home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Я съем тебя, Глеб!

Теперь такого мороженого нет, а жаль.

Продавец ловко обхватывал маленький сливочный шарик двумя вафельными кружочками. На каждой вафле выдавлено имя. Например, на одной — Таня, а на другой — Шура.

…Туся давно уже приметил у круглого пруда голубую тележку мороженщика и деньги свои сосчитал. Денег было много. Мама оставила, папа оставил.

Туся съел «Сережу» и «Колю», облизнулся и решил взять еще. Ему попались «Вера» и «Антон». Тогда он решил: если попадется «Татьяна», все будет хорошо. Что именно хорошо — неважно. Хорошо — значит, хорошо. Это главное.

Третья пара: «Люся» и «Дина».

Четвертая: «Женя» и «Уля».

Мороженщик смотрит на Тусю исподлобья. Впрочем, какое ему дело, что мальчик объелся мороженым? Нет, ему-то какое дело! Его дело продавать.

Пятая пара… Раз они дают ему деньги, пусть они и думают. У него свои заботы. И все-таки хватит, мальчик. Хватит, хорошенького понемножку. Иди-иди, пускай они скажут мне спасибо…

На углу Английского проспекта и Зеленой улицы Туся съел «Зину», «Лену», еще одну «Веру», еще одного «Антона».

Возле кинотеатра «Ударник» он съел «Геню», «Леву»… Лева Тройкин, Лева Тройкин, если бы ты знал, как все это грустно…

«Федю» съел…

Около фабрики-кухни попалась «Роза». Розалия Степанова, куклы, тряпки, я люблю вас, Мэри… Туся оглядывал свое прошлое с такой высокой горы, что оно, это июньское прошлое, казалось шуточным, ненастоящим, а мысли о нем были ясные и насмешливо-печальные…

«Шура»… Шура, как назло, в паре с какой-то «Зоей». Ззззойя! Зззззойяя!.. Хитрое и змеится… Туся старательно объел вафлю вокруг имени, а само имя кинул.

Тошнило. Горло стало деревянным.

А-аа! Глеб! Попался! Сейчас я тебя съем!..

«Глеб» хрустел у него на зубах. Пощады просишь, да? Проси, проси… Я съем тебя всего, и с твоей белой бобочкой, и с твоим велосипедом, и с твоими бицепсами, и ты не сделаешь больше стойки на садовом столе и не произнесешь больше ни слова! Понял, ни слова!..

Противно… А что было на другой вафле? Даже не поглядел… А-а, все равно… Теперь уже все равно… Денег больше нет, и противно.

Туся шел домой. В лоб ему светило солнце. Солнце было холодное.

Он пришел домой и лег на диван. Кто-то медленно стискивал ему горло и мешал дышать.

Это была ангина.


Подруга великого человека | Повести и рассказы | Мишка