home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Уолл-стрит и большевистская революция

Энтони Саттон

Уолл-стрит и большевицкая революция


Wall Street and the Bolshevik Revolution

by Antony Sutton


Уолл-стрит и большевистская революция




Состав миссии американского Красного Креста в России в 1917 г.

Члены финансового сообщества Уолл-стрита и его филиалов

Эндрюз (“Лиггстт & Майерс Тобэкко”)

Барр (“Чейз Нэшнл Банк”)

Браун (сотрудник Уильяма Б. Томпсона)

Кохран (“МакКенн Ко.”)

Келлегер (сотрудник Уильяма Б. Томпсона)

Нихольсон (“Свифт & Ко.”)

Пирни (“Хейзн, Уиппл & Фуллер”)

Рэдфилд (“Стетсон, Дженнингс & Расселл”)

Робине (горнопромышленник)

Свифт (“Свифт & Ко.”)

Тэчер (“Симпсон, Тэчер & Бартлетт”)

Томпсон (Федеральный резервный банк Нью-Йорка)

Уардуэлл (“Стетсон, Дженнингс & Расселл”)

Уиппл (“Хейзн, Уиппл & Фуллер”)

Коре (“Нэшнл Сити Банк”)

Магнусон (рекомендован конфиденциальным агентом полковника Томпсона)

Медицинский персонал

Биллингс (врач)

Гроу (врач)

Маккарти (медицинский научный работник, врач)

Пост (врач)

Шерман (профессор пищевой химии)

Тэйер (врач)

Уайтмен (врач)

Уинслоу (профессор гигиены)

Ординарцы, переводчики и т. д.

Брукс (ординарец)

Кларк (ординарец)

Роккья (ординарец)

Трейвис (кинооператор)

Уикофф (кинооператор)

Харди (юрист)

Хори (транспорт)

Большинство членов миссии, как видно из списка, составляли юристы, финансисты и их помощники из финансового района Нью-Йорка. Миссию финансировал Уильям Б. Томпсон, который был записал в официальном циркуляре Красного Креста как “комиссар и управляющий делами; директор Федерального банка США в Нью-Йорке”. Томпсон взял с собой Корнелиуса Келлегера, записанного как атташе при миссии, а в действительности являвшегося секретарем Томпсона с тем же адресом — Нью-Йорк, Уолл-стрит 14. По тому же адресу Генри С. Браун осуществлял связи миссии с общественностью. Томас Дэй Тэчер был юристом в фирме “Симпсон, Тэчер & Бартлетт”, основанной его отцом Томасом Тэчером в 1884 году и активно занимавшейся реорганизацией и слиянием железнодорожных компаний. Томас-младший сначала работал в фамильной фирме, потом стал помощником прокурора США при Генри Л. Стимсоне и возвратился в фамильную фирму в 1909 году. Молодой Тэчер был близким другом Феликса Франкфуртера и позже стал помощником Раймонда Робинса, также из миссии Красного Креста. В 1925 году его назначили окружным судьей при президенте Кулидже, затем он стал главным прокурором при Герберте Гувере и директором института Уильяма Б. Томпсона.

Алан Уардуэлл, еще один заместитель комиссара и секретарь председателя, был юристом в юридической фирме “Стетсон, Дженнингс & Рассел”, располагавшейся по адресу: Нью-Йорк, Брод Стрит 15, а Х.Б. Рэдфилд — юридическим секретарем Уардуэлла. Майор Уардуэлл — сын Уильяма Томаса Уардуэлла, который в течение долгого времени был казначеем компании “Стандарт Ойл” в штате Нью-Джерси и той же компании в Нью-Йорке. Старший Уардуэлл был одним из подписавших договор об учреждении концерна “Стэндарт Ойл”, членом комитета по организации деятельности Красного Креста в Испано-американской войне и директором Гринвичского сберегательного банка. Его сын стал директором не только Гринвичского сберегательного банка, но и “Бэнк оф Нью-Йорк”, а также фирмы “Траст Ко.” и “Джорджиан Манганиз Компани” (вместе с У. Авереллом Гарриманом, директором компании “Гаранта Траст”). В 1917 году Алан Уардуэлл представлял интересы фирмы “Стетсон, Дженнингс & Расселл”, а позднее присоединился к фирме “Дэвис, Полк, Уардуэлл, Гарднер & Рид” (Фрэнк Л. Полк исполнял обязанности Государственного секретаря в период большевицкой революции). Овермановский Комитет Сената отметил, что Уардуэлл благосклонно относился к советскому режиму, хотя Пул, представитель Государственного департамента на месте, отмечал, что “майор Уардуэлл лучше всех американцев лично знал о терроре” (документ 316-23-1449). В 1920-е годы Уардуэлл активно работал в Российско-американской торговой палате, способствуя советской торговле.

