеты, мягко говоря, изменились, и когда на территорию лесопарка начали колоннами прибывать трейлеры с тяжелой строительной техникой, никто не стал организовывать стихийные митинги и с плакатами перекрывать Лыткаринское шоссе.

Масштабы строительства впечатляли. Из окна хорошо просматривались все шесть котлованов, отрытых на месте будущих позиций гигантских рельсовых пушек, к изготовлению которых еще только готовились приступить заводы оборонных комплексов России, США, Китая, Израиля, Германии и еще целого ряда стран, подписавших месяц назад договор о создании единой системы планетарной обороны.

Инициатором этого соглашения выступили, как ни странно, Соединенные Штаты. Их новый президент, первый независимый кандидат, победивший на президентских выборах в США, резко изменил внешнеполитический курс страны, опираясь на изрядно обновленный Конгресс.

В весьма патетичной, но в то же время тщательно продуманной речи на экстренно созванном саммите Совета безопасности ООН президент Тим Ромни предложил всем странам, обладающим уникальными военными технологиями, объединить усилия для создания комплексной и многокомпонентной системы защиты Земли от угрозы из космоса. В качестве первого шага он заявил о готовности США в одностороннем порядке передать ряд военных разработок, хорошо показавших себя при отражении вторжения кронсов, всем членам НАТО и странам, входящим в возглавляемую Россией Организацию Договора о коллективной безопасности. В частности, президент упомянул о рельсовых пушках, позволивших эсминцу типа «Замволт» не только уцелеть при ударе инопланетного агрессора по Шестому флоту США, но и сбить вражеский истребитель.

Президенту России идея показалась своевременной, и Васнецов его отлично понимал. Надежды на Империю таяли с каждым днем. Единственной зацепкой, которую удалось найти на весьма странных переговорах с ее представителями, стал возможный обмен технологии производства боеприпасов объемного взрыва на что-то из имперских разработок. Однако разница в уровне технологий не позволяла получить что-то по-настоящему прорывное, что могло бы существенно повысить обороноспособность российской армии перед лицом нового вторжения, а те технологии, которые военно-промышленный комплекс все же мог бы освоить, решающего прорыва не обещали. К тому же несколько дней назад в поведении имперцев возникли неожиданные и, вроде бы, ничем не спровоцированные изменения. Они стали заметно более осторожны в своих обещаниях, хотя, казалось бы, куда уж больше, и каждое сказанное слово буквально вымучивали из себя, явно опасаясь сказать что-то лишнее.

– Товарищ Васнецов, доложите нам о ходе операции «Контрабандист» – потребовал президент во время последнего совещания в Кремле, на которое генерал-майор был вызван, как куратор разведывательной миссии подполковника Вершинина.

И что он мог сказать главе государства?

– Первый контрольный срок, установленный полковнику Вершинину при постановке задачи, истек пять судок назад, – начал доклад генерал-майор. – План его внедрения в Империю предполагал, что к этому времени корабль, на котором он улетел с Земли, вернется в Солнечную систему за новой партией товара, и Вершинин сможет передать нам собранную информацию лично или с помощью доступных нам средств связи. В указанный срок в околоземном пространстве корабль Вершинина не появился. На случай непредвиденных осложнений, вероятность возникновения которых оценивалась нашей службой как крайне высокая, подполковнику предписывалось действовать по обстановке и попытаться передать нам сообщение иным способом, например, через имперцев, все еще остающихся на Земле и ее орбите. Если такие попытки и были им предприняты, успеха они не имели. Таким образом в данный момент мы не располагаем никакой информацией о действиях подполковника Вершинина в пространстве Империи. Второй контрольный срок назначен на десятое января и связан с предполагаемой датой окончательного ухода имперцев из Солнечной системы, что закроет для Вершинина теоретическую возможность воспользоваться их системами связи для передачи сообщения на Землю. К сожалению, это вся информация, которой на данный момент располагает наша служба.

– Короче говоря, вы просто ничего не знаете, – невесело усмехнулся президент. – Впрочем, эта операция с самого начала выглядела авантюрой, так что и тогда, и сейчас, рассчитывать на сколько-нибудь значимый успех в этом направлении мы не можем. Видимо, придется принимать предложение американцев. Одними лишь силами ОДКБ, даже в ее нынешнем расширенном составе, мы эту ситуацию не вытянем, хотя, честно говоря, я сильно сомневаюсь, что объединение усилий со странами НАТО принципиально что-то изменит. Вот только других вариантов пока что все равно не просматривается.

