home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 14

Из Зингара наш маленький отряд вышел в полном молчании. И хотя любопытство нещадно терзало мою нежную душу, мне не хватало наглости нарушить эту суровую тишину. Минут через пятнадцать, когда городские ворота скрылись из вида, Фар-Танис обернулся и что-то негромко сказал следовавшему за ним невысокому стройному пареньку. Интересно, встрепенулась я, означает ли это, что во время прохода по ущелью дозволяются разговоры на отвлеченные темы? Фар-Танис предупреждал, чтобы в Долине мы не открывали рот без крайней необходимости, но ведь Сумеречное Ущелье - это еще не Долина.

Странный подарок Аланы не давал мне покоя - я почти физически ощущала, как серебряный клинок холодит кожу, хотя понимала, что это невозможно. После нескольких минут душевной борьбы я сдалась и тихонько позвала:

- Джан!

Парнишка, шедший вторым в колонне - тот самый, к которому обращался командир - отчетливо фыркнул. Джанис обернулся так резко, словно я ударила его в спину. До меня докатился слабый отголосок его чувств - досада и смущение с легкой ноткой удовольствия. Но лицо было спокойно-насмешливым.

- Не зови меня Джаном, смертная. Мы не настолько близки… Во всяком случае пока, - добавил он с мстительной ухмылкой.

Подтекст, заключенный в его последнем замечании, предназначался явно не мне. Снова решил поддразнить Вереска? Или отношения в разведотряде выходят за рамки боевого братства?

Я не против флирта с симпатичным молодым человеком, вне зависимости от формы его верхней челюсти. Но не терплю, когда со мной заигрывают с единственной целью досадить другому.

- Закатай губу, оттопчут, - обиженно огрызнулась я.

Худенький парнишка отпустил ехидное замечание на вампирском. Голос у него был звонкий, совсем мальчишеский. Джанис парировал.

- Хватит! - властно оборвал их Фар-Танис. - Джанис, ты можешь выйти из строя и рассказать Юлии про найрунг… и все остальное. У тебя есть время до заставы. Если в Долине я услышу хоть один вопрос не по делу - дальше пойдете сами. Лайна, тебя это тоже касается. Еще одно замечание - и ты на полдекады отстранена от патрулирования.

Лайна?! Гм. Это многое объясняет.

Джанис слегка замедлил шаг и поравнялся со мной. Юная вампирка обернулась через плечо и метнула в нашу сторону взгляд, от которого у меня заискрились кончики волос. Да тут, оказывается, кипят нешуточные страсти.

- Джан - это детское имя, - миролюбиво пояснил Джанис. - После выхода из возраста ученичества его допускается использовать в двух случаях: в бою, когда каждое мгновение на счету, и в интимной обстановке.

- Тебя так Фар-Эстель называл, я помню.

- Фар-Эстель был не прав. И он это знает.

- Ну извини. Я не хотела тебя смущать.

- Меня смутить не так просто, - ухмыльнулся вампир. - К тому же все поняли, что ты не знаешь наших обычаев, и деликатно промолчали. Если кто и выглядел глупо, так это Лайна.

Из головы колонны донеслось презрительное фырканье.

- Просто ты ей нравишься, - вступилась я за девушку.

- А вот это, смертная, не твое дело, - сухо заметил Джанис.

- Во всяком случае - пока, - поддела я. - А что такое это… най-что-то-там, про которое ты мне должен рассказать?

- Найрунг. Дарующий смерть. Кинжал, который тебе подарила моя мать. Ты же про него хотела спросить?

Я кивнула.

- Я уже говорил, что добивать тяжелораненых - это женская обязанность. Свой найрунг есть у каждой замужней женщины, это традиционный свадебный подарок от семьи жениха. После свадьбы кинжал становится собственностью женщины, она может его подарить, передать по наследству, переплавить. Это практикуется нечасто, но ничего необычного в этом нет. Новый найрунг сделать несложно: серебро и пара заклятий, любой кузнец в Зингаре с этим справится. Если мать жениха хочет показать свое особое расположение к будущей невестке, она может подарить ей свой найрунг, но это не обязательно.

- Погоди-ка, - я подозрительно покосилась на Джаниса, пытаясь разгадать, не скрывается ли за его словами какой-нибудь намек, - а то, что твоя мать подарила мне свой кинжал - это что-нибудь значит? Пойми меня правильно, ты мне нравишься и все такое, но замужество в мои ближайшие планы не входит.

- Ну что ты, - рассмеялся вампир, - конечно, нет. Делать такие подарки до свадьбы - дурной тон. Семья невесты может решить, что родственники жениха подкупают девушку, чтоб не сбежала накануне свадьбы.

- Тогда зачем она мне его подарила? Сомневаюсь, что это просто широкий жест.

- Вряд ли, - согласился Джанис. - Но я не знаю, что она хотела сказать. Самое простое - хотя и не обязательно правильное - объяснение лежит на поверхности: ты единственная женщина из нас четверых.

- И что?

- С каждой боевой группой, не важно, дозорной или разведывательной, обязательно идет как минимум одна женщина. Правда, обычно это замужняя женщина со своим найрунгом. Но это не более, чем традиция. При необходимости я и сам могу добить раненого, и найрунг мне для этого не обязателен.

- Вы что, убиваете их прямо там, в Долине? - поразилась я. - Даже без осмотра врача?

- Не всегда, но в большинстве случаев. Например, укушенный любым оборотнем должен быть убит немедленно. Хотя полная трансформация занимает довольно длительное время, необратимые процессы начинаются практически сразу, и неизвестно, в какой момент трансформирующийся становится опасен для окружающих. В истории сохранились несколько случаев, когда болезни, вызванные ядом монстров из Долины, выкашивали половину города. Мы не можем так рисковать - нас слишком мало.

- Но ведь наверняка не все монстры ядовиты, и не все яды вызывают болезни, - не сдавалась я. - Вы ведь не убиваете любого раненого? Кто принимает решение, кого добить, а кого - спасти?

- Мы доверяем нашим женщинам. Они чувствуют сердцем.

Я хотела заметить, что никакое сердце не заменит полной медицинской диагностики, но прикусила язык. В конце концов, я же не знаю, может, за тысячелетия тренировки у вампирских женщин действительно появилось шестое чувство. Зато мне точно известно, что у меня такого чувства нет.

- Я не смогу этого сделать, Джанис. Мне жаль, но подарок не по адресу.

Не глядя на меня, юноша пожал плечами.

- Я уже сказал: при необходимости я могу сделать это сам.

Мне стало неловко. Ничего не могу с собой поделать - всегда испытываю некое подобие угрызений совести, когда не оправдываю чьи-то ожиданий. Даже если моей вины в том нет, как в данном случае. Чтобы отвлечься от неприятного чувства, я стала размышлять, что же все-таки хотела от меня Алана. Объяснение Джаниса звучало вполне правдоподобно, но что-то меня в нем настораживало. Возможно, рядовой вампир и мог бы решить, что если я с такой легкостью делюсь своей кровью, то мне все нипочем, в том числе убийство друга и соратника. Но жена вождя производила впечатление мудрой женщины, которая имеет представление о социально-культурных различиях. Она же сама подчеркнула: "Там, откуда ты пришла, не принято благодарить за подобное…" Кстати, что она хотела этим сказать? Вряд ли она знает, откуда я в действительности пришла.

- А это правда, что среди твоих предков были вампиры? - вдруг спросил Джанис.

- Нет, конечно. С чего ты взял? - удивилась я.

- Мать сказала. Она иногда видит такие вещи. Это какая-то разновидность магии, или еще что - я в этом не силен. Однажды, я тогда еще ребенком был, в Зингар пришел молодой эльф, огненный боевой маг, попросился жить в городе, участвовать в дозорах и вылазках наравне с вампирами. Признался, что его невеста погибла, и жизнь потеряла смысл. А мать ему сказала: не делай глупостей, твоя любимая жива и ждет тебя. Не знаю, что там была за история, но через несколько лет они снова появились в Зингаре - уже вдвоем. Вернее, втроем. Дочку Аланой назвали, приносили показывать… Так вот, я слышал, как она говорила отцу, что у тебя были предки-вампиры.

- Она ошиблась. Архимагистр Воды проверял мою кровь всеми возможными способами, и определил, что я чистокровный человек.

- Отец с ней тоже не согласился. Сказал, что пробовал твою кровь, и если бы в ней была хоть капля вампирской, он бы это почувствовал. Но я скорее склонен поверить, что ошибся отец. А уж слово эльфа в данном случае вообще и крика кукушки не стоит. Мать говорит такие вещи нечасто, но если говорит - всегда в точку… Кстати, - Джанис с любопытством покосился на меня, - ты что, беременна?

Я споткнулась от неожиданности, и вампиру пришлось подхватить меня под локоть.

- Я, простите, ЧТО?!!

- Ну ты же слышала: Алана сказала, что у тебя скоро будет сын.

- Ты не понял, это она в метафорическом смысле. Мол, будут у тебя дети - тогда ты меня поймешь. Все матери такое говорят, - убежденно заверила я

- Только не Алана. Может, ты просто еще не знаешь о беременности?

Я фыркнула.

- Знаешь, Джанис, ты уже большой мальчик, и пора тебе узнать самую важную женскую тайну. Беременность обычно наступает в результате занятий любовью. Или хотя бы сексом, это уж как повезет. Ни от поцелуев, ни даже, извини меня, от укуса вампира дети не появляются.