Казначеем миссии был Джеймс У. Эндрюз, аудитор компании “Лиггетт & Майерс Тобэкко” из Сент-Луиса. Роберт И. Барр, еще один член миссии, указан в списке как заместитель комиссара; он был вице-президентом “Чейз Секьюритиз Компани” (Бродвей 120) и “Чейз Нэшнл Банк”. Уильяма Кохрана (Нью-Йорк, Бродвей 61) записали как ответственного за рекламу. Раймонд Робине, горнопромышленник, был включен в состав миссии в качестве заместителя комиссара и охарактеризован как “экономист-социолог”. Кроме того, в состав миссии входили два члена фирмы “Свифт & Ко.” из “Юнион Стокъярдс”, Чикаго. Свифты упоминались ранее как связанные с германским шпионажем в США во время первой мировой войны. Харольд X. Свифт, заместитель комиссара, был помощником вице-президента фирмы “Свифт & Ко.”; Уильям Дж. Нихольсон также работал в фирме Свифт & Ко.”, входящей в “Юнион Стокъярдс”.

Два человека были неофициально добавлены в состав миссии после ее прибытия в Петроград: Фредерик М. Коре, представитель “Нэшнл Сити Бэнк” в Петрограде, и Герберт Э. Магнусон, который имел “очень высокую рекомендацию Джона У. Финча, конфиденциального агента полковника Уильяма Б. Томпсона в Китае” [Billings report to Henry P. Davison, October 22, 1917, American Red Cross Archives. — [Отчет Биллингса Генри П. Дэвисону, 22 октября 1917 года, архивы Американского Красного Креста. ].

Документы Пирни, хранящиеся в Институте Гувера, содержат информацию о миссии из первых рук. Малькольм Пирни был инженером, работавшим в фирме “Хейзн, Уиппл & Фуллер” (инженеры-консультанты), располагавшейся по адресу Нью-Йорк, 42-я стрит. Пирни входил в состав миссии и указан в списке как помощник инженера по медицинскому оборудованию. Джордж К. Уиппл, партнер в фирме, также был включен в группу. Среди документов Пирни есть оригинал телеграммы от Уильяма Б. Томпсона, приглашающей помощника инженера по медицинскому оборудованию встретиться с ним и с Генри П. Дэвисоном, председателем Военного совета Красного Креста и партнером в фирме Дж. П. Моргана, до отъезда в Россию. Вот текст этой телеграммы:

“Уэстерн Юнион Телеграф, Нью-Йорк, 21 июня 1917 г.

Мальколму Пирни

Очень хотелось бы пригласить Вас пообедать со мной в клубе “Метрополитэн”, перекресток 16-й стрит и Пятой авеню в Нью-Йорке, в 8 часов вечера завтра в пятницу, чтобы встретиться с г-ном Г.П. Дэвисоном.

У.Б. Томпсон, Уолл-стрит 14”.


