home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 51

Нам с Эдуардом пришлось засветить свои значки, прежде чем мы оказались в коридоре, который вел к комнатам для допросов, и тут мы услышали перепалку за углом. Я узнала голос Бернардо, вторым был другой мужчина. До меня доносились обрывки разговора:

— С чего вы это взяли?

— Ее нельзя отпускать!

— Это еще почему?

Мы обогнули угол и увидели, что детектив Эд Морган спорит с Бернардо. Я не осознавала, что Морган ростом был чуть ниже метра восьмидесяти, пока не увидела его рядом с Бернардо, чей рост дотягивал до этой отметки с лихвой. Трудно испепелять противника взглядом, когда приходится смотреть на него снизу вверх, но Морган все же пытался. Олаф со скучающим видом прислонился к стене, ссутулившись так, чтобы не слишком возвышаться над остальными.

Морган накинулся на нас, словно тайфун в поисках жертвы, на которую можно было бы обрушиться. Он ткнул в нас пальцем:

— Вы знаете что-то о Паоле Чу, но скрываете это от нас.

— Да мы только приехали! — возразила я. — Мы даже не знаем, из-за чего весь этот сыр-бор разгорелся.

Олаф выпрямился и заявил:

— Они хотят отпустить вертигров, а Бернардо хочет, чтобы Паола Чу осталась под замком.

Бернардо посмотрел на нас, его глаза пылали черным гневом. Гнев придавал его лицу жесткие черты.

— Но он не желает объяснить мне, почему он так хочет задержать Чу, — добавил Морган, устремившись к нам через холл. Эдуард и я шли ему навстречу, так что мы пересеклись посередине. Морган показал пальцем сначала на Эдуарда, потом на меня. — И один из вас попросил его задержать ее, не сказав, зачем. Так зачем же? Что вы скрываете?

Гнев вибрировал вокруг него волнами. У меня возникла мысль: «Я могу напитаться этим гневом. Я почувствую себя лучше, да и схватка будет окончена. Нет, неправильно, плохая идея, Анита». Я попыталась спрятать руки в карманы, но в них было слишком много оружия.

— Возможно, все дело в том, что она была сожительницей вертигра, который озверел сегодня днем, — сказал Бернардо, подходя к нам и становясь позади.

Олаф проследовал за ним.

— Это не основание для того, чтобы ее задержать, — возразил Морган.

— Я знаю, вы можете удерживать ее и дольше, Морган, — вмешался Эдуард.

У меня возникла идея:

— Что, если мы попросим всех этих вертигров оставить следы когтей, чтобы сравнить их с ранами? Мы отпустим их сразу же после этого, если хотите.

— Мы не хотели бы, чтобы эти люди перекидывались в животную форму посреди полицейского участка, Блейк. Так не пойдет.

— Им и не нужно перекидываться полностью, только когти отпустят, — заверила я.

Он нахмурился, глядя на меня:

— Это как?

— Я говорила медэкспертам, что следы когтей были нанесены очень сильным ликантропом, который мог выпускать когти, а потом снова втягивать их, наподобие складного ножа.

— Нам читали лекцию по ликантропам, — возразил Морган. — У сильнейших оборотней есть только две формы: животная и получеловеческая. И как только они перекидываются, ими овладевает желание отведать свежего мяса и кого-нибудь убить. Они не могут вернуться в человеческую форму еще шесть-восемь часов после этого, а когда они все же перекидываются обратно, они проводят несколько часов в состоянии, близком к коме. Я не позволю вертиграм перевоплощаться в участке, когда у нас нет никаких гарантий в том, что они будут достаточно разумны для того, чтобы снимать слепки с их когтей.

— Поверьте мне, если они способны выпускать когти на время, они без труда смогут думать при этом, как люди, и лишь самые неопытные из ликантропов испытывают острую необходимость питаться сразу после изменения формы.

— То есть, мне полагается поверить вам, а не нашим экспертам? — съязвил Морган, презрение так и сквозило в его тоне.

— Она единственная, к кому я могу обратиться, когда не могу найти ответов сам, — вступился Эдуард.

Я вглядывалась в него, стараясь проникнуть за доброжелательную маску Тэда на его лице.

— Спасибо, Тэд.

— Это правда.

— Да мне плевать, доверяете ли вы ей. Я ей не доверяю. Я не доверяю ни одному из вас.

— Ваш эксперт либо охотился на оборотней, либо изучал их теоретически, так? — сказала я, стараясь сохранять спокойствие.

Морган нахмурился, размышляя об этом, потом кивнул.

— Да.

— Я живу с двумя из них. Уж поверьте, оборотней я знаю лучше, чем ваш эксперт.

— Значит, раз вы трахаете нескольких оборотней, я должен вам доверять?

Я улыбнулась, но улыбка вышла невеселой; это была одна из тех улыбок, которые у меня бывают, когда я стараюсь не злиться.

