home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement




1


Шеф появился на острове после полудня, ближе к вечеру, на своем ярко желтом вертолете, которым он управлял сам, и сразу же пригласил к себе в кабинет Отто Дикса, Адама Куна и Дэвида Кларсфельда. Он был, как всегда, самоуверен, категоричен и нетерпелив. В то же время Дикс находил в нем сегодня что-то новое, и это новое касалось именно его, Дикса - руководителя бактериологического центра, разместившегося на безымянном крохотном островке в Карибском море. Шеф явно нервничал и недвусмысленно давал понять, что он, а вернее его хозяева в Вашингтоне, недовольны медлительностью работы бактериологического центра, зашифрованного, как "Группа-13". Шеф - он же мистер Генри Левитжер - сделал реверанс по поводу успешного испытания вируса "С-9", но реверанс этот явно относился к руководителю лаборатории Адаму Куну, которому Левитжер высказывал особое расположение и в какой-то мере к его помощнику - молодому, но уже преуспевающему научному сотруднику Дэвиду Кларсфельду. Только не к Диксу.

- Доктор Дикс, ваш оптимизм граничит с пагубной беспечностью, - чеканя слова, вещал Левитжер металлическим голосом. Он был моложе Дикса на пятнадцать лет и выглядел перед ним совсем юношей. Его молодило мелкое, остроносое лицо и острый подбородок, выбритый до синевы, невысокий рост и щуплая, юркая фигура. Молодили его и черные с отливом волосы, зачесанные на глубокий пробор, и такие же черные, по лисьи беспокойные, колючие глаза. Про себя Дикс называл Левитжера черным дроздом, и в меткости этого сравнения ему нельзя было отказать. - Вы по-старинке видите русских где-то там, на востоке, - продолжил шеф, явно любуясь своей речью, которую он тщательно продумал еще в вертолете. - А они уже здесь, в двух шагах от Америк. Да, да, я имею в виду оба материка, все наше полушарие, над которым сегодня нависла реальная коммунистическая угроза. Недооценка кубинской опасности равносильна предательству интересов нации. Попытка русских разместить свои ракеты на Кубе должна нас всех насторожить, это тревожный сигнал, доктор Дикс.

- А почему бы в таком случае Соединенным Штатам не бросить на Кубу полдюжины атомных бомб и одним махом отвести от полушария смертельную опасность, - как бы размышляя вслух, сказал руководитель "Группы-13", вычерчивая на листке бумаги какие-то фигурки, похожие на чертей. Это была его привычка. На шефа он так и не поднял взгляда, не удостоил. Отношения неприязни между Левитжером и Диксом возникли с тех пор, как шеф стал демонстративно подчеркивать свою симпатию Адаму Куну.

- Доктор Дикс, - шеф сделал нарочитую паузу, вынудив Дикса оторвать взгляд от бумаги. - Вы забываете о радиоактивных осадках, которые в таком случае неизбежно выпадут на континенте.

- Но ведь и вирус "А-777", мистер Левитжер, над которым мы работаем, может легко перемахнуть Мексиканский залив. От Кубы до Флориды рукой подать, - парировал Дикс, и легкая довольная улыбка лишь на одно мгновение осветила его суровое смуглое лицо. А большие серые глаза по-прежнему оставались холодно-непроницаемы. У Дикса глухой низкий голос, отчего слова его звучат весомо и убедительно, а его манера говорить, не глядя на собеседника, придает ему независимый вид.

Реплика Дикса не понравилась Левитжеру, он сморщил лицо, хищно сощурил глаза и уклончиво заговорил, откинувшись всем корпусом на высокую спинку кресла:

- Современная тотальная война будет вестись различными видами оружия, в том числе и тихим оружием, над которым работает "Группа-13". Политическая ситуация и стратегическая целесообразность будут диктовать применение того или иного оружия. А возможно одновременно "тихого" и "громкого". Применение на объекте препарата "С-9" позволит извлечь ценные уроки при работе над "А-7" и "А-777".

"Какой вздор, это совершенно разные вещи, - мысленно произнес Дикс. - "С-9" поражает свиней и вообще домашний скот. Назначение вируса "А-7" и "А-777" - человек".

А шеф продолжал:

- Я хотел бы получить от вас четкий и ясный ответ: когда можно ожидать завершение работы над "А-7" и "А-777"? В чем задержка и медлительность, что вам мешает? Доктор Кун еще год тому назад информировал меня, что работа идет успешно и приближается к финишу. Не так ли, доктор Кун?

- Я имел в виду "А-7", - с торопливой готовностью отвечал Кун. Над этим вирусом работал он. - В принципе у нас все о'кей. - Самодовольная улыбка широко расползлась по лошадиному лицу Адама Куна.

- Так в чем же дело? Есть проблемы? - Острые глазки шефа теперь буравили не Дикса, а Куна.

- Проблема заключается в испытании. Нужен подопытный объект, вернее - субъект, - ответил Кун.

