home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 8

Я стояла на коленях перед открытым именным шкафчиком для хранения оружия, пытаясь решить, что из трёх сумок взять с собой. Со мной остались Гремс, Купер и Рокко. Остальные оперативники разошлись, но недалеко. Большинство из них просто отошли к спортивной площадке с тренажёрами для поднятия тяжестей и начали тренироваться. Я сконцентрировалась на своих сумках, отвлекшись от клацанья тренажёров и тех тихих звуков, которые издают люди, когда тренируются. Огромное пространство, казалось, поглощало шум лучше, чем большинство спортзалов, так что звуки были приглушёнными.

— Подожди-ка, что это у тебя? — поинтересовался Купер из-за моего плеча.

— Скажи, на что именно ты смотришь, и я отвечу, — отозвалась я, заглядывая в открытую сумку.

— На это, — показал он пальцем, опускаясь на корточки рядом со мной.

— Гранаты с фосфором.

— Они не похожи на те, что я видел.

— Они разработаны на основе старой модели, — теперь я завладела их вниманием окончательно. Оперативники присели вокруг сумки.

— Насколько древняя эта штука? — спросил Купер.

— Она не древняя, она, к слову говоря, только что выпущена. Её изготавливают в специализированной оружейной мастерской.

— Что за специализированная мастерская? — поинтересовался Гремс, он был определённо заинтересован.

— Та, в которой понимают, что старый добрый фосфор на неживых действует лучше.

— Насколько лучше? — не отставал Купер.

— Мне бы не хотелось, чтобы они могли добраться до воды и потушить её; я хочу, чтобы эти ублюдки поджарились.

— У них тот же радиус поражения, что и у по—настоящему старых? — поинтересовался Рокко, изучая меня своими чересчур тёмными глазами. Я заставила себя ответить на его взгляд, но желание отвести глаза было сильным. Сейчас он мне не очень нравился.

— Вообще нет. Вам не нужно отбегать на 15 метров от эпицентра, чтобы не поджариться вместе с вашей целью. Безопасное расстояние 3 метра, их намного проще закладывать и удирать ко всем чертям.

Я порылась в сумке и достала ещё меньшую гранату.

— Эта рассчитана всего на 1,5 метра.

— Фосфор никогда не использовали для гранат, его использовали для подачи сигнала, — пояснил Купер.

— Ага, а если ты находишься менее, чем в 15 метрах от этого сигнала, ты испаряешься, или же отчаянно желаешь испариться. Давайте начистоту, джентльмены, это оружие.

— Это оружие снято с производства. По идее ты не могла получить новые разработки, содержащие это вещество, — возразил Гремс.

— Правительство сделало исключение для неживых и оборотней.

— Я об этом не знал, — ответил Гремс, подразумевая, что будь это правдой, он был бы в курсе.

— Джеральд Мэллори из Вашингтона, округ Колумбия, главный охотник на вампиров, пробил для нас специальный перечень вооружения. Несколько маршалов, специализирующихся на сверхъестественных делах, погибли, когда на новые гранаты попала вода.

— Об этом я слышал, — перебил Гремс, — Вампиры сожгли их живьём и сняли это на видео.

— Они разместили ролик на YouTube, но его вскоре удалили. Данное видео было использовано как основание для выдачи ордеров на ликвидацию этих вампиров, и для выдачи новых игрушек нам.

— Ты смотрела этот ролик? — спросил Рокко, вновь устремив на меня этот тяжёлый взгляд. Я встретилась с ним глазами, подавив желание поёршиться. Вы, возможно, решите, что мне было рядом с ним некомфортно. Не-а, только не мне.

— Нет, — ответила я.

— Почему? — изумился он.

Я ждала, что Гремс уймёт его, но никто не пришёл мне на выручку. Я была более, чем уверена, что они до сих пор проверяли меня на вшивость. Что-то из того, что я сделала в той комнате с их главным оперативником, заставило их относиться ко мне серьёзнее.

— Побывал там-то, сделал то-то, отказался от футболки с надписью на память, — ответила я, переводя взгляд на Гремса.

— Чего? — не понял Гремс.

— Я уже видела людей, сгорающих заживо, лейтенант, вряд ли мне хотелось повторять опыт. Кроме того, если вы уже видели эту картинку и чувствовали этот запах вживую, то запись с этим не сравнится никогда, — я знала, что мой взгляд стал чуть более злым, даже, возможно, враждебным.

Ну и ладно. Я здесь не для того, чтобы отвечать на вопросы; я здесь для того, чтобы работать.

