home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ЗИМНЕЕ ЛЕТЕЧКО

Вы, верно, знаете первоклассницу Майку? Она с вами в одной школе учится. Ну вот, мы про неё и расскажем, как она нынче Новый год встречала у деда и бабушки в лесу. Дед у неё — лесничий.

Вспомнив своё детство, старики постарались устроить внучке как можно лучше праздник. Вечером усадили девочку в тёмной комнате и велели подождать. Майка ждала, ждала и уж соскучилась, как вдруг заиграло радио, дверь в соседнюю комнату распахнулась — и из неё хлынул такой ослепительный свет, что Майка даже зажмурилась. Там стояла большая — под самый потолок — ёлка, вся в разноцветных лампочках, в маленьких игрушках и блестящем пухлом снеге. Под ёлкой стоял дед-мороз ростом с Майку. На спине у него был туго набитый мешок, а в руке — высокий посох.

Бабушка обняла Майку, поцеловала и сказала растроганным голосом:

— Вот, деточка, дед-мороз принёс тебе подарки за то, что ты хорошо училась первое полугодие и была примерного поведения.

А Майка-то терпеть не может, когда её называют «деточкой». Да и — вы сами знаете — она совсем не так уж хорошо вела себя и не так уж хорошо училась, чтобы ей за это подарки делать.

Вот она рассердилась и говорит бабушке:

— Что я — маленькая?! Дед-мороз — это глупости. Я знаю: он из ваты сделан.

— Ах-ах-ах! — ужаснулась бабушка. — Слышишь, Иван Гер-васьич? Вот они какие — наши внучата! Ни во что не верят. Ах-ах, какой ужас!

Майка ей:

— А ты думаешь, мы глупенькие? Нам в классе учительница Октябрина Серафимовна чешскую сказку читала, «Двенадцать месяцев» называется. Там одна девочка зимой все месяцы сразу видела.

А потом Октябрина Серафимовна объяснила нам, что всё это глупости и лето никогда с зимой не встречается. И вообще школьницам стыдно верить сказкам про всякое такое и про деда-мороза.

Бабушка чуть совсем не расплакалась.

— Ахти, вот горе мне! Как же теперь без сказки-то жить будете? Слышь, Гервасьич, совсем сказка потерялась!

Дед рассмеялся.

— Сказка-то потерялась? Никак! Разве что у ихней Октябрины у Серафимовны. А мы с внучкой в одночасье её найдём, сказку. Утром же, внученька, и сходим с тобой за ней.

— Всё равно не поверю, — храбрилась Майка.

— Своими глазами увидишь. Утро-то вечера мудренее…

— Не-ет! — сказала Майка.

Весёлая новогодняя ёлка не удалась. Расстроенная бабушка весь вечер то и дело прикладывала к глазам кружевной платочек. Дед Иван Гервасьевич задумчиво курил из старой, длинной-длинной трубки.

Майка еле дождалась, когда, наконец, с ватного деда-мороза сняли мешок, а из мешка вынули куклу с закрывающимися глазами, кукольный сервиз, лото с картинками из сказок, красную шапочку, маленького мишку из золотистого плюша — и всё это подарили ей. Потом Майка поблагодарила деда с бабушкой, простилась с ними и отправилась спать.

— Вставай, внученька, вставай! — будил дед. — Встречай первое утро года. «Мороз и солнце — день чудесный!»

— Я не маленькая, — спросонья бубнит Майка. — Чудес всё равно не бывает…

— Конечно, ты большая, — соглашается дед. — Да ведь большим чудеса ещё больше надобны, чем детям. Вставай-ка, вставай! Куда я тебя поведу-то!.

— А куда, дедушка?

— Пойдём мы с тобой к лешачку в гости. А живёт он не за горами, не за долами — рядом с нами: там, где лето с зимой встретились, — в зимнем, значит, летечке.

— Глупости какие!.. — говорит Майка. — А он очень страшный?

— Лешачок-то мой? — смеётся дед. — Да он росточком не больше сосновой шишки. А сторож леса что надо! Первый мне помощник.

— Ну, ладно! — соглашается Майка.

Быстренько оделась, чаю напилась, и они с дедушкой пошли. Солнце зашло за тучки. С неба начали медленно-медленно опускаться, порхая, большие снежинки. Вошли в лес. Остановились. Дед вынул из кармана платок.

— Ну, внучка, теперь я завяжу тебе глаза. Сказка любит, чтобы с ней в жмурки играли. Вот так, — сказал дед, завязав платок у внучки на затылке. — Только по-честному: не подглядывать! Давай лапку, я тебя поведу.