От неприятных воспоминаний Васнецова отвлек прибывший по его приказу полковник Девятов.

– Товарищ генерал-майор…

– Добрый день, товарищ Девятов, заходите, присаживайтесь, – прервал доклад полковника Васнецов, протягивая прибывшему руку, – Как вам объект?

– Сложное впечатление, если честно, – тщательно подбирая слова, ответил Девятов. – Если бы мы готовились к отражению атаки любого земного противника, я был бы искренне убежден, что лучшего и желать невозможно.

– А подробнее можете изложить свои соображения? Вы ведь до конца находились в Главном центре разведки космической обстановки, пока кронсы не нанесли удар по Нагинску-9, то есть, вы единственный, кто своими глазами видел всю картину орбитального удара противника по земным городам и при этом остался в живых. Меня интересует, что вы думаете об эффективности принимаемых нами мер. Вы же понимаете, каких затрат все это стоит, – генерал перевел взгляд на строящиеся позиции за окном. – А ведь таких объектов по всей Земле строится почти три сотни, но главный вопрос, которым задается руководство страны, так пока и остается без ответа. Даст ли это нам хоть какой-то шанс отбиться? Я знаю, что аналитики минобороны уже сделали по этому поводу несколько докладов, но, скажу честно, они слишком расплывчаты и предельно насыщены всякими «при условии, что…», «в случае, если…» и «исходя из оценочных предположений…», а меня сейчас интересует ваше личное мнение.

– Естественно, я тоже думал об этом, – кивнул Девятов, и интонация, с которой полковник начал свой ответ, Васнецову сразу не понравилась. – Помимо шести американских рельсовых пушек на каждом таком объекте планируется разместить один-два дивизиона ракетных комплексов С-500, и от пятидесяти до ста ракет-перехватчиков шахтного базирования «ПРС-1М» и «Азов», модернизированных под неядерные боеголовки. В странах НАТО вместо последних будут устанавливаться ракеты «Спартанец» и «Спринт», в целом похожие по характеристикам на наши. Все эти системы могут поражать цели на низких орбитах и в верхних слоях атмосферы. Как показала практика, при достаточной плотности огня наше оружие может преодолевать системы ближней обороны противника и уничтожать его технику, даже несмотря на наличие у кронсов силовых щитов. Успех здесь зависит, повторюсь, исключительно от плотности огня. Таким образом, теоретически, эту часть проблемы мы решить в состоянии, но остается еще, как минимум, два момента, которые не вызывают у меня ни малейшего оптимизма.

– Системы обнаружения и наведения?

– Это только один из болезненных вопросов. Без помощи имперских беспилотников, снабжавших нас информацией о противнике, даже наши лучшие радары были не в состоянии преодолеть маскировочные поля кронсов. Да, насколько я знаю, на переговорах с Империей, мы выменяли на наши боеприпасы объемного взрыва технологию, которая позволит в разы увеличить эффективность радиолокаторов, но этого всё равно недостаточно. Хорошо если мы будем надежно захватывать цели хотя бы на коротких расстояниях. Но нам-то нужен уверенный захват на дистанциях в сотни и тысячи километров…

– А второй вопрос?

– Численность противника. Флот кронсов, появившийся на орбите земли, со своей задачей не справился. Товарищ генерал-майор, вот вы бы в такой ситуации стали совершать вторую попытку атаки, не увеличив боевую мощь флота вторжения по сравнению с первой волной?

– Я вас услышал, товарищ полковник, – задумчиво кивнул Васнецов. – И, как я понимаю, наши шансы при повторном вторжении кронсов вы оцениваете как крайне низкие?

– При текущем положении дел – да. Как бы ни был неприятен этот вывод, без помощи извне мы не справимся, хотя не хватает нам не так уж и многого. Категорический отказ имперцев оснастить нашу технику своими сканерами наверняка имеет под собой какую-то серьезную причину, но чем бы он ни был вызван, факт остается фактом – по системам дальнего обнаружения и средствам радиоэлектронной борьбы мы безнадежно проигрываем потенциальному противнику. По огневой мощи, скорее всего, тоже, хотя здесь все и не так однозначно. В прошлый раз нападение было внезапным. Армия мирного времени к такой войне оказалась совершенно не готова, да и воевать мы планировали с несколько иным противником. Теперь же мы знаем, с чем нам предстоит столкнуться. Это, безусловно, большой плюс, но, к сожалению, совершенно недостаточный для победы.