Я вернулась к раскладыванию вещей в сумке.

— Тебе не позволят никого убить взрывчаткой, — уведомил меня Гремс.

— Даже чуть-чуть? — ответила я, не поднимая взгляда.

— И не надейся, — проговорил он.

— Хорошо, я оставлю их здесь, — сказала я, приступив к выкладыванию тех вещей, которые мне можно будет взять. В конце концов оружие оказалось на полу, сложенное в ряд. Малогабаритный дробовик Моссберг 590А1, переделанный в короткоствольный Итака 37, моя любимица полуавтоматическая винтовка МП5 от Кехлер и Кох, и револьвер производства Смит и Вессон МП калибр 9 мм. Я всё ещё носила Браунинг БДМ, вместо старого Браунинга Хай-Пауэр, так как он был менее заметен под одеждой. Местами на БДМ были выступы, которые цеплялись за одежду. Хотя, честно говоря, S&W был лучшим из всех трёх в плане незаметного ношения, но, в конце концов, именно для этого он и создавался.

Далее я выложила клинки. Мачете, который я предпочитала для обезглавливания, по большей части кур, но раз или два я применяла его на вампирах. Два клинка чуть поменьше, вмещавшихся в ножны на предплечьях. Содержание серебра в них было больше, чем в обычных ножах. Также они были сбалансированы под мою руку. Клинки лежали на полу в своих привычных ножнах, подогнанных под мои мускулистые, но небольшие предплечья. У меня был дополнительный нож среднего размера, который я начала носить с тех пор, как меня заставили носить жилет. Он помещался в застегивающийся на «липучку» карман Армейской Универсальной Системы для ношения лёгкого снаряжения на жилете.

Следом шла амуниция, дополнительные обоймы к каждому пистолету были разложены тут же. Я предпочитала иметь как минимум по две обоймы к каждому пистолету. Три, конечно, лучше, но весь вопрос был в нехватке места. Для дробовика у меня был запасной магазин с патронами, прикреплённый к прикладу Моссберга. Также у меня была коробка патронов для дробовика.

Последними предметами были два деревянных кола и небольшой молоток. Это было всё, что я могла надеть на себя, или убрать в рюкзак.

— Мало у тебя как-то деревянных колов, — заметил Купер.

— Я не использую колья, за исключением казней в морге; к тому же официально это один из утверждённых средств исполнения ордера. Но, честно говоря, даже в морге вам просто нужно извлечь сердце и голову. Большинство истребителей используют клинки или металлические штыри — они пронзают мышцы и кости легче, чем дерево.

— Ты не используешь колья для охоты? — спросил Гремс.

— Почти никогда, — призналась я.

Трое мужчин обменялись взглядами.

— Я так понимаю по вашему взгляду, что местный истребитель был приверженцем кола и молотка.

— Нам сказали, что большинство истребителей используют именно их, — ответил Гремс.

Я улыбнулась и покачала головой.

— Официально принято так считать, лейтенант, но поверьте, большинство из нас любители пуль и клинков из серебра.

— Тони считал, что ни один вампир не может быть достаточно мёртвым, пока он не всадит в него кол, — признался Рокко.

— Всё, что нужно — это избавиться от головы и сердца. Уж поверьте, любой пистолет из тех, что здесь лежат, справится с этим, — сказала я, беря в руки Моссберг.

— Даже Смит и Вессон? — удивился Рокко.

— Если перезарядить пару раз, то, в конечном счёте, да.

— И сколько раз придётся перезаряжать? — поинтересовался Гремс.

Я посмотрела на Смит и Вессон.

— Браунинг приходится перезаряжать дважды, а он примерно вдвое мощнее Смит и Вессона, так что, скорее всего последний придётся перезарядить четырежды, но это вполне осуществимо. Хотя патронов придётся потратить до фига, — проговорила я, подняв повыше Моссберг.

— Дробовики и винтовка МП5 — мой выбор для действенной ликвидации, но в принципе я могу использовать любое оружие из своего набора, — я окинула взглядом свой арсенал.

— Мне бы в принципе не хотелось пытаться кого-нибудь обезглавить с помощью одних лишь клинков, которые крепятся на предплечья, но, в крайнем случае, они доберутся до большинства вампирских сердец.