Архивы не раскрывают, почему партнер Моргана Дэвисон и директор Федерального резервного банка Томпсон — двое из наиболее видных финансистов в Нью-Йорке — пожелали отобедать с помощником инженера по медицинскому оборудованию, собирающимся в Россию. Архивы не объясняют также ни того, почему Дэвисон впоследствии не смог встретиться с д-ром Биллингсом и самой миссией, ни того, почему о невозможности этой встречи необходимо было сообщить именно Пирни. Но мы можем предположить, что деятельность Красного Креста — официальное прикрытие миссии — представляла для них значительно меньший интерес, нежели деятельность Томпсона-Пирни, кем бы они ни были. Мы знаем, что Дэвисон писал д-ру Биллингсу 25 июня 1917 года:

“Дорогой доктор Биллингс:

К разочарованию моему и моих коллег по Военному совету, мы не сможем встретиться с членами Вашей миссии…”

Копия этого письма была отправлена по почте помощнику инженера по медицинскому оборудованию Пирни с личным письмом Генри П. Дэвисона, банкира Моргана, которое гласило:

“Мой дорогой г-н Пирни:

Вы, я уверен, полностью поймете причину письма доктору Биллингсу, копия которого прилагается, и примете его в том духе, в котором оно написано…”

Письмо Дэвисона д-ру Биллингсу было написано с целью принести извинения миссии и Биллингсу за невозможность встретиться с ними. Тогда может быть оправданным наше предположение, что Дэвисон и Пирни разработали какие-то более важные планы относительно деятельности миссии в России и что эти планы были известны Томпсону. Предположительный характер этой деятельности будет изложен далее [Бумаги Пирни позволяют нам также установить точные даты отъезда членов миссии из России. В отношении Уильяма Б. Томпсона эта дата имеет очень важное значение для аргументации в этой книге: Томпсон выехал из Петрограда в Лондон 4 декабря 1917 года. Джордж Ф. Кеннан же полагает, что Томпсон уехал из Петрограда 27 ноября 1917 года (Russia Leaves the War, р. 1140). ].

В миссии американского Красного Креста (или, возможно, ее следует называть миссией Уолл-стрита в России) участвовали также три переводчика: капитан Иловайский, русский большевик; Борис Рейнштейн, русский американец, позднее секретарь Ленина и глава Бюро международной революционной пропаганды Карла Радека, в котором работали Джон Рид и Альберт Рис Вильяме; и Александр Гомберг (он же Берг, настоящее имя — Михаил Грузенберг) — брат большевицкого министра Зорина. Гомберг был еще и главным большевицким агентом в Скандинавии. Позже он стал конфиденциальным помощником Флойда Одлума из корпорации “Атлас” в США, а также советником Рива Шли, вице-президента “Чейз Банк”.

Мимоходом следует поставить вопрос о том, насколько полезными были переводы этих переводчиков? Х.Э. Дулиттл, американский вице-консул в Стокгольме, 13 сентября 1918 года сообщал Государственному секретарю о беседе с капитаном Иловайским (который был “близким личным другом” полковника Робинса из миссии Красного Креста) относительно встречи союзников с мурманским Советом. В Совете обсуждали вопрос приглашения союзников высадиться в Мурманске;[18] от имени союзников в обсуждении участвовал майор Тэчер из миссии Красного Креста. Иловайский переводил для Совета выступления Тэчера. “Иловайский долго говорил по-русски, предположительно переводя Тэчера, а в действительности Троцкого…” — в том смысле, что “Соединенные Штаты никогда не позволят произойти такой высадке и настаивают на быстрейшем признании Советов и их политики” [U.S. Stole Dept. Decimal File, 861.00/3644.]. Очевидно, Тэчер заподозрил, что его переводят неправильно и возмутился. “Иловайский немедленно телеграфировал суть в штаб-квартиру большевиков и через их пресс-бюро передал эту информацию во все газеты как исходящую из замечаний майора Тэчера и как общее мнение всех должным образом аккредитованных американских представителей” [Ibid.].