Джанис иронично изогнул бровь, и я приготовилась выслушать какую-нибудь двусмысленную шутку - раз уж сама подставилась. Но он только сказал:

- Ну, значит, у тебя все впереди. Готовься.

"А ведь он по-своему прав, - глубокомысленно заметил Умник. - Ну-ка назови мне хоть пару способов контрацепции, практикуемых в Эртане."

"Ээээ… полное воздержание?" - неуверенно предположила я.

"Вот об этом я и говорю. Могла бы поинтересоваться, хотя бы для общего образования."

Только детей мне сейчас и не хватало для полного счастья! Неожиданное потомство вписывалось в мои планы еще меньше, чем изменение матримониального статуса. И хотя никого секса в обозримом будущем не предвиделось, перспектива незапланированной беременности настолько напугала меня, что я в панике обернулась к Женьке, готовая немедленно выяснить у него этот животрепещущий вопрос. К счастью, вовремя вспомнила, что для Игроков он не актуален, так что вряд ли белль Канто скажет мне что-нибудь полезное.

"А вот Вереск наверняка в курсе, - поддразнил внутренний голос. - Вычитал в какой-нибудь умной книжке по медицине."

Я торжественно пообещала себе, что по возвращении из Долины первым делом озабочусь вопросом контрацепции. (А ведь последнее, что я себе обещала с подобным пафосом, очень некстати вспомнилось мне, было "Отвезти машину в автосервис". Не довелось.)

Разговор заглох, и я от нечего делать принялась осматривать пейзаж. Прямые солнечные лучи в ущелье не проникали, но утренний полумрак уже перешел в дневную тень. На самом гребне скал по обе стороны от входа в Долину стали отчетливо видны две дозорные башни.

Еще через несколько минут в просвете между скалами - вернее, между высоким кустарником, которым в изобилии поросли края ущелья, - я разглядела стену. В отличие от городской ограды, эта стена была построена из желтовато-серого камня, по цвету походившего на окрестные скалы. И по мере приближения я все больше понимала, почему местные фортификационные инженеры изменили своей привычке обносить все деревянным частоколом. Судя по размеру некоторых подпалин и выбоин, которыми был щедро разукрашен верхний край стены, обитатели Долины живо растащили бы колья себе на зубочистки.

- Боюсь, даже представить, как этот заборчик выглядит с другой стороны, - пробормотала я.

- Ха! Это ты еще не видела, что тут было позапрошлой зимой, когда каменный тролль забрел, - усмехнулся Джанис. - Он полстены попросту сжевал.

- Жуть какая. Надеюсь, он умер от несварения желудка?

- Магом Земли подавился, - хохотнул вампир и, посерьезнев, добавил: - Хорошо, что тролли живут на той стороне Долины и сюда забираются редко. Если бы не Зирт-Адан, не знаю, какую цену заплатил бы Зингар за уничтожение этой твари.

Я с любопытством покрутила головой, но ничего примечательного больше не увидела.

- А где дозор? Я никого не вижу.

- Еще бы! Если бы даже ты их могла увидеть, кто бы таких в дозор пустил? Сейчас Фар-Ластанг появится, - Джанис кивнул подбородком куда-то вверх.

Я проследила за его взглядом - и действительно, через пару секунд на стене проявился высокий вампир, сделал шаг вперед и медленно спланировал вниз.

- Ух ты! - восхитилась я. - Здорово. А ты тоже так умеешь?

На лице Джаниса мелькнула хитрая улыбка, как у мальчишки, который замыслил какую-то шкоду. И прежде, чем я успела задуматься о том, что это значит, молодой вампир исчез. Я протянула руку туда, где он только что стоял, но нащупала пустоту.

- Ты просто отошел или поменял агрегатное состояние? - подозрительно уточнила я.

Ответа не последовало. Внезапно Вереск взмыл вверх в прыжке, ухватил что-то над моей головой и резко дернул вниз и в сторону. Раздался глухой звук удара об землю. Джанис проявился на выходе из кувырка, одним слитным движением, как ванька-встанька, вскочил на ноги. Бросил злобный взгляд на полуэльфа и недовольно проворчал:

- Такую игру испортил…

- В Долине наиграешься, - равнодушно ответил Вереск.

Фар- Танис ушел разговаривать с командиром дозора, остальные вампиры наблюдали за потасовкой: Лайна -с нескрываемой ненавистью, женщина, которая шла в колонне сразу за Женькой - с легкой снисходительной улыбкой, два парня-близнеца - без особого интереса. Вампир средних лет, который замыкал колонну, кажется, сдержанно симпатизировал Вереску. Но вслух стычку никто не прокомментировал.

Через несколько минут Фар-Танис вернулся, отрывисто бросил:

- Все, игры кончились. Идем.

Как только тяжелые створки ворот захлопнулись за нашими спинами, Фар-Танис скомандовал перестроиться. Лайна и один из близнецов оказались по правую руку от нас, женщина и второй брат - по левую. Сам Фар-Танис и вампир, который замыкал колонну (в памяти всплыло имя - Фар-Танаэль, в день нашего появления в Зингаре Джанис вскользь упоминал его), остались на своих местах.

Пока шло перестроение, я с замиранием сердца оглядела Долину. По правде сказать, отрывшийся вид меня несколько разочаровал. Не знаю, что я ожидала увидеть: непроходимые джунгли? Полчища монстров, жаждущих моей крови? Во всяком случае, репутация Самого Страшного Места Эртана вызывала ожидания вполне определенного характера. Открывшаяся же моему взору картина была довольно мирной, если не сказать - пасторальной. Солнце еще не проникло в Долину, но уже окрасило нежно-розовым снежные шапки гор. Внизу, у подножия небольшого холма, начинался сосновый лес, при виде которого на меня нахлынули ностальгические воспоминания о студенческих вылазках в леса Карельского перешейка: янтарно-желтые сосны, взмывающие в лазурную бесконечность; одуряющий смолисто-хвойный аромат, смешанный с терпким запахом дыма; уютное потрескивание костра, песня ветра в кронах… "Вкус дешевого портвейна, искусанная комарами задница", - с сарказмом продолжил Умник, который всегда терпеть не мог патетики в моем исполнении. Это брутальное замечание вернуло меня к реальности, и я обнаружила, что Джанис смотрит на меня с некоторым беспокойством.

- Что?

- Если ты и дальше будешь так… зависать, тебя съедят под первым же кустом. Активируй защиту.

Точно! Я прикрыла глаза, вспоминая, какой набор защитных амулетов считался базовым: репеллент от мелкой живности, амулет, приглушающий звуки, амулет, приглушающий запахи, защита от электрических разрядов, защита от огненных заклинаний ( у них тут даже безмозглые твари умеют файрболы кастовать - милое местечко, правда? ), невидимость второго уровня… Ой, нет. Я поспешно отдернула руку. Невидимость в базовый набор не входит. Что еще? Все, кажется. Остальные амулеты активируются по мере надобности. Судя по тому, что Джанис удовлетворенно кивнул и отвернулся, я действительно ухитрилась ничего не напутать.

Вслед за командиром наш отряд двинулся вниз по холму. Едва только мы вступили в лес - вернее, еще даже не в лес, а подлесок - к нам ринулись рои устрашающего вида насекомых. Мне стоило большого труда сдержать панический вопль. И только через несколько секунд, когда я убедилась, что амулет-репеллент оправдывает свое название, ко мне частично вернулось самообладание. "Что ты там говорил насчет карельских комаров?" - съехидничала я.

Далекие предки этих монстров (ну ладно, не монстров - монстриков), вероятно, и в самом деле были комарами. Но с тех пор они раз в пятнадцать прибавили в размере и как минимум раза в три - в наглости. Репеллент не позволял приблизиться к жертве, но они с маниакальным упорством снова и снова пытались пробиться сквозь магическую защиту, наполняя наши уши противным жужжанием. Я рефлекторно передернулась. Бррр. Не самый удачный аккомпанемент для путешествия.

Лайна бросила на меня презрительный взгляд через плечо. Я скорчила ей в ответ злобную физиономию. Этот безмолвный "обмен любезностями" меня несколько приободрил. В самом деле, это же всего лишь комары. Даже если они выглядят так, словно способны прокусить бронежилет, в Долине меня ждут монстры, которые спокойно прожуют этот бронежилет вместе с хозяином - и не подавятся. Стоит поберечь адреналин для настоящей опасности.

Через двадцать-тридцать минут я уже практически перестала обращать внимание на мерзкий звук (впрочем, возможно, что часть комаров бросила бесполезное занятие и отправилась на поиски более доступной жертвы).

Помимо гигантских насекомых, к нам проявляли повышенный интерес твари размером с небольшую кошку, напоминающие кожистыми крыльями летучих мышей, а вытянутой зубастой мордой - обычных крыс. Они обладали чуть более развитым интеллектом, чем комары: убедившись, что потенциальный обед окружен непроходимым барьером, благоразумно убирались восвояси.

Иногда я слышала сзади глухие щелчки выстрелов, а один раз даже наблюдала процесс стрельбы воочию: парень, шедший слева от меня, неожиданно вскинул самострел и выстрелил вглубь леса. Раздался треск сучьев - пораженная меткой стрелой цель рухнула с дерева. Отряд даже не замедлил шага.