- Только и всего? - Левитжер вскинул решительный взгляд на Дикса, но тот по-прежнему продолжал рисовать забавных чертиков с рожками и хвостами. У него это неплохо получалось. Он знал, что подопытный субъект не проблема и шеф доставит на остров жертву, если не из США, то из какого-нибудь Парагвая или Гаити, где человеческая жизнь не стоит даже фальшивого доллара. "А-7" - изобретение Куна, его дьявольское научное открытие - страшный плод многолетнего труда. У Дикса нечто другое - его "А-777" ничего общего не имеет с "А-7". Разве что сходство условного шифра - первая буква алфавита да аккультовая семерка.

- Да, сэр, - коротко отозвался Кун на вопрос шефа.

- Тогда все в порядке, - благосклонно молвил шеф и резко завалился на стол, уставившись на руководителя центра пытливо и требовательно. - Доктор Дикс, я бы хотел услышать что-то обнадеживающее об "А-777".

Дикс решительно и недовольно положил свой "паркер" на блокнот с рисунками, резанул Левитжера холодным скользящим взглядом и заговорил, опять-таки глядя в пространство:

- Изобретая яд нужно одновременно позаботиться о противоядии, особенно, когда речь идет о таком сильном оружии, как "А-777".

Дикс умолк, считая свой ответ исчерпывающим. Но Левитжера его ответ не удовлетворил.

- Против такой истины никто но возражает, - сказал шеф. - И все же сначала должен быть, как вы изволили выразиться, яд. Он… готов?

- Да, мистер Левитжер, он почти готов, - ответил Дикс, взглянув исподлобья на Куна. - В скором времени можно будет проводить испытания.

- Так в чем проблема? - стремительно и нетерпеливо перебил шеф. - В подопытном субъекте? Вы это хотели сказать?

- О, нет. Думаю, что в субъектах недостатка не будет. - Дикс иронически дернул губами, так что коротко постриженные седые усы его ощетинились. - Проблема в противоядии. Без надежного, с полной гарантией безопасности противоядия нельзя делать опыты… на людях. Иначе мы рискуем выпустить джина из бутылки.

- Если я вас правильно понял, вся проблема сводится к вакцине, нейтрализующей действие "А-777"?

- Совершенно верно, мистер Левитжер, - сказал Дикс, не глядя на шефа.

- Надо поторапливаться, - произнес Левитжер дежурную фразу, которая в сущности ничего не меняла и была для Дикса пустым звуком - шеф это понимал. Но все же, щедрый на слова, счел нужным для пущей важности напомнить: - Не забывайте, что в конечном счете речь идет о свободе и демократии, красные наступают по всем континентам. Наш священный долг - остановить их и уничтожить. В ваших руках судьба грядущих поколений.

Дикс опустил голову и закрыл глаза: его тошнило от высокопарного словоизлияния шефа, он не терпел фарисейства, предпочитал называть вещи своими именами, сколь бы мерзкими они ни были. Левитжер их больше не задерживал.

Первым покинул кабинет шефа Дикс, за ним шел Кларсфельд - двадцатипятилетний голубоглазый блондин, стройный и гибкий в талии. На юном лице его постоянно дежурила улыбка оптимиста, довольного жизнью, а в глазах играли одержимые огоньки. Последним уходил высокий, угловато-сутулый Кун, уходил не спеша, и в каждом шаге его Левитжер видел нерешительность, какую-то внутреннюю борьбу, что-то невысказанное. И когда Кун уже был у самого порога, Левитжер окликнул его дружески:

- Да, Адам, задержитесь на минутку. Присядьте. Я хотел сообщить вам строго конфиденциально, что ваш "С-9" пущен в действие. - При этих словах Левитжера блеклые глаза Куна оживились, он приоткрыл рот, точно хотел что-то сказать, да не решался, но его немой вопрос шеф без труда прочитал на его лице. - Вы хотите спросить - где? На Кубе.

- Я так и думал. - В приглушенном голосе Куна слышалась радость. - А результат? Уже есть результат?

- Об этом я и хотел посоветоваться с вами. Нам желательно знать эффект. Но это может определить только человек компетентный, специалист. - Колючие глазки его шустро прощупывали Куна, точно хотели проникнуть в душу изобретателю вируса "С-9". Для Левитжера душа Куна была по-братски открыта, и, понимая это, шеф продолжал: - Я думаю, не послать ли нам на Кубу своего человека, чтоб на месте лично удостовериться в эффекте? Как вы на это смотрите, Адам?

Обращение по имени свидетельствовало о дружеском расположении и доверии и льстило Куну.

- Каким образом? Нелегально?

- Дело техники, вас это не касается. Я говорю о персоне. Что вы думаете о Кэтрин Гомес? Или может… Мануэла?

Вопрос для Куна был неожиданным, он не готов был к ответу, и Левитжер, поняв это по его озадаченно-растерянному лицу, сказал:

- Вы подумайте, Адам, взвесьте все "за" и "против".

На острове был небольшой штат обслуживающего персонала, в том числе хозяин ресторана Хорхе Понсе и садовник Фиделио Гомес. Они поселились на острове в самом конце войны. Кэт Гомес родилась на острове. Сейчас ей шел двадцать первый год, а ее подруга Мануэла Понсе была тремя годами старше. Учились они в Мехико на биологическом факультете. Кэт из-за материальных затруднений вынуждена была оставить учебу, не получив диплома. Теперь они обе работали у Дикса: Кэт - лаборанткой, Мануэла - старшей лаборанткой.