Я опустила дробовик на пол и открыла другую сумку. Я достала из неё свой бронежилет и шлем. Шлем я откровенно ненавидела, даже больше, чем жилет. Я имела дело с существами, способными оторвать мне голову, так что ношение шлема казалось мне немного глупым, но это было частью нового СПД (Стандартного Порядка Действий) для нас. Я искренне интересовалась, что нас заставят носить на себе или с собой в следующий раз.

— Выходит, ты прихватила колья с собой, потому что они настояли на том, чтобы они у тебя были, — заметил Гремс.

— Я следую правилам, лейтенант, даже если не согласна с ними.

— Не вижу ни одного металлического штыря, — обратился ко мне Купер.

— Если мне удаётся, я не выполняю казни в морге, а за его пределами я полагаюсь на пистолеты.

Я сняла пиджак от костюма и начала снимать наплечную кобуру. Она не влезет под жилет, да к тому же я не смогу достать пистолет из неё, если поверх будет жилет.

— Погоди-ка, — остановил меня Гремс.

Я обернулась и взглянула на него.

— Убери волосы со спины, пожалуйста.

Я собрала волосы длиной почти до талии так, чтобы им была видна моя спина. Я знала, что они там обнаружат.

— Этот нож длиной от плеч до талии, он всё время был на тебе, — изумился Гремс.

— Ага, — я выпустила волосы из рук и они, как по волшебству, сделали клинок почти незаметным. Добавьте сюда пиджак от костюма, или свободную рубашку, и клинка вообще видно не будет.

— Ещё сюрпризы есть, маршал Блейк? — спросил Гремс.

— Нет.

— Его легко доставать?

— Настолько просто, что мне пришлось трижды модернизировать ножны для этого.

— А зачем было ножны переделывать? — поинтересовался Рокко.

— Из-за увлекательных приключений в плену. Нападающие, как правило, стремятся вас нашинковать, если вы недостаточно сильны физически, чтобы их остановить.

— Вот где ты получила эти шрамы на руках, — предположил Купер.

Я посмотрела на свои руки, как будто заметила старые отметины только что.

— Вампир, — я провела по неровной поверхности шрама на левом локте.

— Ведьма-оборотень, — сказала я, коснувшись тонких шрамов, которые начинались сразу под предыдущим.

Шрам от крестообразного ожога был испещрён прочими шрамами, так что он был чуть изогнут с одной стороны.

— Этот оставили слуги вампира. Они отметили меня. Думали, это смешно, — я перевела взгляд на правую руку.

— Драка на ножах с человеком-слугой мастера вампиров.

Я отстегнула ремешок, чтобы снять наплечную кобуру; держа в одной руке кобуру с пистолетом и нож, другой я стянула рубашку вниз с одного плеча.

— Тот же самый вампир, который разукрасил мой локоть, прокусил мне ключицу, сломав кость.

Я приподняла плечо повыше, чтобы показать маленький поблёскивающий след.

— Меня подстрелила подружка одного плохого парня, — улыбнулась я за неимением ничего лучшего.

— А чтобы увидеть остальные шрамы, нам придётся сначала подружиться поближе.

Гремс и Купер выглядели немного не в своей тарелке, в отличие от Рокко. С ним мы уже прошли ту точку, когда незначительные намёки могут нас смутить. Мы и так уже слишком глубоко заглянули в личную жизнь друг друга, чтобы такие вещи нас беспокоили.

То, что мы сделали, было странным моментальным типом сближения. Мне это не очень-то нравилось. Не знаю, что по этому поводу думал Рокко. Что я знала наверняка, так это то, что ему не понравилось, что я подсматриваю за ним и его женой.

Я начала натягивать бронежилет.

— Ты что, снаряжаешься? — спросил Гремс.

Я посмотрела на него поверх воротника жилета; «липучку» на нём я пока не застегнула.

— Да, а что? — не поняла я.

— Если этого вампира, на которого ты охотишься, у шерифа Шоу нет, тебе придётся это снять, чтобы поговорить с шерифом.

— Они не позволят мне расхаживать в полицейском участке в полном обмундировании? — удивилась я.

— Если наденешь всё это, тебя остановят ещё в дверях. Тебя ни за что не впустят в комнату для допросов, экипированную как на войну, — пояснил Рокко.

— Ну и ладно, всё равно я терпеть не могу жилет и шлем. Я возьму их с собой в сумке, — вздохнула я, стягивая жилет обратно через голову.

— Жилет и шлем защищают твою жизнь, — возразил Гремс.