В целом, если не считать этих маленьких неприятностей, наше путешествие проходило довольно мирно, и я немного расслабилась. Возможно, слухи об опасности Долины распускаются специально - для того, чтобы отпугнуть от нее особо рьяных любителей искать приключений на свою голову. Например, Игроков… додумать эту мысль я не успела. Сзади раздался гортанный крик. Джанис бросился в сторону, увлекая меня за собой. Краем глаза я заметила, что Вереск и Женька отскочили вглубь леса - на противоположную от нас сторону. Остальные вампиры тоже сделали быстрый шаг в сторону с тропы, но тут же развернулись обратно, на ходу выхватывая кинжалы. Синхронный взмах шести рук - и шесть клинков втыкаются в землю… нет, не в землю! Постепенно, начиная с тех мест, где кинжалы проткнули прозрачную плоть, тварь стала обретать цвет - темно-серый с легким металлическим отливом. Секунды через три она была видна уже целиком. Плоское существо размером примерно два на полтора метра напоминало кусок кожи, приготовленный опытным скорняком для раскройки. Только края этой заготовки бешено трепетали в попытках вырваться от целеустремленного мастера.

Фар- Танис выхватил из-за спины два меча (насколько я заметила, это вообще был стандартный для вампиров способ носить мечи), вонзил их в тварь по средней линии -туда, где у нее мог бы быть позвоночник (если он вообще был).

Но оказывается, у этой сцены, вопреки всем законам драматургии, был еще один центр действия, не замеченный ни участниками, ни зрителями. Пока вампиры удерживали прозрачную тварь, из глубины леса протянулось толстое, в полторы руки, щупальце и обхватило за шею Лайну, то ли в надежде утащить ее за собой, то ли пытаясь придушить на месте. Вереск отреагировал молниеносно - и массивный обрубок шлепнулся к ногам вампирки. (Хозяина щупальца мне увидеть так и не довелось - он предусмотрительно ретировался с места схватки, пока ему не откромсали что-нибудь более важное.)

- Следи за своей женщиной, полукровка, - со злостью прошипела Лайна. - Я бы справилась сама.

- Не сомневаюсь, - флегматично ответил Вереск, убирая меч в ножны.

- Нет, не справилась бы, и ты это знаешь, - сурово сказал Фар-Танис. - По возвращении в Зингар - десять дней отработки нападения сзади, без права участия в дозорах.

- За что?!!

- За то, что потеряла концентрацию. Позволила чувствам взять верх над инстинктами воина.

- Каким чувствам?!! - возмутилась Лайна, но взгляд, машинально брошенный в нашу сторону, ее выдал.

Джанис поспешно отпустил мою руку, и я только теперь осознала, с какой силой он сжимал ее все это время - начиная с той секунды, когда Вереск выхватил меч. К лицу молодого вампира постепенно возвращалась краска. Сомневаюсь, что причиной для такого волнения стало столкновение с прозрачным монстром.

Я усмехнулась. Хорошо быть бессмертным, хотя бы чисто теоретически. У этих двоих в запасе еще пара-тройка столетий, чтобы разобраться в своих чувствах друг к другу.

- Теперь с тобой, - Фар-Танис повернулся к Вереску. - Я давал команду обнажать меч?

- Нет.

- Возможно, там, во внешнем мире, у тебя есть основания считать себя сильным бойцом. Но здесь ты в статусе ученика. Еще один акт самодеятельности - и дальше ты идешь один. Это ясно?

- Да, el'tani*, - бесстрастно ответил Вереск.

[*el'tani - разговорное сокращение от "elle thaenis" - "мой командир" (вамп.)]

Пока Фар- Танис устраивал разнос провинившимся, женщина-вампир вырезала из спины плоского монстра квадратный кусок размером примерно десять на десять сантиметров, аккуратно завернула его в тряпицу и уложила в рюкзак. Остальные терпеливо дождались, когда она закончит свои манипуляции, и только после этого двинулись дальше.

Еще час или около того мы шли без особых приключений. Вдруг Фар-Танис резко остановился, словно наткнулся на невидимую преграду. Ветви окружающих деревьев слегка задрожали. Вампир дернулся назад, пытаясь отпрыгнуть от преграды. Маневр не удался - правое колено намертво приклеилось к чему-то, похожему на… гигантскую паутину! Серебристые нити становились видны только при движении.

Джанис схватил меня за руку, увлекая назад и в сторону, в глубь леса. Краем глаза я заметила, что Женька и Вереск притаились за деревьями недалеко от нас.

Действие развивалось, учитывая завязку, вполне предсказуемо: откуда-то с деревьев на тропу опустился громадный, метра два в высоту, паук. Арахнофобия, до поры до времени мирно дремавшая в подсознании, пробудилась и потребовала немедленно линять отсюда как можно быстрее и как можно дальше. Я судорожно вцепилась обеими руками в Джаниса (кусочек разума, который не поддался панике, подсказывал, что мое поведение выглядит предельно глупо и смешно, но мне было не до того).

Вначале я инстинктивно зажмурилась, но потом заставила себя все-таки преодолеть отвращение и снова посмотреть на монстра: если он надумает двинуться в нашу сторону, мне лучше об этом знать заранее.

Фар- Танис пытался мечом разрубить паутину, но нити не поддавались. Паук неотвратимо приближался к нему, угрожающе прищелкивая жвалами.

Близнецы- вампиры зашли с двух сторон и почти синхронно выстрелили монстру в голову (вероятно, в глаза, но с моей позиции этого не было видно). Паук дернулся и слегка отступил назад, но тут же продолжил движение по прежней траектории. Лайна бросила в паутину какой-то мелкий предмет. В том месте, где он коснулся сети, нити стали плавиться, как подожженная спичкой леска. Дыра, постепенно расширяясь, наконец достигла колена Фар-Таниса, и освобожденный командир взмыл вверх. Жвалы паука скользнули по его ноге, вспоров пропитанную защитным составом ткань брюк. Монстр выпрямил ноги, приподнимая тело в попытке достать ускользнувшую жертву. В этот момент Фар-Танаэль стремительно пролетел под пауком, на ходу вонзил оба меча в брюхо по самую рукоять и вылетел с другой стороны. Монстр покачнулся и грузно осел на землю. Несколько секунд он рефлекторно подергивал лапами и, наконец, замер.

Фар- Танис медленно приземлился. Поморщился, наступив на раненую ногу. Женщина-вампир устремилась к нему, на ходу снимая рюкзак. Джанис высвободил руку из моей хватки и тоже вышел на тропу. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

Фар- Танаэль что-то сказал молодым вампирам, те подозвали Джаниса и все втроем попытались приподнять тушу паука. Получалось плохо. Только когда к ним присоединились Вереск с Женькой, дело пошло на лад. Фар-Танаэль вытащил из брюха монстра свои клинки, и парни опустили тяжелую тушу на место.

- Мне нужно жвало, - бросила женщина, не отрываясь от обработки раны.

Фар- Танаэль взмахом меча отрезал одно из жвал вместе с небольшим куском морды, аккуратно поднял, отнес женщине.

- Заверни, - коротко попросила она. - В рюкзаке лоскут.

Вампир замотал жвало в пропитанный чем-то кусок холстины, хотел положить обратно в рюкзак, но женщина жестом остановила его.

- Тебе нужно к Эль-Ристафалю, Тан, - сказала она командиру после того, как перевязка была закончена. - Отдай ему жвало, он сделает противоядие. Общего антидота надолго не хватит. Плохая рана.

- Я дойду. Здесь недалеко.

Женщина покачала головой:

- Еще обратная дорога. Хорошо, если за три часа обернемся.

Фар- Танис, не глядя сунул сверток со жвалом в свой рюкзак, натянул сапог, поднялся. Снова поморщился, наступив на больную ногу.

- Я дойду, - ровным тоном повторил он. - Идем.

Мы молча построились и двинулись дальше. Фар-Танис едва заметно прихрамывал, но не снижал темпа.

Тропа, по которой мы шли, становилась все уже. Если в начале путешествия наш отряд без труда умещался на ней, то теперь близнецы и обе женщины то и дело пропадали за деревьями или продирались через подлесок. Среди стройных корабельных сосен все чаще стали попадаться мрачные разлапистые ели. Зато комаров стало заметно меньше. Казалось бы, должно быть наоборот: чем глуше лес, тем больше в нем кровососущих насекомых. Но жужжание стало явственно тише, и я обратила внимание еще на одну странность этого леса: в нем не пели птицы. Нет, звуков было достаточно: какой-то непонятный клекот, треск и стук по дереву, утробные звуки, похожие на кваканье гигантской лягушки. Но вот птичьих трелей, которые обычно наполняют лес после восхода солнца, не было совсем. Почему-то это - банальное, в общем-то, - открытие напугало меня.

Мгновенная вспышка страха - и спина покрылась холодным потом. Со страхом пришло ощущение, что мы идем не туда . Надо забрать левее. Намного левее.

Ощущение ушло так же внезапно, как и появилось, оставив тягостное послевкусие неправильности .

Но я ничего не сказала. Я ведь обещала не раскрывать рта без крайней необходимости. Фар-Таниса, превозмогая боль в воспаленной ноге, упрямо шел вперед, и у меня язык не поворачивался сказать этому мужчине: знаете, а ведь мы идем не туда. Кроме того, я ведь и сама была в этом не уверена.

