home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



21

После того как Родраннер поймал оборвавшееся сообщение Грейс, прошло двадцать минут. Атмосфера в автобусе «Манкиренч» была накалена до предела.

Даже работая вместе и используя все легальные и нелегальные компьютерные ресурсы, до которых они только могли добраться, Харлей и Родраннер не смогли восстановить связь с Грейс или определить, через какую вышку шел ее звонок. Ни на одном из взломанных ими сайтов провайдеров сотовой связи не было зарегистрировано вызовов с ее сотового телефона, хотя они просмотрели все записи за последний час. После пятнадцати минут бесплодных поисков, во время которых автобус стоял на обочине дороги, Харлей вернулся за руль и на почти невозможной на темной извилистой дороге скорости погнал машину к Белдону, молясь про себя, чтобы из этой затеи с федералами что-нибудь вышло.

Бонар сидел в штурманском кресле и одной рукой придерживал лежащего у него на коленях Чарли, а другой управлял головным прожектором автобуса, якобы освещая тот участок дороги, до которого не достигал свет фар. Он искренне считал это бесполезным занятием – все равно на такой скорости они не смогут вовремя остановиться, – но ему и в голову не приходило посоветовать Харлею сбросить скорость. Слишком уж зловещим был этот звонок от Грейс.

Джино находился в рабочей комнате, корпел над распечатанной Родраннером картой расположения вышек сотовой связи в Висконсине. Судя по ней, рядом с округом Миссакуа не было ни единой вышки. После десяти минут разглядывания карты и приведения в беспорядок прически он был почти на сто процентов уверен, что они едут не в ту сторону, и только последняя иррациональная надежда удерживала его от того, чтобы сказать это вслух. Родраннер выглядел форменным безумцем: он набрасывался на компьютеры и матерился как сапожник. Магоцци и Холлоран, казалось, от напряжения готовы были рассыпаться на части. Джино вернулся к карте. Он стал выискивать места запланированной установки вышек, спрашивая себя, насколько эта карта свежая.

Холлоран терзал спутниковый телефон. Он обзванивал всех существующих на территории штата сотовых провайдеров, пытаясь по старинке найти вышку, принявшую звонок Грейс. Повышая голос, шериф угрожал судебным преследованием сонным идиотам, работающим на полставки и только в ночную смену и по выходным, у которых коэффициент интеллекта выражался одноразрядными числами. Наконец он связался с человеком, который, казалось, имел представление о том, о чем он ему толкует. Он объяснил Холлорану, как это возможно, что нигде не осталось записи о вызове, который определенно прошел по сотовой сети. От объяснения у Холлорана разболелась голова. Он повесил трубку и попытался стереть со лба собравшиеся там складки.

– Что-нибудь узнал? – спросил у него Джино.

– Да. Выяснил, почему о вызове нет никаких записей. Парень, который администрирует всю сеть висконсинской сотовой связи, сказал, что это черная магия. Что ты на это скажешь? Они управляют системой, но не могут объяснить, почему она работает именно так, как работает. Он сказал, что при идеальных условиях – ну там, не знаю, какая-нибудь буря или пятна на Солнце, или Юпитер стоит на одной линии с Марсом, – так вот, при идеальных условиях телефон может принять сигнал с вышки, находящейся далеко за пределами нормального радиуса действия. И если соединение окажется недолгим или сильно искаженным, их программное обеспечение может его вообще не зарегистрировать.

– Я пытался тебе это втолковать, – сказал Родраннер.

– Да, но только этот парень изъяснялся по-английски.

Они все обернулись, когда Магоцци повысил голос. Он наконец дозвонился до старшего спецагента Пола Шафера и теперь дословно цитировал то, что сказала Грейс. Затем он встал и, совсем забыв, что в автобусе есть система внутренней связи, заорал так, чтобы было слышно в кабине, спрашивая у Харлея, далеко ли еще до Белдона. Вернувшись к телефону, он слушал секунду, затем вспылил:

– Так твою растак, Шафер, ты вообще меня слышал? Она сказала «мертвые люди», по крайней мере четверо, и они в самой середине всего этого… да забудь ты о том, чтобы попытаться отследить звонок; мы уже пробовали, и если эти парни не смогли, то уж у твоих и подавно не получится… – Он вдруг закрыл рот и долгое время слушал, а потом положил трубку и беспомощно посмотрел на Джино: – Ты не поверишь.

Все, кто был в рабочей комнате, побросали все, чем они занимались.

– Шафер повытаскивал кое-кого из постелей. Рискуя карьерой, он некоторых просил об услуге, некоторым – угрожал. Он говорит, что висконсинское отделение ФБР задействовало агентов под прикрытием, когда люди, находящиеся у них под наблюдением, сделали несколько необычных покупок, свидетельствующих о том, что они, возможно, занимаются производством нервно-паралитического газа.