— Если бы я не охотилась за существами, которые могут содрать с меня жилет, как луковую шелуху, и раскрошить шлем вместе с головой, как яичную скорлупу, это замечание было бы верно. Мне нравится носить значок и быть частью маршальской программы, но тот, кто составляет для нас правила, продолжает снаряжать нас так, будто мы охотимся за людьми. Уж поверьте, тот, на кого мы ведём охоту здесь, в Вегасе, это не человек.

— А что бы ты надела, будь у тебя выбор? — задал вопрос Гремс.

— Скорее всего, что-то, что защищало бы от колюще-режущего оружия. Пока не представлено ничего эффективного против удара ножом. По правде говоря, будь я сама по себе, я бы вообще предпочла носить только оружие, оставляя защитную экипировку дома. Без жилета я двигаюсь быстрее, а скорость обычно способствует сохранению жизни лучше, чем жилет.

— Ты трудно передвигаться в полной экипировке? — спросил Гремс.

— Чёртово снаряжение весит около 20 килограмм.

— Что является половиной твоего собственного веса? — не отставал он.

— Около того, я вешу 50 килограмм, — подтвердила я.

— Всё равно что надеть на любого из нас 45-ти килограммовый жилет. Мы бы тоже не смогли двигаться.

— И насколько плохо ты двигаешься в жилете? — Купер был единственным, кот задал этот вопрос.

— Я не понимаю, что с вами происходит, парни. Я жду, что вы подсуетитесь и отвезёте меня в госпиталь взглянуть на ваших ребят или, что Шоу возьмётся за дело, а вы продолжаете меня испытывать.

— Мы собираемся доверить тебе свои жизни на охоте, которая уже унесла жизни троих наших оперативников. Скорость их не вернёт. Суета не заставит людей в госпитале очнуться. Всё, что даст суета — это гибель ещё кого-то из моей команды, что неприемлемо. Ты сильный, умеющий управлять своими способностями психо-практик, но если ты едва можешь передвигаться в полном снаряжении, ты станешь препятствием, которое нам нужно будет преодолевать, а не помощью.

Я посмотрела в очень серьёзное лицо Гремса. В чём-то он был прав. Жилеты ввели совсем недавно, и когда я не работала со спецназом, я делала всё возможное, чтобы жилет не надевать, но вовсе не потому, что не могла в нём передвигаться.

Я вновь вздохнула, положила жилет к остальному снаряжению, и пошла к тренировочной площадке. Мужчины тренировались, не забывая при этом наблюдать за нами. Я остановилась возле лежачего тренажёра для поднятия тяжестей, на котором тренировался высокий темноволосый и привлекательный Санта. Милосердие с длинными тёмными волосами его подстраховывал, что означало, что вес даже для крупного мужчины был немалым. Оба они — Санта и Милосердие — должно быть, весят хорошо за 90 килограмм, в основном за счёт мышц.

Я смотрела, как напрягаются руки Санты от усилия, когда он поднимал штангу и опускал её обратно на опору. Руки Милосердия всё время были рядом, под конец ему даже пришлось чуть скорректировать направление движения перекладины. Что означало, что второй мужчина был уже на пределе своих возможностей в данном упражнении.

— Не уступите мне на минуту местечко? Лейтенант хочет проверить, не буду ли я для вас обузой.

Мужчины обменялись взглядами.

— Скажи, какой тебе нужен груз, и мы его поставим, — улыбнулся Санта, садясь.

— А сейчас у вас какой вес стоит?

— 118 килограмм; я тут пока разогревался, — последнее замечание он добавил, чтобы дать мне понять, что это был вовсе не предельный вес, который он мог выжать. Мужские заморочки, всё ясно.

Я уставилась на груз в раздумье. Я собиралась сделать нечто, что с одной стороны понравится ребятам, а с другой — разозлит. Я знала, что умею выжимать груз, дома я это уже делала. Благодаря вампирским меткам и нескольким различным видам ликантропии, блуждающим во мне, я могла делать вещи, удивительные даже для меня. Я не так уж давно располагала столь поразительной мощью, чтобы её новизна померкла для меня. Но я ещё ни разу не демонстрировала её простым копам. Я замешкалась, но, по крайней мере, это был самый простой способ из всех, приходящих на ум, чтобы отстоять свою позицию.

Вокруг нас начали собираться остальные. Милосердие потянулся к грузу.

— Какой вес поставить, Блейк?

— Этот сойдёт, — отмахнулась я.

Все собравшиеся переглянулись между собой. Кое-кто улыбнулся. Санта встал и махнул рукой в сторону скамьи, как бы говоря «тренажёр в вашем распоряжении».