Осталось недалеко. Придем на место - там посмотрим.

Командир остановился так неожиданно, что у меня мелькнула паническая мысль, не наткнулся ли он снова на паутину или чего похуже. Но он обернулся и, ни к кому особо не обращаясь, сказал:

- Это здесь. Мы потревожили логово земляных драконов. Вернее, здесь мы наткнулись на одного из детенышей. Пока разбирались с ним, из берлоги, - вампир махнул рукой, и я увидела в отдалении развороченную землю и вывернутую корнями наружу ель, - вылезла мать, а следом еще двое детенышей. В конце боя нас осталось двое, я и Леран. Мы осмотрели тела - все были мертвы, добивать никого не пришлось. Фар-Леирато исчез. Один из драконят, младший из кладки, тоже пропал - я думаю, Фар-Леирато увел его за собой, чтобы облегчить нам задачу. Не знаю, на что вы надеетесь. Прошло почти две луны, следов Фар-Леирато теперь не найдет даже самая чуткая гончая, а останки давно съедены вместе с костями и одеждой. Впрочем, я уже говорил, это не мое дело. Мы возвращаемся. - Он окинул взглядом свой маленький отряд. - Наэль, ты ведешь, я не в лучшей форме. Аста, замыкаешь. Кори, Тори - на флангах. Мы с Лайной будем в центре.

Вампиры, подчиняясь приказу командира, мгновенно перестроились, готовые немедленно отправляться в обратный путь. Все, кроме Лайны.

- Я пойду с ними, - звонко объявила девушка.

- Во-первых, не кричи, - спокойно заметил Фар-Танис. - Во-вторых, займи место в строю. Мы уходим.

Лайна дерзко вскинула подбородок.

Глаза Джаниса потемнели, и я уловила от него вспышку болезненной ярости, досады и страха - того страха, который ему довелось впервые испытать совсем недавно: страха потери. Я почти наяву увидела, что сейчас произойдет: "Убирайся, ты мне будешь только мешать", - нарочито грубо бросит Джанис. И Лайна уйдет, глотая слезы и зализывая уязвленное самолюбие, потому что навязываться - не в ее правилах. Но потом, когда Джанис вернется, она так и не простит ему этой позорной сцены.

- Дождись его в Зингаре, - поспешно сказала я прежде, чем Джанис успел открыть рот. - Он вернется.

- Откуда тебе знать, смертная? - презрительно скривилась вампирка. - Тебя сожрут первой.

- Он вернется, - повторила я. В тот момент я точно знала, что это правда.

И видимо, в моих глазах отразилось что-то такое, что заставило Лайну проглотить приготовленные возражения. Девушка упрямо дернула плечом, не желая признавать правоту смертной, но все же заняла свое место в строю, сразу за Фар-Танаэлем.

- Удачи, - лаконично пожелал Фар-Танис.

Некоторое время мы стояли неподвижно, глядя, как разведотряд исчезает за деревьями.

- Вы с моей матерью случайно не родственники? - задумчиво поинтересовался Джанис.

- Что? - я с трудом вернулась к реальности, пытаясь осознать смысл вопроса.

- Когда ты говорила с Лайной, у тебя тон был в точности, как у нее, когда она… видит .

- Джанис, я же тебе сказала: я чистокровный человек. За последние несколько часов ничего не изменилось.

Вампир состроил скептическую гримасу.

- Ладно, как скажешь. Давайте решать, куда нам дальше идти.

- Налево, - машинально отозвалась я.

- А точнее?

- Примерно на тридцать градусов левее относительно направления нашего предыдущего движения. Так понятнее?

- Еще бы… Погоди-ка, - спохватился Джанис, внезапно вспомнив, кто здесь командир. - С каких это пор ты определяешь, куда нам идти?

- С тех пор, как ушел Фар-Танис, - пояснил Вереск тоном, не терпящим возражений. - Ты идешь впереди, но направление указывает Юлия. Она единственная из нас, кто хотя бы приблизительно чувствует цель. Хватит трепаться, за дело.

- Чистокровный человек, значит? - недоверчиво хмыкнул молодой вампир. - Ладно, налево - так налево, я пока не вижу разницы.

Без протоптанной дорожки под ногами идти стало значительно труднее: я то и дело спотыкалась об коряги, еловые ветви хлестали по лицу. Вдобавок солнце уже начало припекать, и голова под капюшоном взмокла и отчаянно чесалась. Но мы все-таки двигались вперед - и притом гораздо быстрее, чем можно было ожидать. Я в очередной раз вознесла хвалу неведомым Найэри, которые додумались выбрать в качестве декораций для своего зоопарка обычный хвойный лес, а не какие-нибудь непроходимые джунгли, где каждый сантиметр дороги нужно вырывать у природы при помощи тесака и такой-то матери.

Дважды на нас нападали, но оба раза стычка заканчивалась еще до того, как я успевала испугаться. Один раз я скорректировала направление движения, почувствовав, что мы слишком забрали влево. Джанис повернул, беспрекословно приняв правила игры.

Прошло полтора или два часа относительно спокойного пути прежде, чем нам повстречалась первая настоящая опасность.

Джанис вдруг резко остановился и вскинул руку вверх. Мы послушно замерли. Я попыталась проследить направление его взгляда, чтобы понять, откуда ожидать опасности, но взгляд был расфокусирован: вампир прислушивался. Прошло несколько томительных секунд.

- Кто бы это ни был, он нас почуял, - тихо произнес Вереск.

- Кажется, мы разбудили земляного дракона, - неестественно спокойным тоном сказал Джанис. - Если бы я был один, я бы попробовал спастись бегством. Но эти твари очень выносливы, они могут продолжать погоню до полного изнеможения жертвы. Будем драться. Вереск, ты со мной. Женя, Юля - за деревья.

Земля в десяти шагах слева от нас зашевелилась, раздалось тихое угрожающее шипение. Вампир бросил в ту сторону мимолетный взгляд и заговорил быстрее:

- Основное его оружие - кислота, которую он плюет в жертву. Разъедает все, даже металл. Я его отвлеку. Постараюсь уклониться от первого плевка. Три секунды, чтобы подготовиться к очередному выстрелу. Как только он поднимет голову, втыкай меч в утолщение под челюстью - и сразу отскакивай в сторону. Это ядовитая железа. Все будет зависеть от скорости твоей реакции. Если ему удастся плюнуть еще раз - мне конец. Если не успеешь убраться прежде, чем кислота брызнет наружу, конец тебе. Тактика ясна?

- Да.

Дракон меж тем закончил выползать из логова, и я смогла разглядеть зверюшку во всей красе. Строго говоря, на месте драконов я бы оскорбилась за такого тезку: гладкая блестящая ящерица около полутора метров "в холке" напоминала скорее карликового бронтозавра, но никак не величественное крылатое создание из древних легенд. Зеленая с землисто-бурыми пятнами шкура почти сливалась с цветом окружающей листвы.

Ящерка повела головой на длинной шее, выискивая наглецов, которые посмели потревожить ее сон, остановила немигающий взор на Джанисе - и ринулась в атаку, на ходу выпуская изо рта струю жидкости. Вампир резко взмыл в воздух, жидкость пролетела мимо, чудом не задев правую ногу. Дракон издал возмущенное шипение и задрал морду вверх, прицеливаясь для очередного плевка.

- Давай! - крикнул Джанис.

Вереск, который до поры до времени скрывался за деревом, рванулся вперед, с силой вонзил меч дракону под челюсть и тут же отскочил. Прозрачная желтоватая жидкость брызнула во все стороны. Та часть клинка, что вошла в тело монстра, растворилась почти моментально. Шипел и хрипел, извиваясь от боли, дракон, шипела и пузырилась, оплавляясь, рукоять меча, шипела листва в том месте, где на нее попала кислота. До моих ноздрей донесся слабый, но ощутимо едкий запах.

- Уходим! - скомандовал Джанис, приземляясь. - Неподалеку может оказаться его мать.

Так это еще детеныш?!! Нам с Женькой не пришлось повторять дважды. Сверкая пятками, мы устремились вслед за Джанисом. Моя голова против воли оборачивалась назад - туда, где остался Вереск. Я слишком хорошо помнила, как мы улепетывали с постоялого двора у Карлисских гор, как Женька убеждал меня, что все в полном порядке, и чем все это закончилось… Полуэльф лихо перемахнул через хвост драконенка, в три прыжка догнал меня и, схватив за руку, потянул за собой. Я удвоила усилия, не желая быть обузой.

Бежали мы не так уж долго - наверное, минут десять. Но спринт по пересеченной местности дался мне с трудом: когда Джанис, наконец, остановился, я была мокрая, как мышь, выжатая, как лимон, и пыхтела, как мехи под рукой ретивого кузнеца. Сам вампир, кажется, ничуть не запыхался.

- Нам повезло, что дракон был совсем молодой, - признал он. - Возможно, тот самый, о котором говорил Фар-Танис. Будь он хотя бы на три месяца постарше, мы бы так легко не отделались.

Когда боль в левом боку, вызванная быстрым бегом, слегка поутихла, я смогла распрямиться и осмотреть окрестности. Мы стояли на краю небольшой поляны. Кроны высоких сосен куполом смыкались над нашими головами, почти полностью закрывая небо. Но, несмотря на сумрак (или - благодаря ему?), место показалось мне смутно знакомым.