Иловайский рассказывал Мэддину Саммерсу, генеральному консулу США в Москве, о нескольких случаях, когда он (Иловайский) и Раймонд Робине из миссии Красного Креста манипулировали большевицкой прессой, особенно “в отношении отзыва посла, г-на Фрэнсиса”. Он признал, что они были неразборчивы в средствах, “однако действовали исходя из своего понимания права, невзирая на то, что могли бы войти в конфликт с политикой аккредитованных американских представителей” [Ibid.].

Такова была миссия американского Красного Креста в России в 1917 году.


Миссия американского Красного Креста в Румынии

В 1917 году американский Красный Крест также направил свою миссию медицинской помощи в Румынию, воевавшую тогда против Центральных держав как союзница России. Сравнение миссии американского Красного Креста в России с миссией в Румынии показывает, что группа Красного Креста, обосновавшаяся в Петрограде, имела крайне слабую официальную связь с Красным Крестом и еще меньшее отношение имела к оказанию медицинской помощи. Если в Румынии миссия доблестно соблюдала принцип “гуманности” и “нейтралитета” Красного Креста, то миссия в Петрограде вопиюще злоупотребляла им.

Из США в Румынию миссия американского Красного Креста выехала в июле 1917 года и расположилась в Яссах. В нее входили 30 человек во главе с Генри У. Андерсоном, юристом из штата Вирджиния. Из этих тридцати человек шестнадцать были докторами или военными врачами. Для сравнения, из двадцати девяти человек миссии Красного Креста в России только трое были врачами и еще четверо университетских специалистов работали в областях, связанных с медициной. Таким образом, не более семи человек из миссии в России можно назвать врачами по сравнению с шестнадцатью в румынской миссии. В обеих миссиях было примерно одинаковое количество ординарцев и медсестер. Однако существенное значение имеет тот факт, что в румынской миссии было только два юриста, один казначей и один инженер. А в российской миссии — пятнадцать юристов и бизнесменов. Ни один из юристов или врачей в румынской миссии не был из Нью-Йорка или близлежащих округов, тогда как все юристы и бизнесмены в российской миссии были из Нью-Йорка (за исключением одного “наблюдателя” из министерства юстиции в Вашингтоне). Важно отметить, что более половины всех членов миссии в России были из финансового района Нью-Йорка. Другими словами, сопоставление составов этих миссий подтверждает, что миссия в Румынии имела законную цель — осуществлять медицинскую деятельность, тогда как у миссии в России была не медицинская, а строго политическая задача. С точки зрения состава, эта миссия может быть определена как коммерческая или финансовая, но с точки зрения ее действий, это была группа для подрывных политических акций.

Состав миссий американского Красного Креста в России и Румынии в 1917 году

Состав / В России /Румынии

Медицинский персонал (доктора и воен. врачи) 7 / 16

Ординарцы, вспомогательный персонал 7 / 10

Юристы и бизнесмены 15 / 4

Всего 29 / 30

Источники: Американский Красный Крест, Вашингтон, Округ Колумбия. Государственный департамент США, посольство в Петрограде, досье Красного Креста, 1917 год.

Миссия Красного Креста в Румынии оставалась на своем посту в Яссах и в 1918 году. Медицинский персонал миссии американского Красного Креста в России — семь человек — с возмущением вернулся в США в знак протеста против политической деятельности полковника Томпсона. И когда в сентябре 1917 года румынская миссия обратилась в Петроград с просьбой оказать ей помощь врачами или санитарами в почти критических условиях в Яссах, в России не было американских медиков, которые могли бы поехать в Румынию.

В то время, как основная часть миссии в России проводила время во внутриполитических маневрах, миссия в Румынии погрузилась в работу с момента своего приезда. Президент румынской миссии Генри У. Андерсон в своей конфиденциальной телеграмме, направленной 17 сентября 1917 года американскому послу Фрэнсису в Петроград, запросил срочной и неотложной помощи в 5 миллионов долларов для борьбы с надвигающейся в Румынии катастрофой. Затем последовала еще серия писем, телеграмм и сообщений от Андерсона Фрэнсису, безуспешно взывавших о помощи.

