home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 17

Посмотрев на свои часы, судья Манди сказал:

– Господа, прошу не тянуть время и закончить рассмотрение этого дела сегодня. Не вижу причин, по которым мы должны откладывать заседание на следующий день.

– Ваша честь, – обратился к судье Мейсон. – Если вы не возражаете, мы хотели бы провести перекрестный допрос Филиппа Гротона.

– Речь шла о его профессиональной квалификации, если не ошибаюсь? – спросил судья Манди.

– Да, о его компетентности.

– Разве вы сомневаетесь в компетентности мистера Гротона? Давайте не тянуть время, у меня на завтрашний день очень плотное расписание.

– Ваша честь, я полагаю, что вы должны учитывать интересы моего клиента, а они требуют…

– Хорошо, мистер Мейсон, но предупреждаю, что я не допущу тактики намеренного затягивания разбирательства. Это всего лишь предварительное следствие, а не суд присяжных. Я прекрасно знаю профессиональную компетентность мистера Гротона, он неоднократно давал показания под присягой. Более того, я уверен, что и защите прекрасно известна компетентность мистера Гротона. Но тем не менее я вынужден уступить. Мистер Гротон, займите, пожалуйста, место свидетеля. Напоминаю, что вы находитесь под присягой.

Гротон снова прошел к месту дачи свидетельских показаний.

– Мистер Гротон, – обратился к нему Мейсон, – я хочу задать вам вопрос по поводу реакции осаждения человеческой крови. Вы знакомы с механизмом этой реакции?

– Естественно.

– Можете ли вы описать его суду?

– Суд не нуждается в подобных описаниях, – нетерпеливо прервал адвоката судья Манди. – Суд хорошо знаком с процессом проведения этого анализа. При повторной инъекции человеческой крови у животного развивается иммунитет, защищающий от этого типа крови. Если налить в пробирку кровь этого животного и добавить туда человеческую кровь, то происходит реакция, в результате которой выпадает осадок. Это все, что необходимо знать суду.

– Очень хорошо, ваша честь, – улыбнулся Мейсон, что свидетельствовало о его приподнятом настроении. – Но я хотел услышать эти слова от свидетеля, а не от вас.

– Что ж, – нахмурившись, произнес судья Манди, – если вы так настаиваете, спрашивайте свидетеля. Но вы прекрасно знаете об этой реакции, так же, как и суд, и любой человек, имеющий хоть малейшее отношение к судебной медицине.

Мейсон повернулся Гротону:

– Анализ производится так, как его описал суд?

– В общих чертах так оно и есть.

– Тогда скажите, – спросил адвокат, – когда впервые был произведен подобный анализ? Ответьте кратко.

– Если вы не возражаете, мистер Мейсон – обратился к нему Гротон, – чтобы вы до конца уяснили себе этот вопрос, я мог бы вкратце рассказать историю открытия этой реакции.

– Будьте любезны.

– В конце девятнадцатого века ведущий немецкий специалист по серологии[3] Уленхут доказал, что если ввести кролику сыворотку крови любого другого биологического вида, скажем, человека, то происходит иммунизация: в крови кролика образуется вещество, реагирующее только на кровь того вида, которую ему вводили, в нашем примере – на человеческую кровь. Многие ученые, в том числе и знаменитый Вассерман, доказали верность выводов Уленхута, и реакцию стали широко использовать в судебной медицине для идентификации человеческой крови. Американский серолог профессор Наттол, работавший в Кембриджском университете, провел огромную работу по классификации различных тестов, итогом которой стала вышедшая в 1944 году книга. Профессор Наттол выделил антитела у кроликов, которым вводили кровь практически всех существующих в мире животных, и не обнаружил никаких исключений, опровергающих утверждение Уленхута. То есть сыворотка кроликов, которым вводили человеческую кровь, реагирует только на человеческую кровь. Кровь кроликов, которым вводили кровь слонов, реагирует только на кровь слонов и так далее.

Гротон посмотрел на судью и улыбнулся, тот улыбнулся в ответ, точно говоря: «Вы поставили этого адвоката на место».

– Это все очень интересно, мистер Гротон, – вежливо произнес Мейсон. – А известно ли вам, что некоторые немецкие исследователи установили, что кровь приматов иногда дает реакцию, напоминающую реакцию человеческой крови?

– Да, об этом эффекте упоминается в некоторых научных трудах.

– Вы понимаете, что методы исследования значительно усовершенствовались со времен Уленхута и профессора Наттола?

– Конечно.

– Теперь ответьте, вы знакомы с доктором Р.Б.Градволом?

– Я слышал о нем, но лично не знаком.

– Он ведь занимает должность директора полицейской лаборатории в Сент-Луисе, штат Миссури?

– Насколько я помню, да.

– Знакомы ли вы с его экспериментами, проводившимися в 1951 и 1952 годах с имеющимся теперь более совершенным оборудованием?

– Нет, сэр. Не знаком.

– Знакомо ли вам исследование, впервые опубликованное в «Лабораторном обзоре», том пятнадцатый, февраль 1952-го, страницы четыре, пять и шесть, в котором доктор Градвол публикует данные, полученные им в результате проверки давних предположений и проведения реакции осаждения с кровью обезьян?

– Теперь, когда вы об этом упомянули, мне кажется, что в свое время я что-то подобное читал.