- Слушайте, а мы точно здесь не были? Мне кажется, я уже видела эту поляну.

- Дежа вю. Сбой в Матрице, - с серьезным видом пояснил Женька.

- Я рада, что ты знаешь классику, - сухо ответила я. - Но в моем положении эта шутка звучит не смешно.

- Извини, - легко согласился он. - Не знаю, какой ответ тебе больше понравится, но на этой поляне мы еще не были.

- Но я точно помню вот эту сломанную ветку на сосне!

- Юлия, мы прошли не меньше десятка различных полян, - заметил Джанис. - И на половине из них наверняка были сосны с отломанными ветками. Это сейчас не важно. Нужно решить, куда двигаться дальше.

- Ээээ… не знаю, - честно призналась я, прислушавшись к ощущениям. - Я даже не имею представления, в каком направлении мы двигались раньше. От этого забега на длинные дистанции у меня все в голове перепуталось.

Вампир не выказал ни малейшего недовольства таким поворотом. Напротив, он вздохнул, как мне показалось, с некоторым облегчением и достал истрепанную на сгибах карту. Верхний левый угол был практически пуст, если не считать нескольких непонятных значков и короткой надписи на вампирском. Если я хоть что-то понимаю в чтении карт, то мы должны были находиться именно в этом "белом пятне".

- Мы сейчас где-то здесь, - подтвердил мои мысли Джанис, постучав пальцем по пустой области сантиметрах в двух от границы с лесом. - Ни один из отрядов, отправлявшихся в эти места, не вернулся, так что если мы планируем двигаться в прежнем направлении, карта нам не поможет. Зато в часе ходьбы к востоку лежит довольно неплохо исследованная область. Если не принимать в расчет другие данные, Фар-Леирато с равной вероятностью мог забрести и туда. Ты уверена, что нам туда не надо?

- Я уже ни в чем не уверена, - сокрушенно вздохнула я.

- Как это по-женски: завести и бросить, - пробормотал Женька.

Я уставилась на него - скорее удивленно, чем обиженно:

- Чувство юмора у тебя сегодня какое-то… странное. Ты еще забыл пошутить про Ивана Сусанина. И про блондинок. Для полного комплекта. Набор начинающего остр… - я заглянула другу в глаза и осеклась на полуслове. Взгляд был затравленный. Нехороший взгляд. - Жень, ты чего? Снова рефлексируешь на тему того, что втянул нас в это? Так я уже сказала: расслабься, ты тут ни при чем.

- На сей раз я волнуюсь о себе, - эта фраза далась Женьке с трудом - он не привык признаваться в собственной слабости. - Знаешь, я всегда считал, что у меня крепкие нервы. И я не первый год в Эртане. Никак не ожидал, что блокировка Амулета Возврата будет для меня таким… шоком.

- А ты попробуй, может, сейчас получится? - сочувственно предложила я.

- Я уже пробовал, - Женька машинально поднял руку ко лбу. - Никакого эффекта.

- Ты говорил, здесь вроде есть зоны, где телепортация возможна.

- Есть, - кивнул Джанис. - Ближайшая - примерно в трех часах хода к юго-востоку отсюда. - Он ткнул пальцем в заштрихованный кружок на карте. - Сейчас проверим.

Потянув за шнурок на шее, он извлек из-под куртки устройство, которое я поначалу приняла за компас, только вместо защитного стекла у него зачем-то была вмонтирована лупа. Стрелка, казавшаяся неестественно огромной под толстой линзой, поколебавшись для приличия, исправно указала на юг и север. Однако, непохоже, чтобы Джаниса интересовали стороны света: не обращая внимания на показания компаса, юноша накрыл лупу ладонью. Когда он через несколько секунд отнял руку, я увидела, что стекло как будто озарилось изнутри призрачно-голубым сиянием, и на этом бледно-голубом фоне отчетливо выделялись два узких луча (или скорее сектора: начинаясь в центральной точке, они слегка расширялись к краю) с более насыщенным цветом. Один луч - пронзительно-голубой, почти синий, - указывал на юго-восток, туда, где располагалась точка телепортации. Второй луч, нежно-лазурный, был направлен на юго-юго-запад, чуть левее того места, откуда мы выскочили на поляну.

- Интересно, - пробормотал Джанис, - раньше там не было зоны.

- Новая зона телепортации? - оживился Женька. - Далеко?

- Сам хотел бы знать. Интенсивность цвета в равной мере зависит от дальности зоны и от ее площади. Зона Фар-Галадира, - Джанис махнул рукой на юго-восток, - довольно велика, ничего удивительного, что она так хорошо "ловится". А про эту новую зону я ничего не знаю, она может быть в получасе ходьбы, а может - и в двух часах. Кроме того, это может оказаться ошибка прибора. Правда, я раньше не слышал, что он может давать неверные показания, но о появлении новых зон я тоже не слышал. Надо проверить. Быстрее всего я бы, конечно, добрался туда один. Но у меня телепорт только в один конец. А для того, чтобы проверить работоспособность зоны, нужно телепортироваться. Вереск, давай сходим вдвоем? А они здесь под "зеркальным пологом" подождут.

Полуэльф покачал головой.

- Их нельзя оставлять без охраны. Это слишком опасно, даже под "зеркалом". Либо мы идем все вместе, либо бери с собой Юлию.

Перспектива бесцельно торчать на поляне под защитным заклинанием меня определенно не прельщала, но от предложения Вереска, а вернее, от его безапелляционного тона, я испытала укол разочарования. Почему он настаивает, чтобы Джанис взял меня, а не Женьку? Не хочет оставаться со мной наедине? Мысль эта оказалась неожиданно болезненной.

Джанис скептически оглядел нас с Женей.

- Кхаш-ти, пойдешь со мной, - определился он наконец. - Ты хоть стрелять умеешь.

Белль Канто сдержанно кивнул, но глаза его радостно засияли: по-видимому, возможность хотя бы на несколько минут выйти в оффлайн значила для него очень много.

- Я рассчитываю вернуться через час, максимум полтора, - продолжил вампир. - Дольше искать не имеет смысла. "Зеркала" хватит на два часа. Если к тому времени мы не появимся… - Джанис в упор посмотрел на Вереска. - Вы, конечно, можете действовать на свое усмотрение, но я бы на вашем месте возвращался в город. Ночью вам здесь точно не выжить.

Когда они скрылись за деревьями, Вереск повернулся ко мне.

- Вы знаете правила использования "зеркального полога"? Повторите. Я хочу убедиться, что вы все понимаете верно.

- Это высшее заклинание из всех существующих заклинаний невидимости. Оно полностью скрывает объект, воздействуя на все органы чувств реципиента, даже - в какой-то мере - на тактильные ощущения. В бою это заклинание не применяется, поскольку "полог" спадает практически от любого движения или звука, издаваемого объектом.

- Верно, - кивнул полуэльф. - Это самое главное: соблюдать полную тишину и неподвижность. Если станет совсем тяжело, можно поменять опорную ногу, но очень медленно и аккуратно.

- А можно я буду сидеть? Сомневаюсь, что я смогу стоять неподвижно в течение двух часов кряду.

- Нельзя. Некоторые монстры обладают врожденным иммунитетом ко всем камуфляжным заклинаниям, поэтому нам надо оставаться в боевой готовности. Но без моего сигнала никаких действий не предпринимать! Даже если вам покажется, что вас заметили.

- Но я так не умею! - с отчаяньем воскликнула я. - Я же не воин.

- Придется, Юлия, - холодно отрезал полуэльф. - У вас нет другого выбора. Активируйте амулет, я посмотрю.

Я перевернула кольцо невидимости и сжала его с такой силой, что острые грани камня болезненно впились в ладонь. Обладая некоторым опытом использования заклинаний невидимости, я ожидала, что мир как-то изменится - потускнеет, или наоборот - станет более четким, или, возможно, совсем померкнет (я как-то забыла прояснить этот вопрос у своих инструкторов-вампиров). Но ничего не произошло. Я уже машинально открыла рот, чтобы спросить "Что не так?", но в этот момент Вереск удовлетворенно кивнул:

- Хорошо. Так и стойте. Ладонь можно аккуратно разжать.

Через секунду исчез и он, даже трава на том месте, где только что стоял полуэльф, волшебным образом выпрямилась.

Медленно и занудно потянулись минуты.

Периодически на поляну забредали "местные жители". Первые пару раз меня бросало в холодный пот, и сердце начинало колотиться вдвое чаще (особенно, когда нечто, напоминающее средних размеров медведя, закованного в панцирную броню, тяжело протопало в двух шагах от меня). Но, убедившись, что чудовища не обращают на нас ни малейшего внимания, я стала следить за импровизированной сценой даже с некоторым любопытством: какие еще экземпляры попадаются в этом зверинце?

Так прошло около часа. Сохранять спокойствие становилось все труднее. Я не знала, за кого волнуюсь больше: за судьбу ушедших? За нас с Вереском, лившихся опытного проводника? За Луч Воды, который так и останется в Долине, даже если мы ухитримся выбраться из нее живыми?

В ситуациях тревожного ожидания вынужденное бездействие всегда переносится с трудом, а в моем случае положение усугублялось еще и тем, что я не могла даже посоветоваться с всезнающим Вереском.