28 сентября 1917 года Вопичка, американский посланник в Румынии, направил Фрэнсису для передачи в Вашингтон длинную телеграмму, в которой подтвердил анализ Андерсона о кризисе в Румынии и опасность эпидемии, увеличивающуюся с приближением зимы:

“Для предотвращения приближающейся катастрофы требуются значительные деньги и самоотверженные меры… Бесполезно пытаться управлять ситуацией, не имея человека с полномочиями и доступом к правительству… При правильной организации необходимо искать транспорт для приема и распределения поставок”.

Но руки у Вопички и Андерсона были связаны, так как все румынские поставки и финансовые сделки проходили через миссию Красного Креста в Петрограде, а у Томпсона и его команды из пятнадцати юристов и бизнесменов с Уолл-стрит явно имелись дела поважнее, чем проблемы румынского Красного Креста. В досье посольства в Петрограде, хранящемся в Государственном департаменте, нет указаний на то, что Томпсон, Робине или Тэчер в 1917 или 1918 году позаботились о ситуации в Румынии. Хотя сообщения из Румынии поступали к послу Фрэнсису или к одному из сотрудников посольства, а время от времени и через консульство в Москве.

К октябрю 1917 года ситуация в Румынии достигла критической точки. 5 октября Вопичка телеграфировал Дэвисону в Нью-Йорк (через Петроград):

“Самая насущная проблема здесь… Опасаются катастрофического результата… Не могли бы вы организовать специальную поставку… Надо очень спешить или будет слишком поздно”.

5 ноября Андерсон телеграфировал в петроградское посольство, что задержка с направлением помощи уже “стоила нескольких тысяч жизней”. 13 ноября он сообщал послу Фрэнсису об отсутствии у Томпсона интереса к румынским событиям:

“Попросил Томпсона представить данные о всех полученных поставках, но до сих пор ничего нет… Также попросил его держать меня в курсе состояния перевозок, но получил очень мало информации”.

Затем Андерсон попросил посла Фрэнсиса выступить от его имени, чтобы получить средства для румынского Красного Креста, находящиеся на отдельном счете в Лондоне, в распоряжение непосредственно Андерсона и изъять их из-под контроля миссии Томпсона.


Томпсон в России при Керенском

Что же тогда делала миссия Красного Креста в России? Томпсон определенно приобрел репутацию человека, роскошно жившего в Петрограде, но реально он осуществил в России при Керенском только два крупных проекта: поддержку программы американской пропаганды и поддержку “Займа русской свободы”. Вскоре после прибытия в Россию Томпсон встретился с г-жой Брешко-Брешковской и Давидом Соскисом, секретарем Керенского, и согласился внести 2 миллиона долларов в Комитет народного образования, чтобы последний “мог иметь собственную прессу и… нанять штат лекторов, а также использовать кинематографические средства обучения” (861.00/1032); пропагандной целью этого было — заставить Россию продолжать войну против Германии. По словам Соскиса, “пакет с 50.000 рублей” был передан Брешко-Брешковской со словами: “Это Вам для того, чтобы тратить, как Вам будет угодно”. Еще 2.100.000 рублей были внесены на текущий банковский счет. Письмо от Дж. П. Моргана в Государственный департамент (861.51/190) подтверждает, что Морган перевел телеграфом 425.000 рублей Томпсону по его просьбе для “Займа русской свободы”, отметив при этом заинтересованность фирмы Моргана в “умном проведении индивидуальной подписки через г-на Томпсона” на “Займ русской свободы”. Переведены эти суммы были через петроградское отделение “Нэшнл Сити Банк”.


Томпсон дает большевикам 1 миллион долларов

Большее историческое значение, однако, имеет помощь, оказанная большевикам — сначала Томпсоном, а затем, после 4 декабря 1917 года, Раймондом Робинсом.

Вклад Томпсона в дело большевиков был зафиксирован в тогдашней американской прессе. 2 февраля 1918 года газета “Вашингтон пост” сообщала следующее:


| Уолл-стрит и большевистская революция |