– То есть, по вашему мнению, самой тяжелой нашей проблемой является кризис, связанный со средствами РЭБ и системами наведения, но, если мы каким-либо образом сможем ее решить, шансы отразить вторую попытку вторжения резко повысятся?

– Это, несомненно, существенно улучшит ситуацию, но все проблемы, естественно не решит. При отражении первой атаки имперцы сыграли слишком большую роль в нашем общем успехе. Именно они нейтрализовали самое опасное оружие кронсов – тяжелые артиллерийские платформы, причинившие плазменными ударами с орбиты столь серьезные разрушения нашим городам. Теперь, вполне вероятно, нам придется справляться с этой угрозой самим, и насколько хорошо это получится, я предсказать не возьмусь.

– Благодарю, товарищ полковник, – негромко произнес Васнецов, – вы мне очень помогли. Я обязательно доведу вашу точку зрения до лиц, принимающих соответствующие решения.

После ухода Девятова генерал-майор еще некоторое время стоял у окна, глядя, как в одном из котлованов строители заливают бетоном фундамент будущей орудийной башни двухсотмиллиметровой рельсовой пушки. Разговор с полковником окончательно убедил Васнецова в том, что от успеха или провала проекта «Контрабандист» будет зависеть очень многое, если не всё. Вот только справится ли подполковник Вершинин с поставленной задачей? Как пилот боевого вертолета, он очень неплох, но как разведчик и специалист по промышленному шпионажу… Слишком он честен, прямолинеен и порядочен для этой роли. Васнецов вздохнул и напомнил себе одну из цитат из генералиссимуса Сталина, очень емко ответившего куратору Союза писателей Поликарпову, пожаловавшемуся на пьянство и аморальный образ жизни своих подопечных. «Других писателей у меня для вас нет!» – сказал тогда Сталин и снял Поликарпова с должности.

– Работать надо с тем материалом, который имеется в наличии, товарищ генерал-майор, – негромко сказал самому себе Васнецов, – Сам бы туда отправился, вот только мечтать, как говорится, не вредно.


10 декабря 2028 года

Серый Периметр. Система тройной звезды Бийс.

Пустотная станция «Бийс-Внешний»


Лу-Бунк вышел встречать Виктора и Лоя прямо в швартовочную зону станции. Судя по удивленным взглядам охраны, такой шаг с его стороны был чем-то крайне необычным.

– Рад вас видеть, господа, – широко улыбнулся торговец, и Виктору даже показалось, что, несмотря на цепкий оценивающий взгляд хозяина станции, сказал он эту дежурную фразу достаточно искренне.

Апартаменты и офис Лу-Бунка находились в самом центре пустотной станции, поэтому при попаданиях торпед они не пострадали. Здесь не было показной роскоши, и всё, от дизайна до офисной техники и мебели, выглядело предельно функциональным. Виктору такой подход понравился. Он сам не любил выпендриваться, и ценил это качество в других людях.

Предложив гостям располагаться в удобных креслах за круглым столом переговорной комнаты, Лу-Бунк и сам с удовольствием устроился напротив них. Много ходить он явно не любил, на что недвусмысленно указывала его довольно плотная фигура.

– Итак, господа, – не переставая улыбаться, произнес хозяин станции, – я полагаю, вы хотели бы уладить все вопросы с вознаграждением по открытому контракту, условия которого вы, нужно признать, блестяще выполнили.

– Блестяще – это когда без потерь, – возразил Виктор.

– Не могу не согласиться, – улыбка с лица Лу-Бунка мгновенно исчезла. – Однако, в данном случае они были неизбежны. Как бизнесмен, я, конечно, должен сейчас всячески преуменьшать ваши заслуги и пытаться представить ситуацию таким образом, будто всю работу сделали лид-майор Холг и его люди, а вы просто им слегка помогли. И, поверьте мне, подготовленный моими юристами план таких переговоров с вами несколько часов назад уже лег мне на стол. А что вы хотите? Это Серый Периметр, и дела здесь ведутся предельно жестко.

– А как же деловая репутация? – чуть изогнул бровь Лой, – Или здесь она тоже ничего не значит?

– Значит, конечно, – усмехнулся Лу-Бунк, – но когда речь идет о по-настоящему серьезных деньгах, критерии оценки действий участников сделки несколько меняются. Если сейчас я заплачу вам всё по-честному, а сам в результате останусь на мели, в глазах моих конкурентов это будет выглядеть, как моя слабость и мягкотелость. А знаете, к чему приводит такая оценка?