Чтобы не сойти с ума от беспокойства, я вернулась мыслями к Лучу Воды. Контакт с камнем, который потерялся после встречи с земляным драконом, сейчас восстановился с такой готовностью, словно только и ждал, когда же я о нем вспомню. Но если раньше я худо-бедно чувствовала направление, то теперь я ощущала только присутствие камня. Такое иногда бывает с запахами: ты чувствуешь в помещении отчетливый запах, но не можешь определить его источник, до тех пор, пока не пройдешься по комнате, основательно принюхиваясь и заглядывая во все закоулки. У меня такой возможности не было.

Я попыталась "принюхаться", не сходя с места. Но Луч словно издевался надо мной: чем больше я сосредотачивалась на нем, пытаясь определить направление, тем более зыбким, неуловимым становилось чувство контакта. Через десять минут я была почти уверена, что контакт с камнем - лишь игра утомленного воображения.

"Ты совершаешь ту же ошибку, от которой тебя предостерегал магистр Астэри в первые недели обучения", - неожиданно заметил Умник.

"Кого я слышу! - съязвила я. - Не прошло и тысячелетия. Я уж думала, ты благоразумно остался в Зингаре."

"Ты пытаешься сконцентрироваться разумом, - продолжил внутренний голос, проигнорировав мой комментарий. - А голова здесь только мешает, ее надо отключить."

На меня вдруг снизошло озарение:

"Погоди- ка! Ведь первый камень я нашла по твоей наводке! Может, ты и сейчас знаешь, в какую сторону нам надо двигаться?"

"Конечно, знаю," - невозмутимо подтвердил Умник.

"И молчишь! Ну и кто ты после этого?!"

"Я хочу, чтобы ты сама поймала направление. Не могу же я за каждым деревом командовать тебе: направо, налево, прямо. К тому же в прошлый раз, ты, помнится, возмущалась тем, что я завел тебя в эти кусты. Так что халява не пройдет, давай работай."

Я освежила в памяти уроки Архимагистра и попыталась сконцентрироваться. У меня, разумеется, не получилось: то, что с относительной легкостью удавалось в комфортном кабинете, в мягком кресле и с опытным наставником за плечом, в полевых условиях оказалось практически нереальным. Одервеневшее от долгого стояния тело ныло и грозилось упасть, как только я перестану его контролировать, а мозг отказывался отключаться, мотивируя это тем, что "режим боевой готовности" не предполагает подобных экзерсисов. А главное, было совершенно неясно, на чем концентрироваться, потому что тоненькая нить, связывавшая меня с Лучом Воды, по-прежнему коварно ускользала, едва я пыталась ухватиться за нее чуть крепче.

Лучше всего мне удавалось сосредоточиться на визуальных образах, но в данном случае эта тактика не подходила: ведь я ни разу не видела Луч Воды. Хотя… камни абсолютно идентичны по форме… а с цветом можно поэкспериментировать. Это должно быть любопытно.

Я закрыла глаза и попыталась воссоздать в памяти образ Луча. Небесно-голубой камень в форме наконечника стрелы послушно всплыл перед внутренним взором - такой знакомый, такой привычный, изученный до мельчайших подробностей. Луч Воздуха.

Теперь меняем цвет - из миллионов оттенков синего нужно выбрать один… Я даже не успела задуматься - ответ всплыл сам собой: пронзительно-синий, как вечернее небо в августе. Как глаза безымянного полуэльфа.

Кусочек паззла встал на место - камень приобрел цвет, но все-таки в головоломке чего-то не хватало. Воды. Прохладной, журчащей, сверкающей в солнечных лучах… Бурный поток обрушился на мою голову, подхватил, закружил, как упавший с дерева лист, и понес вперед.

Очнулась я от резкой боли в плече: кто-то резко дернул меня за руку.

- Какого дьерга вы творите? - прошипел Вереск, встряхивая меня за плечи с такой силой, что шейные позвонки жалобно хрустнули. Я окончательно пришла в себя и с удивлением обнаружила, что воображаемый поток "вынес" меня почти на середину поляны. Интересно, куда бы я пришла, если бы не вмешался полуэльф?

Лицо Вереска было белым от ярости, бескровные губы вытянуты в струну, а глаза встревоженно вглядывались в мои, выискивая признаки безумия. Ему идет ярость, невпопад подумала я. Беспокойство ему тоже идет. И печаль. И даже ненависть. Все, что делает его похожим на человека.

Чтобы удержать меня на месте, Вереску пришлось подойти близко - непозволительно близко - и барьер, который он так старательно выстраивал между нами все последние дни, рухнул, как карточный домик. Неуловимо-манящий запах лесного вереска - реальный? воображаемый? - защекотал ноздри. Закружилась голова, и снова томительно заныло сердце. Демон пробудился от сна и принялся нашептывать мысли, от которых меня немедленно бросило в жар. Самое время, ничего не скажешь.

- Отпустите, - хрипло попросила я. - Мне… больно.

Вереск ослабил хватку, но руки с плечей не убрал - видимо, мое состояние не внушало ему доверия.

- Глупая девчонка, - все еще искаженным от злости голосом выговорил он. - Игры со смертью остались по ту сторону Ущелья. Здесь - смерть.

- Смерти нет, - машинально отозвалась я - и внутренне сжалась, ожидая новой вспышки гнева. Но произошло обратное: лицо, все еще неестественно бледное, в считанные мгновения утратило всякое выражение, превращаясь в бездушную маску.

- Смерть есть, Юлия, - полуэльф усмехнулся уголками губ. - Хотите в этом убедиться?

- Нет. Да отпустите же, черт! - я с досадой стряхнула его руки. - Я знаю, где камень. Недалеко отсюда, в каком-то ручье.

Вереск замер, прислушиваясь.

- Вы правы, там действительно есть какой-то ручей или речушка.

- Мне больше делать нечего, только сказки для вас сочинять, - огрызнулась я. - Вы со мной? Или я иду одна?

Несколько секунд полуэльф задумчиво смотрел на меня, и мне начало казаться, что он сейчас скажет: "Идите." Впрочем, я бы и пошла, не дрогнув, - в тот момент мне все было нипочем. Но он наконец отвел глаза:

- Сейчас. Только записку Джанису оставлю.

Мое обычное любопытство изменило мне - я даже не стала смотреть, что гласил текст записки. Физическое ощущение сопричастности потоку исчезло, но чувство сродни охотничьему азарту гнало меня вперед - наверное, что-то похожее испытывает гончая, почуявшая дичь. Она здесь, она совсем рядом. Надо только подойти - и схватить.

Я шла первой, Вереск "прикрывал тыл". Он предупредил, чтобы при первых же признаках опасности я останавливалась. Я послушно кивнула - просто, чтобы отвязаться, но на деле перла вперед, как танк по полигону. У меня было четкое ощущение, что местные монстры сами торопятся убраться с моего пути, а кусты расступаются, чтобы освободить проход.

Минут через пятнадцать я тоже услышала плеск воды. Ручей выглядел в точности так, как я его себе представляла, разве что немного шире - около четырех метров. Течение было довольно бурным - вероятно, исток ручья находился где-то возле горной вершины. Водовороты и пороги привели бы в восторг самого искушенного рафтера - при условии, что этот рафтер не выше десяти сантиметров ростом. Солнце уже стояло высоко над Долиной, и его лучи играли на поверхности воды с таким задором и непринужденностью, словно ручей располагался не в самом страшном месте Эртана, а спокойно протекал где-нибудь в королевском парке.

- Я его вижу, - резковатый возглас Вереска грубо вторгся в мое единение с природой. - Ближе к тому берегу.

В отличие от Луча Воздуха, который после долгого путешествия по карманам наконец обрел свое пристанище в кожаном мешочке у меня на шее, Луч Воды обладал собственным шнурком. Именно этот шнурок, чудом зацепившийся за лежащий на дне булыжник, удерживал Луч на месте, не позволяя бурному потоку увлечь артефакт за собой.

Расстояние от берега до Луча было около трех метров - рукой не достать. Остатки благоразумия подсказали, что не стоит пытаться снять артефакт палкой - сорвет течением. Однако на этом здравый смысл счел свою задачу выполненной и с чистой совестью улегся спать. Иначе не могу объяснить, почему я собралась лезть за камнем прямо в ручей. В последний момент Вереск жестом, уже вошедшим у него в привычку, ухватил меня за шкирку:

- Юлия, у вас что, лишних конечностей много? Смотрите.

Он подобрал с земли увесистую палку и опустил ее в ручей. Едва только палка погрузилась в воду, к ней устремились две здоровые рыбины. Одно движение челюсти - и откушенный конец палки уносится вниз по течению, а разочарованные "пираньи" исчезают под прибрежными камнями.

- Впечатляет, - пробормотала я, живо представляя, что на месте палки могла бы быть моя нога или - что гораздо хуже - рука, защищенная одной тонкой перчаткой. - Что же делать?

- Вам - ничего. Главное - не суйтесь в воду.

