home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



60

Паркинс вышел из кабинета и уставился на Цецилию почти с восхищением. Что ж, ему всегда нравились сильные женщины. Ведь как она держится: прошло всего несколько минут, преступление обнаружено, а весь испуг уже куда-то пропал.

К тому же как не восторгаться «подаренному в знак их будущей любви» залогу.

– Так что, – щурясь спросил он, – это был несчастный случай?

– Да! – с вызовом ответила Цецилия. Ее пальцы сильнее вцепились в пластик мини-огнемета.

«Пусть только попробует сказать, что это не так…»

– Ну что ж, – Паркинс утрированно поклонился, – тогда поговорим. Я спрашиваю тебя еще раз: Крейгу совсем плохо или есть шанс?

– А какое тебе дело? – Цецилия оскалилась. Худое лицо выглядело хищно.

– Ты мне нравишься, и можешь понимать это как хочешь. Ты – сильная, еще достаточно красивая, в тебе есть все необходимое для жены миллионера. Может быть, кроме одной мелочи – но она не так уж важна. Ты еще далеко не стара… Объяснять дальше?

Цецилия хмыкнула. Хотя мини-огнемет был относительно легок, долго держать его было неудобно.

«Чего он хочет? К чему это странное сватовство?»

– Если ты скажешь, что влюблен в меня, то мне остается только пожалеть, что тут нет психиатра. Это не в твоем стиле, Кларенс.

– Не будь такой самоуверенной. И потом – разве я говорил о любви? Тебе же не двенадцать лет, чтобы смешивать такие разные понятия. Я считаю, что наш брак будет выгоден обоим. Так как?

– Ты мне противен, – поморщилась Цецилия. – Но я подумаю. Хотя не слишком-то рассчитывай на мое «да». У меня есть свои планы относительно того капитала, что отписал мне в завещании Дон. С тобой я потеряю все – а ты все приобретешь за так…

– А несчастный случай? Ты же не считаешь меня дураком…

– Что?

– Такому свидетелю, как я, поверят. Убийц не любят, Сеси. Даже если ты сумеешь оправдаться – у тебя на это хватит денег, – тебя не пустят ни в один приличный дом, а для тебя это очень важно… Ведь так? – вкрадчиво спросил Паркинс, приближаясь к ней.

Мускулы на женских руках напряглись: Цецилия была готова защищаться. Быть декорацией в его доме, второй Мартой, повязанной по рукам и ногам? Ну нет…

– Так как мы договоримся? – Паркинс оперся руками о противоположный край стола. – Это был несчастный случай?

– Нет, убийство! – зло выкрикнула она, выдергивая из-под стола огнемет.

Длинный язык пламени, удивительно яркого и плотного, ударил в лицо Паркинса.

Цецилия била по нему огнем с неожиданно охватившим ее наслаждением: «Так тебе, мерзавец, так!..»

Враг вопил и корчился. Чтобы работать огнеметом было удобней, Цецилия обогнула стол и продолжала жечь уже упавший на пол труп. Как ни странно, крик все еще стоял в ушах – и это лишь разжигало ее ярость.

– Мама! Да что же ты делаешь?! – разобрала она наконец слова – и остолбенела.

Возле стены стояла Синтия. Лицо девушки было перекошено: ей казалось, что еще минута – и сознание уйдет.

Смерть отца, его признания – и теперь это… Не многовато ли для одного человека за один раз?

Механически, неестественным движением Цецилия стала разворачиваться к ней, словно в ее теле распрямилась пружина, находившаяся под давлением. Остекленевшие глаза смотрели не на дочь – сквозь нее.

Синтия почувствовала, что волосы ее встают дыбом, зато ноги, наоборот, начинают, подкашиваясь уменьшаться. Рот девушки округлился в беззвучном крике – кричать она больше не могла.

Цецилия поворачивалась. Медленно, медленно, медленно…

Накрашенные яркой помадой губы совсем еще недавно благополучной, хотя и взбалмошной женщины что-то шептали. Молитву? Проклятие? Это никому не было дано знать…

Рука Цецилии дернулась – и пламя пропало (еще немного, и оно дошло бы с поворотом до замершей девушки).

Двое молча смотрели друг на друга.

«И это – моя мать? Это ее я обещала жалеть?» – пронеслось в голове у Синтии. От мыслей по всей голове распространялась уже физическая боль, сигналя о том, что нервная перегрузка дошла до предела.

«Что же она стоит? Нет, она не посмеет на меня донести. Она моя дочь!» – быстро соображала Цецилия. Мысли шли четко, как строчки на мониторе.

– Ну что? – хрипло спросила Цецилия. – Так и будем стоять?

– Я… Ты? – Синтия часто и мелко замотала головой.

Нет, все что было – ей привиделось. Галлюцинация. Жизнь не имеет права быть такой кошмарной.

– Твой отец? – сообразила вдруг Цецилия. – Он… уже?

Синтия кивнула.

– Хорошо. Я пойду к нему, – Цецилия снова подивилась собственному хладнокровию.

Что же, чтобы выжить, и нужно быть такой. Разве не прав был Крейг, утверждая, что смерть – хороший учитель?

Твердой, решительной походкой Цецилия прошла мимо Синтии.

Девушка тихо сползла по стене. Очутившись на корточках, она зарыдала. Недоверие, подозрение, ненависть, любовь – все смешалось и превращалось сейчас в ее душе в ничто. Образы придуманные, реальные, навязанные, путаные… Отец – откровенный человек, мать – убийца, Чужой – несчастный… Да кто сможет уместить все это в одной разгоряченной несчастьями головке? Уж во всяком случае не она…

Свои – враги… Чужой – хороший…

Она встала, опять-таки держась за стену, и, не отрывая пальцев от ее гладкой поверхности, направилась к двери. Пусть о ней думают что хотят – она верила сейчас, вопреки всему, включая собственный ум, отказавшийся работать, что лишь это чудовище сможет ей помочь.

Он должен думать о людях лучше? Что ж, пусть он научит этому и ее…

Разум мутился, но силы возвращались. С каждым новым шагом Синтия продвигалась вперед все уверенней.

Так, говорили, кажется, что он сидел в центре управления… Прекрасно. Только бы он оказался на месте…



предыдущая глава | Чужие-4: Контакт | cледующая глава