– К тому, что вас немедленно пытаются сожрать, – кивнул Виктор.

– Именно. Вы быстро схватываете суть дела.

– Но вас и так попытались сожрать, – не согласился Лой. – Или в сделке с кем-то другим вы уже показали свою честность, которую здесь считают слабостью?

– Дело не в этом, – покачал головой Лу-Бунк. – Я просто ошибся. Не смог правильно просчитать действия конкурентов. Не думал, что они воспринимают мой бизнес, как настолько серьезную угрозу. Нанять рейдовый отряд бейтанов могла только какая-то из корпораций. Их услуги стоят очень дорого, особенно когда нет перспективы взять богатую добычу. На моей станции, конечно, есть чем поживиться, но наемники наверняка понимали, что без боя им ее не взять, а значит, имущество может сильно пострадать. В общем, я уверен, что с заказчиков этого нападения они содрали очень хорошие деньги.

– Почему вы нам всё это рассказываете, господин Лу-Бунк? – откинувшись на спинку кресла, поинтересовался Виктор. – Если я правильно понимаю, сценарием, подготовленным вашими юристами, вы решили не пользоваться.

– Я его внимательно прочитал, поблагодарил подчиненных за хорошую работу и, как только они покинули мой кабинет, немедленно отправил этот сценарий в корзину, – усмехнулся владелец станции.

– Но почему? Вы же только что так доходчиво объяснили нам, что кинуть нас с вознаграждением – не просто норма жизни, прекрасно укладывающаяся в местные традиции делового оборота, а, фактически, единственно верное решение.

– Потому что я не собираюсь принимать это «единственно верное» решение. Проверьте ваш счет, подполковник, – земное звание Вершинина Лу-Бунк выговорил по-русски почти без искажений, но легкий акцент все же присутствовал.

Виктор бросил короткий взгляд на Лоя, и тот едва заметно кивнул, улыбнувшись уголком губ.

– Да, господин Вершинин, – тоже слегка улыбнувшись, кивнул Лу-Бунк. – Пока вы спали, я по ближней связи переговорил с вашим помощником. Вы ведь военный пилот, причем очень необычный пилот, да еще и владелец серьезного корабля. Ваше имперское звание явно не соответствует вашему текущему статусу. Называть вас лид-лейтенантом у меня как-то язык не поворачивается, а тут вдруг выясняется, что у вас есть другое звание, пусть и совершенно мне незнакомое. Вот я и решил, что будет правильнее использовать для обращения к вам именно его.

– Я оценил, – кивнул Виктор и достал планшет, чтобы проверить состояние счета. – Одиннадцать миллионов? – Виктор недоверчиво посмотрел на Лу-Бунка.

– Вполне заслуженное вознаграждение, – кивнул торговец, – особенно учитывая, что, если бы вы не взяли контракт на защиту станции, эти деньги мне бы уже точно никогда не понадобились. Сумма могла бы быть большей, но, как вы верно отметили, мы понесли серьезные потери. У Холга и его людей остались родственники, которым по условиям контракта я обязан выплатить компенсацию.

– А можно узнать, сколько считали нужным заплатить нам ваши юристы? – поинтересовался Лой.

– Ровно в десять раз меньше.

Виктор не знал, что именно подтолкнуло его к такому решению, но, услышав ответ Лу-Бунка, он немедленно вызвал внутренний интерфейс. Пространство перед глазами заполнили знакомые полупрозрачные фигуры, и некоторые из них немедленно сгруппировались вокруг хозяина станции, словно чего-то ожидая.

– Желаете задействовать режим детектора лжи? – бесстрастно поинтересовался Голос, пробудившийся к активности вместе с интерфейсом.

– Подтверждаю, – отдал мысленную команду Виктор, и пиктограммы вокруг головы Лу-Бунка окрасились в разные цвета, среди которых преобладали желтый и желто-зеленый.

– Ваш собеседник в основном говорит правду, но часть важной информации не раскрывает. – Прокомментировал Голос развернувшуюся перед глазами Виктора цветовую палитру.

То, что Лу-Бунк старается не врать, но и всей правды тоже не говорит, Виктору было ясно и без интерфейса, однако сам инструмент виделся весьма полезным, и Вершинин решил его пока не закрывать, чтобы протестировать все возможности нового режима.