Я на всякий случай сделала еще шаг назад и стала с любопытством следить за приготовлениями. Полуэльф достал из рюкзака кусок вяленого мяса, взял наизготовку самострел и бросил мясо в середину ручья, чуть выше по течению. Пятеро местных "пираний" - три с нашего берега и две с противоположного - в мгновение ока ринулись дегустировать сухпаек. Вереск двумя меткими выстрелами добавил в рацион рыбкам свежего мяса из числа бывших сотрапезников и, пока "пираньи" увлеченно поедали друг друга, устремился к камню. Кое-кто из участников кровавого пиршества бросился вдогонку, видимо, оценив эту жертву как более перспективную, но я уже видела, что он вне досягаемости. Почти не сбавляя хода, Вереск сорвал амулет и продолжил движение вперед. И тут произошло непредвиденное: из воды, оттолкнувшись короткими, похожими на лягушачьи, лапами, выпрыгнуло нечто - гибкое чешуйчатое тело молнией сверкнуло в солнечных лучах - и вцепилось зубастой пастью Вереску в голень.

Я едва не взвизгнула, как последняя голливудская блондинка.

Полуэльф выстрелил твари в глаз. Чешуйчатое тело обмякло, но, даже мертвая, тварь продолжала волочиться за ногой, вцепившись в нее, как полицейский бульдог в правонарушителя. По внешнему виду она напоминала обычную рыбу, раза в полтора крупнее местных "пираний", и я была уже не уверена, что лапы, которыми она якобы оттолкнулась, не были плодом моего воображения.

Вереск выбрался на берег, повесил Луч Воды на шею, спрятав под рубашку, закрепил на поясе самострел и попытался разжать рыбьи зубы. У него не получилось - челюсти схлопнулись намертво. После нескольких неудачных попыток Вереск снял с пояса нож, распорол штаны и, выплевывая сквозь зубы отчаянные ругательства вперемешку с шипением, принялся вырезать челюсть вместе с изрядным куском собственного мяса.

На середине этого действа я поймала себя на том, что невольно повторяю мимику полуэльфа и едва ли не собственными нервами ощущаю, как нож врезается в плоть. Опомнившись, сорвала со спины рюкзак и принялась потрошить аптечку. Курс молодого бойца не прошел даром, я почти не сомневалась, что доставать в первую очередь: жгут, бинт, антисептический и кровеостанавливающий раствор, общее противовоспалительное. Что дальше? Скорее всего, понадобится антидот - местные твари практически поголовно ядовитые. Но какой? В кармашке с антидотами было несколько "именных" противоядий, нейтрализующих яды наиболее распространенных монстров, но эта тварь к ним точно не относилась. В таких случаях рекомендовалось пользоваться "классовым" или "отрядным" противоядием - шанс, что антидот сработает, невелик, но все же отличен от нуля. Я задумчиво повертела в руках пузырьки с надписями "Рыбы" и "Земноводные". Что выбрать? Жаль, что универсальный антидот бывает только в сказках.

Я хотела предупредить Вереска, чтоб не выбрасывал тушку, но не успела: кинув труп в качестве отвлекающего фактора стражам водоема, полуэльф уже устремился обратно. Поколебавшись, я бросила "рыбий" антидот на место и отложила рюкзак. Пожалуй, все-таки земноводное.

- Хороший выбор, - прокомментировал Вереск, усаживаясь на землю рядом со мной. - Как догадались, что это не рыба?

- Мне показалось, что я видела лапы. А кроме того, там не было камней, достаточно больших, чтобы спрятать такую массивную тушу, значит, она жила в норе.

Вереск проворно стянул сапог и принялся закатывать штанину на раненой ноге.

- Верно. Лапы у нее действительно были, она их втягивала в живот. Насчет норы - сомневаюсь, скорее всего, она просто была невидима. Впрочем, неважно. Антидот не понадобится, - он тщательно затянул жгут под коленом и перевернулся на живот: - Бинтуйте, мне не с руки.

- Почему вы думаете, что не понадобится? - несколько обиженно поинтересовалась я, щедро промывая рану антисептиком.

- Если бы тварь была ядовита, я бы уже почувствовал. Вряд ли она может позволить себе яд отложенного действия: если жертва не сбежит, ее унесет течением.

- Давайте все-таки зальем антидотом. Для моего спокойствия.

Вереск посмотрел на меня через плечо со странной усмешкой, которая явно относилась не к моим словам, а к каким-то его собственным мыслям.

- Ну если для вашего спокойствия, то давайте, конечно.

Пока я складывала пустые пузырьки обратно в рюкзак, Вереск поспешно обулся и вскочил на ноги.

- Надо убираться отсюда, запах крови может привлечь более опасных хищников.

Полуэльф, заметно хромая, шел первым. Я все равно не запомнила дорогу.

Где- то на последней трети пути у меня появилось совершенно иррациональное чувство страха, граничащего с отчаяньем, словно вокруг уже творилась какая-то катастрофа, но я еще не знала об этом. Мне приходилось силой заставлять себя передвигать ноги в нужном направлении. Некоторое время я пыталась сохранять лицо, но в конце концов не выдержала.

- Вереск, мне страшно!

- Мне тоже, - признался полуэльф после некоторого колебания. - Обратите внимание, как тихо стало вокруг. Я думаю, это воздействие какого-то монстра. Но пока мы не знаем, откуда исходит опасность, имеет смысл продолжать движение к поляне - там есть хоть какой-то шанс встретить Джаниса.

На поляне никого не было. Записка, которую оставил Вереск, все так же висела, наколотая на сучок.

- Подождем еще полчаса. Если они не вернутся, пойдем по направлению к Зоне Фар-Галадира.

Я разрывалась между надеждой все-таки дождаться ушедших друзей и желанием исчезнуть отсюда немедленно. В той стороне, куда ушли Женя с вампиром, было мрачно и тихо - как, впрочем, и в любой другой стороне. Я подошла к краю поляны, пытаясь за деревьями рассмотреть хоть что-то.

Из темноты на меня смотрели два светящихся желтых глаза.

Я все- таки завизжала. Позорно. Истошно, громко, истерично, позабыв и о правилах безопасности, и о чувстве собственного достоинства. Потому что это было жутко. Нереально жутко, до одури, до полной потери самоконтроля. Даже двухметрового паука, при всей своей арахнофобии, я не боялась так, как этих непонятно кому принадлежащих глаз.

Глаза дрогнули, на мгновение пропали - и проявились снова, уже в прыжке. Вереск тоже прыгнул, отбрасывая меня в сторону и принимая удар на себя. Пролетая через поляну, я успела заметить, что светящиеся зрачки принадлежат огромному, едва ли не с меня ростом, волчаре. Потом моя голова со всей силы приземлилась на что-то твердое, и перед глазами взорвался сноп разноцветных искр.

- На дерево, живо! - сквозь звон в ушах до меня донесся приказ Вереска, но смысл потерялся где-то по дороге.

Я поднялась на четвереньки. Мир покачнулся, вызвав приступ тошноты, поэтому вставать я не решилась, только развернулась лицом к поляне, чтобы видеть бой.

На левом плече Вереска зияла безобразная рваная рана, рука болталась плетью. Но он все-таки ухитрился каким-то чудом выскользнуть из-под волка, вскочить на ноги и достать оружие: нож с широким и коротким слегка изогнутым лезвием из светлого металла.

"Странный выбор, - медленно и безучастно подумала я. - Таким коротким ножом даже шкуру не пробить, не говоря уж о жизненно важных органах."

Несколько секунд волк и полуэльф стояли друг напротив друга, молча, напряженно, словно оба готовились к прыжку. Зверь прыгнул. Мужчина не сдвинулся с места, но молниеносным движением руки загнал свой миниатюрный ятаган прямо в разинутую пасть, в мягкое ярко-розовое небо. Волк рефлекторно сомкнул челюсти, вонзая клыки в человеческую плоть - и вместе с тем загоняя смертоносный металл все глубже и глубже. Хрупкие кости запястья хрустнули, не выдержав натиска зубов, сжимаемых в последней предсмертной судороге.

Волк умер в полете. Когда массивная туша рухнула на землю, погребая полуэльфа под собой, желтые глаза уже потухли и почти остекленели.

Первая мысль, все еще нечеткая и отрешенная, пришла в виде импульса: "Надо что-то сделать." Преодолевая головокружение, я поднялась на ноги и, пошатываясь, побрела к месту схватки.

Вереск безуспешно пытался выбраться из-под мертвого тела. Не особо размышляя над своими действиями, я ухватила волка за задние лапы, с трудом приподняла на пару сантиметров. Полуэльф, помогая себе ногами, отполз в сторону и снова обессилено рухнул в траву.

Я ухватила его под мышки и отволокла на другой край поляны, подальше от волка. Даже мертвый, зверь вызывал у меня чувство, граничащее с паникой. То ли из-за этого чувства, то ли из-за общего помутнения рассудка, вызванного шоком и ударом, я так пока и не осознала, что на самом деле произошло. Все, что я видела, это раны: плохие, да что там, просто ужасающие раны, но все же вполне поддающиеся лечению в соответствующих условиях. Надо только дотянуть до этих условий.

Упав на колени рядом с полуэльфом, я вытряхнула рюкзак и стала инспектировать содержимое аптечки. Бинта не хватит, антисептика тоже, наружное противовоспалительное на исходе - придется потрошить аптечку Вереска. Зато есть еще какой-то противовоспалительный тонизирующий декокт для внутреннего употребления, Лесси говорила, он действует два часа, как раз хватит дотянуть до телепорта. Вереск следил за моими действиями молча, со странным выражением на лице.