Карандаш Холлорана застыл над покрытой каракулями страницей. Родраннер сидел, смотрел на ползущие по экрану строчки данных и ничего не видел.

– Насколько они уверены? – спросил Джино, четко выговаривая каждое слово.

– Шафер не знает, но он позвонил агенту в Белдоне и рассказал о звонке Грейс. – Он вздохнул – ему трудно было даже упоминать ее имя. – Когда мы туда доберемся, он предоставит нам все известные ему сведения.

Харлей, слушавший разговор по внутренней связи, вдавил в пол педаль акселератора.

Через десять минут они были в Белдоне. Знак ограничения скорости на въезде в город унесся назад так быстро, что Бонару не удалось его рассмотреть. Улицы были темными и пустыми, но автомобильная стоянка перед участком шерифа полыхала всеми огнями, будто казино где-нибудь в прерии, и была заставлена темными, без опознавательных знаков, седанами. Харлей ударил по тормозам, и секунду спустя они выплеснулись из передней двери автобуса, словно пена из пробитой банки с газировкой.

Шериф Эд Питала ждал их у входа. В углу рта у него тлела сигарета. Худощавый и уверенный в себе, он совершенно не выглядел на свои шестьдесят с чем-то лет, и можно было без труда представить, как он шибанул агента ФБР об стену. Но, увидев Холлорана и Бонара, он расплылся в улыбке:

– Майк Холлоран, сто пятьдесят лет тебя не видел! Ты не был на устроенном ассоциацией турнире по гольфу… Ну и ну, Майк! Ты выглядишь как жертва автомобильной аварии. Что у там вас, черт возьми, случилось?

Холлоран схватил его руку и тряс ее все время, пока говорил:

– Эд, женщины, которых мы ищем, попали в большую беду. У нас нет ни минуты времени. Есть что-нибудь, что мы должны узнать до того, как войдем туда?

Эд потушил недокуренную сигарету о землю в большом цветочном горшке, поросшем фильтрами «Мальборо», словно травой.

– Это просто банда бездельников. Бегают туда-сюда, загрязняют мой участок своими ботинками, раздают бессмысленные приказы и ничего толком не говорят. После звонка твоего друга из Миннеаполиса они что-то забеспокоились. Тут и до этого обстановка была напряженной, но сейчас я, похоже, выехал на очень тонкий лед. Но мне все равно. Мои люди ищут Дугласа Ли, а на остальное плевать.

– Есть уже какая-нибудь информация? – спросил Бонар.

– Отметились двое помощников. Пока ничего.

Агент Кнутсен встретил их в фойе и, принимая во внимание обстоятельства, был неожиданно любезен. Магоцци решил, что он один из специалистов по связям с общественностью, чья задача состоит в том, чтобы приглаживать взъерошенные вмешательством ФБР перышки. Его лицо сохраняло нейтральное выражение, пока Магоцци не представил Харлея и Родраннера:

– А это офицер Дэвидсон и офицер… Ворден.

Харлей изо всех сил постарался принять представительный вид, а Родраннер не стал даже и пытаться – для него это было безнадежное занятие.

– Работают под прикрытием, – добавил Магоцци.

– Преступления в области информационных технологий, – сказал Харлей, и Кнутсен кивнул, будто это что-либо объясняло.

Кнутсен посмотрел на спутниковый телефон в руке у Родраннера.

– Вам не удалось еще раз связаться с вашими пропавшими женщинами?

Магоцци покачал головой:

– Не удалось ни связаться, ни отследить звонок. Вы должны дать нам какую-нибудь наводку, агент Кнутсен. Каким-то образом они оказались в самом центре вашей заварухи, и нам нужна вся информация, какой вы владеете, чтобы определить, откуда начать поиск.

– Это уже обговорено. Я дам вам все, что смогу, хотя не думаю, что это поможет. Но перед этим вам, джентльмены, нужно кое-что себе уяснить. Это наше шоу. Пол Шафер и миннеаполисское отделение не обладают здесь никакой юрисдикцией, мы сами командуем парадом. То, что мы впустили вас для поиска пропавшего агента, является личной услугой, но, если вы каким-либо способом вмешаетесь в ход операции, мы отправим вас восвояси. Вам это ясно?

Все кивнули.

– Как вы уже знаете, мы потеряли трех агентов и не хотим, чтобы Бюро потеряло еще одного, но на кону стоит слишком много человеческих жизней, поэтому, если потребуется пожертвовать одним человеком для спасения многих, мы это сделаем.

