на главную | войти | регистрация | DMCA | контакты | справка |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


моя полка | жанры | рекомендуем | рейтинг книг | рейтинг авторов | впечатления | новое | форум | сборники | читалки | авторам | добавить
фантастика
космическая фантастика
фантастика ужасы
фэнтези
проза
  военная
  детская
  русская
детектив
  боевик
  детский
  иронический
  исторический
  политический
вестерн
приключения (исторический)
приключения (детская лит.)
детские рассказы
женские романы
религия
античная литература
Научная и не худ. литература
биография
бизнес
домашние животные
животные
искусство
история
компьютерная литература
лингвистика
математика
религия
сад-огород
спорт
техника
публицистика
философия
химия
close

реклама - advertisement



Укрощение цианистого калия

В течение почти ста лет никто не подозревал об удивительных явлениях, которые сопровождали применение наркоза.

Они были настолько удивительны и новы, что профессор Галкин и его помощники многократно проверяли свои собственные опыты, снова ставили их и опять проверяли.

Множество исследований было проведено и на людях, и на животных. Опыты подтверждали первоначальные факты.

Одним из наиболее интересных был опыт с гормонами. Брали не только инсулин, но и гормон яичников – фолликулин, гормон щитовидной железы – тироксин.

Были произведены очень сложные, очень тонкие наблюдения и анализы. Все они давали один и тот же результат. Стоило только выключить мозг, как действие гормонов прекращалось. Гормоны попадали в кровь, но клетки тех органов, на которые обычно эти гормоны действовали, теперь как бы переставали их воспринимать. Клетки на них не реагировали. Это меняло представление о механизме влияния гормонов на ткани. Раньше считалось, что гормоны «автономны», что они не нуждаются ни в каких посредниках, чтобы воздействовать на органы. А теперь выходило, что гормон действует через центральную нервную систему, через ее высшие отделы, через головной мозг. Опыты Галкина показали: раз мозг спит, гормон бессилен, и хотя он и циркулирует в крови, но не оказывает на организм никакого действия.

Между тем влияние даже ничтожно малых долей гормона исключительно велико.

Что такое, например, один грамм инсулина? Всё его количество едва заметно будет на дне чайной ложки.

У скольких кроликов может снизить содержание сахара в крови этот грамм инсулина? У ста, у тысячи? У десяти тысяч?

Нет, у двадцати двух тысяч!

А на какое количество мышей действует, вызывая у них явления со стороны половой сферы, одна капля фолликулина? На десять тысяч!

Такова сила воздействия гормона. А наркоз прекращает действие даже такого колоссального фактора!

Существует вещество огромной смертоносной силы. Оно называется цианистый калий.

Цианистый калий представляет собой один из самых сильных ядов, убивающих очень быстро, а в больших дозах – почти мгновенно.

Цианистый калий можно назвать ядом для всех клеток. Под его действием клетки перестают поглощать кислород, – дышать. Дыхание тканей останавливается.

Если цианистый калий впрыснуть в вену кошке, она гибнет мгновенно, словно сраженная ударом.

Двенадцати кошкам впрыснули цианистый калий. Шесть кошек погибли одна за другой в течение нескольких секунд. Но другие шесть кошек остались живы, точно им впрыснули не ужасный яд, а воду. Эти кошки во время впрыскивания яда находились под эфирным наркозом. Проснувшись, они продолжали жить, как будто ничего не произошло. Наркоз как бы укротил действие цианистого калия. Раствор сильнейшего яда превратился в безобидную жидкость.

Впрочем, две из шести усыпленных кошек погибли; причем они пали тотчас по прекращении наркоза, как только их разбудили. Это очень существенное обстоятельство. Оно раскрывает одну крупную подробность всех процессов, разыгрывающихся в организме во время наркоза.

Вспомним о лейкоцитарной реакции организма на молоко. Во время наркоза эта реакция отсутствовала. А после наркоза?

У одних подопытных животных она исчезала, у других – нет. Она исчезла у тех, кто был под наркозом не менее четырех часов. У тех, кто спал только два-три часа, она после наркоза сразу же проявлялась.

Как это объяснить? Раз появилась реакция, – значит, в организме еще существовал раздражитель, то есть находилось молоко, его остатки. Раз оно было, естественно, наступал лейкоцитоз.

Кто спал четыре часа и больше, у тех молоко из мышц уже ушло. Как и полагается, оно всосалось в кровь, потом попало в почки и выделилось наружу.

В опыте с цианистым калием две кошки погибли потому, что они были рано выведены из наркозного сна, через десять минут после того, как заснули. У них яд еще не успел покинуть организма. Пробуждение было для них смертью. Раннее прекращение действия наркоза, восстановив реакцию тканей на раздражитель, вернуло остаткам цианистого калия его убивающую силу.

У остальных четырех кошек наркоз действовал столько, сколько нужно было, чтобы в организме не оставалось даже следов цианистого калия. Для этого потребовался час. Когда четыре кошки проснулись после наркоза и принялись бегать как ни в чем не бывало и уже было очевидно, что никакая опасность им не угрожает, что страшный, свирепый, беспощадный, молниеносно действующий яд прошел сквозь их организм, не оставив никакого следа, – сами исследователи были ошеломлены.

Не будь они участниками опытов, они, пожалуй, не сразу поверили бы тому, кто рассказал бы им об этом.

Так возникла серьезная проблема возможности обезвреживания некоторых раздражителей, даже очень сильных. Здесь всё дело в сроке действия наркоза. Он должен быть достаточным для того, чтобы раздражитель мог быть выведен из организма.


Прерванная связь | Высокое искусство | Несостоявшаяся эпилепсия