- Не возражаете, если я воспользуюсь вашей аптечкой? - зачем-то спросила я, совершенно не отдавая себе отчета, как нелепо звучит эта куртуазная фраза в сложившихся обстоятельствах.

Слабая вымученная улыбка скользнула по губам полуэльфа.

- Не трудитесь, Юлия. Все, что надо, чтобы облегчить мои страдания, у вас под рукой.

Он кивнул на отброшенный в сторону рюкзак. Я машинально подняла его, заглянула внутрь в надежде обнаружить какое-нибудь чудодейственное средство, пропущенное мной при первом осмотре, но рюкзак был абсолютно пуст.

- Найрунг, - пояснил Вереск в ответ на мой недоуменный взгляд.

Мне понадобилось пять секунд, чтобы осознать смысл сказанного.

- Нет!

Полуэльф досадливо поморщился, как бы говоря: "Так и знал, что с этим возникнут проблемы."

- Поймите, Юлия, - с бесконечным терпением в голосе сказал он, - от укуса волколака нет противоядия. Трансформация - процесс необратимый, и она уже началась.

Вереск старался не показывать, как ему больно. Я пыталась не думать о том, что он чувствует на самом деле - с разорванным плечом и болтающейся на одних сухожилиях кистью. Иначе ситуация становилась совсем уж невыносимой.

- Кроме вас, этого сделать некому, - продолжал Вереск. - Я рискую промахнуться мимо сердца, Джанис и Женя… пока неизвестно где. А вам надо уходить отсюда. Запах крови… - он сглотнул с видимым трудом, - так привлекателен. А я не смогу защитить вас. Скорее наоборот.

Я упрямо молчала.

- Я знаю дорогу в Зингар. И обязательно приду туда в поисках пищи. А может быть, приведу за собой других. Вампиры меня, конечно, убьют, но какой ценой?

- Мне наплевать на вампиров, - сказала я.

Но мне не удалось обмануть даже себя.

Не наплевать.

Я механически вытащила стилет из ножен, погладила пальцами прохладный серебристый клинок, словно ища у него поддержки. Клинок молчал.

Почему я? У меня нет ни знаний, ни силы, ни права принимать такое решение.

Кто сказал, что от укуса волколака нет противоядия? И кто, если уж на то пошло, сказал, что это волколак? Вереск? Так ведь он не специалист, просто начитанный парень. Как я могу на практике доверять мнению, которое основано на знаниях, почерпнутых в библиотеке? Если окажется, что эта информация неполна или устарела, ошибку будет уже не исправить.

Какое я имею право распоряжаться его жизнью? Я ему не мать, не жена, даже, черт возьми, не любовница! Есть люди, связанные с ним более тесными узами - пусть они решают.

Я не умею принимать серьезные решения - я никогда этого не делала. В конце концов, я ухитрилась безнадежно запутаться даже в собственной жизни, как я могу взять на себя ответственность еще и за чужую?!!

Вереск не торопил меня, молча наблюдая за отражением мыслей на моем лице.

Он не может уйти сейчас, это просто нелепо. Глупо. Нереально. Бред какой-то…

Мы так многого не успели. Не сказали. Не сделали.

Когда- то, несколько лет назад, мы с Костей спорили об эвтаназии и суициде, и я срывала голос, пытаясь доказать молодому врачу, что каждый имеет право на смерть. И вот сейчас мужчина, который мне дорог, весьма недвусмысленно заявил об этом праве… а я готова ухватиться за любой, самый крошечный, самый призрачный шанс, чтобы только он остался жив. Ну, пусть он будет не со мной. Пусть. Но я буду знать, что он где-то есть, и когда-нибудь… мало ли, что может случиться когда-нибудь.

Я не могу. Не могу! Почему - я?

Тошнота снова волной подкатила к горлу.

- Я не боюсь боли. - Вереск разлепил сухие губы. -Я боюсь потерять себя. Однажды это уже случилось со мной - там, на вересковых пустошах, - и я до сих пор просыпаюсь ночами от страха, что нашел не того и не там. Я не хочу переживать это снова и снова каждый месяц. Это… страшнее смерти. Пожалуйста… помоги мне остаться собой…

О да, я слишком хорошо знаю, каково это - потерять себя. Но я ищу. Медленно, маленькими шагами, передвигаюсь по этому лабиринту к выходу. Я знаю, что выход есть - и все равно иногда трудно удержаться, не упасть за грань отчаянья. А каково было бы, если бы я точно знала, что у меня нет ни единого шанса преуспеть? Что я потеряла себя - навсегда? И каждый месяц вспоминала бы о том, что где-то есть человек, который ждет меня такой, какой мне уже никогда не стать…

На месте Вереска я бы тоже молила о смерти. Но я на своем месте, и у меня нет выбора умирать или не умирать. Умереть - это так просто. Гораздо проще, чем убить. Тем более - убить человека, который стал мне дорог…

Я ужасная эгоистка. Наверное, мои друзья и знакомые удивились бы, узнав об этом: я всегда была готова остаться после работы, чтоб помочь коллеге, не отказывала в просьбах присмотреть за кошкой, перевезти вещи, одолжить денег до зарплаты. Но я это делала для себя: для успокоения своей совести, для сохранения хороших отношений с коллегами, для облегчения своей жизни.

И даже сейчас я думаю о себе: как Я буду жить без него? что Я буду чувствовать, если ошибусь? имею ли Я право? А стоить посмотреть на ситуацию его глазами - и ответ становится очевиден.

Где- то наверху, над куполом вековых сосен, был яркий солнечный полдень, но вокруг сгущался сумрак. Меня начало знобить.

Вереск ни жестом, ни стоном не выдавал своей боли, терпеливо ожидая, когда я приму решение. Волосы разметались по траве. Несколько спутанных, влажных от пота прядей прилипло вискам. На алебастрово-белом лице застыла маска безмолвного страдания.

Я вдруг испытала острое желание прикоснуться к бескровным губам, пропустить между пальцами черный шелк волос, дотронуться до прохладной мраморной кожи… В последний раз. Тряхнула головой, отгоняя наваждение. Ладони сжались на рукояти кинжала. Я приняла решение, и теперь моя рука не должна дрогнуть, иначе милосердие обернется новой мукой.

Серебряный стилет взмывает над головой и летит вниз, стремительно - и мучительно долго. Входит в грудь полуэльфа: я ощущаю сопротивление плоти, но мне не приходится напрягаться, преодолевая его. Я - тетива. Я лишь направила найрунг, указав ему путь к цели.

Распростертое на траве тело конвульсивно дергается. Глаза распахиваются, и тонкий покров льда тает - теперь уже навсегда. Все, о чем мы так долго и так бездарно молчали, можно прочитать в этом взгляде. Можно… но я не стану.

Когда- то я была готова отдать весь мир, чтобы мужчина посмотрел на меня таким взглядом. Теперь бы отдала целый мир -и еще немножко в придачу - чтобы он никогда не смотрел на меня так . Только пусть будет жив.

А взгляд меж тем продолжает плавиться и менять цвет: в них уже не лед, а два осколка неба, пронзительно-синего вечернего августовского неба. "Ты нужна мне", - говорит взгляд. Я знаю. Я пришла. И снова хочется позабыть про все и раствориться в этом ультрамариновом небе…

Поздно.

- Ael as'far in'khash tha, dan'nahel? - горько спрашиваю я у своего синеглазого барда.

Взгляд уже начинает подергиваться пеплом, но стынущие губы успевают выдохнуть:

- Ael'ta… elmah.

Кто ты, полуэльф? Кем ты стал для меня за неполные два месяца? Любимым? Другом? Братом? Я же визуал, типичный визуал, но почему-то ты для меня навсегда сохранишься в ощущениях: робкое прикосновение губ, на которое с предательской покорностью откликается мое тело, ускользающий запах вереска и тугое сопротивление плоти, в которую входит узкий серебряный стилет…

- Я не знал, что ты говоришь на древнеэльфийском, - заметил Джанис, бесшумной тенью вырастая рядом.

"Я тоже не знала, - безразлично подумала я. - Разве это важно теперь?"

Вампир опустился на корточки, провел пальцами по рукояти стилета, все еще торчавшего из груди Вереска. Сказал с непонятной горечью:

- Ты победил, полукровка.

Я даже не стала вдумываться в смысл этих слов. Мне было все равно.

Женька положил руку мне на плечо.

- Не вини себя. Ты все сделала правильно. Он знал, что так будет.

"Зачем ты звал меня, менестрель?" - "Чтобы… умереть."

Сволочь. Синеглазая эльфийская сволочь. Холодный, расчетливый, эгоистичный полукровка. Если ты все знал заранее - зачем пошел в Долину? Зачем бросился на оборотня? Чтобы спасти меня - или чтобы принять смерть из моих рук?

Я выдернула из раны стилет, вложила в ножны, не заботясь о том, чтобы вытереть кровь. Схватившись за Женькину руку, с усилием вытолкнула себя вверх. В глазах потемнело - то ли от резкого движения, то ли от сдерживаемой ярости.

Ну же, будь мужчиной, менестрель! Ты звал меня - я пришла.

Ты обещал вернуться. И только попробуй не сдержать обещание!


предыдущая глава | Смерть придумали люди | Глава 15