И это была фраза, которая всех проняла. Воцарилась мертвая тишина. Магоцци пришло в голову, что всего несколько часов назад он бросал мячи в круг мишени, пытаясь отправить Джино в сливной чан, и потирал живот, болевший от годовой нормы жаренной на открытом огне еды. Несколько часов назад. Именно столько понадобилось миру для того, чтобы повернуться вокруг оси и отправить все, что его составляло, в тартарары.

– Ну хорошо, просто сообщите нам что-нибудь, что мы могли бы использовать.

Взгляд Кнутсена переместился за их спины.

– Шериф Питала? Мы можем воспользоваться вашим кабинетом?

– Да почему ж нет? Вы и так им пользуетесь. Но хорошо, что вы спросили.

Шериф Эд Питала присутствовал в своем кабинете даже тогда, когда его там не было: все стены комнаты были увешаны фотографиями его семьи и его самого, в основном в компании с какой-нибудь рыбиной на кукане.

Агент Кнутсен сел за стол шерифа. Остальные стояли, причем Харлей с Родраннером жались к двери, Холлоран с Бонаром сохраняли почтительную дистанцию, а Магоцци с Джино почти навалились на стол, поедая агента глазами.

– С этого момента вы официально принимаете участие в операции ФБР и после ее окончания должны остаться в округе Миссакуа для дачи показаний. – Кнутсен обвел глазами всех присутствующих. – Все вы. Понятно?

– Понятно, – сказал Магоцци.

Все остальные кивнули.

– Хорошо. В этом округе действует группировка, за которой мы следим уже два года.

Холлоран, который знал, как часто Висконсин привлекает различные группы экстремистского толка, спросил:

– Какая именно группировка? Белые шовинисты? Вооруженные формирования?

Кнутсен состроил гримасу:

– Они не вписываются в стандартную классификацию. Это фермеры, владельцы мелких частных предприятий, рабочие, некоторые – награжденные ветераны, и ни один из них до этого не состоял ни в каких подобных организациях. Никакой подозрительной активности в течение долгого времени, а потом некоторые действия, которые сразу привлекли наше внимание и потребовали реакции.

– Вы обнаружили, что они производят нервно-паралитический газ.

В ответ на реплику Джино Кнутсен скривился, отыскал на стене фотографию отталкивающей усатой рыбы и стал на нее смотреть.

– Пока мы в этом не уверены, и я не собираюсь обсуждать с вами подробности расследования. Вам достаточно знать, что их действия вызвали серьезное беспокойство в Вашингтоне. Мы немедленно послали троих наших агентов для проникновения в группу. Три дня назад эти агенты связались с нами, доложили об успешном выполнении первой части задания и сообщили две вещи: дату – следующую пятницу и букву – «С».

– Что значит «С»? – спросил Магоцци.

– Событие. – Кнутсен помолчал, дав собравшимся время подумать, затем кивнул, глядя на шерифа Холлорана. – А потом мы узнали, что наши агенты находятся в патологоанатомической лаборатории в Уосо.

Кнутсен резко вдохнул через нос, впервые нарушив свою отстраненную, холодную манеру держать себя. Магоцци подумал, что, наверное, он знал убитых агентов лично. Возможно, даже дружил с ними.

Кнутсен продолжил:

– Мы отреагировали быстро. Через четыре часа все наши агенты уже были в этом округе. Нам были известны имена людей, которые, по мнению погибших агентов, занимали ключевые позиции в этой группе. Мы только что закончили обыск их домов и принадлежащих им предприятий. Если там что-то и было, то ко времени нашего прихода исчезло, как и сами эти люди. Мы закрыли округ и внимательно следим за всеми въезжающими или выезжающими транспортными средствами.

– Да ну? – усомнился Чарли. – Мы только что приехали сюда на громадине, в которую при желании может набиться сотня боевиков, и никто нас не останавливал.

Кнутсен раздраженно посмотрел на него:

– С того момента, как вы пересекли границу округа, за вами, сменяя друг друга, ехали две машины.

Брови Джино полезли вверх и добрались до такой высоты, на которой при упоминании о ФБР еще никогда не бывали.

Магоцци сказал:

– Значит, что-то здесь заваривается, и до пятницы вы должны со всем этим разобраться.

– Возможно, дела обстоят еще хуже. Мы подозреваем, что звонок от наших агентов был перехвачен, – по-видимому, именно из-за этого их убили, – поэтому группа могла свернуть всю деятельность и переместить ее куда-нибудь в другое место… А в худшем случае они ускорили график, и у нас больше нет времени до пятницы.

Желудок Магоцци начал проваливаться куда-то вниз.

– Вам известна цель?

– Нет.

Джино был потрясен.

– Господи боже мой, эти боевики хотят что-то атаковать, а вы даже не знаете – что?

– Верно.

У Магоцци появилось ощущение, будто он плывет по желейному морю.

– Нам нужны имена людей, которые у вас на заметке, и адреса, где вы производили обыск.