– В десять раз? – переспросил Лой, – И вы все равно не прислушались к их рекомендациям. Мы уже поняли, что от идеи отжать наше вознаграждение вы отказались, и это нас, несомненно, радует и внушает искреннее уважение к вам, как к деловому партнеру, однако на ваше решение что-то явно повлияло, и, я полагаю, вы нам сейчас об этом расскажете, не так ли, господин Лу-Бунк?

– Я объясню, – кивнул торговец, – но для начала, я хотел бы понять, насколько хорошо вы знаете, кто такие бейтанские наемники?

– Только в общих чертах, – ответил Виктор, внимательно следя за изменениями цветовой гаммы элементов интерфейса.

– Не буду загружать вас лишними подробностями и сразу перейду к главному. Ни один бейтанский рейдовый отряд не является самостоятельной силой. У них есть единое командование, а сами они формируются и оснащаются при прямой поддержке своего государства – Единения Бейтанов. Неудача одного отряда является неудачей всей системы. Срыв контракта – жестокий удар по репутации бейтанских наемников. Заказчики готовы платить за их услуги немыслимые по здешним меркам деньги только по той причине, что, если один отряд бейтанов терпит неудачу, ему на смену приходит другой, или два других, или три, и так до полного выполнения условий контракта. Отбив нападение на станцию, я, как ее владелец, фактически, перешел в состояние войны с Единением Бейтанов. Ну, не полноценной войны, конечно… Если я немедленно эвакуирую отсюда персонал и арендаторов и сам взорву «Бийс-Внешний», обо мне мгновенно забудут. Но, думается мне, вы понимаете, что своими руками разрушать собственный налаженный бизнес я не хочу.

Лу-Бунк не врал, и теперь Виктор хорошо понимал, что он услышит дальше. Ну, может быть, не во всех деталях, но общий смысл был ему ясен.

– И вы надеетесь победить или хотя бы выстоять в войне с целой расой? – удивился Лой.

– Это не совсем так, – отрицательно качнул головой Лу-Бунк – Для Единения Бейтанов отряды наемников являются, по сути, бизнес-проектом. Это их способ пополнения казны. Вести затяжную войну на уничтожение они не станут. Да, в пространстве Серого Периметра еще не было прецедентов, когда кому-то удалось от них отбиться. Одну-две атаки отразить получалось, но дальше ресурсы обороняющихся иссякали, и они либо сами всё бросали и уходили из бизнеса, либо их уничтожали. Зато отказы самих бейтанов заключать контракты на уничтожение объектов, принадлежащих крупным корпорациям, очень даже случались, а это значит, что сложность задач, которые они готовы решать военным путем, имеет свои пределы, как и процент потерь при их решении. В конце концов, ни один наемник не обязан браться за откровенно невыполнимую задачу.

– И вы хотите с нашей помощью сделать свою станцию именно такой «невыполнимой задачей» для бейтанов? – не вполне понимая Лу-Бунка, уточнил Виктор. – Но на это потребуется столько ресурсов, что дешевле будет действительно взорвать «Бийс-Внешний» и тихо разбежаться по дальним углам.

– Это МОЯ станция, – в голосе Лу-Бунка неожиданно лязгнул металл, а пиктограммы детектора лжи окрасились в ярко-зеленый цвет. Торговец в данный момент говорил искренне, насколько это вообще было возможно, – Это дело всей моей жизни, и я готов задействовать все свои ресурсы и связи для того, чтобы бейтаны обломали об «Бийс-Внешний» свои клыки.

– А хватит ли этих ресурсов и связей? – с сомнением в голосе произнес Лой.

– Я не так нищ, как вы думаете, – хищно улыбнулся Лу-Бунк. – И бизнес свой я строил не в вакууме. Вернее, в вакууме, конечно, – он снова усмехнулся, – но, думаю, вы понимаете, о чем я. У меня есть деловые партнеры, некоторых из которых я бы даже не побоялся назвать друзьями. Беспредел бейтанов достал здесь очень многих, но объединить против них усилия пока ни у кого не получалось, хотя все понимают, что сегодня сожрут «Бийс-Внешний», а завтра придут к ним. А знаете почему альянс вольных торговцев так и не сложился?

– Закон джунглей гласит: «Каждый сам за себя», – грустно улыбнулся Виктор. – Пока бьют соседа, а не тебя, ты тихо сидишь в своем домике и надеешься, что не станешь следующим в очереди. А пока к тебе еще не пришли, ты уже жадно облизываешься на долю рынка того парня, которому не повезло в этот раз.