По какой-то странной ассоциации Кун вдруг вспомнил, что он хотел поговорить с шефом о Мариане Кочубинском, все искал подходящий случай, и вот кажется подвернулся удобный момент. Мариан Кочубинский выполнял на острове обязанности коменданта, то есть начальника охраны, и находился в непосредственном подчинении шефа спецслужбы, а точнее контрразведки, полковника Карла Штейнмана, который знал Кочубинского со времен войны как своего надежного сотрудника и, доверяя ему, пригласил на этот безымянный остров. В отличие от Кочубинского, Штейнману была известна до малейших подробностей сложная биография Адама Куницкого, который пересек однажды океан, решительно отрубив две трети своей настоящей фамилии. Время сделало свое дело, и Мариану Кочубинскому и в голову не пришла мысль, что доктор Кун и есть тот московский парашютист Адам Куницкий, которого летом сорок третьего его "ребята" из НСЗ сняли с дуба и с которым пан поручик тогда обошелся далеко не гостеприимно. Зато Куницкий сразу узнал Кочубинского и не мог вычеркнуть из памяти их встречу в Беловирском лесу. Больше всего на свете Адам Кун желал вытравить навсегда позорную страницу в своей биографии - предательство товарищей и собственноручный расстрел узников гестапо по приказу Карла Штейнмана, в то время капитана "Абвера". Но судьбе было угодно зло подшутить над Куном, заставив его работать бок о бок с Кочубинским и Штейнманом. Правда, он не подчинялся ни тому, ни другому, но это ничего не меняло - ему не доставляло удовольствия лицезреть едва ли не ежедневно тех, кого он ненавидел и презирал, со светской любезностью раскланиваться с ними и делать вид, что до этого острова они никогда не встречались. Кун даже подозревал, что Кочубинский узнал его или знает о нем от того же Штейнмана, перед которым бывший польский поручик раболепствует с усердием провинциального лакея. Иногда его подмывало заговорить с Кочубинским по-польски и с чувством превосходства и высокомерия выплеснуть ему в лицо свое презрение. Напомнить, с каким позором обвел его вокруг пальца Ян Русский, освобождая группу московских парашютистов-разведчиков. Но такая дерзкая мысль тотчас же подавлялась зловещей тенью Штейнмана, страх и трепет перед которым не могли выветрить из его души два десятилетия. И вот сейчас, пользуясь расположением шефа. Кун решил уязвить ненавистного ему Кочубинского, а заодно и Штейнмана. Заикаясь от волнения и краснея, он заговорил:

- Мистер Левитжер, извините за нескромность. Я позволю себе спросить: вы хорошо знаете Мариана Кочубинского?

На сосредоточенном лице шефа Кун прочитал некоторое удивление и поспешил пояснить:

- В том смысле, что он… полного доверия?..

- Полного доверия моего здесь никто не заслуживает, - категорически отрубил Левитжер и повторил: - Никто. Разве, что вы, Адам, - прибавил смягчившись и дружески улыбнулся.

- Очень тронут, - смутился Кун. - Благодарю вас. Дело в том, что Мариан Кочубинский активно сотрудничал с нацистами в годы войны.

Неожиданно Левитжер расхохотался каким-то неестественным деланным смехом, озадачившим и насторожившим Куна, который еще ни разу до этого не видел, чтобы шеф так откровенно хохотал.

- Поражаюсь вашей, извините, наивности, Адам, - проговорил Левитжер, погасив смех. - А кто по вашему доктор Дикс? Нацист высшего класса. Во время войны в оккупированной Гитлером Польше он в своей лаборатории занимался тем же, чем занимается сейчас здесь. С подопытным "материалом" у него не было проблем. Но русские не вовремя разбомбили его лабораторию. Там у него была другая фамилия: Хасель, Артур Хасель. А Штейнман и Веземан - кто они по-вашему? Отпетые нацисты, палачи-профессионалы. И потому что они профессионалы, с большим опытом, мы используем их. Вчера они работали на фюрера, сегодня работают на нас. Работают добросовестно, потому что мы им хорошо платим и потому что они связаны с нами идейно, понимаете, Адам, идейно. Они так же ненавидят коммунистов, как и мы с вами.

Слова Левитжера пролетали мимо Куна, которого ошеломила неожиданная новость: Отто Дикс - это тот же Артур Хасель, в тайну адской лаборатории которого должен был проникнуть он, Адам, тогда еще Куницкий, с группой Алексея Гурьяна в сорок третьем году. Вот она - ирония судьбы. Нет, верно говорят: мир тесен. Кун почувствовал себя неловко, - он в самом деле выглядел наивным и смешным со своим навязчивым вопросом. И ему ничего другого не оставалось, как смущенно пробормотать: "Извините, шеф".



Иван Михайлович Шевцов Остров дьявола | Остров дьявола | cледующая глава