Я подошла к изголовью скамьи. Милосердие отступил, освободив мне путь. Остальные тоже посторонились, освобождая мне пространство. Я знала, что могу выжать этот вес из положения лёжа, и это их поразит, но у меня была идея, которая поразит их куда больше; к тому же мне надоело, что моим рекомендациям не доверяли. Я хотела покончить с проверками, и отправиться на охоту на вампиров до того, как стемнеет. Мне нужно было кое-что чертовски зрелищное.

Я положила руки на перекладину и расставила ноги достаточно широко для того, чтобы принять удобную стойку. Я знала, что у меня хватит сил поднять штангу, но моего веса было недостаточно, чтобы уравновесить груз, так что мне пришлось положиться на другие мышцы, чтобы сохранить равновесие и устоять, пока мои руки делали своё дело.

Я ухватила перекладину, встав в стойку.

— Это 120 килограмм, Блейк, — заметил Санта.

— Я слышала, Санта.

Я подняла перекладину, напрягая живот и мышцы ног, чтобы устоять, пока я сгибала руки. Сложнее всего было сделать это контролируемым, красивым выжиманием, но я справилась. Я подняла груз, согнув руки, а затем опустила штангу обратно на опору с тихим лязгом.

Моё дыхание чуть сбилось, а всё тело будто пульсировало, наполненное кровью; я даже слышала тихий звон в ушах, что говорило о том, что мне не следует пытаться поднять такой огромный вес ещё раз. Да я и не собиралась, но… среди мужчин наступила абсолютная тишина, будто они забыли, что нужно дышать.

Я положила руки на талию, стараясь не выдать, что у меня сбилось дыхание; эффект пойдёт насмарку, если будет казаться, что у меня кружится голова, или меня шатает.

— Боже мой, — выдохнул кто-то.

— Я могу нести свой собственный вес, — сказала я, глядя на лейтенанта и сержантов, сгрудившихся по краю мата.

— Чёрт возьми, да ты можешь нести мня, — изумился Милосердие.

— Как тебе это удалось? В тебе недостаточно сил, чтобы поднять такой вес, — заметил Санта.

— Повторить можешь? — поинтересовался Гремс.

— Выжимание? — уточнила я.

Он кивнул.

— Возможно, но без особого энтузиазма, — поморщилась я.

— Ответь на вопрос, который задал Санта, Анита, — потребовал Гремс, выдав нечто похожее на улыбку, качая головой.

— Вы знаете слухи. Блин, да вы разузнали обо мне всё ещё до того, как я сошла с самолёта.

— Ты права, так и было. Так ты и вправду человек-слуга твоего местного Мастера Города?

— Не это делает меня столь сильной, — ответила я.

— Я видел твою медкарту, — не унимался Гремс.

— И? — осмелилась спросить я.

— Ты медицинский феномен, — объяснил он.

— Именно так мне и было сказано.

— О чём вы? — Санта переводил взгляд с Гремса на меня и обратно.

— Значит, ты действительно носитель пяти разных видов ликантропии, но при этом ты не перекидываешься.

— Да, — кивнула я.

— Погодите, это невозможно, — встрял Санта.

— Вообще-то, только в Соединённых Штатах документально зафиксировано 3 подобных случая, с тобой получается четыре. Всего в мире отмечено тридцать аналогичных случаев. Из-за людей, подобных тебе, и возникла идея вакцины ликантропии, — пояснил Гремс.

Кто-то, должно быть, пошевелился, потому что Гремс сказал:

— Да, Арио.

— Ликантропия заразна?

— Анита, — переадресовал вопрос Гремс.

— Оборотни заразны только в звериной форме, а поскольку у меня таковой нет, вопрос исчерпан.

— Уверена? — переспросил он.

— Я бы не сказала, что на 100 %. Я бы не стала пить мою кровь, и, будь у вас порез, вы, возможно, не пожелали бы, чтобы моя кровь попала на вас.

— Но в твоей крови действительно пять различных видов ликантропии? — не унимался Санта.

— Да, — ответила я.

— Значит, если твоя кровь попадёт на меня, я получу не одну, а сразу все виды ликантропии, или же вообще не заражусь?

— Да, — кивнула я.

— Это позволит мне делать то, что только что сделала ты?

— Ты и так можешь это делать.

Он отрицательно покачал головой, хмурясь.

— Возможность выжимать вес, вдвое больше своего, то есть, 315–320 килограмм?

