home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ.

Ценная инициатива

На чужом берегу ночью все тревожно: светы, звуки, запахи. Чавкает вода под берегом. Скрипят, точно утки, лягухи. Тянет откуда-то сладковатым запахом гнилой рыбы. А ко всему этому еще и темнота — давит на плечи, густится за спиной. И человек жмется к костру и подбрасывает в костер хворосту, чтобы трещало громче, распугивало темноту. А темноту населяет всякая чертовщина. Там яростно скрежещут якорные цепи, тяжело дышат в схватке люди, и, куда ни повернись, — отовсюду наплывает огромное, в целую ночь, бледное лицо с черной повязкой наискосок…

Маленький Петров отрабатывает сегодня первый свой наряд — стережет шлюпки. Рядом, около низкого кустарника, стоит палатка. Там спят сменщики — Кошельков, Степа, Каштанов. Остальные ночуют в поселковой школе.

…Мимо — от поселка к пристани — прошагали во тьме люди. Заговорили, засмеялись. Слышно было: катили что-то, тачку или тележку. А дойдя до пристани, разом вдруг зашумели, заругались.

По шагам Маленький понял: идут к костру. Хотел ребят крикнуть — языком не повернуть. Хотел в кусты — ног не поднять.

Повести и рассказы

В свет костра вступил бородатый рыбак в ватнике и сапогах с отворотами. Сапоги хлюпали, задевая друг о дружку.

— Малый, шлюпки чьи?

— Наши…

— Куда идете-то?

— На Старгород.

— Поветерь долго вам ждать придется. Теперь южак задул. Почитай, неделю дуть будет.

— На веслах пойдем, — сказал Маленький.

— Не сгресть, — засмеялся рыбак, — и килей у вас, считай, что нету. Забьет волна. К теплоходу цепляться надо. Тут подойдет сейчас один, швартоваться будет, шлюпки отведи, слышь…

Повернулся и ушел…

«Что делать, — подумал Маленький, — надо будить Каштанова. — Он поглядел в сторону палатки. Тихо. Спят. — А что, если самому привести шлюпки сюда, прямо на свет костра?» Тут где-то видел он днем сосновый пень с узловатыми корневищами. У самого берега видел. Вот бы и привязать шлюпки. И грести недалеко — метров тридцать, не больше.

Маленький подбросил хворосту и побежал к пристани.

Рыбаки курили, повернувшись в сторону канала. На помосте рядом с ними стояла двухколесная тележка. Маленький прыгнул в шлюпку, нащупал носовой конец. Вот железная скоба, вбитая в сваю. А вот и узел. Маленький стал дергать его, щупать со всех сторон, искать секрет. Ленц вязал, его работа… Руки быстро устали тянуться вверх. Маленький чертыхнулся и подумал: «Рубануть бы топором!»

Сверху с помоста, донеслось:

— Чего копошишься-то?

Маленький смолчал и снова взялся за узел.

— Егор, посвети…

Вспыхнул фонарик. Бородатый лег на помост, вытянул руки.

— Дай-кось я. Узел-то простой беседочный… И всех делов.

Рыбак бросил Маленькому конец. Маленький взялся за весла и стал медленно грести, держа на огонь костра. В нескольких шагах от берега ему пришлось спрыгнуть в воду — шлюпка дальше не шла. Дрожа от холода, он вышел на берег и стал шарить руками по земле, искать сосновый пень. Долго ползал, в яму с водой угодил, ударился больно и, совсем уж было отчаявшись, наткнулся на корневище. Завязал конец как попало и — бегом обратно.

Вбежав на помост, он посмотрел в сторону озера и увидел огни. Зеленый и красный — бортовые, белый — на мачте. По расстоянию Маленький определил, что теплоход еще не вошел в канал.

— Быстрей, малый! — встретили его рыбаки.

Теперь дело пошло веселей: Егор светил, бородатый развязывал, Маленький вставлял весла в уключины.

— Пошел!..

Маленький отгреб от пристани и снова поглядел в сторону канала. Огни приближались. Они дрожали в ночном воздухе, за ними угадывался плотный корпус корабля. На дороге снова затарахтели колеса, послышались голоса.

— Иваныч, весь буфет скупить хочешь?

— Тебе оставлю…

— Мне много не надо…

Тут теплоход дал осторожный гудок, и Маленький голосов больше не услышал. Он гребанул посильней раз, другой… Привязав вторую шлюпку, Маленький подошел к угасающему костру и тут только почувствовал, как дрожат у него руки.

…А ночи будто и нет. По дороге идут и идут люди с тележками, с тачками. На рыбачьих баркасах, что стоят плотной стайкой в глубине бухты, засветились огни. Там живут пришлые рыбаки. Они пришли сюда с другого берега, где рыба нынче не ловится, пришли план выполнять. План у них свой, отдельный, и живут они отдельно, на старых баркасах, в плавучих домах, которые пригнали с собой. Днем по палубам бегают голозадые ребятишки, бьется на ветру белье, вялится рыба, у очагов кухарят женщины… Сейчас оттуда слышны голоса и гуськом тянутся к теплоходу люди. А теплоход уже навис смутной громадой над берегом. Маленький поглядел на толстые капитановы часы: пора! Пора будить Кошелькова. Да что там — всех будить! Всех!..

. . . . . . . . . . . . . . . . . .

Утром сверкал белыми надстройками красавец «Очаков». Пела на гортанном языке пластинка на верхней палубе: «Бес-са-ме, бес-са-ме-муч-ча!..» По дороге в поселок тянулись рыбаки. Впереди — хозяин, в сапогах с отворотами, с торжественным неподвижным лицом, толкает тележку, в ящиках звякают бутылки. За хозяином — жена, в новеньких резиновых сапожках, в цветастом платке. За женой — гости с материка, тесной шумной толпой. Прошли, проехали, прогремели посудой… А следом — другая семья, в том же порядке. Около теплохода суета, суматоха, буфетчик кричит с борта: «Граждане, макарон уже нет! Пива нет! Пшенка есть! Лимонад есть…»

Каштанов тискает Маленького: «Ай да Маленький! Достойный товарищ! И узлы развязал?» Степа хлопает по плечу: «Молоток!» Айна молча улыбается. Капитан придирчиво оглядывает шлюпки, трогает узлы, хмыкает: «Два наряда отработал». — «Как два? Почему два? Один!..» — «Нет, Маленький, как ты не понимаешь, тебе один за два засчитали, радуйся, редкий случай!..»

Дневальные приносят из поселка ящик горячих лещей — только из коптильни. Острый дымок щекочет ноздри. Капитан долго водит щепотью над ящиком, шевелит пальцами, выбирает… Вот! Подал Маленькому — ПЕРВОМУ! Ай да лещ! Это вещь! Темные бока блестят, как поливная глина. Игрушка — не лещ. Тронь, и развалится пополам, сверкая белым душистым мясом… «На, Маленький Петров. Проявил ценную инициативу — получай самого красивого!»

Маленький переступает с ноги на ногу — горяч лещ, обжигает! Маленький улыбается. Капитанская щека перед ним — свежевыбритая, крепкая розовая щека, без единого пореза, воротничок кителя впаян в коричневую шею. Маленький улыбается капитанской щеке и верит, верит: после этой ночи, после ее страхов, после ее работы, после награды за нее — оставит, оставит его капитан!..

А капитан из-под ладони глядит на «Очаков» и говорит:

— Вот на «Очакове» и пойдешь домой.


ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ. Хобби Кривого Томпа. Рассказ Каштанова | Повести и рассказы | ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ. Наряд третий. Пучок луку