— Да, примерно так, я знаю об оборотнях такие вещи, которые ваш эксперт даже вообразить не может.

— Ваши заскоки меня не интересуют, Блейк.

Сделав шаг к нему, я преодолела последнее расстояние между нами, вторгаясь в его личное пространство. Я шагнула, и теперь он должен был либо отступить, либо коснуться меня. Он не сдвинулся с места, так что мы были на волосок друг от друга. Со стороны могло показаться, что мы соприкасаемся.

Морган удивленно моргнул, глядя на меня. Это моргание было нервным жестом, как осечка в покере. Либо ему не нравилось, что я была так близко, либо…

Я заговорила, позволив гневу наполнить мои слова:

— Мои заскоки вас не касаются, Морган. В отличие от поимки этого ублюдка. Вы хотите помочь мне поймать его, или ее, или вам куда важнее злиться на меня, стенать о своей несчастной доле и порицать мою сексуальную жизнь?

— А что я, по-вашему, должен думать, когда вы рассказываете мне, что живете с двумя из них?

— Вы должны подумать, что я — ценнейший консультант по вопросам мало изученных меньшинств в нашей стране, и что подобный взгляд изнутри может быть неоценим для этого расследования. — Мой голос становился все тише и тише, и я заметила, как он наклоняется, чтобы расслышать меня.

Его лицо почти соприкасалось с моим, когда я замолкла. Взгляд Моргана стал бессмысленным, когда он тихо повторил за мной:

— Неоценим.

Я не поцеловала его, не прикоснулась к нему вообще, но в тот самый момент он сдался мне, и я стала питаться его гневом. Секунду назад гнев был внутри него, а со следующим вздохом его ярость скользнула по моей коже теплым порывом воздуха. Я закрыла глаза и вдохнула его, и это было прекрасно, а я ведь этого даже не хотела.

Эдуард коснулся моего плеча, чуть отодвинув меня от детектива. Морган так и стоял, уставившись на то место, где только что была я, словно я все еще там стояла.

— Твои глаза, — прошептал Бернардо.

Мы услышали чьи-то шаги позади нас. Эдуард достал из кармана свои темные очки и вручил их мне. Я не спрашивала зачем — одного взгляда на их лица было достаточно. Мои глаза сияли, как глаза вампира. Так уже случалось пару раз, но я всегда чувствовала, когда это происходило. Я надела очки и поняла, что на этот раз все вышло случайно, а Морган продолжал стоять там, уставившись в пустоту. Не зная, что же я с ним сделала, и как у меня это получилось, я не знала, соответственно, как мне вывести его из этого состояния. Такого раньше не случалось, когда я питалась чьим-то гневом. Вот дерьмо!

— Шериф Шоу, как поживаете нынче вечером? — спросил Бернардо, двинувшись навстречу шерифу.

Конечно, это мог быть только Шоу. Дерьмо в квадрате!

— Выведи его из этого состояния, Анита, — шепнул Эдуард.

— Я не знаю, как.

— Сделай хоть что-нибудь, — сказал Олаф едва слышно.

Вместо того чтобы двинуться навстречу Шоу, Олаф передвинулся так, чтобы заслонить меня и Моргана от взгляда Шоу. За его широченной спиной я смогла придвинуться поближе к детективу.

— Морган, Морган, есть кто дома? — позвала я.

— Поторопись, — одернул Эдуард.

Я щелкнула пальцами перед лицом детектива. Ничего. В отчаянии я встряхнула его за плечо, достаточно ощутимо для того, чтобы его голова дернулась, и позвала:

— Морган!

Он моргнул и поднял голову. Морган озирался по сторонам, будто не ожидал оказаться в коридоре. Я ждала, что он обвинит меня в использовании волшебства против него, в серьезном нарушении законов, но он просто смотрел на нас.

— Я постараюсь раздобыть ордера.

— Ордера? — переспросила я.

— Да, так мы сможем получить отпечатки следов от когтей вертигров. Либо это поможет их освободить, либо мы получим своего плохого парня или девчонку, — сказал Морган, улыбаясь мне совершенно искренней улыбкой.

Затем Морган прошел мимо меня к Шоу, который наконец прорвался через кордоны Бернардо.

— Какого черта тут происходит? — спросил Шоу.

Морган, все еще улыбаясь, рассказал об ордерах и всем остальном.

— Они не могут выпускать только когти, — возразил Шоу.

Морган поправил его, дословно повторив то, что я сказала совсем недавно. Шоу посмотрел мимо Моргана на меня, спросив:

— И кто же вам все это рассказал?

— Маршал Блейк, — ответил Морган.

— Да что вы говорите, серьезно, прямо так и сказала?

Морган кивнул и вышел выполнять то, что я от него хотела, и что пару минут назад он не желал делать ни в какую. Матерь Божья, что я наделала? Было ли это хорошо или плохо на самом деле?



Глава 50 | Торговля кожей | Глава 52