– К счастью, не все мои партнеры настолько жадны и глупы, как вы описали, – ответил Лу-Бунк, задумчиво потерев согнутым указательным пальцем переносицу. – Основная причина в другом. Бейтаны всегда могли заранее просчитать наши действия и собрать необходимые силы для надежного подавления сопротивления. Они четко знали, что легкий крейсер однозначно победит эсминец, а корвет не оставит шансов штурмовику или истребителю. Оставалось только рассчитать необходимый наряд сил и отдать приказ. Да, бывало, что их удавалось неприятно удивить, скрыв от внешнего наблюдения часть эскадры прикрытия или в последний момент наняв дополнительные корабли, но в таких случаях бейтаны просто отступали, потеряв один-два вымпела, и возвращались вновь уже совсем другим составом. В общем, втягиваться в откровенно безнадежное предприятие никто готов не был.

– Что изменилось теперь?

– А теперь рядом со мной сидят люди, способные с помощью совершенно невнятных средств в виде почти безоружного транспорта, пары пустых десантных ботов и одного аэрокосмического штурмовика превратить безнадежно проигранное сражение в пусть и тяжелую, но очевидную победу.

– Вы предлагаете нам новый контракт?

– И да, и нет, – неопределенно ответил Лу-Бунк и ненадолго задумался, – За последние сутки я кое-что узнал о вас, подполковник. Новости в наши края приходят не сразу, но корабли, прибывающие из Протектората, регулярно сбрасывают в инфосеть станции свежие информационные пакеты, так что, приложив определенные усилия, я выстроил для себя вполне непротиворечивую версию причины вашего появления в пространстве Серого Периметра. Вы подполковник Вершинин, гражданин Российской Федерации, кавалер орденов «За особые заслуги перед Империей» и «Непобедимый». Вы прибыли на Флей-3 с планеты Земля, входящей в минус-список, и я уверен, что мы можем быть полезны друг другу. Ваша планета подверглась вторжению кронсов и с помощью имперцев смогла его пережить, вот только помощь извне – шутка зыбкая и сомнительная. Второй раз она может и не прийти, а вот кронсы придут обязательно, и довольно скоро. Как вы попали в Империю, вопрос отдельный и для нашей беседы непринципиальный, а вот зачем вы туда прибыли, я догадываюсь. Вашей армии нужно оружие и технологии, подполковник, но Империя в этом вам помочь не сможет. Они там все ходят под себя при одном взгляде на артефакт Старших и решают исключительно свои собственные проблемы, которых у человеческой цивилизации, окруженной десятком враждебных рас, естественно, хватает выше крыши. К тому же из Империи вам никто не позволит отправиться на Землю, даже если вам удастся добыть то, что вы ищете. Поэтому вы здесь, в анархической вольнице Серого Периметра, где артефакты-блокираторы Старших работают в сильно усеченном режиме и не имеют возможности передавать данные своим хозяевам, а торговцы оружием готовы продать кому угодно хоть имперский линкор, пусть и не последнего поколения, были бы деньги. Но ведь вам не нужен линкор, подполковник. Управление им будет немедленно заблокировано, как только вы окажетесь в окрестностях вашей планеты, а, скорее всего, еще при попытке совершить прыжок в вашу звездную систему. Вам нужно другое. Ваша армия кое-что может и сама, но ей не хватает серьезных средств поражения, сканеров, средств радиоэлектронной борьбы, силовых щитов и маскировочных полей. Я слегка приоткрою карты. Заметьте, все, что я перечислил – лишь компоненты. Это не готовые танки, атмосферные летательные аппараты или космические корабли, а только набор запчастей, собрать из которых боевую машину по имперскому проекту невозможно, да и не нужно. Впрочем, об этом позже. Не знаю, готовы ли вы поверить мне на слово, но я знаю, как решить вашу проблему, включая доставку всего необходимого на вашу планету. И я могу вам в этом помочь. Естественно, в обмен на то, что вы поможете мне.

Желто-зеленый цвет пиктограмм, медленно перемещавшихся вокруг головы Лу-Бунка, подтверждал, что торговец не врет, по крайней мере, не врет в главном.

– Предварительно согласен, – кивнул Виктор, – а теперь хотелось бы услышать детали.

Торговец, не скрывая облегчения, откинулся на спинку кресла. Изощренный ум Лу-Бунка, закаленный сотнями сложных сделок, с самого начала переговоров говорил ему, что, скорее всего, землянин примет его предложение, но в глубине души хозяин пустотной станции до последней секунды в это не верил.


Глава 7 | Циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-19 | Глава 9