— Я видела оборотней твоего размера, которые могли это, но я не так сильна, как настоящий оборотень. Будь я действительно оборотнем, делать выжимания было бы легко, не то, что сейчас.

— То есть, оборотень твоего размера был бы ещё сильнее? — изумился Дейви, высокий блондин с изящным ртом.

— Именно, — обратилась я к лейтенанту, — Вот что я имела в виду, когда говорила про жилет и шлем. Они не способны защитить вас от силы подобного рода.

— Но они спасут вас, если вы получите удар в грудь или по голове.

— В некотором роде.

— Ты будешь носить полное снаряжение, когда будешь работать с нами, Анита, — заметил он тоном, не терпящим возражений.

— Слушаюсь, босс.

— В отчётах сказано, что ты не слишком подчиняешься приказам, — улыбнулся он.

— Допустим.

— Но здесь главный я.

— Да, для этих ребят, этого подразделения; и если я хочу работать с вами, то и для меня тоже.

— У тебя есть федеральный значок. Ты могла бы попытаться стать боссом.

— Я вижу, как реагируют на ваши команды эти люди. Я могу нацепить дюжину федеральных значков, но это не заставит кого-либо из ваших ребят видеть во мне босса, — рассмеялась я.

— Ты могла бы взять всё своё оружие в полицейский участок, а недовольным копам ткнуть в лицо, что ты наш босс.

— Я здесь пытаюсь друзей завести, а не врагов.

— Тогда ты самый вежливый федеральный маршал из тех, что нам в последнее время встречались.

Я пожала плечами.

— Всё, чего я хочу — это начать охоту на этих вампиров до темноты. Скажи, что мне сделать, чтобы ускорить это, и я так и поступлю.

— Собери свой арсенал. Мы отвезём тебя к Шоу.

— Экипировку надеть, или просто взять с собой?

— Ты меня спрашиваешь?

— Да.

— Если ты просто возьмёшь её с собой, это будет менее агрессивно; но, с другой стороны, они могут углядеть в этом слабость.

— Если бы я просто попросила вас отвезти меня на место преступления, вы бы отвезли?

— Нет.

— Ладно, везите меня к Шоу. Дадим и ему залезть под мой капот, — вздохнула я.

— И с чего бы это звучит так неприлично? — полюбопытствовал Санта.

— Да для тебя всё звучит неприлично, — обрадовал его Милосердие.

— Не всё, — ухмыльнулся Санта.

— Почему тебя называют Сантой? — спросила я.

— Потому что я знаю, кто вёл себя плохо, а кто — хорошо, — адресовал он мне свою ухмылку.

Я покосилась на него, Санта отсалютовал, как бойскау, в ответ.

— Чесен пень.

— Он не врёт, — заметил темноволосый кудрявый Паук.

Я замахала руками, будто разгоняя дым.

— Проехали, что бы это не значило, нам пора, — сказала я, направляясь к Гремсу, Рокко и Куперу и своему снаряжению.

— Санта, скажи нам, Блейк негодница или хорошая девочка, — крикнул Милосердие так, чтобы всем было слышно.

Я ощутила покалывание спиной. Это заставило меня обернуться и уставиться на Санту.

— Я впустила Каннибала за свои щиты, но тебе вход запрещён.

Санта стоял с таким видом. Словно слышал что-то, чего не могла слышать я. Он удивлённо моргнул и посмотрел на меня чуть не сфокусированным взглядом, будто ему пришлось вытянуть себя откуда-то издалека.

— Я не могу пробиться сквозь её щиты, — пожаловался он.

— Ну же, Блейк, разве тебе не хочется узнать, хорошая ты, или плохая? — не отставал Милосердие.

— Я плохая, Мерсер, я слишком много людей убила, чтобы быть хорошей.

Мне не хотелось видеть их реакцию. Я просто развернулась и пошла за своим оружием. Я собралась, и они доставили меня к шерифу Шоу. Возможно, он, наконец, поверил на слово лейтенанту Гремсу, что со мной всё в порядке, но вспоминая тот взгляд, который был на его лице, когда мы покидали аэропорт, я очень в этом сомневалась. Я ценила профессиональную тревогу каждого, но если так и дальше пойдёт, то стемнеет раньше, чем я смогу выполнить свою работу, а охотиться на Витторио в темноте мне бы не хотелось. Он выслал мне голову предыдущего охотника на вампиров, который пытался его убить; я готова была поспорить, что он с радостью разделает меня на куски и отправит кому-нибудь ещё.



Глава 7 | Торговля кожей | Глава 9