Кнутсен пожал плечами:

– Можете получить их у агента на выходе, но я уверен, что это пустая трата времени. Мои люди еще находятся на местах обыска, проверяют прилегающую территорию, ищут любую зацепку – но их там нет, этих зацепок. Послушайте. Мы понимаем ваше беспокойство по поводу пропавших людей и поражены тем, что вы смогли разузнать так много в столь короткое время. Настолько поражены, что, когда все кончится, у нас с вами состоится долгий разговор о том, как вам это удалось. Но мы не видим абсолютно никакой связи между вашими пропавшими людьми и нашей операцией. Это просто совпадение.

– Совпадение – это и есть связь, – сказал Магоцци.

– Ну бросьте вы. В любом случае мы даем вам разрешение на проезд по дорогам округа, при условии, что вы заодно будете искать и в случае обнаружения немедленно докладывать об объектах, за которыми мы следим особенно пристально.

– Что это за объекты?

– Грузовики-молоковозы.

Кнутсен остался в кабинете шерифа – он собирался сделать несколько звонков, – а остальные вышли в фойе. Харлей подошел к агенту, сидящему за столом у входа, чтобы взять у него обещанные Кнутсеном имена и адреса.

Холлоран кивнул шерифу Питале. Все вышли на улицу.

Холлоран стоял с шерифом лицом к лицу, но оба они глядели в землю, засунув руки в карманы.

– Этот шуруп в заднице там ни о чем вас не просил? – задал вопрос Питала.

– Просил.

– Сказал, чтобы вы кое-что искали, верно?

– Да.

Глядя в сторону, в темную ночь, Питала кивнул:

– Да. Нас он тоже заставил кое-что искать. Только так он согласился разрешить моим людям выехать на поиски Дугласа Ли. Я вот думаю: может, это одна и та же вещь?

– Молоковозы, – сказал Магоцци, и шериф Питала улыбнулся и вытащил сигарету.

– Слава богу. Я уж и не знал, долго ли смогу хранить это в тайне.

Из дверей вылетел Харлей и сунул Магоцци листок бумаги.

Магоцци взглянул на листок и передал его Родраннеру.

– Три имени, три дома, три предприятия. Может, ты сможешь применить к ним свою компьютерную магию и откопать что-нибудь, что ускользнуло от ФБР, но, честно говоря, я думаю, что это безнадежное дело.

– Да уж, – сказал Джино. – ФБР уже как следует перетряхнуло все эти адреса, так что нам нет смысла топтать ту же дорожку. Опять мы получили кусочек головоломки и не продвинулись ни на пядь. Мы все еще не знаем, откуда начинать искать.

Обращаясь к шерифу Питале, Магоцци спросил:

– Ваши люди ищут Дугласа Ли на всей территории округа?

Шериф вскинул брови:

– У меня сейчас в поле тридцать пять человек, включая двух секретарш. Это маленький участок. Большинство из них сосредоточено в сегодняшней зоне патрулирования Дугласа – в северном секторе. Пять тысяч квадратных миль.

– Господь всемогущий, – пробормотал Джино. – Тогда можно и тысячу послать, и они все равно его не найдут, если он спрячется за дерево.

– Точно.

Холлоран смотрел на ряды машин на автостоянке и почесывал подбородок, как он делал всегда, когда глубоко задумывался.

– По телефону ты сказал, что, когда федералы отозвали патрули, ты пытался вызвать Ли по радио.

Шериф Питала кивнул:

– Пытался. Не смог связаться, но ничего такого не подумал. Он ведь все равно должен был ехать домой.

– Ты сказал, что решил, что он в зоне нулевого приема и поэтому не отвечает.

– Ну да. У нас тут недостаточно ретрансляторов, поэтому есть мертвые зоны – в низинах и поблизости от высоковольтных линий… О, черт. Вот дрянь.

– Это еще ничего не значит.

– Да, я понимаю, но я все равно должен был раньше об этом подумать. Подождите. Я сейчас вернусь.

Джино подтолкнул Бонара локтем:

– А у твоего начальника котелок ничего варит.

Бонар улыбнулся до ушей, как родитель, гордый своим дитятей:

– В трудных ситуациях его словно озаряет. Всегда так было.

Через минуту шериф вернулся с картой округа, на которой были отмечены все мертвые зоны, а еще через минуту он уже был у себя в кабинете и просил Кнутсена разрешить ему связаться с теми сотрудниками, у кого в машине были установлены рации, и сообщить им новую информацию. Кнутсен не дал ему разрешения.

Питала сел за второй стол, поближе к телефону, обхватил голову руками и стал ждать звонков от своих помощников. К тому времени, как пришел первый, автобус «Манкиренч» уже давно уехал.


предыдущая глава | Смертельная поездка | cледующая глава