– Я утверждаю, что если вы собираетесь выступать экспертом по вопросам судебной медицины, то вам следует лучше знать последние научные исследования в этой области, – произнес Мейсон. – Вы можете прочитать в указанной работе, что доктор Градвол, использовав более совершенное оборудование, провел серию анализов с кровью шимпанзе и обнаружил, что реакция осаждения с кровью шимпанзе дает те же результаты, что и человеческая кровь. Для завершения всестороннего исследования вопроса он ввел кроликам кровь шимпанзе, выделил сыворотку, дающую реакцию на кровь шимпанзе, и обнаружил, что совершенно идентичные результаты получаются как с кровью шимпанзе, так и с человеческими образцами крови.

– Но я ничего об этом не знал! – воскликнул Гротон.

– Но вы же имеете доступ к научным данным в справочной библиотеке?

– Да, сэр.

– И вы можете проверить мою информацию в библиотеке, если суд объявит перерыв до завтрашнего утра?

– Я протестую! – закричал Гамильтон Бергер. – Это уведет нас слишком далеко в сторону от сути рассматриваемого дела.

– Я полагаю, – сказал судья Манди, – что у защиты нет никаких оснований полагать, что суд объявит перерыв лишь для того, чтобы свидетель смог ответить на узкоспециальный вопрос. Или свидетель может ответить на вопрос, или не может, вот и все.

– Очень хорошо, – поклонился судье Мейсон. – Тогда я задам свидетелю конкретный вопрос. Мистер Гротон, готовы ли вы заявить под присягой, что пятна крови, обнаруженные вами на одежде обвиняемой и проверенные при помощи так называемой реакции осаждения, не были пятнами крови гориллы?

Эксперт не отвечал, он был очень взволнован.

– Да или нет? – настаивал Мейсон. – Вы много раз выступали в суде в качестве судебного эксперта. Предполагается, что как квалифицированный специалист вы следите за новейшими исследованиями в своей области. И вы должны знать ответ на поставленный конкретный вопрос. Вы, находясь под присягой, можете четко и недвусмысленно заявить, что пятна крови на одежде обвиняемой не были пятнами крови гориллы?

Гротон пригладил волосы и обескураженно посмотрел на окружного прокурора.

– О! – трагически возвел очи горе Гамильтон Бергер. – С позволения суда, я выражаю протест. Этот вопрос уже задавался свидетелю, и на него был дан ответ. Перекрестный допрос ведется не по правилам.

– Протест отклоняется! – ответил судья Манди, не отрывая глаз от свидетеля. – Отвечайте на вопрос, мистер Гротон.

Гротон снова посмотрел на окружного прокурора, потом перевел взгляд на судью.

– Нет, – наконец произнес он. – Я не могу утверждать это под присягой.

– Вам известно, что пятна крови могли быть оставлены гориллой? – спросил адвокат.

– Да.

– Вам известно также, что одна из освободившихся горилл порезала ступню осколком стакана?

– Да.

– И что у нее было кровотечение?

– Да, мне это известно.

– Вы и сейчас готовы под присягой утверждать, что пятна на одежде обвиняемой, исследованные вами, были пятнами человеческой крови?

– Нет, если предположить, что вы правильно изложили суть экспериментов доктора Градвола, то пятна могли принадлежать как человеку, так и горилле. Я не могу дать однозначного ответа. Я не знаю…

– Вы эксперт?

– Да.

– Вам известно, что вы должны давать показания под присягой, основываясь на собственных знаниях и опыте, а не исходя из того, что расскажу я или кто-либо другой?

– Да, конечно.

– Прекрасно, тогда отвечайте на вопрос. Вы готовы с полной уверенностью присягнуть, что исследованные вами пятна крови на одежде обвиняемой были пятнами человеческой крови?

– Мне нужно некоторое время для того, чтобы я смог ответить на этот вопрос.

– Время для чего?

– Мне нужно время для того, чтобы я смог изучить результаты экспериментов доктора Градвола. Мистер Мейсон, я не ученый и не исследователь, я лабораторный специалист, практик. Я провожу тесты, придуманные другими, тесты, опубликованные в авторитетных научных трудах, и когда я получаю определенные результаты, то оцениваю их в соответствии с экспериментами и исследовательской работой, проведенной другими. Если появилось что-то новое в области серологии, а теперь, после того как вы это упомянули, мне кажется, что этот вопрос действительно недавно обсуждался… Ну, в общем, я считаю, что моей обязанностью и обязанностью суда является провести дополнительное исследование данного вопроса.

– Вношу протест, – вмешался Гамильтон Бергер. – Я полагаю, что вопрос, была ли это человеческая кровь или нет, не стоит и десятицентовика.

– Все зависит от того, какую ценность для вас представляют десять центов, – возразил судья Манди. – Суд весьма заинтересовался этим аспектом следствия, и я хочу принести мистеру Мейсону извинения за естественное в данных обстоятельствах подозрение, что перекрестный допрос используется для затягивания процесса. Теперь очевидно, что защита располагает представляющей огромный интерес для суда информацией, которую, конечно, следует уточнить. Суд объявляет перерыв до десяти часов завтрашнего утра и просит мистера Гротона приложить все усилия, чтобы установить истину с учетом упомянутых экспериментов доктора Градвола. Мистер Гротон, у вас нет возражений?

– Конечно нет, ваша честь. Я лично позвоню доктору Градволу и просмотрю в библиотеке всю возможную литературу по этому вопросу.

– Учитывая сложившиеся обстоятельства, – объявил судья Манди, – заседание суда переносится на завтра, на десять часов утра.


Глава 16 | Дело смеющейся гориллы | Глава 18