Долго ли, коротко ли шли дед с Майкой, усадил её дед на какую-то лавочку и спрашивает:

— Слышишь ли?

— Слышу, дедушка.

— Что слышишь?

— Вроде как водичка плещется.

— Она и есть.

— Это ты нарочно так делаешь… Зимой лёд.

— А тут — летечко! Мы уже пришли. Снимай повязку.

Майка стянула с головы платок и ахнула.

Они с дедом сидят в беседке среди леса, с крыши свисают сосульки, а внизу под ними весело бежит речка в зелёных берегах. С неба летят снежинки, но долетают только до половины большой ели — и исчезают, тают на лету. . На зелёных лапах ели нет снега. И речка плещется, как летом. На дне её зелёные длинные травы колышутся, колышутся — косы русалкины! По берегам — изумрудная травка-муравка. Вот подорожник. И вереск в лиловых цветочках.

— Деда! — шепчет Майка. — А кто это там, на ветке, над речкой?

— Птичка-то? — так же шёпотом спрашивает дед. — С толстой головой и длинным носом?

— Птичка?! Это—ёлочная? Никогда не видела таких красивых! Ай!. Она кинулась вниз головой! Она утопилась?

— Что ты, что ты, внученька! Это зимородок, водяной воробей. Вон вынырнул! И рыбка в клюве. Семицветная птичка из сказки.

— Правда? — всё шёпотом спрашивает Майка.

— Конечно же! Эта сказка — чистая правда. А ты под ёлку-то под ёлку глянь! Видишь пенёк под ней? Он был пустой внутри, а мой лешачок в нём домик себе устроил. Видишь крылечко-колечко из тонких еловых веточек?

— Вижу, дедушка, вижу! Ой! Кто это из пенька выскочил? Не то мышка, не то птичка! Коричневенькая! И хвостик торчком.

— А это и есть мой помощничек-лешачок. Подкоренничок-птах. Ещё задери-хвостом прозывают. Он боевой. Вишь, вишь — на елушку вспорхнул. Солнышко, гляди, вышло. Сейчас, значит, запоёт.

Вот — слышишь?

Я храбрый подкоренничок.

Под ёлкой домик мой.

Живу я в этом домике

И летом и зимой.

Живу — не тужу,

Наш лес сторожу.

Я маленький, удаленький,

И песенки люблю.

Чуть солнышко покажется,

Я громко запою:

Весны дождались,

Так пой-веселись!

А если люди хищные

В наш лес придут с пилой, —

Я высмотрю, я выскочу,

Я закричу: —Долой!

Лесничий идёт,

Вас в плен заберёт!

Они за мной, а я — от них.

И на весь лес кричу:

— Тэррррр!

Лесничий к ним с ружьём спешит,

А я в свой домик мчу.

Под ёлку скачком —

И хвостик торчком!

Смолкла песенка.

— И лешачок куда-то пропал, — говорит Майка. — И волшебный ныряльщик куда-то исчез. Дедушка, а они были?

— А как же, внученька! Ты что же, своим глазам не веришь? Видишь: кругом зима, а речка бежит, бежит. . Зелёная травка на берегах.

— А я думала — это всё нарочно… Никогда таких птичек не видела. Никогда не знала, что лето зимой бывает..

— Вот ты и расскажи своей Октябрине Серафимовне, какое оно, зимнее летечко, бывает. Придётся и ей в несказки-сказки поверить, во всамделишные сказки, без обмана. А теперь пошли домой. Мороз ведь. Вон у тебя уж носишко побелел — потри-ка, потри лапками!

— Скоро как. . — вздохнула Майка. — Ну, завязывай глаза.

— Зачем завязывать? — удивился дед. — Я тебе только что открыл глаза на сказку, зачем же я их закрывать буду? Гляди: уж вот он — наш дом. Всего-то ничего мы от него отошли, а в сказке побывали. Вон и бабушка на крыльце.

Майка кинулась на крыльцо, раскинула ручонки.

— Бабуся, дедушка мне всамделишную сказку показал — зимнее летечко!

— Да, желанная ты моя, — растроганным голосом заговорила бабушка, обнимая счастливую Майку. — Умница моя! Куда это ты, Иван Гервасьич, водил её? Уж не в беседку ли над речкой, над Горячими ключами?

— На ключи, матушка, на Горячие. Теперь знает, какие в жизни настоящие-то сказки бывают.


МУРАВЕЙ И СТРЕКОЗА | Собрание сочинений. Том 1. Рассказы и сказки | НЕВИДИМКИ